Happily Divorced/Счастливо разведённые

      — Ох, будь проклята эта дурацкая штука, — выругалась Гермиона. Она отчаянно боролась со своим зонтиком, который не мог справиться против проливного дождя и чудовищного ветра. Зонт вывернулся в сотый раз, и, как только она собралась взять его под контроль, сильный ветер вырвал его у неё из рук. — Нет!       Теперь она оказалась насквозь мокрой. Она стала недовольно ворчать и бить ногами по земле, когда чья-то рука обвилась вокруг её талии, а голову накрыл другой, более прочный, зонт.       — Ты ведьма, — сказал Драко ей на ухо, пока они шли вместе. — Почему ты так упорно продолжаешь придерживаться магловских привычек?       — Магл с рождения, — возмущённо ответила Гермиона. — Я не всегда нуждаюсь в палочке, ты знаешь.       — Конечно-конечно. Естественно, попасть под шторм не считается веской причиной для магии.       Глаза Гермионы сузились. — Ты пользуешься зонтиком.       — К сожалению, — вздохнул он. — Быть женатым на тебе привело к некоторым отвратительным привычкам.       Драко сдавленно застонал, когда она пихнула его локтём в живот. Он немного ухмыльнулся, особенно после того, как она погладила место, над которым только что поиздевалась. Они шли ещё около трёх минут, пока не добрались до своего любимого ресторана. На самом деле это был, скорее, паб, их проводили в зарезервированную кабинку, где Гермиона сразу же воспользовалась своей палочкой (на что Драко раздражающе захлопал в ладоши), чтобы высушиться.       — Если они ещё раз поднимут цену на моё любимое блюдо, я клянусь...       Драко усмехнулся. — Это не имеет значения. Мы можем себе это позволить.       Гермиона посмотрела на него с лёгкой усмешкой. — Ты можешь себе это позволить. Я больше не купаюсь в деньгах Малфоев.       — Твоё имя всё ещё на счёте.       — Которое я попросила тебя убрать несколько месяцев назад.       — И я отказываюсь это делать, — упрямо ответил Драко. — У нас всё ещё есть дети, о которых следует заботиться, и ты не можешь позволить себе этого на свою зарплату.       Гермиона скрестила руки на груди и откинулась на спинку сиденья.         — Ради Мерлина, я не бедная, Драко.       — Ты не зарабатываешь «деньги Малфоев».       Брюнетка усмехнулась и ещё сильнее сжала руки, когда он засмеялся. Как всегда, упрямый. Такой раздражающий. Такой самодовольный. Он всегда будет принадлежать ей, даже если они разведены.       С довольным видом Драко потянулся к сплетению рук Гермионы и вытащил одну.       — Смирись с этим, Гермиона. Пока наши дети несовершеннолетние, у тебя будет доступ к счёту Малфоев, чтобы покупать для них всё необходимое. Чёрт, да ты можешь купить целый дом, лишь бы это было оправданно.       Гермиона закатила глаза и нежно улыбнулась ему, наслаждаясь маленькими круговыми движениями, которые он делал большим пальцем на тыльной стороне её руки.         — Ты уверен в этом? Это ближайшие двенадцать лет. Ты мог бы снова жениться, и я сомневаюсь, что твоя новая жена будет очень довольна таким положением дел.       — В этом случае я создам для тебя личный счёт, который моя супруга будет терпеть, нравится ей это или нет.       — Драко...       — Гермиона, — весело сказал Драко с тем же акцентом. — Что бы с нами не случилось, ты по-прежнему останешься моей женой номер один. — Он поднёс её руку к своим губам и поцеловал для пущей убедительности. Она покраснела. Она ненавидела, когда он так делал, женаты они или нет.       Гермиона вздохнула, когда он наконец отпустил её, и покачала головой.         — Почему мы снова развелись?       — Потому что некоторые вещи, казавшиеся нам когда-то милыми, стали раздражать и мы бы поубивали друг друга.       — Верно, — кивнула она, мысленно возвращаясь в последние годы. — Да, ты прав.       — Конечно, прав, — самодовольно ответил Драко. — Теперь заказывай, что хочешь, и я оплачу — не спорь.       Губы Гермионы уже приоткрылись, чтобы возразить. Но она сомкнула их, кивнула в знак согласия и послушно сделала то, что он сказал, когда к ним подошёл официант и принял заказ.

