mad bts world

Когда противный звон будильника наконец смолкает, я нехотя открываю правый глаз и свешиваю руку с кровати вниз. Пытаюсь на ощупь найти свой айфон и после долгих попыток обнаруживаю его между спортивными брюками и трикотажной майкой. Я подношу телефон к глазам: двадцать пропущенных, сорок интернет-оповещений, смс-ки и хренова туча прочей бяки. Я безвольно свешиваю руку с кровати, и телефон с тихим «бряк» отправляется обратно на пол. Я продолжаю лежать на животе и вдруг отчетливо понимаю, что на моей обнаженной спине уверенно лежит широкая мужская ладонь. Медленно переворачиваюсь, и рука плавно перекочевывает со спины на мою грудь. Я смотрю на лежащего рядом со мной парня со смешанным чувством… Чего? Любви и нежности? Признательности и сострадания? Ооох… Мы все—таки сделали это. Симпатия между нами возникла сразу, но к сегодняшней ночи мы шли долго. Сколько раз в своих работах я описывала постельные сцены с ним? И реальность меня не разочаровала. В свои двадцать пять он был просто огонь. Я аккуратно, чтобы не разбудить, убираю его руку со своего тела, и он недовольно ерзает, но продолжает спать. Я медленно… Очень медленно встаю с кровати и на цыпочках просачиваюсь в ванную комнату. Подхожу к большому зеркалу и скептически себя оглядываю. Мое тело украшает несколько синяков в самых интересных местах и пара смачных засосов на шее. Да уж, мистер, эту ночь я буду помнить еще долго. Прохожу в душевую кабину, включаю воду, регулирую ее до комфортной для себя температуры и встаю под тугие водяные струи. Я закрываю глаза, когда ощущаю, как по моей коже разливается приятное обволакивающее тепло. В голове всплывают воспоминания вчерашнего вечера. Приятный, легкий ветерок на террасе, превосходное белое вино, что-то такое в его карих глазах. «Мы не должны этого делать», — испуганно шепчу я. «Точно, не должны», — эхом вторит он, но наши губы неумолимо идут на сближение, и мы уже не в состоянии контролировать этот процесс… Тряхнув головой, я стараюсь не возвращаться к этим сладким воспоминаниям и, надев нижнее белье, возвращаюсь в спальню. По пути сушу полотенцем волосы и чувствую, как на губах все равно появляется улыбка. Удивленно замираю на пороге, когда не обнаруживаю Чимина в кровати. Сбежал? Да так быстро… Ну что ж, мы друг другу ничего не обещали, клятв не давали, поэтому было бы глупо надеяться на какое-то продолжение. Мы принадлежим диаметрально противоположным мирам. Перевожу взгляд с кровати на часы, стоящие на тумбочке у изголовья: половина восьмого, двадцать пятое марта. Двадцать пятое марта… — Дуреха! — стукаю себя по лбу. — Чуть не забыла про собственное День Рождения. Подмигиваю своему отражению в зеркалу, что висит над комодом, и запрыгиваю на разобранную кровать. А Пак шустро, конечно, слинял… И даже умудрился ничего не забыть, хотя за все время нашего знакомства неоднократно показывал свое беспамятство. Развалившись к центре кровати, я лениво протянула руку к проводному телефону, стоявшему на тумбе. Ненавязчиво накручивая красный провод на палец, я ждала ответа с ресепшена, чтобы попросить принести завтрак сегодня мне в номер. Желание спускаться вниз на всеобщий приём пищи отсутствовало. Как бы мне хотелось провести этот праздник в кругу родных людей, а не в номере отеля, находящегося за тридевять земель. Внезапная командировка чертовски сильно испортила мои планы. Домой смогу вернуться только через три дня — это так долго. Время бесконечно тянется, когда чего-то сильно ждёшь. — Классно, — фыркаю, когда спустя пару гудков мне так и не отвечают. Странно. Такое впервые. Может быть неполадки у них. Неполадки из-за которых все-таки придётся одеваться и идти вниз. Сначала мужик сбежал, а теперь и кормить не хотят — прекрасное начало дня. Рука безвольно падает вместе с трубкой на постель, и я утыкаюсь лицом в мягкую перину. Не хочу уже идти на завтрак. Целый