Порок

       Утро выдалось тяжёлым. Антон кое-как продрал то и дело слипавшиеся глаза. Летнее солнце нещадно пробивалось сквозь не закрытые жалюзи. Нащупав рядом с собой телефон, он пару минут всматривался в его экран, рассматривая высветившиеся цифры, пытаясь сообразить который сейчас час. Осознание того, что Шастун проспал, пришло не сразу. Быстро вскочив с кровати, он рванул в ванную, чтобы наскоро умыться и привести себя в более-менее подобающий вид.        — Ебучее собеседование, — не сдержавшись, выкрикнул Антон, понимая, что не успеет приехать вовремя: уже половина десятого, а собеседование было назначено на десять, к тому же, чтобы добраться до компании ему понадобится от получаса, до часа.        Вызвав себе такси, Антон винил себя за то, что вовремя не встал: в памяти всплыл момент, когда его разбудил будильник, но заманчивые пять минут спасительного сна вновь приковали его к теплой кровати. К сожалению, пять минут превратились в полтора часа.        Найдя свой единственный костюм, Шастун стал судорожно искать белую рубашку, ещё недавно висевшую у него в шкафу. Оббегав половину квартиры, он обнаружил её лежащей на полу рядом с дверцей шкафа, чуть испачкавшуюся и помятую. Выматерившись вслух, он наскоро погладил рубашку. Звонок телефона отвлёк его, взяв трубку, Антон понял, что звонил таксист, договорившись с ним о том, чтобы тот недолго подождал у подъезда, он торопливо собрался, захватив вроде бы все нужные документы и бумажки с собой, выбежал из квартиры.        Шастун пожалел о том, что не успел сделать себе хоть какой-нибудь завтрак: живот недовольно урчал, требуя еды. Он боялся представить как же будет неловко сидеть на собеседовании с вечно урчащим животом.        Усевшись на заднее сидение, он перебирал варианты оправданий, то и дело отметая одну причину за другой. Вскоре появилась новая проблема: демон. Отсутствие демона — худшая его проблема, ведь у каждого есть свой демон, олицетворяющий его порок, засевший глубоко (и не очень) в душе. Даже если у человека пороков несколько, то всегда найдётся один преобладающий, выделяющийся среди всех остальных. Нет ещё ни одного человека, который был бы без него. Антон искренне не понимал, почему у него нет демона. Демон у каждого человека с рождения, но замечать его обычно начинают ближе к осознанному, школьному возрасту, но не Антон...        Про отсутствие у Шастуна демона знала лишь мать, которая всячески отгораживала его от неприятностей. Но сейчас матери нет, придётся выкручиваться самому. Единственное, что лезло в голову, так это голод… Как раз Антон был слишком худым… Правда худым он был из-за отсутствия нормального заработка.               К счастью, добрался он до офиса за полчаса, что уменьшило время его опоздания. Забежав в незнакомое здание, он без труда добрался до нужного кабинета. Отдышавшись пару минут и собравшись с мыслями, Антон всё-таки решился постучать в дверь. Нерешительно её открыв, он увидел двух мужчин.        — Надеюсь, Вас не затруднит подождать ещё несколько минут? — обратился, к Шастуну один из собеседников, сидевший к нему лицом.        — Да, конечно, — немного растерявшись ответил Антон.               Всё-таки он не опоздал. Это событие скрашивало неудачно начавшийся день. Снова вспомнилось неприятное пробуждение. Мысль: «Когда я успел открыть окна?» — неприятным червячком засела в мозгу, всё время копошась, нервируя и отвлекая.        — Можете заходить, — неожиданно прозвучал голос рядом. Шастун вздрогнул и тут же прошёл вслед за мужчиной в душный кабинет.               Кабинет был подстать своему обладателю: невысокому полноватому мужчине в дорогом, но весьма неухоженном, поношенном костюме, мужчине с мелкими, колючими глазами, с тонкой полоской губ, криво растянутой в не очень дружелюбной улыбке.        Собеседование, казалось, проходило гладко, но некая напряжённость так и витала в воздухе. Антон то и дело перебирал пальцами свои рукава, стараясь делать это так, чтобы работодатель не заметил, как он нервничает.        — Ну что ж, Антон Андреевич… Не озвучите ли вы, какой у вас демон? — Шастун вновь вздрогнул, сглатывая неприятный ком в горле.        — Голод, — как можно спокойнее ответил парень, чувствуя как начинает хрипеть его голос: в горле пересохло. Мужчина приподнял свои кустистые брови и тут же свёл их к переносице.        — Один из смертных грехов… Должно быть, демон у Вас достаточно сильный, не продемонстрируете ли его? — после заданного вопроса воздух в помещении стал ещё более душным, жарким, густым, словно кисель, казалось, открой сейчас Антон рот, он тут же станет захлёбываться его осязаемостью.        — Прошу прощения, но я не могу, он слаб для такого, — на мужчину опустилась некая тень, хотя в кабинете было достаточно светло.        — Хорошо, я Вас понял. Ну, что ж, всего доброго, Антон Андреевич, мы Вам позвоним, — ответил мужчина после нескольких минут молчания и копошения в каких-то бумагах.               Антон прекрасно понимал, что ему вряд ли когда-нибудь позвонят, что он сильно проебался, но сделать уже ничего не может. Поднявшись со стула и попрощавшись, он наконец-то вышел в более-менее прохладный коридор, осознавая, что наконец-то может дышать полной грудью. Устало вздохнув, Шастун медленно поплёлся к выходу, обдумывая, что же ему делать дальше.