Некромагия тащит.

Чанбин со смешанными чувствами шёл обратно. Как бы жнеца ни бесил один конкретный некромаг, он не мог просто так не воспринимать его слова всерьёз. Тот старше, его мнение авторитетнее, просто даже как человека, а еще тот опытнее. Но и слушаться не хотелось вообще. Что это вообще за приказной тон такой? Чанбин не сдерживается и пинает камушек по дороге, а через пару метров, будто получив от судьбы в отместку, спотыкается о валун. Мгновенная карма, скажет кто-то, а Чанбин ответит, что валуна этого быть здесь не должно. Тут, вообще-то, в принципе камней быть не может. И маг резко поднимает глаза вверх. Ох. Что за… Когда Чанбин открывает глаза, над ним нависают три головы: Феликса, взволнованно ощупывающего его руку, Сынмина, который раздражённо шипел на Феликса, и Джисона, который внимательно всматривался в его лицо. — Ничего необычного в поле зрения нет? — Будто заученно спрашивает Чанбин, тыкая куда-то под подбородок Джисона пальцем и привлекая внимание двух других. К слову, он не удивлён вообще, что его соседи по комнате прибежали к нему в лазарет, а вот наличие Джисона его даже немного озадачило. С Джисоном они вполне неплохие друзья, даже если общаются не так уж часто из-за загруженности старшего и собственной занятости, но это совсем не повод для его присутствия здесь. — Нет, всё в порядке. На мне не использовали заклинание. Кажется это была обычная… Палка? — Чанбин и сам осознал, насколько бредово звучит, учитывая крепкую конституцию жнеца и адекватно оценивая его высокое мастерство. — Расскажи, как всё было, — Джисон деловито сел на стул, откидывая плащ и закидывая ногу на ногу. В руках появились блокнот и ручка. — Ох, надо же, — с удивлённо-вытянутым лицом некромант ставит наконец точку и складывает историю воедино, — ты ушёл от Чана и Чонина, обратный путь выбрал короткий, то есть по окраине города, и там на тебя напал неизвестный, упав прямо с неба. Одним ударом наверняка зачарованной палки он вырубил тебя, а ещё, как оказалось, украл у тебя фамильное кольцо, — с последнего Чанбин особенно вскипел, но подскочить и искать виновника ему не дали, потому что «удар был сильный, поэтому лежи на месте хотя бы пол дня и отдыхай» от Феликса и подтверждающий взгляд алхимика окончательно пригвоздил его к койке. — Но кто же это мог быть… — Джисон-а, можно тебя на минутку? — Донеслось со стороны входа в лазарет. Их отгородила ширма, но все узнали голос, поэтому никто не задавался вопросами. — Да, секунду, Чан-и. — некромант кивает младшим и отходит за ширму, удаляясь ненадолго от них. — Я иду в ректорат с тем, что мы нашли и что написал Сынмин после анализа. Ты вроде бы тоже хотел пойти. Или ты останешься тут? — Чан слышал, что Джисон пришёл в лазарет вместе с младшими, а значит как один из студенческого совета уже нашёл себе задачку, и всё же, он помнил, что друг хотел пойти. — Ой, я как-то успел забыть. Давай вместе сходим, я только предупрежу, что уйду, — он тут же метнулся в лазарет и прихватив с тумбы свой блокнот, он приказал Чанбину лежать до тех пор, пока он не придёт к нему вновь, чтобы продолжить разговор. Заходить в кабинет было ужасно волнительно, всё-таки они редкие посетители сего зловещего места. Но студенты уже оповестили о том, что необходимо проконсультироваться с ними и время было назначено. Постучав и услышав разрешение войти, некроманты переглянулись и выдохнули так, словно каждый из них собирался выпить по напитку повышенной крепости. Открыв широкую двустворчатую дверь, маги неловко сели перед длинным столом, за которым уже сидели два абсолютно одинаковых человека. — Итак, юноши, рассказывайте, что вас привело сюда? — Заговоривший сидел напротив Чана и цепкий взгляд глубоких карих глаз уже успел заметить в руках студента папку и какой-то пакет. Студенты переглянулись, решая, кто начнёт, и Джисон взял слово, чтобы после его подхватил Чан, дополняя историю тем, что успело произойти, а следом уже сам Джисон дополнил сверху тем, что Чанбин попал в лазарет после нападения на него и ему кажется, что произошедшее связано между собой. — Студент Бан, я уже знаю, что ты приготовил все бумажки, давай уже подпишу, гиперответственный ребёнок, — вдруг отозвался второй близнец, тихо посмеиваясь в ладонь. На самом деле оба ректора были очень миловидными