Юрэй

Александра постоянно слышала о том, что нельзя совмещать два дела одновременно, если хочешь сделать хорошо. Вот только ей было на это начхать. Сколько Саша себя помнит, у неё никогда не было времени на то, чтобы полностью отдаться какому-то одному делу. Ей всё время приходилось совмещать как минимум два дела: ела практически всегда на ходу, готовилась к экзамену, попутно переписываясь с одногруппниками и ища возможности списать, сбегала от полиции, строя маршрут на ходу… После наступления совершеннолетия и принудительной отправки в Японию эта привычка никуда не делась. Мало того, эта привычка даже стала прогрессировать. Если раньше она совмещала с основным делом что-то попроще, то теперь полноценно могла совмещать сразу два основных дела за раз. Помогать детям с математикой, попутно заполняя договора о поставке кофейных зёрен и молока? Не проблема. Подбирать нужные слова, переводить японскую речь собеседника и одновременно с этим делать сложный кофе? Уже на автомате! Вести полностью осмысленный диалог с новоиспечённой подругой, попутно приглядывая за резвящимися на детской площадке детьми, а вместе с тем ещё и следить за тем, как Акира с Исаму бегают вокруг и узнают информацию? Сложновато, но вполне исполнимо. — Кацуки, будь аккуратен со своей причудой! — кричит обеспокоенная Бакуго, после чего вздыхает и вновь поворачивается к Саше, продолжая разговор, — Так ты говоришь, что каждые выходные занимаешься с мальчиками спортом? — Угум, — кивает Александра, краем глаза замечая, как к ней начинает приближаться Исаму. Похоже ему удалось что-то выяснить, — Они хотят стать героями, поэтому тренировки им точно нужны. Но даже если они передумают и решат выбрать другую профессию, то эти тренировки всё равно пойдут им на пользу — Согласна. Но тебе всё же стоит отдать их на дополнительные занятия, — говорит Мицуки, — Кацуки у меня ходит на дзюдо. Если хочешь, я могу спросить есть ли у них свободные места — Буду благодарна, — вновь кивает Саша, соглашаясь на предложение. Она быстро кидает взгляд в сторону, где видела мёртвого коллегу, но того рядом не было. Либо показалось, либо Исаму просто проходил мимо… — Слушай, Огиро-тян, — зовёт подругу Мицуки, — Давно хотела у тебя спросить, не будешь против наконец перейти на имена? Всё таки ты теперь опекун моего крестника — С удовольствием, — неловко смеётся Александра, — Если честно, то мне наоборот так более комфортно — Другой менталитет, понимаю, — глаза Бакуго загораются интересом, — Может расскажешь наконец откуда ты, Тихиро-чан? И не отрицай, я давно поняла, что ты не коренная японка — Россия, — спокойно отвечает Саша, — Меня удочерила семья Огиро и привезла сюда. Увы, они уже не с нами Было довольно очевидно, что однажды Сашу спросят о её предыстории. Всё таки людей без прошлого не бывает, даже среди злодеев. И чтобы избежать каких-либо проблем и подозрений Александра ещё в первые дни после внезапного «переезда» на пару с Кирой придумала историю, которая смогла бы объяснить почему Саша оказалась в тех кругах. Несчастная девочка, которой просто не повезло по жизни. Родные мама с папой погибли в автомобильной аварии, из-за чего она в возрасте 6 лет оказалась в детском доме. Через год её удочерила одна семья, и жили они все дружненько в России, пока отцу семейства не поступило хорошее предложение о работе в родной Японии. И вот сиротка переезжает с приёмной семьёй в незнакомую страну, пытается как-то влиться в культуру и выучить язык… А через каких-то полтора года, о горе, она теряет приёмных родителей в пожаре. Прямо в день своего совершеннолетия! Бедная девочка! Сколько несчастий выпало на её долю! И какая же у неё лаконичная история, просто не придраться. Ещё и