Сердце к сердцу

Просыпаться было сложно: голова гудела так, словно по ней катком проехались. Чувства неохотно возвращались, но поняла, что лежу на чем-то мягком. И мне тепло. Лениво открыв один глаз, пытаюсь определить хотя бы время суток. Вроде, ночь. «Сколько я спала? Такой дурацкий сон. Иркалла, трупы, Ниалл…» Когда дорогое сердцу имя всплыло в голове, я резко села и открыла глаза. Чувствовала, как мышцы ноют, спина разрывается от боли и, что самое ужасное, я понятия не имею, где нахожусь.  Похожие на эту просторные комнаты были разве что во дворце Пяти. Но определенно радовало, что в помещении было много воздуха и свободного пространства. В сравнении с моей заставленной всем подряд комнаткой, тут царил порядок. Не слишком стерильный, но очень уютный. И книги, везде были книги. «Ниаллу бы тут определенно понравилось, » — потирая ноющие бока подумала я. Любопытство взяло верх и, встав с кровати, направилась к окну, чтобы хоть примерно разглядеть пейзаж снаружи. К моему удивлению, я оказалась в ректорском крыле Академии. Поворачиваясь обратно к кровати, локтем задела вазу, которая чуть с грохотом не упала на мраморный пол. — Тебе стоит прилечь, — раздался сухой мужской голос из глубины комнаты. Конечно, я сразу его узнала и бросилась навстречу.  Ниалл сидел в кресле в самом дальнем углу, из которого открывался отличный обзор на всю обитель. Я буквально подлетела к нему, забралась с ногами в кресло и крепко обняла, невзирая на неприятные ощущения во всем теле. Он растерялся, но постарался не подать виду. Лишь крепче прижал к себе и уткнулся носом в макушку. Не знаю сколько мы так сидели. Может пару минут, а может вечность. Не хотелось отрываться от него, выпутываться из его оберегающих рук. Но еще больше мне не хотелось разговора и нотаций от бывшего ректора. Словно прочитав эту мысль в моей голове он чуть отстранился, поднял рукой мой подбородок и заглянул в глаза. — Никки, мы ведь договаривались… Я была готова разрыдаться. Вся ложь нещадно всплывала наружу, я больше не могла прятать эти скелеты в своих шкафах.  «Рано или поздно он должен был узнать». Уткнувшись головой в его грудь и взяв слово, что он не будет меня ругать, я решилась рассказать все. Про первые встречи с Кингу и борьбу с ануннаки, тайну медальона Этана и тюрьму, про убийство Варассы и стычку с Шамашем. Да даже про Лихы ему рассказала. Я захлебывалась в слезах, а он лишь нежно гладил меня по голове. — Ты понимаешь, я не могла, не могла не увидеть Этана! Он мой брат! Я не могу его потерять! Грустно вздохнув, он поцеловал меня в лоб и сгреб в свои объятия. Меня пугало его молчание, но размеренный стук сердца словно чеканил: «все-в-порядке-Никки». — Ниалл, — неожиданно для себя, вспомнила, — а Иркалла… Это же был сон? Да? — Тогда он приснился нам обоим. Мы замерли. Чуть отодвинувшись от него, заглянула в глаза. — Но как ты нас спас? Он потянулся и улыбнулся словно сытый и довольный кот, не отводя от меня взгляд. Это выглядело как насмешка и мне было немного обидно. Однако приходилось признавать, что не у одной меня есть тайны и скелеты, а у Ниалла, за его трехсотлетнюю жизнь, их вполне могло накопиться на приличное кладбище. Сверчки лениво стрекотали за окном, щебетали предрассветные птицы. А мы так и смотрели друг на друга, держась за руки. — Искорка, тебе нужно отдохнуть. Ияр не сможет тебя лечить, по крайней мере пока что, поэтому придется восстанавливаться своими силами. Он легко подхватил меня под ноги и поднялся с кресла. В его теплых руках я чувствовала себя невесомым облачком, которое мягко кладут на кровать и укутывают легким одеялом.  — Побудь со мной, пожалуйста? Ниалла это предложение застало врасплох. Но с легкой улыбкой на губах он снял свой плащ и устроился поверх одеяла, подставляя свою руку, чтобы я на нее легла. Прижавшись к нему, чувствовала запах ткани, меча и едва уловимый аромат ночной свежести.  — Как ты нашел меня в Иркалле? — Неугомонная, спи давай. Он легко смеялся, а рука, которую я заблаговременно положила ему на грудь, завибрировала от бархата его голоса. Такой ответ меня не устраивал. — Ну Ниалл! — Искорка, я найду тебя везде. Даже если ты под землей и почти умерла. Найду и доставлю на этот свет. Мы связаны с тобой, помнишь? Тогда, в лесу, духи нас действительно связали. Я стала ярче чувствовать перемены в настроении Ниалла, но его душа для меня по прежнему была потемками. — И что, теперь нам могут теперь сниться одни и те же сны? — от этого вопроса бывший ректор замер. — Почему ты спрашиваешь? — Не знаю. Просто ты сказал про Иркаллу, мол, она нам обоим приснилась. Вот и подумала, что… — от другого воспоминания я не только замерла, но и покраснела. Теперь мы думали об одном и том же, впервые за долгое время. Я боялась смотреть на него, а его бешеный ритм сердца чеканил