Лицо врага: Дверь

      Леса, самим временем признанные непроходимыми, как будто расступались перед ней — за три дня пути (если так можно было назвать унылое шатание примерно в сторону заката) Миэюй даже почти не запачкалась. Дуракам везёт, что ли? Или в данном случае скорее покойникам? Живым… покойникам. Или даже не живым. Тем, кому до смерти осталось всего лишь найти эту смерть?       Миэюй смерти не искала. Не специально, по крайней мере. Миэюй хотела бы обрести хоть какую-то цель, чтобы назвать её смыслом жизни и смочь не ждать больше этой смерти. Но и её не искала. Она просто не знала, как. Она сбежала от ищеек Собрания, не придумав ничего лучше, чем забраться в леса Шаома, и шла всё дальше и дальше от центра страны, вроде бы в горы, хотя не знала наверняка, ищут её или нет.       А дальше…       Как сказать. Идти было хотя бы осмысленнее, чем сидеть на одном месте и плакать. Или чем понимать, что плакать она больше не умеет.       Ощущения были как после победы в Лие.       Удивляться было нечему, и Мирите это прекрасно знала.