Карбонадо

      Уже второй день подряд полиция не теряла надежды попасть в дом Серкана Болата. Они приходили сюда, пытались взять хоть какие-то показания, но ни одна попытка не обвенчалась успехом.       И вот сейчас они опять звонили в домофон и терпеливо ждали ответа. — Ваше имя, — уже заученную фразу говорит охранник, явно не особо стараясь придать своему голосу хоть каплю дружелюбия. — Это полиция, мы бы хотели поговорить с господином.       Его прервали, даже не дослушав фразу до конца. — Господин Серкан не будет общаться с полицией без своего адвоката, а поскольку он будет в Стамбуле через неделю, тогда присылайте официальный запрос и он сам придёт в участок.       Кадир Эрдоган устало выдохнул. Он уже целую неделю не мог добиться того, чтобы Серкан Болат соизволил прийти и дать показания. Этот сукин сын слишком хорошо знал свои права, он был слишком защищён. Разумеется, с его связями можно было не переживать о каком-то там «убийстве», в котором ты выступаешь главным подозреваемым.       Самое главное, что даже руководство полиции тонко намекали, что дело с этим человеком лучше замять и все списать на случайный случай.       Им легче было сделать какую-то справку, что жена убитого не в своём уме, чем связываться с Серканом Болатом.       Но Кадира он не пугал, а даже наоборот: ему было интересно поставить его на место. Кто-то же должен сделать это.       Он уже догадывался, что все кто могут будут ставить палки ему в колёса.       Но ничего, рано или поздно справедливость восторжествует.       И Кадир будет именно тем человеком, который упечёт Болата за решётку очень надолго.

***

      Селин уже битый час о чем-то рассказывала Серкану. Он как обычно пускал все ее реплики мимо ушей, но сейчас он чувствовал как начинал раздражаться от этой бесполезной болтовни.       Мужчина ненавидел, когда ему мешали работать.       В особенности, когда это была Селин.       Кто её вообще впустил в этот дом? Нужно будет предупредить охрану, чтобы в следующий раз без его ведома ее не впускали. — Серкан, ты меня слушаешь вообще?       Конечно, нет.       Он хоть когда-нибудь прислушивался к ней?       Селин была просто дополнением, не больше. Они встречались, расходились, опять сходились, и это стало осознанием того, что лучшей кандидатуры на роль девушки ему не найти.       Для него, как и для большинства мужчин, женщины были трёх видов: одни чисто для секса, вторые для любви, а третьи для замужества. Селин, к сожалению не стала для него три в одном. Она была просто неплохой партией для замужества. Всегда со всем соглашалась и не лезла в его дела, когда нужно было молчала, ходила с ним на светские вечера. И этого хватало с головой.       Для публики они оставались примером красивой пары, а больше ничего и не было нужно. — Нет, — он устало потёр переносицу и даже перевёл свой взгляд на неё. Она стояла напротив его стола и выглядела достаточно воодушевленной.       Он почти фыркнул. Только Селин могла радоваться его тотальному игнору. — Я говорю, может поможешь мне выбрать платье для сегодняшнего вечера?       Серкан уставился на неё так, как будто она тронулась умом. — Я разве похож на твою подружку? Сейчас все оставлю и побегу с тобой по магазинам.       Она никогда не слышала в его голосе нежности. Всегда холодный, размеренный тон, даже намёка на то, что он мог быть человеком и испытывать хоть какие-то чувства, даже не то чтобы к ней, а хотя бы к окружающей среде.       Подруги ей сочувствовали, они совершенно не могли понять как можно ужиться с таким человеком как Серкан. Для него на первом месте никогда не будет семья. Работа, он сам — да. Жена и дети? Он не умел и не хотел заботиться о ком либо, кроме себя.       Учитывая ещё тот факт, что мужчине уже было, на минуточку, тридцать три года, а он до сих пор и словом не обмолвился о какой-то помолвке или хотя бы совместном жительстве. Селин как и все остальные могла приходить в его дом, только имея на это разрешения.       Серкан Болат как будто специально оттягивал тот момент, когда нужно будет жениться. Не то чтобы ему было нужно это теперь, но играть в счастливые отношения долго без этого нюанса становилось почти невозможно. — Извини.       Селин всегда была покладистой, ей не сложно было извиниться перед ним и признать свою неправоту, даже в те моменты, когда она была права.       Идеальная жена.       То, что было нужно. — Вечером я пошлю за тобой водителя. Будь готова, — он сказал это тем тоном, который не требует пререканий, намекая на то, что ей уже нужно уходить. — Хорошо.       Она хотела бы на прощание его поцеловать, но Серкан не мог терпеть проявления какой либо нежности. Поцелуи, объятия — это для них было чуждо.       Несмотря на это Селин все же верила, что он сможет измениться.       Она вышла из кабинета, закрыв за собой дверь, и мужчина облегченно выдохнул. Все же он любил работать один, когда никто не вставал над головой. Серкан потянулся на кресле, ощущая как затекли мышцы, и он почему-то был в предвкушении того, что сегодня будет очень необычный вечер.       А Серкана Болата внутрення чуйка не подводила никогда.