доказательств не попросить, ведь они все сгорели с приёмными родителями. Да и вообще с неё взять нечего, ведь всё и так потеряно. Памятных вещей нет, поддержки нет… Зато есть надежда на светлое будущее, поэтому она решает начать всё с чистого листа! Честно говоря, Саша до сих пор иногда не понимает как эта история могла сработать тогда и… работать до сих пор. Возможно помогло отсутствие лишних деталей. Всё таки мало кто будет узнавать у травмированного человека подробности о травмирующем событии. Да и Саша всегда старалась рассказывать краткую версию истории, чтобы и самой не начать переигрывать, и добавить реализма своей истории. Она же всё-таки была «травмирована» этой историей, поэтому и не хотела говорить на эту тему… — Ох, прости! — восклицает Мицуки, — Я не хотела… — Всё харшо. Не переживать, — пожимает плечами Александра и взглядом ищет своих подопечных. Но те будто сквозь землю провалились, нигде не видать, — Лучше скажи, ты видишь наших детей? — сука, ну отвлеклась буквально на минуту! Вот буквально были, были… Шлах! И нет детей! — Не волнуйся, — отмахивается Бакуго, — На детской площадке это частая проблема, дай им пару минут и они сами покажутся Саша рефлекторно кивает, хотя всё равно упрямо ищет мальчишек взглядом. На качелях нет, на горках тоже… О! Это Изу… а нет. Там нет, на всяких лазалках тоже нет… Блять, где?! Она ведь специально выбрала лавочку, с которой всю детскую площадку видно. Сука! Да тут всё как на ладони, а детей всё равно не видно, сколько ни ищи. Вот пара ребятишек с мутантными причудами, Изуку ещё в начале пытался затянуть их в игру. Вон там Кацуки с Хитоши долгое время крутились, что-то изучая, но потом ушли. Здесь… Да нигде их нет! — Мицуки, их нет, — встревоженно сообщает Саша, вставая. Глаза всё ещё бегают по округе, судорожно пытаясь найти хотя бы одну знакомую макушку… и наконец находят, — Ой блять. Ой сука! Хитоши сидел рядом с какой-то незнакомой девочкой и обнимал её. Было видно, что мальчик пытается успокоить сверстницу, пока двое других из этой шебутной троицы встали на защиту. Изуку смело закрывал собой брата с девочкой, грозно смотря на двух детей постарше. Кацуки в это время стоял бок о бок с зеленоволосым другом, скалясь и выпуская из рук маленькие взрывы. Правда подобное представление не пугало хулиганов. Ну это пока. Александра анализирует картину перед собой буквально пару секунд, прежде чем тело начинает двигаться само. Она хватает свой рюкзак со скамейки и быстро бежит к группе детей, не дожидаясь Мицуки. Саше было важнее обезопасить мальчишек, защищающих сверстницу от нападок более старших ребят. Как только она подходит достаточно близко, то всё внимание детей переключается на неё. Хулиганы явно не ожидали, что в ситуацию вмешается взрослый, а потому решили трусливо сбежать, боясь последствий. И стоило им это сделать, как Изуку с Хитоши заметно расслабляются. — Они задирали её! — заявляет Изуку, уверенно смотря то на своего опекуна, то на тётушку Мицуки, — Обзывались и толкали. А мы вмешались — Правильно сделали. Молодцы, — кивает Саша, облегчённо выдыхая. Она бегло осматривает всех четверых ребят на наличие травм. Кацуки цел и явно не намерен так просто отпускать обидчиков, намереваясь идти в бой (но его мать явно мешала ему это сделать). Изуку тоже явно горел желанием совершить возмездие, но в бой не рвался, предпочитая сначала обдумать свою месть, на нём тоже не обнаружено травм. Хитоши тоже был цел и помогал девочке подняться с земли, и вот у этой особы явно были проблемы. Пучки на голове растрепались. Одежда вся помялась и испачкалась в пыли и земле. Коленки разбиты, на глазах слёзы… — Мам, у тебя же есть аптечка? — с надеждой спрашивает Хитоши, подводя девочку к опекуну. — Конечно, — кивает Саша, после чего мягко улыбается и обращается к незнакомой девочке, — Привет, милая. Можно узнать твоё имя? — Х-химико, — заикаясь говорит малышка, — Химико Тога

