Шестнадцатая осень

      Игра в молчанку продолжается уже вторую неделю. С каждым днем у девушек появляется все больше маленьких традиций, которые обе не хотят нарушать.       Лукина купила новый блокнот и всегда заранее вырывает из него несколько листков, на случай если Маша совсем заскучает. А еще Лаура никогда не ходит в школу без сладкого. Когда Марию что-то очень злит, она демонстративно отворачивается или громко вздыхает. Тогда, брюнетка подсовывает девушке сладости, тем самым обозначая, что она все еще здесь и готова поддержать, если нужно.       Третьякова тоже не валяет дурака. У неё в сумке всегда есть ластик, потому что Лукина вечно теряет свой, вишневый сок для успокоения нервов молчаливой подруги и запасные наушники, на случай, если их разрядятся. Да, именно их.       Когда Маша заходит в кабинет математики, Лаура, как всегда, уже сидит за партой. Блондинка садится рядом, кивает соседке и открывает учебник. Лукина стучит пальцем по странице, чтобы Третьякова обратила на неё внимание.       — Что такое?       Соседка внимательно рассматривает её лицо, немного наклонив голову, а затем снова утыкается в блокнот, продолжая что-то чертить. Маша перестала обращать внимание на эту странную привычку, ведь Лаура делает так уже пятый день подряд. Девушка просто рассматривает её и отворачивается, не вкладывая в это какого-либо смысла. После пятого такого жеста, Третьякова для себя решила, что это способ проверить, не ушла ли она в свои мысли.

***

      Звонок на урок сегодня звучит тревожно. Чутье все утро кричало об опасности, но дома ничего не произошло. Чувство, будто она что-то забыла, не оставляло ни на секунду, и теперь она точно знает что именно.       Дверь резко открывается, ударяясь о стену, и с громким смехом в кабинет забегают трое девочек, быстро отыскивая свои места. Больничный Кати закончился, точно так же, как и отпуск Лукиной, но это больше не имеет значения.       Сегодня дерьмовый день. Сегодня Маша уйдет и больше не посмотрит в её сторону. Блондинка ещё никогда не пересекалась с Екатериной. Эта девушка ужасно избалована, она постоянно врет, а ещё, она прекрасный манипулятор. Почему-то этот факт никто не замечает, а Маша… Она активная, дружелюбная и очень доверчивая. Третьякова наивнее годовалых детей и обидеть её проще простого.       Лаура всегда спорит с Катей. Они не могут находиться в одном помещении при этом не ругаясь. Выхода из ситуации Лукина не видит. Если игнорировать одноклассницу, Маша уйдет, потому-что посчитает её слабохарактерной, но если вести себя как всегда и грубить в ответ, Третьякова решит что она стерва. А разве не должна? Может быть в первый раз она и осталась, но это были лишь цветочки. Как только Маша увидит Иванову, то быстренько переметнется на вражескую сторону, потому что любой сделает так же. Потому что никто не будет идти против всех ради одного.

***

      Третьякова заметила перемену настроения соседки и дернула её за рукав толстовки, привлекая внимание. Лаура взглянула на неё угрюмо и отвернулась, без слов выражая желание побыть одной. Учитель до сих пор не пришел, хотя прошло уже минут десять с начала урока, но тут кто-то громким звонким голосом объявил:       — Она не придет. Одиннадцатиклассники разбили что-то в кабинете химии.       Маша повернула голову в сторону говорившего и распахнула глаза в удивлении. За третьей партой, откинувшись на спинку стула, сидела незнакомая девушка в обтягивающей кожаной юбке и туфлях на каблуке.       — Откуда ты знаешь?       В этот момент Лауре очень захотелось спрятать Третьякову где-нибудь, чтобы никто больше не смотрел на неё как кошка на мышь. Так, как блондинку разглядывает Катя.       — А ты у нас значит Мария? М-да, девочка. Не умеешь ты знакомства заводить.       — Не понимаю, откуда такие выводы?       — Сама подумай. Ты сидишь за одной партой с девочкой не умеющей говорить, это уже показатель.       Первую шпильку Лукина успешно игнорирует, хотя уже очень хочется послать Катю куда подальше. Нельзя отвечать, иначе исчезнет даже самый маленький шанс того, что Третьякова не сбежит. Пусть лучше считает её слабой, чем последней дурой. Брюнетка ошиблась. Иванова даже не попыталась мирно говорить с Машей, значит между ними уже что-то произошло.       — Да, говорит Лаура мало, но по делу. Это у тебя язык натренирован, как я вижу.       Услышав двусмысленность фразы Иванова смеётся и поднимается с места.       — А ты не так плоха, как говорили. Может заведешь себе нормальных друзей?       Девушка останавливается напротив их парты.       Нет, нет, нет же! Нельзя позволить ей уйти, сделай хоть что-то, Лукина, ну же!       Третьякова медленно поднимается с места и складывает руки в замок.       — Ты в список «нормальных» все равно не входишь, к чему этот цирк?       — Если хочешь дружить с пустышкой, то прошу.       Заткнись. Просто заткнись.       — Ну да, зачем же мне тратить время на глупую блондинку и дочь насильника.       Лукина кое-как заставила себя усидеть на месте, хотя Катя использовала козырь. То, что выводило Лауру из себя моментально. То, что давило больнее всего.       — Почему ты молчишь?!       Иванова ненавидела это. Ненавидела, когда она не реагировала. Ненавидела когда все её старания шли прахом. Третьякова ошалело рассматривает лицо Лукиной пытаясь найти ответ на свой главный вопрос.       Окончательно теряя контроль Катя хватает бутылку воды с соседней парты и выливает её на брюнетку. Лаура будто просыпается.       Это конец. Третьякова уйдет также, как и остальные. Рано или поздно она все равно бы узнала. Ну и пусть. Так будет даже лучше. Лаура выбегает из кабинета, уже не слыша голоса одноклассников, которые впервые удивились такому поведению Ивановой.

