Имя на запястье

— Ты лыбишься, как дурак, — констатирует Минхо, игнорируя обеспокоенного Феликса рядом как надоедливую муху. — Кажется, я встретил своего соулмейта.. — еле слышно выдает Чан, на что оба парня резко замолкают. Глаза Феликса бегают по фигуре Чана, наполняясь слезами. Этого не может быть. Соулмейтом Феликса является Чан – его имя есть у него на запястье. На втором – Чанбин, которому он пытается сплавить бедного Ли, просто не до конца понимая смысл. Минхо тоже хмурится, но он очень рад, опуская глаза на его руки. — Хенджин или Енбок? — Я не з... — Енбок, — резко перебивает младший, привлекая к себе внимание обоих мужчин. Чан смотрит пристально, Минхо – ещё пристальней. Феликс не покидал квартиры, пока Чана не было, и у обоих в голове встал вопрос, как Феликс увидел и откуда он его знает. Но второй вопрос больше мучал Бана. — Ну... Я просто знаю. Поверь, Чан, я же не желаю тебе зла. — Хрен с ним, — перебивает Минхо, заставляя Феликса разозлиться. — Береги его. Соулмейт даётся нам лишь на один раз. Если твой соулмейт – Енбок, значит скоро появится Хенджин и испортит ваши отношения. Помнишь моего Тэхена? Моим врагом оказался Хонджун, который сбил его. Хонджун тоже пытался спасти своего соулмейта – вот так волею судьбы мы стали врагами, которые испортили жизнь друг друга. Но мы ведь не виноваты, нам обоим следовало тогда не кричать друг на друг, а спасать своих возлюбленных. Я говорю тебе сейчас не чтобы выплакаться, а чтобы ты понял – чтобы не произошло, если ты хочешь прожить с ним всю жизнь, то должен беречь его, не думая о врагах. Его потом тоже накажут, но если ты не спасёшь своего соулмейта сейчас – будешь жить в одиночестве, как я. До встречи со своим соулмейтом ещё можно полюбить, но после него уже не выйдет. Чан крепко обнимает Минхо, обещая вновь найти того парня и познакомить их. Феликс медленно выходит из комнаты, садясь к краю окна. Чан слишком глупый. Он влюбился в красивую обёртку, по другому и быть не может, не замечая своего настоящего соулмейта. Но ведь отступать нельзя? Определенно, Феликс гордо дождется того момента, когда Чан приползет к нему, умоляя Ли простить его, ведь он совсем не осознавал всего этого. И Феликс простит, потому что Бан тоже не виноват. Это столица, сюда приезжают и такие наивные люди, как Чан, и такие разукрашенные подстилки, чтобы пробить себе дорогу. И никто не виноват, что первые ведутся на вторых. Поэтому Феликс примет его обратно, показывая, что он – лучшее, что случалось с Чаном. Минхо застаёт Феликса на кухне в странном положении, но молчит. У малолеток нынче не все в порядке с головой, виновен только век продвинутых технологий. Ли младший вел какой-то странный внутренний монолог, который Минхо даже смотреть больше не собирался, оставляя для младшего свет. Что-то в его груди щемило от нахождения Феликса в их доме и очень хотелось позвонить тому же Чанбину, чтобы поскорее забрал его отсюда. Чан все ещё сидел на кровати, пялясь в стенку, и Минхо вновь улыбнулся, вспоминая себя. * — Хенджин, вызывает планета Земля, как слышно, прием!? — орет Хан на весь дом, но его голос только эхом разлетается по комнате, доходя до сознания отголосками. — Прости, Джисон, я.. — Хван чуть не плачет, опуская глаза. Весь настрой Джисона падает с его лицом, поэтому тот быстро опускается рядом с другом. — Слушай, ты боишься того чувака, который следил за нами? — Нет, я... Хан... Он... — Хенджина почти накрывает. Он не может поднять глаза, слово те налились свинцом. Джисон беспокоится ещё больше, ведь он такой с момента, когда мистер Хан высадил их у дома. — Хенджин, я найду его по камерам и убью. — Он мой соулмейт. Джисон застывает в шоке, ещё раз смотря на друга. Хенджин плачет уже открыто, закрывая лицо руками. Хан снова теряется, ведь никаких странных людей в том кафе не видел. Ни ярких клоунов, ни темных готов. Он не разглядывал всех посетителей, но точно не помнит ни одного выделяющегося. — Что с ним не так? Хенджин медленно успокаивается и жутко краснеет, заставляя Джисона все же приоткрыть окно. — Джисон... Ты ведь... — Боже, Хенджин, только не говори, пожалуйста, что ты чувствуешь вину за то, что встретил свое счастье, а я уже не встречу? Хван еле поднимает глаза на друга и Джисон замечает, что тот покраснел ещё сильнее. Но слов не было. Джисон начал разрываться от, какой же у него все же хороший друг, который с ним определено точно будет делить и печали и радости, до, боже, какой же он всё-таки глупый и излишне драматичный. Хан медленно садится рядом, обнимая парня и поглаживая по голове. — Хенджин.. мы не выбираем себе соулмейтов. Думаешь, если бы мой был жив, то после свадьбы оставался бы верным мне? Он перепихнулся с любовницей перед своей свадьбой. Не за неделю, не за день, а за час до. Если бы мы поженились, то он продолжал бы делать это, пока у него на стороне не появился ребенок и нам бы все равно пришлось расстаться. Люди все разные, но ты уж тем более не должен переживать из-за моего подонка. Давай лучше завтра мы в это же время снова сходим в то кафе? Только ты подойдёшь к нему и точно поговоришь. — А ты... Ты уверен... Что он снова... Там будет?.. — Уверен. Ты сам сказал, что он следил за нами. Я уверен, что он почувствовал то же самое. Я буду рядом и трезвым взглядом оценю, подонок он или нет, идёт? Хан быстро целует Хенджина в висок, позволяя Драме перевести дыхание и успокоиться.