Лицо врага: Дверь

      Весна в этом году выдалась грязная и дождливая. Военная стража патрулировала улицы медленно и лениво, иногда не выходя на них вообще. В здании университета было почти так же холодно, как зимой. Мирите куталась во всё, во что могла, тоскливо смотрела в окна и впервые радовалась, что выходить отсюда ей не стоит.       Правда, она не была уверенна, что всё ещё может испытывать радость.       Тёмное небо за мокрыми окнами почти полностью отражало её состояние. Она всё ещё работала над амулетами, много и однообразно. Защитные, взрывающиеся, скрывающие, захватывающие в клетку, выпивающие силы, проклинающие человека или место, дающие сил, накопители магии… всё одно. Всё одно. Их забирали, приходили, оставляли еду и иногда одежду, уходили. Уже не пытались ни заговорить, ни облапать, ни поругаться, ни посетовать на нелёгкую жизнь, ни выведать её отношение к Звессе. Молчали.       Отчаялись.       До Мирите доходили слухи, что во главе одного из отрядов теперь Айнаре. Он списывал у неё домашку когда-то, он у всех списывал напропалую, но у неё больше всех. Она ещё ему нравилась. Что, если встретится, так же будет лапать и достанет грязными намёками? Раньше она думала, что хотелось бы иметь там кого-то знакомого, но теперь ей было всё равно. Или, может, немного грустно. Она сама не разобралась и разбираться не хотела. Айнаре был редкостным раздолбаем. Прогуливал, почти ничего не делал в срок, много ныл, постоянно просил конспекты и списать. Это — и лидер? Было бы смешно, если бы она помнила, как смеяться. Ей могло быть только противно и тоскливо.       Мирите сама уже не понимала, жива ли она. Вокруг неё была только пустота и разруха. Отчаянье. Огромный омут отчаянья, который уже затянул и её, им всех вокруг, лишал возможности думать, видеть и чувствовать, заставил забывать, что такое эмоции и желания, лишал души смысла, а тела — ощущения, хоронил заживо у себя на дне.       Мирите уже знала, что победы не будет. Надо лишь сражаться до последнего и умереть достойно.       Разве что… разве что король Звессы вот собирался в поездку по столицам захваченных стран. Её личная война лет так с… четырнадцати? По крайней мере, уже тогда юная девочка Мирите впервые захотела его убить, просто так ещё, без личной мести, просто за то, что он делал с её пусть и не родиной, но до боли любимой страной.       Король собирался.       Мирите — тоже.