ты, главное, найди меня.

—Подожди,—Сергей смотрел в пол, выслушав все, что рассказал ему Паша.—Ты был в психиатрической больнице? Но как ты там оказался? —Случайно,—Вершинин пожал плечами.—Шел по улице, видение, люди и скорая помощь — все, что помню. —Ужас какой,—Костенко протер переносицу, шумно вздыхая. Он даже и не думал, что парень мог оказаться там и, поэтому, не отвечал на его письма. День стал вскоре близиться к концу: за окном садилось солнце, людей стало на улицах меньше и шум машин уже был не таким гудящим, как утром. Блондин подошел к окну и стал осматривать свою улицу. Парень обратил внимание на то, чего раньше не замечал — каким красивым может быть летний вечер. Сергей же посмотрел на Пашу, в его глаза: казалось, что его светло-серо-голубые очи, цвета размытых небес, стали еще светлее, совсем стальными, но при этом не были ни холодными, ни колючими. В них плескались смешинки, которые задорно поблëскивали, имели ту же томность, улыбка — ту же неизъяснимую прелесть. Мужчина подошел сзади, аккуратно касаясь плеча парня, нежно оглаживая большим пальцем по футболке. Голова того повернулась, а блеск глаз не сходил с лица, как и улыбка. Думалось Сергею, что он сделает неверный шаг снова, но и отгорождаться от него тоже не хотелось. Он врезался в губы парня, уже не как до этого: он целовал требовательно, прикусывая его нижнюю губу, втягивая ее в рот, одновременно опуская руки на его талию. Парень повернулся всем телом к мужчине, стараясь отвечать на поцелуй ровным счетом также, как целует его тот. Все тело Сергея горело желанием касаться Паши ближе без каких либо преград—одежды,—Прикоснуться, поцеловать, облизать, изучить каждую частичку его тела своими руками и губами. Вершинин слегка толкнул капитана в плечо, давая понять, что нужно отсторониться. Мужчина так и сделал. На мгновение взгляд парня скользнул в сторону, но затем он ухватился за низ своей футболки и одним слитным движением стянул ее с себя. Сергей посмотрел на него: мозг закоротило, когда он увидел белоснежную кожу парня, очень нежную на вид. На секунду Костенко почувствовал несправедливость того, настолько Паша выглядит потрясающе, но почти сразу это чувство сменилось злорадством и малым самодовольством, ведь этот мальчишка — его. Уже сам юноша подошел ближе, кладя руки на плечи Костенко, а тот одной рукой, резким движением притянул к себе Павла. Их поцелуй снова затянулся в горячее танго. Самим им было до безумия жарко, поэтому, кое как оба обустроились на диване и снимали друг с друга оставшуюся одежду. Сергей уже чувствовал голого парня под собой, стараясь подушками пальцев зацепить каждую частичку тела. Его язык сам по себе скользнул по чужим губам, а ладони медленно заскользили по стройным ногам с подтянутыми икрами и узкими бедрами. Переворачивая Вершинина на живот, он провел руками по его спине вдоль позвоночника, после опустил ладони на его ягодицы, сминая их и шумно выдыхая от такого прелестного вида перед собой:голова лежала боком на подушке, волосы Паши были растрепанными, обычно яркие серо-голубые глаза казались чëрными из-за увеличенных до больших размеров зрачков, что были затуманены наслаждением и ожиданием. Распухшие после многочисленных поцелуев губы алели, дыхание стало учащенным, почти судорожным. Для того, чтобы подготовить мальчишку, у Сергея не было никаких подручных средств, разве что слюна. Именно поэтому он ею и решил воспользоваться. Сергей опустил руку на лицо парня, касаясь двумя своими пальцами до его губ, чтобы тот открыл рот. Павел так и сделал, открыл рот и заглотил пальцы, усердно обсасывая их. Костенко с каким-то особенным интересом наблюдал за его плавным движением языка, за тем, как теплая и вязкая слюна растекалась по пальцам, а ноздри Вершинина широко вздымались от нехватки воздуха. Щеки блондина покрылись румянцем и он освободил пальцы Сергея из своей полости рта. Позже мужчина стал смазывать колечко мышц, мягко кружа вокруг и лишь слегка надавливая, пока не почувствовал, что мышцы под пальцами расслабляются все больше и больше, и тогда осторожно надавил на вход одним пальцем, медленно погружаясь в теплую тесноту тела партнера. Для Паши эти первоначальные ощущения были неприятны, поэтому он уткнулся лицом в подушку, шумно в нее выдыхая, пока вторая рука мужчины гладила его спину, а губы шептали что-то вроде успокоительных слов. Под тихий шепот и горячее дыхание, Сергей уже без проблем вставил второй палец: он изогнул их в поисках простаты, чувствуя, как мышцы расслабились еще больше и пальцы проскальзывали без проблем. Спустя время блондин чувствовал одно приятное, тягучее наслаждение, поддаваясь бедрами навстречу руке мужчины. Когда тот понял, что юноша достаточно готов, он убрал пальцы и подставил головку своего члена. Теплое, влажное дыхание Паши возбуждало Костенко еще больше, и тот не стал медлить еще, более чем нужно. Мужчина сделал неглубокий, медленный толчок, и заметив, что его партнер не проявил признаков боли, проделал тоже самое и делал до тех пор, пока не вошел полностью и не услышал первый сдавленный стон из уст Вершинина. Толчки стали ускоряться с каждым разом, проникая как можно глубже. Тесное кольцо мышц сжимало член Сергея, вышибая все мысли из головы. Он бы никогда не описал это чувство словами, если бы его вдруг попросили это сделать, это нельзя передать словами, это — наслаждение в концентрированном виде, такое восхитительное, настоящее и желанное. Он двигался в нем с легкими влажными звуками, разрываясь от желания закрыть глаза и насладиться обхватывающей его теснотой, но при этом не отрывая взгляда от удовольствия на лице парня, что выгибался под ним и поддавался на встречу. С каждым разом темп стал увеличиваться, стоны громче. Сергей сжимал бедра парня настолько сильно, что кожа моментально оставляла на себе после багровые пятна, намечая синяки. Павел же хватался руками за все, до чего мог дотянуться: подушка, одеяло, спинка дивана. Хватался и держался крепко, что пальцы хрустели. Рот открыт был широко, в попытках поймать больше кислорода, но воздух был тяжелым, душным. Вершинин одной рукой сжал простыню, а второй дотянулся до своего органа и стал надрачивать себе в таком же темпе, какому следовал Костенко. Возбуждение накрывало с головой и наступал постепенный оргазм. Парень излился себе в руку с громким стоном, а мужчина увеличил темп, издавая какой-то рык наслаждения, ведь он сам скоро кончит. Резко толкнувшись в мальчишку под собой, он излился прямо в теплую и приятную тесноту, от чего мышцы сжали орган капитана. Наступает тишина, даже дыхание обоих остановилось в этот момент. Но тишину прервал Павел, выдав хрипло: —Ты, главное, найди меня,—Парень поворачивает голову, смотря на Сергея, а тот непонимающе хмурится. —Что? Оглушающий звон, приятная мелодия и покалывание в низу живота. Наступает темнота, но спустя секунду снова светло. —Твою мать...—Сергей осматривает свою комнату, а после переводит взгляд на свой смартфон, где уже минут пять трезвонит будильник. —Паш?—Мужчина осмотрел свою пастель и осознал, что это — очередной сон. Что он не был с Пашей и в помине. На улице раннее утро, на полу пустые бутылки, в голове одни и те же буквы, складывающиеся в одну и ту же фразу: —Ты, главное, найди меня.