Countryside Lupin

Офицер Сон Минги не был в отпуске три года. Не был бы, наверное, ещё столько же, если бы начальник не настоял на четырёх неделях отгула. Точнее, чуть не выгнал из офиса ссаными тряпками, пригрозив при неповиновении обеспечить незабываемый отпуск в обезьяннике. Видимо, после того как Минги чуть не расстался c жизнью из-за чужой халатности на последнем задании (все в отделе только диву давались, как ему вообще удалось при вооруженном нападении отделаться лишь ушибами и парой царапин), шеф всё же решил, что пора вознаградить ценного сотрудника. Против приказа начальства Минги был бессилен, поэтому лишь мрачно угукнул на пожелание хорошего отдыха, развернулся на каблуках и вернулся в своё обиталище, которое и домом не назовёшь: квартира-студия была полуобжита, даже кровать Минги заказал и собрал всего полгода назад, до этого и вовсе ограничиваясь одним матрасом. О каких-либо предметах уюта и декоративных изысках и говорить было нечего, всё было по-военному аскетично — только необходимый минимум в виде уже упомянутой кровати, табуретки, заменявшей прикроватную тумбу, стола, да кухонного гарнитура, из которого Минги пользовался разве что плитой, чтобы разогреть воду для рамёна за неимением чайника. Но жаловаться на такую бедную обстановку было некогда. Почти всё время после выпуска из академии и поступления на службу в полицейское управление он проводил в офисе или на заданиях, в квартиру же возвращался только поспать, и то часто пренебрегая своей кроватью и предпочитая ей диван в кабинете (за что спина ему спасибо не говорила). Поэтому, выдворенный с работы не нашёл ничего умнее, чем с ходу, прямо в форме плюхнуться на незаправленную с утра кровать. Только развалившись в позе вынесенной на берег морской звезды на ортопедическом матрасе (роскошь, на которую действительно не жалко было денег во имя здоровья своей бедной поясницы), Минги понял, насколько на самом деле нуждался в отдыхе. Стоило лишь закрыть глаза, как его вырубило.

***

Когда он проснулся, за окном было уже темно. Наручные часы показывали три ночи, а живот сигнализировал, что самое время для позднего ужина (или слишком раннего завтрака). Минги посетовал, что из еды наверняка один лишь рамён, и поставил воду кипятиться на медленном огне, чтобы успеть сбегать в душ, смыть с себя остатки сна и ещё раз обработать полученные раны. Выйдя из ванной, он с удивлением, будто впервые, осмотрел свою квартиру, абсолютно не понимая, что можно здесь делать целых две недели. — Разве что на стенку от скуки лезть, — усмехнулся Минги и едва успел выключить конфорку до того, как вода убежала, оставив его без рамёна. Пока заваренная лапша настаивалась под крышкой, он, сгорбившись в три погибели, копался в ноутбуке в надежде найти себе занятие. Первая строчка в поисковике по запросу «чем заняться в свободное время» предлагала массу вариантов — от вязания крючком до роуп-джампинга. Заводить хобби не входило в планы за неимением свободного времени, поэтому нужно было искать альтернативу. Посмотрев на календарь, он тихо ругнулся: сейчас же самый разгар отпускного сезона, а это значило, что забронировать более-менее нормальный отель на ближайшие дни было непосильной задачей. Но Минги любил решать такого рода задачи, поэтому всё же открыл сайт бронирования жилья и забил интересующие даты. К его вопиющему удивлению, вариант был, причём вариант подозрительно подходящий: небольшой загородный пансионат неподалёку от Сеула. Подобного рода заведения не привлекали среднестатистических отпускников, которым подавай «all inclusive», спа-центры и бассейны, но Минги сейчас устроил бы и домик в деревне. Ничего против старпёрского отдыха в виде прогулок по парку и возлежания на террасе он не имел, поэтому, не особо раздумывая, оплатил бронь на сегодняшний же день и собрал свои скромные пожитки.

