Укол, предотвращающий бешенство

— А у тебя есть жена? Невеста? Или хотя бы девушка? За те семь минут, что Тимофей шел с новым лучшим другом Захаром по проселочной дороге, юный герой успел те же семь раз выругаться матом, проклиная себя за свое же решение взять его с собой. — Есть, — ответил Тимофей, чем чуть не убил самолюбие Захара до конца. — Я правда как зовут ее не знаю, но уже придумал имена нашим детям… — Да ну, как это — имени не знаешь! Какая же она тебе жена тогда? — Без пяти минут законная, — уверенно ответил Тимофей. С этими словами дети вдруг уперлись носом в линейку из всей деревенской алкашни, столпившейся в очереди за холодненькой в единственном сельпо на ближайшие двадцать километров. — Пришли, — выдохнул Тимоша и поставил рюкзак-чемодан на землю. — Теперь ждем. Простояв почти целую минуту молча, Захар все же не выдержал и опять начал мучить друга расспросами. — А накидка у тебя такая модная откуда? Это настоящий «Vans»? Ты богатый, что ли? Тимоша даже забыл, как материться, ибо не ожидал внезапной зависти к своей совсем не деревенской роскоши. — Ну, вообще, с недавних пор богатый, — честно признался бездомный фехтовальщик. — Я пенсионер. — По чему? — По всему. Непонимающее лицо Захара задало вопрос вместо него. Тимофей оглянулся на очередь, понял, что стоять за пивом для Столпа Воды им еще очень долго, потому принялся загибать пальцы. — Ребенок из многодетной семьи, потеря обоих родителей, сестра-инвалид… — Ладно-ладно, я понял! Треш какой… Тимоша удрученно вздохнул. — А чемодан тебе зачем? «Блять», — все-таки выругался в восьмой раз старший брат семьи Камадо. — «Что бы ему такого сказать, чтобы он заткнулся?» — Я ношу там свою бешеную сестру-демона. — ДА ТЫ ЕБАНУТЫЙ! — вдруг заорал Захар так, что все алкаши с района в очереди повернулись и начали дышать в сторону детей — Тимофею пришлось зажать нос, чтобы не помереть от запаха перегара (с его-то чувствительным нюхом). — Я С ТОБОЙ БОЛЬШЕ НЕ РАЗГОВАРИВАЮ! — Ахуенно, — расплылся в улыбке старший сын семьи Камадо, чем очень обидел своего нового лучшего друга. Но ненадолго. Тимофей Камадо всегда говорил правду.

***

Часа два простояв в очереди, ребята вдруг поняли, что все это время за ними никто не вставал, а на город успели опуститься сумерки. Оглянувшись по сторонам, Тимоша заметил, что они вдвоем — последние, кто стоит в очереди в небольшой деревенский алкомаркет 4х4 метра по площади. Именно в тот момент, когда подошла очередь двух молодых фехтовальщиков, старый и совсем несимпатичный дед, выдающий себя за измученного жизнью кассира, отошел закурить. Это дало возможность ребятам осмотреться получше, потому как что-то их обоих внезапно насторожило. — Не слышал? Барабаны где-то играли… — Я только учуял плесень… Пахнет тухлятиной и прокисшим молоком, —внезапно изрек вердикт главный герой. — Тут где-то… — ДЕМОНЫ! Захар вдруг оттолкнул Тимофея от прилавка и отпрыгнул сам. Упав на холодную землю мягким местом, Тимоша хотел было уже начать в девятый раз материть блондинчика с конкурса, но уже по-крупному, как вдруг понял, что тот спас ему жизнь. Из-за прилавка на детей кинулся тот же самый страшный дед-кассир с пеной изо рта, стучащий по навесному барабану. — Истребители! — заорал хозяин магазина, увидев значки на фирменной форме фехтовальщиков. — Щас вы у меня огребете от Шестой Низшей Луны! Увернувшись от удара тяжелым музыкальным инструментом под неистовый вопль Захара, Тимоша вскочил на ноги и вытащил из ножен японскую катану. Пора было атаковать. — Эй, уроды! Тащи этого в подвал! Тимоша, хотя и схватил свою имбовую катану, был тут же утащен и брошен в темный подвал, который был раза в четыре больше маленького и неприметного сельпо. Оставшись в помещении один на один с демоном-барабанщиком, Тимофей каким-то образом нашарил в темноте выключатель, давший возможность хотя бы что-то видеть в этой непроглядной тьме. — Где Захар?! — встал в боевую стойку фехтовальщик, убрав не рабочую руку за спину. — Там же, где и твой нашатырный спирт, — гоготнул демон, ударив по тарелке — в этом подвале явно играла рок-группа, так как его инструмент уже не был убогим стареньким навесным барабаном с помойки. — Мне не нужен нашатырный спирт, чтобы сдать тебя санитарам, — храбро изрек Тимофей, высоко поднимая свой нос и красные от гнилого запаха глаза. — Я почти четыре часа стоял в очереди из алкашей в единственное сельпо во всей округе. Моя техника Дыхания Водяры сильна как никогда.