***

      Они опоздали. Это было неудивительно, учитывая тот факт, что Селин с самого утра марафетилась, и в конце концов все равно не успела приготовиться.       Мужчина не понимал, что она делала все это время, ведь ничего необычного он в ней не заметил. Тот же стиль, та же прическа с макияжем на каждый выход в люди. Она всегда хотела выглядеть элегантно и дорого и никогда не позволяла себе надеть платье с огромными декольте, или туфли на слишком высоком каблуке. Украшения всегда были в виде шикарных бриллиантов, и Селин с гордостью носила каждое.       Она была из тех людей, которые встречали по одежке. И уж очень большие усилия она прилагала в игру в аристократки.       Они вошли в дом, держась за руки, и девушка чуть не закричала от восторга. Она любила их такие совместные выходы, потому что благодаря им могла быть ближе к Серкану. Именно в такие моменты, девушка пыталась всем своим видом показать чей он. Не самой ли себе доказываешь?       Селин поспешила распрямить плечи и придала своему лицу надменный вид, будто она зашла рука об руку не с Серканом Болатом, а с президентом Турции, не меньше. Она знала себя правильно нести.       Все их знакомые, которые подходили поздороваться обязательно делали комплименты ей, и от этого девушка сияла ещё больше. Превосходно, прелестно, замечательно…       Обычные эпитеты, которые говорят люди из-за уважения. Серкан не слышал в этих словах ни капли искренности, потому что на каждой вечеринке они повторялись. Менялись только рты, которые их озвучивали.       Когда мужчина оглянулся, то заметил, что круг людей остался все тот же. Чертов Кемаль не подпускал никого ближе чем на пушечный выстрел. Старик так боялся за свою шкуру, что напичкал территорию особняка целой кучей охраны. Но все же он так любил преподносить людям своё огромное состояние, что вопреки всему не отказывался каждый год отмечать день рождения на широкую ногу.       Официант очень кстати поднёс ему стакан с виски. Жидкость приятно обожгла горло, послевкусие глубокое, бархатисто-мягкое и немного сладковатое, все как Серкан любил. Он хмыкнул. Не так плох этот вечер, каким он кажется. — Серкан! — мужчина аж вздрогнул от неожиданности. — Кемаль, — поприветствовал его взаимно, затем добавил, — прими наши искренние поздравления!       Да уж, искренностью Серкан Болат аж благоухал. Но Кемаль был тем человеком с кем нужно было поддерживать хорошие отношения, ведь он очень во многом оказывал свою помощь. Именно поэтому он приперся на эту скучную вечеринку, вместо того, чтобы пойти и напиться с Энгином в лучшем клубе этого города. Клубы он не любил, а напиваться — определенно да. — Брось, зачем так официально, — он несколько раз обернулся, — а где Селин? «Да мне все равно, где она» хотел ответить Серкан, но сказал: — Куда-то отошла.       Он безразлично пожал плечами. Видимо, по смыслу эти две фразы ничем не отличались. Селин была хитрой. Все их совместные выходы она превращала в настоящую показуху. За весь вечер девушка могла отлучиться от него максимум два раза, а затем возвращалась и опять лезла к нему со своими телячьими нежностями. Типо за руки подержаться или называть этим чудовищным словом «любимый». Любовь.       Какой здравомыслящей человек верил в подобную хрень? То есть ты себе спокойно живешь, заботишься о себе, своих амбициях, а потом внезапно ты превращаешься в какого-то сопляка, который готов сутками переписываться социальных сетях и ходить на знакомство с чужими родителями? Нет уж, он никогда подобного не ощущал.       Страсть, животное желание — да. На глубокие чувства он явно не был способен. Был момент, когда Селин попала в больницу с воспалением легких, и ничего. Серкан не почувствовал абсолютно ничего. Ни жалости, ни заботы. — Как тебе вечеринка в этом году? — Кемаль явно был доволен собой, ведь гордости в его голосе хоть отбавляй. Как обычно. Скучно. — Неплохо. Выбор виски мне определенно понравился, — он усмехнулся и отсалютовал ему стаканом. — Виски? — он хохотнул. — Ты видел с кем в этом году Каан пришёл? — Нет.       