***

Пансионат встретил его запахом травы, трелью каких-то невидимых птиц и почти полным отсутствием сотовой связи. Уже на ресепшене выяснилось, что это обстоятельство и было одной из причин такого низкого спроса на съём номеров: пару дней назад поблизости оборвалась линия связи и чинить её, похоже, в ближайшее время не собирались. Так что Минги свалился ничего не подозревающей девушке-администратору, как снег на голову. Выгонять она его, однако, не собиралась, лишь извинилась за двойную оплату проживания (никто в пансионате и не подозревал, что через сайт уже прошла оплата) и пообещала после со всем разобраться, отправив горничную готовить комнату. Его, впрочем, такой расклад нисколько не напрягал. Digital и human detox звучали как отличный план, по крайней мере, на первое время. Видимо, такого же мнения была и пожилая пара, ворчавшая в лобби. Они, по словам администратора, заселились сюда ещё до «происшествия», но особой разницы и не заметили. В любом случае, Минги не имел ничего против компании старичков, если они, конечно, не будут надоедать своим жужжанием, поэтому скупо поблагодарил администратора, предупредившую, что ужин будет проходить в столовой в семь вечера, после чего ретировался в номер. Разложив вещи, он решил скинуть с себя городскую одежду и переодеться во что-то более «курортное»: остановился на голубой гавайской рубашке, светлых хлопковых штанах и шлёпках. Погода располагала к ленивому отдыху, так что Минги намеривался поваляться на шезлонге под лучами пока ещё щадящего солнца. В лобби его внимание привлёк стеллаж с книгами, так что было решено немного отложить солнечные ванны и для начала выбрать чтиво. Пока он тщательно изучал обложки и решал, что выбрать — женский роман с каким-то уж больно слащавым названием «Хозяин моего сердца» или что-то из Достоевского, непонятно как здесь вообще оказавшегося, — двери в холл открылись, и в помещение завалились гости, которых Минги никак не ожидал здесь увидеть: шесть голов офисного планктона, гудящего так, что звенело в ушах. Выбор литературы мог подождать: ведомый выработанным годами инстинктом, Минги стал изучать вновь прибывших, в душе не понимая, что в этой глуши могли забыть клерки. — Так, коллеги, прошу собраться. И с мыслями, и рядом со стойкой ресепшена, — прикрикнул один из служащих — низенький высветленный блондин, стриженный под кокос. Минги приметил в нём человека энергичного, но нервного: он то и дело перекладывал из одной руки в другую планшетку, теребя прикреплённую к ней ручку. Когда шумная орава немного остыла, блондинчик стал что-то выяснять у администратора. В это время в холл зашли ещё двое мужчин — один был помоложе, подкаченный, серьёзный и, вопреки деловому стилю одежды, с огненно-красными волосами, второй — постарше — был рыхленькой комплекции и светился какой-то приторной улыбочкой. «Начальство», — догадался Минги, приметив, как сразу же замолчал самый громкий из клерков (со смехом, напоминающим предсмертные крики чайки), стоило лишь этим двоим приблизиться к стойке ресепшена. — Шеф, тут произошло небольшое недоразумение, — стал было оправдываться блондинчик. Видимо, администратор сообщила ему о проблемах с цифровыми благами цивилизации. — Боюсь, что мы не сможем провести здесь наш тим-билдинг-уикэнд из-за брейкдауна серверов. Минги тихо фыркнул: слишком много мудрёных английских слов в одной фразе, которую можно было сказать человеческим языком. Видимо, то же мнения был и начальник помоложе. — Директор Ким, можно попроще? Тот как-то неопределённо вздохнул, но повторил: — Неполадки со связью и интернетом. — А конкретнее? — Их нет. — Как это нет?! — включился в разговор второй начальник. Приторная улыбочка сошла с его лица, сменившись грозно сведёнными бровями и сжатыми в линию губами. Минги лишь кивнул своему предположению: двуличности этому рыхленькому не занимать. — Мы приперлись в такую глушь, чтобы узнать, что здесь нет связи и интернета?! Администратор от такой перемены обомлела и что-то невнятно промямлила. — Почему вы нас заранее не предупредили об этой херне?! Я вас спрашиваю, почему, мать вашу, вы об