Не теряй меня

Это было уходящее лето, последние беспечальные дни для школьников и студентов. Согласитесь, за какие-то три месяца (да почему, собственно, три месяца, ежели это возможно и за иное время), человек может координально переминиться из былого себя в нового. Такой процесс формирования личности значится не только из изменений со внешней стороны или своих предпочтений, но еще и из изменения духовного. Например, человек который продолжительное время был замкнут, враз раскрылся своему «спасителю». Или напротив, какой-то бедной, ранее развеселой и искренней душе ранили ее сердце и теперь сей несчатный страдает в своем одиночестве, не подпуская ни единого, кто казалось бы, намеревается показать тому где находится начало света. Жизнь вокруг нас меняется, подает нам самые разнообразные и, порой, спонтанные расположения дел каждого из нас. Опять же, кого-то они могут приятно удивить либо доставить уйму огорчений. Но одному черноволосому парню с глазами цвета тёмной сирени, что сейчас ехал в плацкартном вагоне только что двинувшегося с вокзала, было по большей доли безразлично на все происходящее окружающей его среды. Да, это Фёдор. Фёдор Достоевский, вечно затянутый белым туманом хладнокровия, словно одинокая ива на речном берегу. Сейчас он ехал от родителей в незнакомый для него город. Хотя, он бывал там в детстве когда его семья гостила у родственников, но боже, уже прошло столько лет… Спрашивается, «зачем» и «с какой целью» осуществляются такие действия при таком-то раскладе? Ну-у…паренька выпнули как только он окончил старшую школу, просто все эти два с половиной месяца он мотался от одних знакомых к другим, дабы попросту выжить, пока ждал свои результаты касательны поступления в университет. И, к счастью, у него получилось пробится на одно из немногих бюджетных мест (как он узнал пару дней назад на сайте образовательного учреждения). И поскольку до сентября оставалось около двух недель, сейчас Федор надеялся что в общежитии ещё осталось несколько свободных комнат. А иначе говоря, денег на съёмное жилье у него нет, ибо будет спать у как-нибудь подворотни, в случае, если госпожа удача не обратит на него свой взор и соизволит остаться повернутой спиной к черноволосому юноше. Оставшийся путь до места прибывания занимал около суток. Федор располагался на нижней полке купе и всю дорогу отдавал себя попыткам погрузиться в сон. В вагоне шум проникал даже через закрытую дверь, и лишь ночью можно было задремать под едва слышную музыку в наушниках. Что, собственно, и выходило у парня. Благо, в купе где он ехал находились только двое. Сам Достоевский и еще какой-то молодой человек, на вид лет девятнадцати. Нельзя сказать что тот являлся кроткой личностью, поскольку в их провизорной обителе кто-то, да ошивался по приглашению соседа Феди. Из-за этого тишина являлась только когда восходил месяц над бегущим по рельсам поездом. На откидном столике стакан недопитого чёрного чая в пакетике. Возле столика спальная полка, в уголке которой сидел с собранной под себя ногой Федор и вчитывался в текст книги. За окном была вечерняя заря и проносящиеся перед глазами пейзажи. Поскольку на станцию состав прибывает к семи утра, парень решил заснуть до наступления ночи. Как только сомкнулись ресницы, его поглотило одно сноведение. Странно, ему редко что может привидеться… Однако, перед Достоевским открылся пустой, тёмный коридор в конце которого была одна еще не выключенная мигающая лампа возле неизвестной двери. Парень подошел ближе и приоткрыл ее. За дверью была комната с голыми стенами и с имеющимся в ней окном со старыми деревянными рамами, из которого на пол падал холодный лунный свет, расползающейся до середины всей этой кромешной темноты. На подоконнике сидел человек. Присмотревшись, Федор хотел было начать делать шаги вперед, но его остановил голос. — Ты...нашёл меня? — не поворачивая головы спросил парень с белыми волосами заплетенными в косу. — Нашёл? О чём ты? — недоумевающе произнес сиренеглазый. Неизвестный поднялся с подоконника и встал спиной к своему оппоненту. — Хе, да, нашёл. Ну…или же еще не совсем — последовало тихое ухмыление. — Для начала, я бы хотел узнать, с кем веду беседу — настойчиво отозвался Фёдор. — О, не утруждай себя. Возможно, скоро и поведаешь —  неизвестный повернулся лицом к вошедшему в комнату и приподнял уголки губ. На его лице был шрам проходящий полосой через правый глаз. Сами зенки блестели. Слезы? Или же это позитивный человек? Хотя сидя в такой мгле, было трудно сказать. Федор хотел было что-то еще спросить, но услышал какие-то звуки. Точно. Из сна его выдернула одна из проводниц, что поднимала половину вагона, который вот-вот прибудет на станцию. Проснувшийся только тихо проматернулся и стал проверять свои вещи из сумки. Проверив все ли находиться там, где и должно быть, Достоевский все же задумался о своем ночном видении. 《Он…так и не сказал мне и пару слов о себе. Хотя, если подумать, это всего лишь сон. И на вещий он не походит… Да какая к чёрту разница, что толку от этого мысленного монолога? 》 Пока он размышлял, поезд остановился. Окинув на последок купе взглядом, пассажир закрыл дверь и сошёл на платформу. Денег на такси не было, поэтому дойдя до остановки, парень спросил у прохожих какой автобус едет по нужному маршруту и через пятнадцать минут уже ехал до общежития. Девять утра. Кое-как отыскав коменданта и получив место в одной из комнат, Федор смог спокойно выдохнуть. Его подселили к двоим студентам. Один сидел и что-то писал у себя в блокноте, а другого не было с ними рядом. — А...где наш третий сожитель? — поинтересовался новосёл. — Хах, он придёт к обеду. — послышалось в ответ. Оторвавшись от своего рукописного процесса, длинноволосый незнакомец произнёс — Ох, извини. Я Иван. Иван Гончаров. А ты кем приходишься? — Фёдор Достоевский — ответил юноша. — Рад знакомству — улыбнувшись, протянул руку Иван. Когда Фёдор стал раскладывать свой скромный багаж, в комнату постучались, а затем кто-то торопливо заглянул внутрь помещения и спросил: — Соседи, соли не найдется? На кухне нет. Ой, у вас пополнение? — с улыбкой и оживлением в голосе заметил ворвавшийся. — Раз на кухне нет, у нас и подавно. Коль, дуй отсюда. — с некой настойчивостью промолвил Гончаров. — Ой-ой-ой, ясно. Кто-то опять улёгся в первом часу ночи, вот и ворчит. — подшучивал парень — А ты кто, кстати говоря? Я Николай. Сосед Вани на секунду замер. 《Какого чёрта?.. Да быть этого не может! 》 Быстро выйдя из своих размышлений, юноша ответил: — Ф-Фёдор Достоевский. — Гоголь Николай — протянув и пожав руку своему новому знакомому ответил тот. — Ладно, забегу к вам еще. Удачи, ребята! С улыбкой на лице, объект вызвавший некое потрясение в глазах Феди захлопнул дверь и побежал опрашивать другие комнаты. Достоевский присел на кровать, затем задал вопрос соседу её верхнего яруса: — А он и есть наш сожитель? — Таковым не является. — усмехнувшись отдал ответ юноша — К слову, у тебя есть знакомые? Черноволосый промолчал, затем промямлил: — Не особо, а ты к чему? — Просто на тебе лица не было, когда ты увидел нашего местного юмориста. Вот и подумал… — А-а…ясно. Но на будущее, попрошу тебя не вмешиваться в мое состояние своими догадками — отчеканил тот. — Усёк — понимающе отозвался сосед по комнате.