Проклятье четырёх стихий

      Прошло две недели. Игорь и Даша всё это время жили в Суресе с Беллой и Радой, но не сидели, сложа руки, как это было у них последние полгода. Они всячески продумывали план по освобождению Ромы из тюрьмы. Придумывали одно, тут же отбрасывали, придумывали новое и снова отбрасывали в сторону, как ненужный мусор. Да, в принципе, это и было мусором, потому как ничего стоящего так и не пришло в голову…       Больше месяца ушло на составление плана, и, наконец, окончательный вариант был готов. Никакой логики, никакого здравого смысла – только случай и невероятное везение могли помочь в осуществлении этой безумной затеи.

***

      – Ты уверена? – спросила Даша, оглядывая Игоря, но к нему не обращаясь.       – Да, – ответила Рада, выпуская изо рта колечко дыма и немного подбоченившись, напоминая эдакую Коко Шанель волшебного мира.       – Что не так? – Игорь не мог видеть своего лица, но зачем-то посмотрел на руки: особой разницы не было, разве что кожа стала темнее его собственной.       – Они слишком заметны, – Даша нахмурилась. – Их нужно чем-то прикрыть, иначе его узнают.       – Да кто-нибудь скажет, что у меня с рожей? – вспылил Игорь, вставая с места и подходя к зеркалу.       Увидев свою новую внешность, он немного отшатнулся, а потом рассмеялся в лицо крепкому мужчине средних лет, что смотрел на него из отражения.       – Дашка, я сам себя не узнаю! – губы Игоря обнажили в усмешке желтоватые зубы. – Ты думаешь, что кто-то из охраны разглядит меня под этой тушей?       – Шрамы, Игорь. – Даша провела кончиками пальцев по трём грубым отметинам, что перекашивали лицо Воронцова, и по прищуренному глазу. – Их не убрать, а это твоя самая главная особая примета.       – Предлагаю просто закрыть их бородой, – невозмутимо вмешалась Рада. – Будет выглядеть естественно, и вряд ли кто станет копаться в твоей растительности на лице, чтобы проверить, есть там что, или нет. А глаз... я сделаю такой же прищур на втором.       Через десять минут Игоря нельзя было узнать: немолодой, крепко сбитый и невысокий, длинные, почти до плеч, седоватые волосы старательно прикрывают проплешину на макушке. Нос утратил свою привычную горбинку от перелома и теперь приобрёл идеальную форму. Татуировку с плеча тоже решено было убрать – на всякий случай. Изумрудным глазам придали посредственный серо-голубой цвет и прищур, как от старческих морщин, а шрамы, что пересекали левую часть лица Игоря, закрыла густая с проседью борода, сделав их совершенно невидимыми.       – Готово… – сказала Даша, посмотрев в зеркало и на себя.       Другая женщина наблюдала за ней из отражения. Высокая и угловатая, с интересными, но грубоватыми чертами лица, с тёмными курчавыми волосами. А вот карие глаза подвели, как и шрамы Игоря: они хоть и были серыми, но казались слишком тёмными и глубокими, что хорошо запоминалось. Рада на этот счёт особо не переживала; по её мнению, нельзя было явиться в «Драконью пасть» совсем невзрачными – это привлечёт больше внимания и этого больше будут ждать.       – Уверены? – спросила Рада, и Даша поняла, что старая цыганка искренне за них боится. – Ведь… – она мотнула головой, тихонько звякнув многочисленными бусами на сухой шее: – Да что же я, конечно получится. Всё получится. Удачи.       – А где Белла? – Даша оглянулась в поисках подруги. – Она не пойдёт нас провожать?       – Нет, – сказала Рада. – Она говорит, что не видит смысла прощаться. Что вы обязательно вернётесь, и тогда она вас встретит. Вас… троих.       Даша кивнула. Что ж, Белла была свято уверена в том, что всё будет хорошо. И если она так говорила, то обычно так оно и случалось, словно подруга имела какое-то своё, внутреннее чутьё.       – Игорь, я ещё совсем забыла сказать, – Рада повернулась к парню. – Мамонов. Когда все узнали, что произошло после свадьбы, когда я ему рассказала, что ты сделал для Даши… Он сказал, что если я тебя увижу, передать тебе, что он сожалеет. За тот случай.       Игорь хмыкнул: тогда, на свадьбе, Мамонов уже изрядно выпил, и когда Игорь подошёл, чтобы поздороваться, протянув ладонь для рукопожатия, тот лишь посмотрел с презрением, молча осушил бокал вина и отошёл, словно парень своим прикосновением мог его чем-то заразить.       – Я не держу зла, меня тогда многие считали той ещё сволочью. Со мной даже Андромеда не разговаривала больше года.       – А вот Жоре стыдно, – сказала Рада, легонько наклонив голову. – Он сказал, что ты молодец. И что он рад, что Даша оказалась именно с тобой.       Даша видела, как Игорь постарался не показать улыбку, но глаза выдавали парня. Словно он внезапно скинул с плеч ещё один груз, который давно его тяготил.