этом не сказали?! — По-моему, леди объяснила вполне доходчиво, — Минги не мог терпеть такого хамского отношения к исполняющему свои обязанности персоналу, поэтому бросил книгу, которую всё это время якобы внимательно читал, и поравнялся с рыхленьким. — Здесь в последнее время проблемы со связью. Как, по-вашему, она должна была сообщить вам об этом, если ближайшая точка, где банально ловит телефон, находится за пару километров отсюда? Тот хотел было возмутиться, но грозный вид Минги (и, что уж греха таить, незатянувшиеся шрамы на лице) стали решающим аргументом закрыть рот, проглотив уже вертевшиеся на языке ругательства. Но если рыхленький замолчал, то второй босс просто так сдаваться не хотел. — Попрошу вас не лезть не в своё дело, — бросил он, оборачиваясь к менеджеру. Любой другой бы наверняка поёжился от холода в его голосе, но Минги подобными психологическими приёмчиками было не напугать: и не таких видали. — Попрошу вас не оскорблять Мину, — имя девушки Минги успел прочесть на бейджике в последний момент. — Она выполняет свои обязанности исправно, не она же, в конце концов, обрезала линию связи? — Господин Сон, не надо, — взмолилась администратор, понимая, что сейчас может завязаться нешуточный спор. — Не она. Но это по её вине была сорвана командная встреча перед серьёзным тендером. Где нам сейчас найти отель со свободным залом для совещаний? — Это уж точно не её проблема. Если вам так нужно место для неформального сбора, могу посоветовать ресторан моего знакомого. Он с удовольствием выделит вам тихую комнату для совещаний за достаточно скромную сумму, если скажете, что вы от меня. — Допустим, — вновь влез рыхленький. Он, видимо, понял, что Минги не расположен к рукоприкладству во время спора, поэтому вновь осмелел. — Но мы даже грёбаный трансфер заказать не можем, чтобы свалить из этого гадюшника! — Остановка в десяти минутах ходьбы отсюда. Сегодняшний автобус до Сеула вы уже пропустили, но вполне успеете на завтрашний. А пока Мина подготовит вам номера. Ужин в семь вечера, не опаздывайте. — Да пошло оно всё! — не выдержал рыхленький и ушёл в сторону террасы. — И так эти тупорылые идиоты ни черта нормально не сделают, так ещё и время здесь терять. Минги хотел было бросить ему вслед пару ласковых, но быстро перехотел: опускаться до уровня этого гада, не уважавшего ни труда обслуживающего персонала, ни даже своих подчиненных, не было желания. Видимо, он был не единственным, кто желал хорошенько обматерить мужчину. Та самая шумная «чайка», всё время перепалки стоявшая с перекошенным лицом, хотел было открыть рот, явно не с целью произнести хвалебную оду начальству, но его буквально заткнул другой сотрудник, выбивавшейся из серой планктонной массы ярко-розовыми волосами. Начальник помладше, после пары подходов дыхательной релаксации, всё же решил разобраться с происходящим. — Ёсан. — Да, директор? — отозвался молодой мужчина, которого Минги ни в жизни бы не признал за клерка: с его-то внешними данными не штаны в офисе просиживать, а по подиумам дефилировать. — Оплати проживание за ночь и питание. И не забудь ещё раз уточнить расписание автобусов до Сеула. Я пойду переговорю с гендиректором. — Конечно. — У остальных свободное время. Дав сотрудникам отмашку, он удалился в направлении, куда пару минут назад ретировался рыхленький. Пока названный Ёсаном хлопотал рядом с ресепшеном, клерки разбрелись по лобби. Покинуть место склоки хотел и Минги, однако мягкое, но с характером «Эй!» заставило остановиться и обернуться. К нему приблизился один из клерков. Он повёл бровью: редко приходилось встречать людей с таким же громадным ростом, как у него, а этот клерк казался даже на пару сантиметров выше. И, надо сказать, был во вкусе Минги. Его нельзя было назвать сногсшибательно красивым, но, если внимательно присмотреться к лицу и особенно к улыбке, просто невозможно было остаться равнодушным. — Спасибо, — выпалил молодой человек, улыбаясь ещё шире. Минги и сам не смог сдержаться и улыбнулся в ответ, даже толком не понимая, за что его благодарили. — Если бы не вы, гендир разнёс бы тут всё в пух и