Про некую Веру

- Андрей, Андрюша, Андрюшенька... - в ухо врезается громкий, пьяный шепот - ты же знаешь как я тебя люблю? Знаешь же, да? Угловатые пальцы зарываются в густые, длинные волосы, небрежно перебирая лохматые пряди. Мокрый кончик носа упирается в шею, и снова раздается полусонное бормотание - Ты такой хороший, Андреюшка... И никакая Вера тебя не заменит... - Не заменит, не заменит. - в замке двери поворачивается ключ, и два тела (одно очень довольное и подшофе, другое трезвое и уставшее как собака) вваливаются в квартиру. Андрей осторожно сажает друга на пуф в прихожей, помогая несчастному пьянице разуться и закрывая замок на двери. Снова беря друга под руки, он медленно плетется с тяжеленной тушей в спальню, все еще выслушивая жалобы на Веру, комплименты, и пьяные намеки. - Ты только своей будущей жене так не говори - убьет ведь. - Жене?! Да какая она мне жена! Я только тебя люблю... Ты ж мое солнышко. - совсем нетрезвый, Саша снова полез целоваться, уже полусидя на так любезно расстеленной для него кровати. - Солнышко, солнышко. - уложив наконец приятеля в постель, юноша подошел к гардеробному шкафу, начав снимать с себя уже изрядно помятый пиджак и брюки, со следами пролитого алкоголя. Он бы и рад прогнуться под Сашу, но совесть не позволяет: у того свадьба через несколько дней, а слова, сказанные в пьяном угаре он уже завтра забудет. На глаза навернулись мелкие слезы беспомощности и разочарования, которые скатывались по щекам и подбородку. Облизнув соленую каплю над верхней губой, Андрей, еле переставляя ноги от усталости, пошел в гостиную, спать на диване. - Андрюша, ты куда? Помоги мне, у меня галстук не развязывается. - голос друга раздался прямо над ухом, и, уже обернувшись, уходящий увидел нависшего над собой парня, абсолютно голого, с одним только галстуком на шее и расстегнутой рубашкой, висевшей на одном плече. - Андреюшка, помоги пожалуйста. Слегка смущаясь чужого пьяного стояка, который гордо топорщился между стройных ног, Андрей закинул руки на шею приятеля дабы освободить его от удушающей ткани. Не успев даже прикоснуться к багровому шелку, парень почувствовал чужие ладони на своей талии, и в комнате раздался хриплый шепот: - Попался. Следующие мгновения были словно в тумане: рваные поцелуи в губы, одежда на полу, и вот Саша уже подминает под себя своего дражайшего "друга", раздвигая перед собой его щуплые колени: - Блять, - с губ нависшего сверху парня слетает восхищенный вздох. - какой же ты охуенный. - прохладные пальцы еле касаясь кожи проводят дорожку от ключиц до низа живота, где все скручивался и собирался в жаркий комок. Сейчас пьяный мозг рассуждал совсем уж плохо, но Саша знал точно - никакая Вера ему не нужна. Пока есть Андрей, такой замечательный, милый, ласковый, обворожительный Андрей, никто кроме него ему не нужен. Засунув два пальца себе в рот, Александр с вожделением наблюдал как восхищенно смотрит на него Андрей, как он нервно сглатывает ком в горле и нервно скользит глазами по чужим рукам. Улыбнувшись своим мыслям, Саша медленно протолкнул пальцы внутрь до самого их основания, и так же постепенно вынул их изо рта, пока Андрей все так же завороженно смотрел как от самых подушечек к губам тянется, поблескивая, ниточка слюны. Примостившись поудобнее между ног своего партнера, Саша ввел внутрь требовавшего ласки анального отверстия уже изрядно увлажненные пальцы, слушая как комнату оглушает громкий, будто всхлипывающий стон. Ища за что бы ухватиться, куда бы деть руки, Андрей смог лишь сжать в кулаках простыни, выгибаясь от мастерски орудующих там внизу пальцев. Бесспорно ему нравилось то, что сейчас происходило, из его глаз чуть ли не искры вылетали от давно забытых ощущений тепла чужого тела, и член, к которому прилила кровь, заставлял здравый смысл отойти на второй план. Все, на что был способен сейчас юноша, это лишь громко стонать и насаживаться на чужие пальцы, требуя большего. Саша настойчиво вдалбливался в одно место, наблюдая за реакцией лежащего практически под ним - его лицо становилось все розовее, голос срывался на крик. Темные волосы разметались по подушке, очаровательно пристав к вспотевшему лбу, тонкие пальцы белели от напряжения, снедавшего Андреюшку изнутри. Еще несколько финальных толчков и с громким криком последний излился прямо себе на живот. Александр на несколько секунд завис, рассматривая свое творение. Его привлекало совершенно все - капельки пота, стекавшие по внутренней стороне аппетитных бедер, ладони, закрывавшие раскрасневшееся лицо, сокращающаяся дырочка между ног, которая старательно искала замену