***

      Во время телепортации всегда было холодно, но сейчас это чувство не исчезло и после того, как всё закончилось. Зима прошла, весна уже вступала в свои права, радостно поливая капелью и ручьями, но это место словно жило отдельно от календаря, затерявшись среди вечных льдов, пустынное и унылое. Деревья не росли, и единственным ландшафтом здесь служили огромные валуны, что немилосердно стачивал ревущий ветер. В небе кружили какие-то редкие большие птицы, а под ними, взгромоздившись на камни и скалясь ржавыми зубьями решёток, подобно старому рассвирепевшему дракону, стояла огромная тюрьма из чёрного камня.       – Боже… – только и смогла сказать Даша, глядя на эту мрачную картину.       – Каково же ему тут… – сказал Игорь вполголоса, и двинулся вперёд. Даша пошла следом.       Ноги почти по колено проваливались в сугробы, ветер пытался сорвать одежду, мелкий снег бил по лицу стеклянными колючками, но сейчас это мало кого волновало; Игорь и Даша молча шли по направлению к тюрьме. Сейчас для них главным было лишь то, что их друг там, в этой мрачной крепости, за этими чёрными стенами. Что он пострадал только из-за них. Чувство стыда сжигало страх, желание всё исправить гнало вперёд, невзирая на сложную дорогу, заставив остановиться только у ворот.       Их встретила лишь звенящая тишина. Никого не было. Только ветер и камни, да ледяная пустота вокруг. И это настораживало, если не сказать пугало. Игорь поднял на двери тяжёлый чугунный молоток и несколько раз постучал. Дверь открылась так резко, что едва не сбила его с ног.       В проходе стояла старуха, самая отвратительная, которую только можно себе представить. Серое сморщенное, как сушёный гриб, лицо, длинный нос крючком, достающий до самого подбородка, маленькие яростные глазки. Длинные седые волосы растрёпаны, вместо одежды – грязные лохмотья. Веди, тюремщица, ОБТСовский палач. И она, судя по всему, была здесь не единственной.       Краем глаза Даша увидела, как Игорь судорожно сглотнул.       – У нас встреча с одним из заключённых. – Игорь говорил твёрдым и уверенным голосом, отчего Дашу пробрало чувство необъяснимой гордости за этого человека. Казалось, что он совсем не боится, хотя Игорь и не понаслышке знал, кто такие Веди. – Роман Васильевич Каратеев, ему предоставлен адвокат. Вот пропуск.       Воронцов резко взмахнул рукой, пустив с кольца какую-то вспышку. Она сложной фигурой на мгновенье застыла в воздухе, после чего бесследно растворилась. Метка ОБТС, очень сложная, требующая сноровки и очень опасная. Один неверный жест, поворот пальца не в ту сторону, неверная интонация произнесённого в голове заклятия – и всё, тебе в лучшем случае оторвёт руку вырвавшимся потоком энергии. Такие метки нельзя было повторить стороннему человеку, им обучали годами и в строжайшей тайне. Даша знала: если увидел эту метку, можешь точно быть уверенным в том, что перед тобой ОБТСовец. Ну, или тот, кто совсем недавно им был.       