прах. — Ещё чуть-чуть — и он лежал бы в нокауте. Я бы даже второго, с красными волосами, не испугался. Молодой человек усмехнулся, но как-то по-доброму или, вернее, снисходительно, будто услышал смешную глупость. — А вот это зря. Видели бы вы, как начальник Чхве на корпоративе разламывал яблоки голыми руками. Настал черёд Минги усмехаться. Этот молодой человек явно обладал какой-то неясной притягательностью, раз мог развести обычно скупого на эмоции офицера на улыбку. — Видел бы ты, как на корпоративе кулаком разбиваю арбуз я. Молодой человек больше не стал сдерживаться и рассмеялся. — Я бы побоялся с вами ссориться после такого, господин Сон. — Можно просто Минги, — он решил воспользоваться моментом и закрепить знакомство тактильно, протянув руку для пожатия. Гадалка как-то нагадала ему (не спрашивайте, как он оказался у гадалки, это дело он и сам хотел бы забыть), что в его левой руке заключена какая-то особая эмпатическая сила, располагавшая к нему людей. Минги пусть и считал это чушью собачьей, но всё же решил удостовериться. Молодой человек немного растерялся, когда ему протянули непривычную руку, однако пожал её. — Юнхо. Минги не был больше так уверен, брехнёй ли были слова гадалки, но при пожатии руки почувствовал какой-то странный импульс. «А может, у тебя просто слишком давно никого не было», — подсказала рационально мыслящая его часть. Так или иначе, пришлось разжать руку, не прерывая зрительного контакта. — Слушай… — начал было он, когда к ним приблизился один из офисных работников. Минги наверняка посчитал бы его неплохим малым, если бы тот не слишком панибратски приобнял Юнхо за шею. Сейчас же ограничился лишь мысленным едким комментарием в адрес выкрашенных под седину волос и безвкусной водолазки, делавшей того похожим на ленивый косплей Стива Джобса. — Эй, Хо, — произнёс клерк, повиснув на коллеге, — ты чего здесь застрял? Пошли, номера готовы, — после чуть тише прибавил: — Гендир Со опять зажал бабок, так что расселили по парам. Ты, кстати, с Саном, но советую даже не соваться в номер, потому что туда уже прокрался Уён. — Спасибо за предупреждение, хён, — неловко улыбаясь и пытаясь тактично выпутаться из объятий, ответил Юнхо. — Ладно, — отпустив из захвата, бросил клерк, после чего смерил Минги оценивающим взглядом и прибавил: — Не буду отвлекать тебя от разговора с Мистером Крутым. Кодовой стук помнишь? (Юнхо кивнул) Четырнадцатый номер. Жду тебя. После этого начинавший действовать на нервы кадр удалился. — Не обижайся на Хва-хёна, он немного… — Немного сучка, я понял. — Вообще-то я хотел сказать, что он немного устал, потому что вчера всю ночь корпел над отчётом, но этот вариант мне тоже нравится. Юнхо улыбнулся так, что в голове промелькнула мысль: «Ещё одна такая улыбка — и я завалю его прямо здесь». — Ладно, мне пора, — с какой-то неохотой признался он и, подмигнув, ушёл, напоследок прибавив многообещающее «Увидимся на ужине». Минги застыл, позабыв и о склоке с гендиром, и о том, что вообще-то хотел полежать на террасе с книжкой. Чтение сейчас занимало его меньше всего, а вот баночка пива была бы кстати. Мина заметила, что алкогольные напитки в это время суток были не в почёте, однако, признательная за защиту, всё же открыла бар и выдала полотенце. Довольный собой, леденящей ладонь банкой пива и поразительным стечением обстоятельств, Минги расположился на шезлонге, предвкушая открывающиеся перспективы на сегодняшнюю ночь. У него правда никого слишком давно не было. В разгар «сезона», когда всем преступным кадрам будто сносило крышу, сил едва ли хватало на то, чтобы просто дышать, чего уж говорить о сексе. Но сердце у Минги, вопреки мнению многих коллег, было далеко не железным, а организм требовал удовлетворения естественных сексуальных потребностей. И если времени (и сил) на полноценные отношения ему взять было негде, то «душевный» перепихон он позволял себе без зазрений совести. Поэтому упустить шанс провести жаркую ночку с Юнхо было бы кощунством, тем более, что тот вполне понимал, что ни к чему не обязывающий флирт и его логичное завершение в постели — игра для двоих.