Серкан не вникал в любовные дела Каана Карадага. Девушек, которые с ним были не сосчитать на пальцах, но была одна загвоздка — он никогда не проводил с собой ни одну из них на такие вечера. В круг самых приближенных. Могло ли это что-то значит? По барабану. Ему незачем об этом думать. — Молодая, красивая, горячая, ух, был бы я на пару лет младше, — он не договорил и мечтательно задумался. Затем опять рассмеялся, видимо, от собственной шутки в голове.       Заинтересован ли был Серкан? Нет. Для Кемаля все были офигительно красивыми и горячими, кому было меньше сорока лет. — А вот и она, смотри.       Серкан проследил за взглядом Кемаля и застыл, потому что девушка стоящая в противоположном конце зала не позволяла отвести от себя глаз.       Взгляд сразу же приковался к её разрезу на ноге. Он машинально, правда, совершенно машинально облизался. Ноги.       До охуения прекрасные ноги, на которые, он был уверен, глазела большая половина мужчин в этом зале.       Притушенный свет в зале кидал блики на ее платье, и он готов был поклясться, что она сверкала. Достаточно пышную грудь обхватывал то ли корсет, то ли просто ткань, а ключицы и плечи были полностью обнажены.       Серкан бесстыдно ее рассматривал, и наверное, ничем не отличался от мужчин, которые так же вылизывали ее своим глазами, напрочь забыв о дамах с которыми они пришли.       Он внезапно почувствовал такую сухость во рту, как будто ему туда насыпали песка. Мужчина взял ещё один стакан с виски и опрокинул его залпом. Оно обожгло горло, но легче не стало. Гребанное дерьмо.       Серкан заметил, как Каан по собственнически держал ее за талию, а секундой позже, так же внимательно рассматривая, поднял глаза и напоролся на ее прямой взгляд. В котором не было веселья присущего несколько мгновений назад. Там была лишь одна неприязнь.

***

— Каан, я отлучусь ненадолго, — шепнула Эда и развернулась в сторону уборной. Возможно же чувствовать сразу ярость и… смущение?       Она абсолютно точно была уверена в том, он пялился на неё. Разглядывал своими глазищами, совершенно не стесняясь. Сдирал с неё кожу своим изучающим взглядом. Что он вообще здесь забыл?       Разгуливал со стаканом в руках, как будто не он являлся главным подозреваемым в убийстве. Люди ему улыбались, пожимали руку, и всем все нормально.       На неё будто опрокинули ведро с холодной водой, когда Эда увидела его тут. Сначала показалось, что может у неё галлюцинации из-за недосыпа. Но нет, она даже пару раз моргнула, и он все равно не исчез, а все так же продолжал существовать и смотреть-смотреть-смотреть.       Она вбежала в уборную и сразу посмотрела на себя в зеркало. В зале так душно, что холодный воздух обжигает легкие.       Лицо горело. Видимо, от злости, или ещё от чего-то. Хотелось прямо сейчас умыться, чтобы немного отпустило, слишком много всего разрывало изнутри.       Нужно контролировать свои эмоции. Ей ещё предстояло очень сложное расследование, и он не должен догадаться, что она предвзято относится к нему. Он не должен догадаться, что она журналистка.       Вдох, выдох, снова вдох. Совладать с собой оказалось тяжелее чем она думала. Но все же, руки уже не дрожали, холод немного остудил бурлящую лавину внутри неё и почти привёл в чувство.       Улыбнулась своему отражению и натянула маску простой, хорошенькой девушки. Так то лучше. Так то он ничего не заподозрит. Перетерпеть. Только сегодня. Всего несколько часов. И развернувшись на каблуках вернулась обратно.       Она почти не удивилась, когда увидела Каана болтающего с Серканом и ещё какой-то блондинкой, которая, казалось, прилипла к его локтю.       Все становилось ещё более запутанно. Ее Каан знаком с человеком, от которого все держались подальше. Возможно не просто знакомы: возможно они друзья, бизнес партнеры, братья? Эда была уже готова к любой информации. Теперь она начала сомневаться в Каане ещё больше. Сразу три пары глаз обратили на неё внимание. И его тоже. Стало тихо. Эда слышала только стук своих каблуков и звоны бокалов. Они же ведь не о ней разговорили все это время? — Эда, дорогая, хочу тебя кое с кем познакомить.       