Так, наверное, подумала и Веди, если эта озлобленная сущность, что когда-то была человеком, способна была думать вообще. Молчание затягивалось; Даша стояла, переминаясь с ноги на ногу, кутаясь в пальто, в попытке спрятаться от ураганного ветра, изо всех сил стараясь быть похожей на адвоката, хотя, честно говоря, понятия не имела, как должен вести себя адвокат.       – Нас не предупредили.       Даша почувствовала, как мурашки стадом слонов пронеслись по её телу. Веди не только могла думать, она ещё и обладала речью. Потусторонний, задыхающийся и жуткий голос, резкий, царапающий слух с тем же визгом, с каким гвоздь царапает стекло – Даша хотела больше никогда не слышать этого голоса.       – А это тебя и не касается, сушёная мразь. – Игорь сплюнул карге под ноги. Даша знала, что это спектакль, что парень просто импровизирует, но ненависть в его голосе была неподдельной. – Уже давно всё решили без тебя, твоя задача открыть дверь и убрать с дороги своё мерзкое туловище.       Игорь шагнул вперёд, не дожидаясь, пока карга его пропустит, но Веди неожиданно посторонилась.       – Сорок восемь триста четырнадцать, – прохрипела карга, судя по всему, имея в виду номер камеры, в которой держали Рому.       – Пройдёмте, коллега, – непринуждённо и официально бросил Игорь замешкавшейся в дверях Даше. – С этими тварями не стоит церемониться.       Девушка прошла мимо старухи, догнав парня через пару секунд. В голове у неё пронеслось, что обратно они так просто не выберутся.       – Какие дальше планы? – тихо спросила Даша, когда они с Игорем оказались на приличном расстоянии от входа.       – Понятия не имею, я вообще не был уверен, что мы сможем сюда пройти. Тут всё очень сложно, специально сделано, чтобы нельзя было выбраться.       – Надеюсь, что Рома и правда здесь. Иначе мы только зря сюда прошли.       – Не знаю, Дашка, называй, как хочешь, но я почему-то уверен, что он здесь. Это… как будто что-то ведёт, понимаешь? Тянет вперёд по нужному курсу.       Даше почему-то вспомнился Генка.       – Ты знал? – спросила девушка, глядя себе под ноги. – Про Веди. Что они здесь надзиратели?       – Никто не знал, – ответил Игорь, так же глядя в пол. – Эта тюрьма она… для нас. Для меня, для Романыча, для тех, кто когда-то работал в ОБТС и не оправдал надежд. Я не знаю, что нас тут ждёт, но говорят, что люди, которые сюда попадали, сходили с ума раньше, чем им успевали вынести приговор. И ещё… говорят, что отсюда вообще нет выхода.       – Об этом я уже подумала… Игорь?!       Даша посмотрела на парня и отшатнулась. Игорь посмотрел на неё и сразу понял, что было не так.       – Мы меняемся… – Игорь остановился и провёл рукой по Дашиному лицу, что утрачивало резкость. Большие карие глаза тёмными пятнами сияли на бледной коже, рыжие волосы трепал сквозняк, гуляющий в этих стенах.       – Веди… – Даша вновь смотрела на Игоря снизу вверх, с высоты привычного роста. – Они же все бывшие ведьмы. Чары Рады тут не властны.       – Нам всё равно нужно найти Рому. – Игорь поправил плащ, что перестал натягиваться на могучих плечах и теперь снова сидел свободно. – Просто найдём камеру, а там будь, что будет.