***

Настроение ни к чёрту! Мало того, что весь день был загружен по самое не могу и ей пришлось совмещать линчевательство с тем временем, которое должно было стать отдыхом. Так у неё ещё и… и… Ещё и говно всякое! Долгов теперь по самую глотку, и Саша вообще не уверена, что сможет отдать их все. У неё и так около десятка старых осталось, а теперь ещё около 20 новых! Ещё и некоторые из информаторов заявили, что ждать более недели с оплатой не намерены. То есть Саше нужно впихнуть в расписание как минимум 5 долгов, если не больше! И ладно бы все эти долги были бы простыми и быстрыми, но сука нет! Одному час прогулки, второму нарисовать картину, третьему… с третьим вообще пиздец! А есть ещё «мисс идите нахер» с требованием о золотом кулоне на её могилу, которая хер знает где! Из-за всей этой эпопеи Александра будет около трёх дней просто лежать овощем в кровати без сил и какой-либо мотивации жить. А ей же нужно работать, за детьми следить, на патрули ходить… А ещё спасать всех, кого может. Вот только не всех она может! Химико Тога. Бедный ребёнок, которому не повезло стать обузой для собственных родителей, которые и не скрывают этого. Ну мать так точно! Александра была в ужасе, когда услышала первый вопрос кое-как нашедшейся матери девочки. То есть мало того, что эта мадам не знала где её чадо находится и совершенно не парилась, так ещё и её первым вопросом был не «Моя дочь в порядке?», а «Что она натворила?». Саша видела как родная мать Химико смотрела на свою дочь. Это не была искренняя забота, это была блядская смесь из родительской любви, страха и отвращения… А отношение? Блять, да эта женщина вместо благодарностей о заботе о её дочери попросила прощения за то, что Химико доставила им неприятности и быстро ушла прочь, чуть ли не волоча дочь за собой! А самое отвратительное то, что Саша даже помочь малышке никак не может. Она не может вправить мозги её матери на место, не может поддержать Химико… Она нихера не может, кроме как предугадывать что станет с этой улыбчивой девочкой в будущем. И после такого «прекрасного» дня, Саша должна была выйти на патруль и встретится с Даби. Казалось бы, что уж здесь-то может случится? Но как оказалось, может кое-что. Причём это «кое-что» чуть ли не хуже чем то, что произошло днём. — Саша! — недовольно зовёт подругу Кира. — Нет! — рявкает в ответ Александра, попутно пытаясь как-то закрепить респиратор на бедре, - Я не собираюсь слушать его, а тем более разговаривать. Этот предатель может идти нахуй — Ты обещала! — упрямо стоит на своём Акира. — Обещала, но не утверждала, что сделаю это сразу же, как только увижу его! — чуть ли не рычит Саша, злобно смотря на подругу, — И так день- полная хуета, не порти ещё и ночь! — она цыкает недовольно и наконец цепляет респиратор на пояс, прижимая к бедру аптечкой. Всю эту конструкцию она прячет под ветровкой, которую вяжет на талии. — Саша, это важно, — пытается уговорить подругу Акира, - Тебе надо поговорить с ним — Надо? — усмехается линчеватель, проверяя надёжность полученной конструкции. Вроде бы держится, - Кому? Мне вот не надо — Зато мне надо, — Кира резко хватает подругу за плечи, стараясь донести всю значимость своей просьбы, — И Исаму надо. Нам обоим это надо. Очень-очень надо! — Ну значит поговорю потом, — цыкает Александра, с недовольством замечая как Исаму ведёт чёртового героя к ним. Она хочет отпихнуть подругу и уйти, но та не даёт этого сделать, — Кира, отпусти — Сначала вы поговорите! — заявляет офицер и тащит подругу