***

Холодное пиво, ласковое солнышко и мысли о интригующих перспективах на вечер разморили Минги, так что он сам не заметил, как прикорнул на пару часиков. Проснуться заставило навязчивое ворчание неподалёку. Он приоткрыл глаза и из-под чёрных очков глянул на источник шума. Оказалось, по террасе чинно прогуливалась та самая пожилая пара, с которой они виделись в лобби. — Вот уж эта современная молодежь — напьётся и дрыхнет, а приличные люди потом любуйся. — Да ладно тебе, чагия. Молодой человек просто решил расслабиться. — А ты его не оправдывай. Ты сам тот ещё пьянчужка. Что, думаешь, я не узнаю, что ты ночью встаёшь и прикладываешься к фляжке? — Я… я… Минги не особо хотел слушать старческие препирания, поэтому встал, даже слишком резко, чем напугал пару, забрал пустую банку и ретировался, краем уха услышав мнение старушки о невоспитанных молодых людях и… — А вот айдол, про которого я тебе говорила, Феликс…

***

Изначально Минги хотел спуститься к ужину в чём был, чтобы позлить стариков своим неформальным видом, но потом всё же решил переодеться. Правда, он не особо заморачивался по поводу выбора одежды в пансионат, так что выбрать что-то более-менее приличное было той ещё задачкой. Спасала старая добрая кожанка, с которой что ни надень — всё будет смотреться эффектно. В итоге Минги решил остановиться на классике, чтобы кое-кому не показалось, что принарядился он с определённой интенцией: светлая футболка, тёмно-синие рваные джинсы и кожанка всегда были залогом успеха. Когда он спустился в столовую, клерков ещё не было. Зато была уже немного подбешивавшая пожилая пара: старичок сидел за столом и понуро смотрел в тарелку, а его жена что-то вдалбливала кухарке по поводу аллергий, непереносимостей и других старческих «радостей» жизни. Минги хотел было пройти мимо, чтобы дать старушке вдоволь наболтаться (или, учитывая её характер, скорее, наругаться), а после определиться с меню самому, но старичок подозвал его жестом. — Сынок, ты уж прости мою Чонху. Она, конечно, любит повздорить, но это скорее от несварения, чем от злости. Минги уже и забыл о едких комментариях старушки в своей адрес: глупо и непозволительно было обижаться на старость. — Всё в порядке, господин… — Ли, — представился старичок. — Но лучше зови дядюшка Ёнбок. — Всё в порядке, дядюшка Ёнбок. — Ну и отлично. Надолго ты здесь? — На недельку. — Чудно… Ты, кстати, часом не рыбак? Я от Мины слышал, что тут неподалеку есть озеро, где водятся потрясающие карпы. Меня Чонха одного не отпускает, а так хочется молодость вспомнить. — Какая тебе молодость, старый хрыч? С твоим-то сердцем не то, что рыбачить, далеко ходить лишний раз нельзя. — Как же хорошо, что у меня есть чагия, которая так заботится о моём здоровье. Минги едва заметно ухмыльнулся: старичок съязвил крайне тонко, так что его жена не поняла подвоха. — Ладно, дядюшка Ёнбок, вам и вашей супруге приятного аппетита. Засим откланяюсь! — он намеренно распрощался чопорно, чтобы лишний раз позлить старушку, но её мужу всё же согласно кивнул, когда тот одними губами произнёс: «Ну что, рыбалка?».