день пролежу в кровати, страдая фигнёй. Сегодня могу позволить. И вообще… — Что за?.. — недовольно ворчу я, когда слышу звук открывающейся двери. Персонал так свободно не мог войти… — С Днём рождения! — раздаётся радостный всклик, а я резко подскакиваю, недоумевающе смотря на появившегося в номере Чимина. Он держит в руках небольшой торт, верхушка которого покрыта сплошным слоем клубники. Как он узнал о ней?.. Широкая улыбка осветила его лицо, и я незаметно ущипнула себя за руку. В голове ни разу не возникло мысли, что он может вернуться. Я уже даже как-то смирилась… — Я… Эм… Это… — Пак пытался что-то сказать, но пару раз запнулся, не отрывая от меня взгляда. Я вспомнила, что нахожусь в одном белье, и поспешила укутаться в одеяло. Ясен хрен, что он этой ночью уже многое видел, но неловкость все равно была. — Прости, что я так по-тихому ушёл, — Чимин почесал затылок, заметно расслабляясь, когда перед его взором больше не мелькал красный комплект белья на мне. — Я хотел сбегать за завтраком, пока ты находилась в душе. Но там немного задержался… И вот опоздал: пришёл позже, чем ты вышла из ванны. Было так необычно наблюдать за всегда уверенным в себе Паком. В данную минуту он смущённо краснел и не знал куда деть свой взгляд. Как школьник, ей богу… — Все в порядке, — я улыбнулась в ответ. — Я уже думала, что ты сбежал, — хитро прищурившись, я весело сверкнула глазами. — Эй, — протянул он. — Да как ты могла такое подумать?!  — наигранно возмутился Чимин, приближаясь с тортом ко мне. — Загадай желание и задуй свечи. Присев на край постели прямо напротив меня, он держал в руках этот невообразимо аппетитный клубничный торт. Мне хотелось как можно скорее откусить от него кусок, поэтому я постаралась чётко сформулировать свое желание. Перед тем, как задуть свечи, я лишь на мгновение задержала свой взгляд на Чимине. — Умница, — рассмеялся он, когда я, почти пуская слюни, уставилась умоляющим взглядом на него, как бы прося скорее отрезать мне кусочек. — Сейчас будем завтракать. Пак поставил торт на комод, а сам вновь скрылся за углом, через пару секунд возвращаясь с сервировочным столиком на колёсиках. Я мгновенно уловила запах свежесваренного кофе и благодарно посмотрела на него — Чимин помнил, что я не переношу гостиничные чаи. — Тебе самый большой кусочек, — прокомментировал он, разрезая торт и заставляя меня улыбнуться. Даже его незначительные слова или действия давали повод для радости. — Когда ты уезжаешь? — интересуется он спустя некоторое время, допивая свой чай. — Через три дня, — отвечаю, отставляя чашку с остывшим кофе. — Но если не успею завершить все дела, то позже. А у тебя когда кончатся «каникулы»? — Завтра, — усмехается Чимин. — Впереди слишком много всего, — качает он головой, вспоминая все расписание группы. — Мы тогда вряд ли попрощаемся перед моим отъездом, — вздыхаю, стараясь не показывать, что это как-то меня тронуло. Он наклоняется ко мне ближе и неожиданно целует в губы. Я впадаю в ступор. Его поцелуй легкий, как перышко, но меня пробирает до чертовски приятных мурашек. — Может уже хватит делать вид, что ночью между нами ничего не было… — шепчет он мне на ухо. — Хорошо, — шепчу я в ответ, силясь понять, что все это не сон. — Тебе понравилось? — его губы касаются моей шеи, и я уже на пути в рай. — Очень. Это было восхитительно, — выдыхаю я. — Теперь так будет всегда… Он бережно опускает меня спиной прямо на нагретую солнцем простынь, скидывая с плеч одеяло. В его красивых карих глазах пляшут лукавые черти. Я чувствую, как низ живота сводит приятной судорогой, а внутри начинает быстро закручиваться тугая спираль вожделения. Его губы касаются моей кожи, и миллионы будоражащих иголок пронзают мое тело. Сколько у тебя там осталось свободного времени? Сутки? У нас ещё полно времени… — С Днём рождения, — шепчет Чимин, подкрепляя свое поздравление поцелуем.