Лицо врага: Дверь

      — А ты что умеешь? — спросил Волот у генерала Марской. — Что ты можешь в мирное время?       Та фыркнула.       — Что я умею кроме того, что воевать? Умею убивать. Казнить умею. Палачами командовать. Искать жертв для себя и для них.       Все засмеялись. Лишь некоторые отвернулись, боясь, что Марская может заметить жалость у них в глазах. Один царь не смеялся и не жалел её. Он думал. А после лицо его приобрело торжественное выражение.       — Хорошо, — сказал он. — Ты будешь убивать, казнить и командовать палачами. Любому царю нужна тайная стража. Забирай себе всех шпионов, заговорщиков, мятежников, — это теперь твои жертвы. Делай с ними что хочешь, лишь бы моя власть была нерушима. Дави их во младенчестве, в материнских утробах, в отцовском семени. Выбери себе из стражи и армии верных людей, допроси пленных тайнюков об их секретах, создай нам новую тайную стражу… назовём её службой, чтобы люди, слыша её название, не вспоминали о тайной страже царя Веденея.       — Благодарю вас, Ваше Величество, — сказала она церемонно и отстранённо.       — Отлично, — ответил царь. — Но если захочешь попробовать себя ещё в каком-либо занятии, то приди и скажи мне об этом.       — Благодарю вас, Ваше Величество.       Жалость в глазах теперь прятали многие. И поэтому лишь некоторым могло показаться, что царь смотрел на неё с надеждой.       Лишь Алении Хейгорёвой не было дела до жалости и надежды.       — Но, Ваше Величество, — сказала она, зло сузив глаза. Царь же выглядел так, как будто пытается что-то вспомнить. — Я ведь уже это сделала. Я три дня назад предоставила вам отчёт. Я сразу знала, что вам понадобится тайная стража, я начала работать над этим ещё на войне, вы знаете об этом, и…       — Отлично, — перебил её царь. — Заберёшь свой отчёт, передашь госпоже Марской. Мирея, воспользуешься её наработками.       — Да, Ваше Величество.       — Но, Ваше Величество…       — Негоже тебе, дуре, тайной стражей командовать. Ну… ладно, будешь в ней генералом. Мирея, найдёшь, где ей генеральствовать, ясно?       — Да, Ваше Величество.       Аления зло выдохнула. Но — злилась она только на Мирею Марскую. В её взгляде на царя господствовало смирение.