пальцам. - Андрюшенька... Андрей... - Саша закинул одну его ногу на свое плечо, бесстыдно лапая чужую тонкую икроножную мышцу. - Подожди... Ха... Постой... - Андрей кинул в руки партнеру не пойми откуда взявшийся тюбик без этикетки. - Смажь сначала. - Тебе надо ты и смазывай. - Ты издеваешься. - Парень поднялся на локтях и выдавив на пальцы лубрикант, растер холодную жидкость по пальцам, разогревая ее. Когда смазка достигла удовлетворительнйо температуры, он всунул в себя пальцы, вздрогнув и выдавив из себя тихое проклятие, начиная смазывать стенки анального отверстия. - Достаточно. Теперь давай, только медленно. - вынув пальцы, Андрей попытался убрать ногу с плеча партнера, но тот не отреагировал, лишь его ладонь сползла с икры на внутреннюю сторону бедра, заставляя Андрея покрыться мурашками от одних лишь прикосновений. - Ничего не обещаю. - пунцовая головка члена приблизилась к анусу. - Ты слишком соблазнительный. Начав вводить свой фаллос внутрь лежащего под ним любовника, Саша закрыл глаза, внимательно вслушиваясь в чужие стоны и всхлипы, и лишь улыбнулся, за раз полностью схоронившись внутри Андрея. Тот вскрикнул и выгнулся, сжимая кулаки до побелевших костяшек. Александр чувствовал, как его член приятно сжимает мягкая плоть, обволакивая его своей теплой, влажной мякотью. Схватив ногу на его плече покрепче, а второй рукой отодвинув лежавшее на постели бедро в сторону, открывая себе лучший обзор на все творившееся действо, юноша начал бесстыдно вбиваться в столь горячо желанное тело. С каждым толчком он чувствовал неутолимую жажду, жажду поглотить своего любимого целиком, насытиться каждым его кусочком. В комнате чуть ли не час к ряду звучали лишь похабные словечки, громкие низкие и высокие стоны, бесчисленное множество всхлипов, и заглушающие всю эту канитель звуков шлепки. Когда кожа сталкивалась с кожей, когда бедра совершенно упирались в чужие ягодицы, раздвались громкие крики "Еще!", "Быстрее!". Андрей чувствовал, что совершенно близок к разрядке. Чужой агрегат практически разрывал его изнутри, словно с каждым поступательным движением проникая все глубже и глубже, каждый раз проезжаясь по простате. Ощущение чего-то настолько внушительного внутри себя заставляло его дрожать от удовольствия. Каждый раз по телу будто проходился легкий разряд тока, обостряющий чувствительность каждой клеточки, каждого нерва. Раздалось еще с десяток шлепков, пока Саша не навалился всем телом на Андрея, выплескивая в последнего свою сперму. Андрей же, не упуская возможности, схватился обеими руками за широкую спину словно за опору, и уперся головой в чужое плечо, выстанывая любимое имя, и кончая всего через несколько секунд после своего партнера. - Я спать. - Саша, легко выйдя из Андрея и не обращая внимания на его жалобный всхлип, упал на кровать рядом с ним, прежде сгребая любовника в охапку и прижимая его к груди. - Завтра разбудишь. Александр отключился практически сразу, а вот Андреюшка не мог уснуть добрые полчаса - он вблизи разглядывал лицо спящего, вслушивался в быстрое биение сердца, прислонившись ухом к грудной клетке. Он замечал каждую мелочь, запоминая все с фотографической точностью, обычно ему не свойственной: такой спящий, спокойный Саша выглядил совершенно умиротворенным и от этого казался словно привлекательнее чем ранее. Заведя за ухо выбившуюся светлую прядь, Андрей опустил ладонь на лицо напротив, наслаждаясь ощущениями теплой кожи прямо под подушечками пальцев. Все было прекрасно, пока не раздался пьянный возглас: - Вера я тебя люблю. Вера... я тебя.. Вера... - и даже не закончив начатую во сне тираду, Саша вновь умолк, погрузившись в глубокий сон. Андрею лишь тихо прошептал, поворачиваясь на бок: - Гандон. Утро было по настоящему летним: неимоверная жара, спертый воздух и слепящее солнце - все это давило на спящего юношу, которого к тому же мучили адские головные боли, из-за объемов выпитого вчера алкоголя. Жмуря глаза, он постепенно вспоминал все что произошло, по звеньям собирая цепь вчерашних событий, как вдруг его память пронзил образ нагого Андрея, лежавшего под ним. За этой мыслью последовали другие, налепляясь друг на друга словно снежный ком. Саша все сильнее осознавал, какой он придурок, вспоминая громкие стоны своего уже бывшего друга, и все еще будто ощущая рукой его стройные ноги в своих ладонях. Быстро опустив пальцы на кровать, он обнаружил, что рядом никого не было - постель была уже холодная. Уронив голову на руки, Александр тихо произнес: - После такого мне уже точно никакая Вера не нужна. - он осознал, что совершенно влюбился в Андрея, крепко, бесповоротно и безнадежно.