Дорогая? С каких это пор они начали обмениваться ласковыми прозвищами? Что-то было не так, но она не могла понять, что именно. Каан хотел затеять игру, ну что ж, она ему подрыгает. — Это мой очень хороший друг Серкан Болат и его девушка Селин. — Почти невеста, — с нажимом подправила она Каана и натянуто улыбнулась. Эда старалась максимально вежливо себя вести, она легко улыбнулась и сказала: — Очень приятно познакомиться. Особенно с тобой, Серкан Болат.       Если бы она только знала, что он здесь будет, то никогда б не соглашалась на это приглашение. Теперь шансы сходить с Кадиром на его опрос были равны нулю. И что ей теперь делать? Как приблизиться к истине? Возможно не все так плохо и сегодня кто-то проболтается о чем-то. Нужно держать уши востро, и стараться меньше пить алкоголя, чтобы не приведи Аллах, не упустить важное. — А нам то как приятно, — его голос был холодный и аж сочился сарказмом. Больше он на неё не смотрел.       Эда проглотила рвущийся наружу ядовитый комментарий и закусила щеку. Она как мантру проговорила себе не вестись на провокации. Каан решил пропустить реплику Серкана мимо ушей и сказал: — А это моя великолепная девушка — Эда. Наверное, будь они сейчас в другой ситуации, то она бы обрадовалась таким словам.       Она бы просто отдыхала этой ночью и забыла обо всем на свете в его компании. Но, жизнь на самом деле хитрая сука и все делает с точностью до наоборот. Напряжение достигало своего предела. Говорят, что бывает любовь с первого взгляда. А что насчёт неприязни? Потому что Эда чувствовала как утопает в ней. — Каан, чего ж ты не рассказывал нам, что у тебя такая роскошная девушка?       Этот голос был где-то справа от Эды, и повернувшись к нему она буквально оторопела.       Кемаль Булут являлся губернатором города Стамбул уже два срока подряд. Девушка тоже за него голосовала, так как у него была очень хорошая политическая кампания и ее купил его подход к правам женщин. Прекрасно. Кто ещё будет на этой вечеринке? Президент Турции? Джони Депп? Анджелина Джоли? — Зачем много рассказывать, если можно один раз показать, — он улыбнулся, отпивая виски со стакана и как-то уж слишком сильно прижимая ее к себе. Губы сжались само собой и Эда не выдержав сказала: — С каких пор я являюсь товаром на полке?       Она едва переборола в себе желание отпрянуть от него, просто облизала губы и сцепила перед собой руки.       Казалось, температура в зале упала на несколько градусов, стоило этим словам вылететь из ее рта. Селин что-то бормотала Серкану на ухо и до неё долетали обрывки фраз «…какое невежество»; Каан же вмиг помрачнел и Эде казалось, что сейчас перед ней стоял совершенно незнакомый мужчина. Кемаль же просто расхохотался и слегла склонил голову. — Вы ещё прекраснее, чем я думал!       Эда успела только вопросительно поднять брови, но он вмиг скрылся, растворяясь в толпе людей. Словно чертов волшебник. — Научи свою девушку как нужно разговаривать с людьми гораздо выше по статусу, чем она сама.       Серкан Болат несколько секунд сверлил ее безразличным, почти снисходительным взглядом. Очевидно, что реплика была брошена Каану. Эда фыркнула. — Тебя забыла спросить как я должна разговаривать. Она вызывающе скрестила руки на груди и уже готова была к их словесной перепалке. Давай, Серкан Болат, зацепи меня, и тогда твоя аристократическая задница будет надрана по самое не хочу. — А ты спроси, я мог бы тебя научить. Но смотря насколько все запущенно, то придётся брать внеурочные часы. Он что, на виду у всех флиртовал с ней? Какая… мерзость.       Сам факт, что он стоял со своей почти что женой, а она вроде как со своим парнем (который, к слову, даже не пытался за неё заступиться), был очень неприятным.       Не то, чтобы Серкан был уродом или что-то вроде того. Он был красивым. Определенно. Когда девушка гуглила различные статьи о нем, то тогда ей выпадали старые его фото, где он был ещё молод, с детскими чертами лица.       А сейчас перед ней стоял мужчина. В дорогом, роскошном смокинге, который идеально на нем сидел, словно вылитый. Спортивное телосложение, легкая щетина и мощные, жилистые руки.       