***

Клерки начали подтягиваться не всей толпой, а по группам. Сначала пришли четверо: «чайка», розововолосый, доморощенный Стив Джобс и сам Юнхо. Они о чём-то оживленно болтали, не обращая внимания на сидящего в углу и молча поглощающего ужин Минги, но Юнхо всё же отвлекся от разговора на пару секунд, чтобы одарить улыбкой и подмигиванием. У Минги кусок встал поперёк горла: такими темпами до ночи он не дотерпит. Однако выдержке их в академии выучили отменной, поэтому он прокашлялся, протолкнув застрявший кусок, и продолжил исподтишка наблюдать за собравшимися клерками. Квартет устроился слишком далеко, чтобы можно было расслышать их разговоры, но Минги то и дело ловил на себе взгляды Юнхо и с охотой на них отвечал. Спустя какое-то время спустились к ужину ещё двое: блондинчик Ким и моделька Ёсан. Второй выглядел особо хмуро и что-то бубнил коллеге, пока тот покровительственно хлопал по плечу и, видимо, пытался подбодрить. Эти двое расположились за соседним столиком, так что Минги мог уловить некоторые реплики, произнесённые Ёсаном: — Я, блять, похож на мальчика на побегушках?! Даже у грёбаного Сана больше прав, чем у меня, хотя он просто чёртов стажёр со связями, который готов стелиться под пол-отдела. Ким что-то тихо ответил, после чего Ёсан вновь разразился тирадой: — Я был в миллиметре от заслуженного повышения, ты понимаешь?! Директор Чхве уже буквально подготовил все бумаги, и этой твари оставалось лишь подписать их, но вместо этого он сделал что? Правильно, взял в команду Сана потому, что тот донсен начальника Чхве. Где в этом ебучем мире справедливость?! Однако праведный гнев Ёсана затих, стоило в столовой появиться начальству. Рыхленький прошествовал в помещение с видом триумфатора, ступавшего по варварскому городу, однако всё равно при этом выглядел жалко. Младший его коллега, похоже, вовсе забыл о перепалке и делал вид, будто всё шло по плану. — Да, на должный сервис и нечего было надеяться, — брезгливо произнёс рыхленький, останавливаясь у столика с напитками. — Налейте-ка мне, что ли, чаю. Но тут коса его апломба нашла на камень взбалмошности госпожи Ли, которую тот спутал с персоналом, и даже Минги не позавидовал участи мужчины. — Я тебе не прислуга! — вспыхнула старушка. — Подавись своим чаем! Госпожа Ли звонко поставила на стол чайник, так и не налив вторую чашку, и в оскорблённых чувствах вернулась за свой столик. Рыхленький был оскорблён не меньше, поэтому из принципа взял наполненную чаем чашку и выпил её в пару глотков. — Старая карга, — выругался он, после чего быстрыми шагами покинул столовую. «Голодание ему на пользу, — мысленно съязвил Минги. — С жиру ведь бесится». Вечер был подпорчен очередной выходкой рыхленького, так что он, оставив ужин недоеденным, взял за баром пива и удалился на террасу.