***

— ААААААА! ТИМОША, СПАСИ МЕНЯ! — вопил Захар, бегая от одного куста к другому от бешеного напарника демона-барабанщика. — И ты зовешь себя фехтовальщиком?! — демон взял с прилавки пустые бутылки из-под водки и запустил их в Захара — тот еле увернулся. — Бегаешь быстро, но от меня не убежишь! — Я — чемпион Воронежской области по многочасовому кроссу! Я бегал от разъяренного деда, ментов и бати своей бывшей! На мгновение бешеный шакал задумался. Но спустя секунду схватил с прилавка нож. Захар заорал пуще прежнего и спрятался за деревом. — Как у такого, как ты, могла быть девушка?! — расхохотался опасный умалишенный человек. — В жизни не поверю! Даже если ты и бегал кросс, то явно не по этим причинам! А вот такое заявление задело Захара Агацуму за живое. Юный светловолосый паренёк из Воронежа хотя и не был талантливым фехтовальщиком и не обладал даром к владению мечом, как тот же Тимофей Камадо, однако он в действительности умел бегать, и бегал он очень быстро. В отрочестве, когда он тренировался со своим дедом на конопляном поле (дед Захара был мастером спорта по фехтованию), в это самое поле ударила молния — как раз в тот момент, когда юноша убегал от противного родственника, желающего его хотя бы чему-нибудь научить. С тех пор Захар стал настоящим русским Флэшем, который мог благодаря своей скорости обогнать мотоцикл или, живя в Зажопинске от своего учебного заведения, прийти на пару «без пяти минут». Таким образом, он смог убежать от бати своей одноклассницы, с которой встречался один день, потому что она проиграла своей подруге в карты на спор. Впоследствии, Захар не раз убегал от сотрудников милиции, которые подозревали его в курении конопли, росшей на том самом поле, где он когда-то тренировался со своим почившим дедом. Поэтому фехтовальщик не соврал врагу насчет своих способностей. Обкуренный и молниеносно быстрый Захар Агацума был страшен, грациозен и очень опасен. Но это была другая его сторона, о которой даже он сам не подозревал. У Захара Агацумы просто не было сенсея, который бы дал ему таблетки от шизы. «Все бля, не могу, — Захар поджег и закурил косяк, расплывшись в кумарной улыбке. — А то перед смертью не надышишься ведь…» В этот момент у юного растамана случилось помутнение рассудка, и он упал наземь с косяком в одной руке.

***

— И давно у тебя на стене висит кабанья морда? Охотник, да?! — заорал Тимофей и воткнул врагу в глаза его же игральные палочки. — Не будешь больше животных обижать, тварь поганая! Неистовый крик демона сопровождался еще более страшным воплем низкого баса — из угла полуосвещеного подвала, откуда не возьмись, выскочил до неприличного красивый полуголый пацан. — ХАХАХАХА, ОТВЛЕКСЯ НА МОЮ ПРИМАНКУ! — завопил мальчик, который явно был поклонником мультфильма «Тарзан». — С ВАМИ ИЛЮХА ХАШИБИРА, ПЯТЬ ДНЕЙ БЕЗ ЕДЫ И ВОДЫ С УБОГОЙ ИГРОЙ НА БАРАБАНАХ! ЩА ТЫ У МЕНЯ ПОИГРАЕШЬ, УПЫРЬ НЕДОДЕЛАННЫЙ! Тимоша решил не мешать внезапно появившемуся фехтовальщику-качку с миловидными чертами лица бить врага, а поэтому отошел в противоположный угол и стал ждать своей очереди. Илюха Хашибира, как он себя назвал, отбил атаку большим барабаном сразу двумя железными мечами (ну точно ковал самостоятельно), а затем стянул со стены маску кабана и напялил прям себе на голову, как будто бы в этом подвале совсем душно не было, и вообще, раздавать на улице флаеры в подобном костюме — верх желаний современного подростка. — Вам не победить меня! — орал демон, который уже еле стоял на ногах, держась за сердце. — Я… Я один из Двенадцати Бесовских Лун! — А я один выживший и не потерявший рассудок из шестерых братьев и сестер, — фыркнул Тимофей и протер свою катану запасной тряпочкой с нашатырным спиртом от тети Тани Тамаё. — Уж поверь, два подростка-фехтовальщика — это тебе не пиво в сельпо продавать. — СКАЗАЛ, КАК ОТРЕЗАЛ! ЕБАШИМ, ЧУВАК! Ударив с обеих сторон по барабанам деда-кассира, фехтовальщики повергли страшного демона вдвоем, после чего Тимофей все же смог выбраться наружу и вызвать санитаров через своего почтового голубя. Однако сделал он это не сразу. Высунув вместе с новым приятелем по несчастью голову из люка, юный фехтовальщик стал свидетелем следующей картины: чучело-помощник деда-кассира лежит пластом на животе и бьет кулаками о землю, моля очумевшего от запаха конопли Захара Агацуму его не убивать. Захар же собственной персоной восседал на нем с длиннющей золотистой шпагой, которую скорее всего спиздил из какого-то музея, и шептал что-то про «Дыхание грома» и «значение Флэша в Лиге Справедливости». — Ебануться, — только и смог вымолвить Тимофей, увидев вдалеке приближающуюся делегацию из психушки.