***

      – Рома! – Даша кинулась на решётку, за которой сидел худой и бледный арестант в серой грязной робе. Взгляд его был пустым и потерянным, словно у парня давно были не все дома.       Рома обратил на друзей внимание лишь тогда, когда Игорь медленно, чтобы не греметь, магией снял с петель тяжёлую стальную дверь. На лице его впервые промелькнуло подобие изумления.       – Даша? Игорь? – голос его был тихим и слегка срывался, наверное, от долгого молчания или простуды.       – Господи, что с тобой сделали… – Даша подбежала к другу, крепко его обняв.       Рома рассеянно провёл рукой по спине девушки, потом так же рассеянно посмотрел на Игоря.       Он выглядел ужасно. Похудел, да что там, буквально высох. Удивительные тёмно-голубые глаза поблекли, нос сломан в нескольких местах, во рту недоставало зубов. Рыжеватая небритость, что летом делала его красивое лицо таким благородным и тёплым, сейчас превратилась в густую нечёсаную бороду, как у самого последнего бомжа, а грязные волосы отросли почти до плеч и кишели вшами. Но самым ужасным было то, что кольцо отсутствовало: на правой руке осталось только обручальное, а магическое сняли вместе со средним пальцем.       – Что вы тут делаете? – спросил парень, словно всё ещё не понимая сути происходящего.       – За тобой пришли, – тихо ответил Игорь, не веря, что его лучший друг в таком ужасном состоянии. – Белла сказала о тебе недавно. Мы не знали, иначе были бы тут раньше.       – Белла… – в тусклых глазах парня на миг промелькнуло подобие радости. – Как она? С ней всё хорошо?       – Да, она в порядке. Она с Радой. – Даша улыбнулась. – Поздравляю, ты стал отцом.       Рома улыбнулся в ответ, но лишь на мгновенье, словно боялся, будто за это его могут наказать.       – Ведь ещё рано… сколько прошло времени?       – Они немного раньше положенного срока. – Даша провела ладонью по грязной щеке парня, стараясь не разрыдаться. – Но всё хорошо, они здоровы. Двойня. Девочки.       – Это здорово… – несмелая улыбка вновь скользнула по измождённому лицу. – Как назвали?       – Лиля и Настя.       – Лиля и Настя… – тихо повторил Рома, опустив глаза в пол. – Я отец… с ума сойти. А Женя? И мама с папой?       – С ними тоже всё хорошо, – ответил Игорь. – Твои родители уехали, а Женька в академии, Шольцева лично взяла её под крыло. Белла общается с ними, поддерживает контакт, так что можешь не волноваться.       – Рома, оставаться тут нельзя. – Даша мягко прикоснулась к ладони друга, буквально ощутив пальцами, как выпирают его кости. – Нужно уходить. Сейчас же.       Рома выдернул ладонь и отодвинулся в сторону.       – Нет, – сказал он резко. – Если я отсюда исчезну, то моих близких обязательно достанут. Второй раз я этого не допущу. Я остаюсь.       – Романыч, это не шутка. – Игорь подошёл ближе. – Это реально мы, мы реально пришли за тобой.       – Я знаю, – Рома лёг на узкую лавку, ссутулив костлявые плечи, – поэтому и говорю «нет».       – Романыч, не дури… – Игорь попытался поднять друга за локоть, но тот резко дёрнулся и вскочил на ноги.       – Это ты не понимаешь, Игорь! – Рому трясло; взглянув в его глаза, Даша поняла, в каком ужасе находится парень. – Ему было всё равно, понимаешь? Влад шёл к ней, чтобы пытать. Ему было плевать, что она женщина, что у неё рост метр с кепкой, что она беременна – наплевать! Он хотел выбить из меня информацию о тебе, и он знал, что нужно делать. Как, по-твоему, я сейчас должен поступить? Снова рискнуть ей? Рискнуть женой, детьми, сестрой и отцом с матерью? Зачем я только согласился тебе помочь?!       – Эй, дружище, я тебя не просил. – Игорь, казалось, был задет словами. – Я был пьян, проговорился. И если уж быть честным, ты сам из меня выбил тот разговор, помнишь? Наутро я просил тебя забыть об этом, но ты настоял, что один я не справлюсь. Ведь ты помог мне не для того, чтобы потом попрекать?       – Нет, но тебе меня не понять. – Рома снова сел на лавку. – Ты один, тебе терять было нечего.       – У меня сестра, Романыч.       – Ты даже не уверен, что вы родные!       – Откуда ты…       – Ты слишком громко думаешь, Бобик! – Рома рассмеялся Воронцову в лицо невесёлым жутковатым смехом. – Так что ты не понимаешь.       – Друг… – Игорь подошёл ближе, но Рома отодвинулся.       – Я всё сказал. Не двинусь с места.       – Рома, не нужно… – сказала Даша полушёпотом, но Рома лишь резко бросил в её сторону:       – Не надо было тебя спасать. Не будь тебя, нам всем жилось бы куда легче.       Кулак сжался сам собой; Игорь врезал Роме так, что хрустнула и заболела рука, а сам Рома отлетел на пару метров в сторону, ударившись лицом об стену.       – Воронцов!!! – вскрикнула Даша, кинувшись на помощь к распластавшемуся на полу другу. – Какого чёрта ты вытворяешь?!       Игорь глубоко вдохнул и резко выдохнул. Даша права, Рома сейчас не в том положении, чтобы на него обижаться, но сдержаться Игорь не смог. Он не желал другу зла и не хотел его бить, но это был не Рома. Его нужно было вернуть обратно из глубины этой сломленной сущности, что вяло шевелилась в углу.       – Живой? – спросил Игорь, глядя на то, как его лучший друг слабо поднимается на четвереньки, вытирая кровь с разбитой губы.       Рома только мотнул головой, словно всё ещё не соображая, где он находится.       – Ты слышишь меня? – спросил Игорь громче. Рома поднял на него взгляд – глаза его были тёмно-голубыми и ясными.       – Ты меня ударил… – Рома поморщился от боли, прикоснувшись к ссадине, оставшейся от удара о стену.       – Прости. – Игорь пожал плечами. – Теперь квиты.       Рома рассмеялся, и Даша поняла, что он медленно возвращается в реальность.       – Это место и правда сводит с ума… – Рома сплюнул осколок сломанного зуба. – Игорь, Даша… я не могу…       Парень не находил слов. Даша встала с пола и протянула Роме руку.       – Можешь. И пойдёшь.       Рома взялся за ладонь девушки, поднимаясь на ноги.