***

Через пару минут за спиной послышался шорох. «Значит, всё-таки следил», — улыбнулся сам себе Минги. Его расчёт оправдался: он намеренно громко заказал два пива, зная, что если Юнхо всё это время наблюдал за ним, то понял это как приглашение к продолжению вечера в более неформальной обстановке. И он пришёл, значит, был также заинтересован в приятной, но ни к чему не обязывающей ночной шалости. — Грех пить такое прекрасное пиво в одиночестве, — усмехнулся Минги, демонстративно прокручивая в руках банку, будто это было не дешёвое пойло, которое можно купить в любом магазине за пару сотен вон, а элитный коньяк. Юнхо сел рядом, но подыгрывать не стал, решив гнуть свою линию. — То-то я и смотрю, что ты смакуешь этот нектар на задворках, как школьник. Минги сделал вид, что обиделся, и отодвинул банку подальше. — Так бы и сказал, что не хочешь. — Эй, я так не говорил, — возмутился Юнхо, но тоже скорее в шутку, и принял протянутую банку. Чокнувшись, они какое-то время молча потягивали холодный напиток. — Мне стоит извиниться за поведение гендира? — вдруг спросил Юнхо. — Ты не виноват в том, что он гандон. К тому же, гандон, который ненавидит всех вас, и вашего секретаря в особенности, и хочет присунуть твоему дружку-Сакуре. Он застыл на пару секунд. — Как ты догадался? Я краем уха слышал, что Ёсан-щи жаловался на жизнь, но как ты понял, что Сан… чёрт, я теперь не смогу избавиться от этого сравнения. Вообще Минги не особо любил бахвалиться своими аналитическими способностями, но сейчас почему-то очень хотелось впечатлить Юнхо. — На самом деле, всё просто. Этот ваш Ёсан обмолвился, что Сана удалось пристроить благодаря связям начальника Чхве. Значит, ему явно дозволено больше, чем остальному планктону, например, ходить с шевелюрой, как у самой шикарной аниме-тянки… Да и к тому же я видел, каким плотоядным взглядом это пузатое чудовище пялило на зад твоего дружка, так что всё было очевиднее, чем ты думаешь. Начальник Чхве, кстати, в курсе, что гендир ухлёстывает за его сводным братом? — Откуда…? — удивление Юнхо было неподдельным. — Брат, потому что это самая очевидная родственная связь, сводный, потому что не вижу между ними особого сходства. — Уверен? Почему бы им не быть, скажем, кузенами? Тут уже не было смысла строить из себя крутого детектива, поэтому Минги признался: — Ладно, я просто слышал, как Чхве-старший слишком громко ругался с братом в номере по поводу отношений с матерью. Стены здесь, знаешь ли, тонкие… Ты, кстати, знал, что мамаша зовёт вашего начальника «медвежонком»? Юнхо разразился смехом, повалившись головой на плечо Минги. — Я давно так не угарал, честно, — насмеявшись, заявил он, головы с плеча, к слову, так и не убрав. Они вновь замолчали, принявшись всматриваться в темноту, освещённую лишь парой одиноких садовых фонариков, и слушая цикад. — Ещё по пиву? — предложил Юнхо, встряхнув пустой банкой. Он наконец поднял голову и теперь смотрел Минги в глаза. — Начальство не устроит взбучку, если кто-то из подчинённых завтра явится с раскалывающейся головой? — С двух банок пива не захмелею. — Как жаль, — притворился Минги. — Мне не нужно напиваться, чтобы дать тебе увести себя в номер. Юнхо, конечно же, всё сразу понял и, надо отдать ему должное, не стал тянуть резину: встал так легко, будто действительно был трезв, как стекло, и подал руку Минги, растягивая губы в улыбке. Уже совсем не милой и невинной улыбке.