прямо навстречу дуэту линчевателя и героя, — Просто разговор, большего я не прошу И прямо после этого заявления Саша оказывается прямо напротив бывшего тренера. Буквально в двух метрах. А Исаму с Кирой специально отходят в разные стороны на другие крыши, чтобы не дать Саше сбежать, но и при этом не присутствовать во время самого диалога. Что ж, похоже избежать этой встречи вообще никак не выйдет… Девушка сразу же выражает своё отношение к образовавшейся ситуации, кривя лицо. Она сверлит героя перед собой злобным взглядом, с удовлетворением замечая, что тот хотя бы имеет совесть выглядеть виноватым. Смотрит в ответ жалостливо, но не предпринимает пока никаких попыток заговорить или сделать первый шаг. Видимо решил уступить право начать диалог Александре… — Что? — едва ли не рычит Саша, — Использовал меня, а теперь что? Будешь отрицать, что ты не такой? — Я прошу у тебя прощения, — призрак склоняется в поклоне, не смея смотреть на свою ученицу. Значит признаёт вину. Уже хоть что-то, хоть и слишком мало, чтобы Саша хотя бы задумалась о возобновлении сотрудничества. Придурошная японская манера кланяться невероятно смущает и бесит Александру. Будто вместо нормальных слов собеседник унижается перед ней. А с учётом всей ситуации Саша не может не воспринимать подобный жест как чёртову манипуляцию через чувство вины. Ещё и сами извинения вообще ни о чём! Они звучат слишком расплывчато из-за чего воспринимаются больше как «сорян, что ты обиделась», чем на «я признаю, что провинился, и за свой проступок прошу прощения». — Я подвёл тебя как твой сенсей и как боевой товарищ, — продолжает Рыцарь. Казалось бы, подобное должно помочь. Вот только с каждым новым словом от героя злоба внутри Александра становится всё больше и больше. — Ты ведь понимаешь, что мне твои apologies как для крысы карандаш? — шипит Саша, не заморачиваясь над тем, чтобы говорить на чистом японском. Она и так делает этому предателю одолжение, стараясь сохранять хладнокровие несмотря на переполняющие эмоции, — То есть совершенно бесполезны — Мне искренне жаль, — продолжает призрак, — И я понимаю, что мои извинения не исправят сделанных мною ошибок, — ага! Похоже щас будет монолог про то, что каждый может ошибаться, и про то, как важно давать вторые шансы… — Мне нет оправдания, за то, что я сделал. И мне жаль, что я увидел это только сейчас. Я понимаю, что не имею права просить тебя об этом… Но прошу позволь мне исправить всё Ага, конечно! Исправит он тут всё! На деле же явно просто будет манипулировать хитрее, чтобы Саша не догадалась. Ну или составит план, где если она снова сорвётся с крючка, то Мацуда сможет ей угрожать. Он ведь гораздо опытнее и сильнее неё, а ещё… А ещё он блять мёртв! Хули Мацуда ей сможет сделать в своём то состоянии? Чем вообще он сможет ей угрожать? Что убьёт? Ну так себе угроза если честно. Что оставит? Ещё смешнее. — Как? — хмыкает девушка, смотря на наставника невпечатлённым взглядом, — Будешь обещать, что не повторить больше таких ошибок? — Это всё, что я могу дать, — следует тихий ответ, — Увы, мне нечего предложить кроме этого — Вот только ты даже это обещание не сдержишь, — рычит девушка, — Ещё в самом начале мы договаривались об условиях. Ты помогаешь мне со злодеями, а я в свою очередь сохраняю neutral attitude к героям. Но ты нарушил это правило, когда начал склонять меня к сотрудничеству со своим учеником. И ты не остановился даже после того, как тот показал мне что я не должна ему доверять, — она презрительно цыкает, — Встань и уходи. Договор нарушен, я больше не намерена играть по твоим правилам. Отношения к твоим коллегам будет такое же ровно до момента, пока они не попытаются мне навредить или задержать меня