***

      Марию и Катю окружают одноклассники, вскакивающие с мест и готовясь разнимать разбушевавшихся девушек.       — Это уже перебор.       — Она с ума сошла!       — Какого черта, Иванова?       Голоса со всех сторон угнетали. Дуэль взглядов продолжается несколько секунд. Мария пытается утихомирить ярость, бушующую в груди, а Катя ждет когда Третьякова сдастся, тем самым подписавшись на выговор от директора или что-нибудь серьезнее.       — Рот бы тебе заклеить.       Блондинка направляется к выходу, пытаясь прикинуть, куда именно могла пойти Лукина.       — Ха-ха! Играешь с огнем, Третьякова.       Дверь закрывается и Маша бежит к женскому туалету, надеясь, что она именно там.

***

      — Вот ты где.       Третьякова садится на подоконник, рядом с подругой.       — Я рада что ты здесь, у меня больше не было вариантов.       Лаура молчит. Она почти всегда молчит, но Марию это никогда не беспокоило. Она всегда понимала, что именно Лукина от неё хочет. Понимала её злость и радость. Лаура как будто понимала её на уровне мыслей, и сейчас это очень помогает, потому что подобрать слова в такой момент невероятно сложно.       — Почему ты здесь?       — Ну… Потому что я хочу быть здесь.       Лаура покачала головой и снова отвернулась. Маше это не нравилось. То есть… Не хочет видеть? Обиделась? На что?       — Спрашивай уже.       — Эм… Ты не похожа на человека, который не может за себя постоять.       Лукина продолжает буравить взглядом стену.       — Тебе пора.       — Нет. Даже не думай, я никуда не тороплюсь.       Брюнетка хмурится, пытаясь подобрать слова.       — Если бы я ей отвечала, ты бы услышала больше.       — Ну и что?       — И то, Маша! Просто оставь меня в покое, ладно?!       Лаура спрыгивает с подоконника, пытаясь сбежать, но Третьякова успевает схватить её за запястье.       — Я могу услышать всё что угодно, но ничего не изменится, окей? Ты из-за этого кусаешься? Лаура, чёрт, ты моя лучшая подруга! Моё мнение о тебе не изменится из-за нескольких слов о твоей биографии, которые могут быть идиотской выдумкой!       — Но они не выдумка, ясно?!       Сегодня Маша впервые видит слезы на её глазах. Сегодня она понимает, что не может позволить ей плакать снова. За запястье, которое так и не отпустила, она притягивает девушку в объятья. Лукина пытается выбраться и ворчит что-то про личное пространство, но чуть позже даже обнимает в ответ.       — Ты не пустышка.       Лаура лишь слабо улыбается.       — Ты как Фея!       Заявляет Маша, вгоняя Лукину в ступор.       — Что?       — Ты как моя кошка. Она тоже кусается, а когда я беру её на руки сразу успокаивается.       — Ну нет! Не сравнивай меня с кошкой! Стой, ты сказала что я кусаюсь?       — Но…       — Никаких «Но».       Девушки вместе направляются к кабинету, из которого сбежали.       — Лаура?       — Что?       — Ты отвечаешь мне.       — Не волнуйся, это разовая акция. Завтра перестану. И не вздумай больше меня обнимать.       — Хорошо.       Сегодняшний день наполнен эмоциями, как хорошими, так и плохими. Маша на долгое время запомнила их разговоры, ведь это большая редкость. А еще она запомнила Лауру. Не ту что сидела с ней за одной партой, нет. Растерянную, печальную, испугавшуюся девушку. Ту, что подсунула Маше в сумку её портрет, нарисованный карандашом.