***

Минги решил держать себя в руках по дороге до номера, чтобы в случае, если они наткнуться на кого-то из коллег или начальства Юнхо, не возникло проблем. Но тот будто специально провоцировал случайными касаниями, так что стоило двери в номер закрыться на замок, был прижат к стенке и одарен засосом на шее. — Надеюсь, у тебя есть такая же модная водолазка, как у твоего хёна. Юнхо издал какой-то непонятный звук — видно, хотел усмехнуться, но вместо этого сорвался на стон. — Нет, но зато у меня есть отличный шарф. — Практикуешь удушение? — ухмыльнулся Минги, с нетерпением расстёгивая рубашку Юнхо. — Часто простужаюсь, — возмутились в ответ. От кожанки он избавился сам, с футболкой помог расправиться Юнхо. Когда дело подошло к джинсам, Минги вспомнил об одном маленькой, но важной детали. — Чёрт. У меня нет резинки. И у тебя, я так понимаю, тоже? — Мои любвеобильные коллеги сегодня спонсируют, — покачал головой Юнхо, но сунул руку в карман брюк и достал оттуда презерватив. — Передай им после пламенный привет. А сейчас, если ты не против, самое время переместиться на горизонтальную поверхность, хотя тебя я бы с удовольствием выебал на всех. Упрашивать не пришлось. Юнхо продефилировал к кровати, вальяжно устроился, зажав между зубами квадратик презерватива, и приглашающе раздвинул ноги. Минги тоже не требовалось особого приглашения. Матрас под его весом страдальчески прогнулся, но он в любом случае не планировал отступать (даже если пришлось бы доплачивать за порчу имущества). Забрав презерватив, Минги не упустил возможности жадно впиться губами в губы. Проникший в рот язык раззадоривал, так что в и без того ставших тесными джинсах совсем не было места. Однако он старался быть джентльменом, поэтому сначала помог избавиться от штанов и белья Юнхо, после разделся сам. — Я растянут, — так, будто это было между делом, заметил тот. — Смотрю, ты хорошенько подготовился к нашей встрече. — Ты был очевиден. Минги усмехнулся, не находя нужным отвечать. Они оба прекрасно понимали о намерениях друг друга, так что никаких наивных прелюдий не потребовалось. Это облегчало задачу, пусть и лишало определённого удовольствия подготовки партнёра. Припав к губам на пару мгновений, пока рука Юнхо поглаживала его член, Минги достал презерватив из упаковки. — Прости, малыш, но придётся обойтись слюной. Возможно, всё пойдёт не так гладко. Вместо ответа Юнхо прикусил его губу, призывая не болтать, а действовать. Минги натянул презерватив, сдобрив слюной его и отверстие Юнхо, после наконец вошёл. Когда удалось найти нужный темп, тот не сдержал стон удовольствия, сам двигаясь навстречу. От этого звука снесло крышу: движения стали активнее, шлепки тела о тело — пошлее, а в голове Минги из мыслей осталась только одна: «Такой нереальный». Подумав об этом, он одёрнул себя: видимо, у него действительно слишком давно никого не было, раз он так расчувствовался из-за банального секса. Но мог ли быть банальным секс с таким, как Юнхо? В самом начале Минги видел в этом залётном клерке лишь способ скрасить отпуск, однако сейчас почему-то казалось, что было в этом что-то большее, чем интрижка на одну ночь: за привлекательным лицом офисного работника скрывались искренность, добродушие и отзывчивость. Академия и работа в полиции научили Минги разбираться в людях, так что он мог уверенно сказать, что в общении Юнхо был откровенен. И это так импонировало, что в голове гигантскими красными буквами засветилась надпись: «Не смей влюбляться». — Я…уже близко… — рвано прошептал Юнхо, вырывая из не вовремя появившихся мыслей. Минги и сам был близок к кульминации. Всего пара усиленных толчков, и Юнхо излился, пачкая их обоих и тяжело дыша. — Ты потрясающий, — заметил Минги, кончив следом, после чего вышел, избавился от использованного презерватива и, вымотанный, плюхнулся рядом с Юнхо. Они какое-то время лежали, переводя дыхание, после чего Юнхо вдруг поинтересовался: — Эти шрамы у тебя на лице… тебя избили? — С кем не бывает, — туманно ответил Минги. Ему совсем не хотелось сейчас поднимать эту тему. Не когда на его плече лежал источавший приятное тепло Юнхо. — Ты ведь из полиции, верно? — спросил тот, и тут же сам подтвердил свою догадку. — Конечно. Откуда ещё такая поразительная дедукция. — Вообще, правильнее называть это индукцией. — Ну точно. Такой же зануда, как все копы. Ещё и наверняка питаешься одними пончиками. Тут уже Минги не выдержал и навалился на Юнхо, решив проучить. — Думаешь, был бы я в такой форме, если бы питался одними пончиками? Смотри меньше американских сериалов, а то… — А то что? — подзадоривал Юнхо. Ему, видно, нравилось провоцировать Минги. А Минги нравилось, когда его провоцировали. — А то я за себя не отвечаю. Он навис над лицом Юнхо и чуть не утонул в глазах Юнхо себе на погибель. Почему в приглушённом свете бра они казались такими поглощающими? — Зато я за себя отвечаю, — с нескрываемым сожалением ответил тот. — И за моих ребят, которым гендир надерёт задницы, если я завтра не явлюсь вовремя. — Уйдёшь сейчас? — Если не уйду — то не смогу сдержаться. Минги понял, что не его одного посетила мысль, что сегодняшняя встреча была чем-то большим, чем бездушным сексом. Но они оба отдавали себе отчёт в том, что эти отношения вряд ли получат продолжение, и чтобы не омрачать впечатления, стоило прервать всё на мажорной ноте. Поэтому Минги слез с Юнхо, ещё раз дав себе возможность окунуться в его глаза и приникнуть к губам, и бросил: — Душ в твоём распоряжении. В планы Минги не входило отрубаться сразу после секса, но организм был другого мнения. Поэтому застать уход Юнхо ему так и не удалось. Как, впрочем, и нормально отоспаться. Потому что чутко спящего по утрам Минги разбудил женский крик, не предвещавший ничего хорошего.