людьми, это очень обманчивая красота, но в то же время и позволяющая немного расслабиться от напряжения. — Мы даём добро на то, что вы затеяли. Используйте это с умом, — первый близнец, Хван Хён, подвинул папку обратно по столу к Чану вместе с пакетом. — И, конечно, соблюдайте меры предосторожности. Мы будем приглядывать за вами, — ох, ну конечно, никто не сомневался, что к ним приставят кого-нибудь из учителей, но спорить не приходилось, потому что Хван Джин был несколько строже своего старшего брата. — Ах, а мы можем собрать команду? Вдвоём мы далеко не сможем зайти в расследовании, — в последний момент спросил Чан, обнимая папку. — Да, конечно. Галочку я в бумагах приписал, отнесите их в архив и можете приступать. Мы выберем наставника и он свяжется с вами, — близнецы как-то хитро переглянулись, будто затеяли какую-то новую игру, но решая даже не пытаться лезть в эти чертоги их разумов, студенты кланяются и исчезают в коридоре. — А кого ты в команду собрался брать? — Наконец поинтересовался Джисон, которого распирало неимоверно. — На самом деле я решил спихнуть это на тебя и Чонина. Чтобы вы позвали кого-нибудь, кто может нам помочь в этом дельце. — Чан по совету великого Ли Минхо успешно позволял другим взять его обязанности, и Джисон только кивнул ему, мол, положись на меня. — Я пойду пока в лазарет, меня там должны ждать, а Чонин скорее всего сейчас домашку делает. И нам бы тоже… С одной стороны у нас вроде как есть подпись ректората на освобождении от занятий… Но нас же всё-равно потом уничтожат, — отчаянно размышлял парень, тряся Чана за руку. — Не страшно. Будто первый раз. Вспомни, что было, когда вся наша комната слегла на больничный. Джисон успешно свинтил болтать с Чанбином, а вот Чан озадачил Чонина своей просьбой помочь с поиском людей. Ну и обрадовал освобождением, конечно, куда без этого. Только после того, как старший озвучил последнее, он тут же сорвался с места, говоря, чтобы ждал их на первое собрание в библиотеке. Некромагу оставалось только почёсывать висок, раздумывая, правильно ли он сделал, что оставил это на друзей? Сложив руки в замок и потянувшись, он достал маленький кейс из джинсовой куртки, в которой убегал недавно от Чанбина, надел хранящиеся в нём наушники, а после сигнала подключения включил музыку, хватаясь за толстую тетрадь на столе и вместе с ней и папкой уходя сразу в библиотеку. Там он пару часов отсутствовал для мира, пытаясь накидывать версии, чтобы не начинать с пустого места, поэтому уже успел забыть о собрании и всём прочем. — Что за подстава, Феликс, Джисон? — Отозвался наигранно раздражённо Чанбин своей фирменной слегка капризной интонацией, после чего уставился хмуро на Чана, который в упор их не видел и не слышал, хотя они уже сидели напротив него. А сам невольно на руки его заглядывался, которые активно что-то строчили в тетради, чиркали и рисовали какие-то кружочки и стрелочки. — Иначе ты бы сразу нас отшил, — в защиту заявил Феликс, прекрасно зная друга и его странные тёрки с некромантом. — Мне кажется, что его всё-таки надо толкнуть, — не без нотки усталости в голосе от ожидания предложил в который раз Сынмин, пилочкой подравнивая ногти, потому что нельзя на факультете Травничества ходить с отросшими ногтями. Ни единого лишнего миллиметра. — Надо дождаться наставника, тогда и толкнём. — А кто это хоть? — Вновь не выдержал Чанбин, не прекращающий взглядом сверлить кудрявую неприятность, которая в упор не видела, что уже как час не одна тут. Из наушников было слышно что-то громкое и с басами, вообще не удивительно, что он их не слышит. — Я это хоть, — с откровенными нотками сарказма отозвался Минхо, ладонью хлопнув слегка по плечу нетерпеливого студента Со. — Педагогический совет вам не шуточки. Давайте начинать, — и плюхнулся рядом с Чаном, как на своё законное место, ну а вообще просто там было единственное свободное место за столом. Как бы сильно Чан ни ушёл в себя, силуэт, двигающийся рядом, заставляет его вздрогнуть и вытащить наушники, а после резко уставиться на стол и чуть не упасть со стула от испуга, учитывая, какими взглядами на него пялились. Минхо вовремя поймал спинку и усадил парня на место. — Прошу прощения, — тихо извинился он, закрыл тетрадь, положил рядом с ней ручку и собравшись за эти секунды, начал собрание.