Но, чисто теоретически он мог быть убийцей, поэтому все выше сказанное можно уверенно перечеркнуть. — Не думала, что мы тут меряемся статусами, Серкан Болат, — она специально сделала упор на последних словах, — я предполагала, что мальчики перестают меряться тем, у кого что больше лет так в семнадцать. Но, видимо, я ошиблась. Селин так и не донесла тарталетку к открытому рту. Каан сдержанно хохотнул в кулак. — Послушай сюда… Конец фразы утонул в музыке.       Она не имела даже малейшего желания, чтобы поддерживать диалог с ним дальше.       Очень умно ставить на людей ярлыки. Будто если у тебя меньше денег, тогда тебе нельзя высказывать своё мнение, тебе нужно плясать под чужую дудку и хавать все, что тебе преподносят. Пижоны.       Эда все тверже понимала, что ей здесь не место. Да Каан даже не удосужился объяснить к кому они пришли на день рождение, она стояла здесь как чертово украшение и хлопала широко раскрытыми глазами. Свет в зале стал более приглушённым, всех пригласили занять свои места.       Конечно же по иронии судьбы рассадка была такая, что Эда должна была сидеть между Серканом и Кааном. Остальных людей за столом она видела первый раз в жизни. И надеялась, что в последний.       Ей здесь не нравился абсолютно никто. Тот же Каан становился чужим человеком в этой атмосфере.       Они все старались вести себя высокомерно, это было заметно во снисходительных взглядах, в манерной речи и насквозь фальшивых улыбках. Каан отодвинулись ей стул и она наконец-то села. Разрез в сидячем положении был слишком открыт, слишком уже вульгарным, потому что он располагался с той стороны, где не бумажке золотым цветом было написано имя «Серкан Болат». Сколько раз она уже разозлилась за этот вечер? — Что предпочитаете пить, госпожа? — любезно спросил официант. — Шампанское.       После этих слов ее бокал наполнился игристым напитком. Эда хотела только создавать вид, что она пьёт, и ждала того же от других. Пьяные люди — разговорчивые люди.       Краем глаза она заметила, как Серкан так же занял своё место. Запах его одеколона моментально ворвался в ее личное пространство. Она глубоко вдохнуло и могла поклясться, что ощущала, как его одеколон оседал в легких.       Ноги были прижаты друг у другу почти вплотную. Эда стиснула зубы. — Все хорошо? — тихий шёпот возле ее уха. Поддельная заинтересованность. — Просто замечательно. Сарказм неконтролируемо вылетал изо рта.       Гости за столом общались. Видимо, все уже были давно давным знакомы. Эде, по правде говоря, не хотелось вникать в их рассуждения. Нить разговора была потеряна примерно пятнадцать минут назад.       Когда все замолчали, и устремили любопытные взгляды на неё, тогда девушка поняла, что пропустила какой-то вопрос. Она моргнула несколько раз. — Да? — Кем вы работаете, Эда?       Девушка которая к ней обратилась была ей незнакома. Но поскольку она каким то образом узнала как ее зовут, то не исключается тот вариант, что они обсуждали ее, пока сама Эда летала в облаках. На дне живота зарождалось чувство похожее на панику. Вот оно. Вот тот самый момент когда Эда Йылдыз стояла на грани. Один неверный шаг и все пропало. — Я… — она прочистила горло, но продолжить не успела, потому что с той стороны где сидел Серкан Болат зазвонил телефон. Он моментально поднялся, зацепив при этом ногу девушки, но даже глазом не моргнув, вылетел из зала. А вот это уже интересно. — Я отлучусь носик припудрить.        Она даже не успела взглянуть на Каана, смотря вслед Серкана Болата. Двери на выход были охраняемые двумя мужчинами, девушка неловко им улыбнулась и стремительно пошла вглубь аллеи. На улице уже смеркалось. Эда видела его, но не слышала. Он активно жестикулировал руками, и судя по почти багровому цвету лица — Серкан Болат был не просто зол, он был в ярости. Мужчина что-то кричал. Эда подошла ещё немного ближе, скрываясь за огромной туей. С этого ракурса улавливались некоторые обрывки фраз. — Вы гребанные болваны… бля…. Строил из себя аристократа, а ругался как обычный плебей. — Что значит горит склад в порту?       Дальше Эда не слушала, потому что пальцы в скором темпе набирали номер такси, чтобы скорее уехать отсюда и воспользоваться шансом, который дала ей судьба.