сигнал спасения. На этот вопрос у него, похоже, не было ответа. — Кто знает. Спи, Искорка. Он хотел было чмокнуть меня в висок, но я не выдержала и повернула голову навстречу его губам. Он чуть отстранился и замер, глядя мне в глаза. — Прости, мне не стоило… — отведя глаза, почувствовала как щеки предательски краснеют. Еще немного и засветятся в темноте. Ниалл ничего не ответил, лишь повернулся и прижался ближе, заключая в объятия. Мне так и хотелось закинуть ногу на его бедро, но терзали мысли о том, правильно ли это. «К Лахаму правила!» — и нежно проведя ногой по его брюкам придвинула его бедра ближе к своим. Зелень в его глазах темнела, губы приоткрылись. — Никки, так нельзя… — Кто сказал такую чепуху? — облизнув губы я взглянула на него с вызовом. Я видела это смятение в глазах, но также слышала зов сердца, которое было готово вырваться из груди навстречу моему. — Помни про дыхание, Ниалл. Он выдохнул и аккуратно прошелся языком по моей нижней губе, а я выгнулась ему навстречу. Мы еще не целовались, но уже играли друг с другом. Руки гуляли по телу, пусть и через одежду, изучая друг друга. Еще немного и магия, искрящая между нами, приведет к настоящему пожару. — Искорка, пути назад не будет… — его руки легко коснулись моей спины, аккуратно обходя места новых шрамов и ушибов. Мурашки покрывали тело, хотелось снять уже всю мешающую одежду, но ведь правда — если все случится, переписать эту историю уже не получится. — Там, в Иркалле, — задыхаясь от нежности и слез продолжила, — я ревновала. Ревновала тебя к Эрешкигаль, но когда ты крикнул мне бежать, поняла, что без тебя не будет и меня. Ты — мой воздух, Ниалл. Он робко поцеловал меня в губы, пальцем смахивая с щеки слезы. Другой рукой он зарылся в волосы, притягивая ближе. Я же гладила его спину, желая прочувствовать его целиком.  Простыня смялась под нашим напором, в сторону полетела одежда. Сверчки напевали какую-то известную им мелодию, но совсем не в такт, и чуть фальшивя два мага стонали, сгорая от желания. Ветер развевал шторы в комнате, хотя окна были едва открыты. Когда мы остались нагие друг перед другом, он ласкал мое израненное тело, целуя те места, которым досталось больше всего. Казалось, будто он излечивает меня своими касаниями, и шрамы на спине затягиваются от его губ. Повернувшись к Ниаллу лицом, я притянула его за руки к себе — не хотелось расставаться ни на секунду. Мы целовались страстно и бесстыдно, как грешники, которым место в Иркалле.  Легко касаясь пальцами уже его шрамов, хотелось укрыть его от всех страхов прошлого, помочь ему быть в настоящем, со мной. Целуя каждый уголочек его тела, спускаюсь ниже и ниже, пока не дохожу до косточек на бедрах, после чего меня мягко поднимает воздух и укладывает рядом с ним. — Искорка, — мягкий поцелуй в губы, — давай остановимся, пока не поздно. — Но ведь ты не хочешь останавливаться, — целую в ответ. — Не хочу, — придвигается ближе. — И я не хочу, — закидываю ногу на его бедро. Он неторопливо входит в меня, целуя лицо. Глажу руками его плечи и зарываюсь в волосы. Легкие и умелые движения сводят меня с ума, заставляют стонать ему в рот, обвивая плечи руками, вжимая в себя почти до боли. Ниалл мягко проводит по моему животу, спускаясь к влажной коже. Когда я готова визжать от наслаждения, почти в губы говорит: — Помни, что ты по-прежнему можешь кричать. Кошачий взгляд его глаз будоражит меня и я не выдерживаю. Двигаясь ему навстречу, сцепляю наши руки в замок. Он не скрывает своих стонов и с жадным поцелуем дарит мне их.  Сминая простыню, перекатываемся в другую часть кровати. Изгибаюсь кошкой, чтобы прочувствовать его целиком. Он снова входит в меня и выбирает более интенсивный темп, от которого я забываю дышать, растворяясь в неге. — Дыши, Искорка, дыши, — с легкой издевкой говорит Ниалл, оглаживая мои ягодицы, выдерживая бешеный темп. Меня окатило теплым ветром, который я жадно вдохнула, пальцы разгорались все больше. Я схватила простынь и сжала, что было силы. Последний толчок, и мы оба бесстыдно простонали. Запахло паленым. Мы придвинулись друг к другу, нежно целуя все части тела, что попадались на пути. Добравшись до губ, слились в поцелуе, сладком как патока. Отстраняться не хотелось, но воздух заканчивался. Мы прижимались друг к другу и обнимались, вырисовывая на телах друг друга пальцами причудливые узоры. Впервые я видела Ниалла счастливым, с искренней улыбкой и чистым смехом. Я же ощущала, наконец, себя живой. И знала, что больше никогда не останусь одна. — Искорка, а чем пахнет? — Кажется, я немного подпалила простыню, — чуть краснея ответила я. Взгляд не отводила — уже нечего скрывать и стыдиться. Он лишь звонко рассмеялся и притянул меня к себе под мышку. Так мы и уснули перед самым рассветом, слушая наши, бьющиеся в унисон, сердца.