***

      После ужина Драко проводил Гермиону до места аппарирования. Отчасти это было связано с его воспитанием и частично — с тем, что она была упрямой женщиной, которая отказывалась наложить отталкивающие чары, чтобы не промокнуть.       — К тому же, — сказала она кокетливо, — я не прочь насладиться твоей джентльменской натурой.       На это он ущипнул её за бок, наслаждаясь небольшим вскриком, который привлёк внимание нескольких ушей, и покраснением её щёк от смущения. Добравшись до нужного места, он отклонил приглашение отправиться с ней домой, как только она предложила.       — Если я пойду, то увлекусь детьми и в итоге останусь на ночь, — сказал он ей, что было правдой. Именно это и произошло на предыдущей неделе. Началось всё с того, что он расспросил каждого ребёнка по очереди, что они сделали за день, а закончилось играми, фильмами и его сном на диване в обнимку с сыном и девочками на полу, завёрнутыми в одеяла.       — Я заберу их утром, и мы отправимся в Косой переулок.       — Приходи пораньше, — настояла она. — Я обещала детям блины.       У Драко чуть не потекли слюнки.         — С черникой?       — Конечно. Я не монстр.       Гермиона улыбнулась и попрощалась с ним, прежде чем исчезнуть. Драко сделал то же самое и оказался возле своего нового дома. Его бывшая жена оставила себе дом, который они совместно делили последние тринадцать лет. Это было разумно, так как дети большую часть недели проводили с ней. Выходные дни они поводили время с ним, но в течение недели он всё равно их видел, поскольку забирал Лиру и Скорпиуса из школы и оставался с ними, пока Гермиона была на работе. Иногда он даже оставался на ужин.       Драко не был дураком. Он прекрасно понимал, что его отношения с Гермионой были странными. Но ведь «странность» — это их особенность, не так ли? Когда они начали встречаться, это было странно. Когда их отношения не потерпели крах, это было странно. А когда они поженились, это было ещё более странно. То, что раньше раздражало, со временем превратилось в привлекательные достоинства, без которых ни один из них не мог жить. Но, как он сказал Гермионе за ужином, эти же качества каким-то образом обратно превратились в неприятные, и это уже оказалось проблемой. Они по-прежнему любили друг друга — правда, любили, — но, в конце концов, они стали больше ссориться, чем любить.       В прошлом году они расстались. Драко вернулся в Малфой-Мэнор в надежде дать друг другу немного пространства и посмотреть, что из этого выйдет. Это сотворило чудо. Они прожили в разлуке три месяца, сошлись на счастливые два месяца, затем снова разошлись. Снова вместе ещё два месяца, но потом снова разошлись. После они обоюдно решили, что им лучше не быть вместе, и развелись в начале марта этого года. Это было решение, о котором никто из них не жалел, и не было никаких обид. На самом деле многие люди думали, что они всё ещё женаты, настолько они были вежливы друг с другом. Не говоря уже о том, что иногда они держались за руки, обнимались, притягивали друг друга за талию или целовали в щёку. Единственное, о чём они с Гермионой жалели, так это о том, с какой надеждой на них смотрели дети, когда видели родителей вместе. В конце концов, им пришлось сесть и объяснить им, что мама и папа просто друзья и что они просто хорошо ладят. Их надутые губы были поистине душераздирающими.       Вздохнув, Драко вошёл в свой дом, уже предвкушая черничные блинчики, которые обещала ему Гермиона.