Настоящее лето

— Доброе утро, ребята, добро пожаловать в первую команду Звёздного! Меня зовут Милана, и эти три недели я буду вашей вожатой.       Милана чуть не светилась от гордости, произнося это вслух. Четверо мальчишек — трое из них выше, чем она сама — сонно стояли перед ней и слушали. — А вы… ты одна будешь? — спросил её высокий длинноволосый парень в солнечных очках, явно стараясь завести дружелюбный разговор, но с трудом подбирая для него слова. — Нет, — Милана мягко улыбнулась ему, подмечая некоторое сходство подростка с Егором Летовым (это не он, случаем, тот самый Игорь Зимин?). — Вашим вторым вожатым будет Глеб, но он сейчас дежурит в приёмном корпусе, к нам он подойдёт после обеда. — А почему Глеб второй, а ты первая? — с ухмылкой спросил второй юноша. Среди остальных его выделяли низкий рост и ярко-красная бейсболка. На этот вопрос Милана, чуть подумав и не скрывая смешливой улыбки, ответила: — У нас матриархат, — и прикрыла рот ладонью, пряча в неё смешок. — Только ему об этом не говорите, он не в курсе.       Мальчики, улыбаясь в ответ, закивали. Милана с облегчением поняла, что прошла испытание этими четырьмя, и строго пообещала себе извиниться перед Глебом за матриархат, даже если ребята на самом деле ничего не скажут ему.       Парень в солнечных очках и правда оказался Игорем Зиминым — Милану несказанно поражал его внешний вид. Похоже, юноша понял, с кем его можно ассоциировать, и изо всех сил старался соответствовать образу. Поставь его за забором из колючей проволоки — получишь идеальную копию той знаменитой фотографии Летова. — Уважаю, — серьёзно сказал Игорь, указывая на рюкзак Миланы и протягивая ей руку. — Сама пришивала? — Ага, — улыбнулась она, а в голове у неё было счастье, которое говорило: «Он младше тебя лет на восемь, а слушает такую же музыку, как и ужасно взрослые вы, ты просто обязана уделить его музыкальному вкусу внимание!». Милана слушала счастье и обещала ему так и поступать. А спустя пару минут после рукопожатия сразу же написала Глебу:       Я познакомилась с Игорем Зиминым! Прекрасный ребёнок, и ему понравилась моя нашивка с Гражданской Обороной! Жду не дождусь, когда ты придёшь обедать и познакомишься с ним наконец. Целую!       И за одним из столов в приёмном корпусе Глеб слабо покраснел и улыбнулся, буквально почувствовав поцелуй напарницы на своих губах.

***

      Столовую постепенно наполнял настороженный гул. Ребята постепенно осваивались на новом месте, а лагерю было важно произвести первое пищевое впечатление. Милана, сидя во главе стола, с трепетом разглядывала своих детей: восемь мальчиков и десять девочек, но впереди ещё целая половина целого долгого дня, и этого вполне хватит, чтобы команда была укомплектована полностью. Игорь сел поближе к Милане, с наигранной обидой ковыряя вилкой остывающие макароны и кидая на девушку многозначительные взгляды. Хотел сесть на место рядом с вожатой, но был мягко отправлен чуть подальше, к остальным ребятам, по причине «Это место для Глеба, друг мой». — Первой команде желаю приятного аппетита!       Звонкий голос прорезался сквозь алюминиево-фарфоровый стук столовых приборов о хрупкие тарелки. Это был незнакомый голос, который вывел восемнадцать ребят первой команды из сонного состояния. Только по мягкой улыбке Миланы и тому, как заботливо она придвинула порцию к пустующему рядом с собой месту, им удалось понять, кто перед ними. Не случайный человек и даже не коллективная добродушная галлюцинация, а их второй вожатый — Глеб. — Коннект, — улыбка Миланы из нежной сменилась на хитрую, но все-таки совсем не злую. — И тебе приятного аппетита, — добродушно ответил Глеб, опускаясь на свое законное место и каким-то образом уже вертя в руке вилку. — Почему коннект? — Ты обещал после обеда прийти, а я как чувствовала, на тебя порцию взяла, и ты правда пришёл, — взбудораженно пояснила девушка, активно сопровождая рассказ жестами. — Я тебе всегда говорила, что у нас особая связь, коннект, и вот оно снова проявилось! — Верю, верю, — мягко улыбнулся юноша и слегка сжал ладонь напарницы, чтобы умерить её пыл. Та смущенно улыбнулась. — Ребята, — прокашлявшись, Милана обратилась к детям, которые кто с непониманием, кто с удивлением наблюдали за воссоединением напарников. — Это Глеб, если вдруг вы ещё не узнали его. Приятного аппетита, — она обернулась к юноше, увлечённо сражавшемуся со слипшимися макаронами, и улыбнулась этому бою.       Робкие детские голоса послышались со всех концов стола, но лишь одному из них удалось сложиться в чёткую фразу: — Приятного аппетита, Глеб, — глаз Игоря Зимина не было видно из-под тёмных очков, но Милана была уверена, что выражение в них было оценивающее. Она украдкой взглянула на Глеба, ожидая его ответа. — Спасибо! — с лёгкой, но добродушной улыбкой произнёс тот, твёрдо протягивая руку для знакомства. — Игорь, — парень не заставил себя долго ждать и ответил крепким рукопожатием. — Зимин.       Ребятам не было интересно наблюдать за этим знакомством, но для Миланы оно представлялось то ли поединком, то ли приручением, а кто над кем главенствовал — неизвестно. Однако, Игорь поднял очки на лоб, и девушка увидела в его глазах одобрение и принятие. — Рад видеть тебя в своей команде, — Глеб мягко высвободил ладонь из рукопожатия, чтобы продолжить обед. — Рад видеть ва…тебя своим вожатым, — запнувшись, ответил ему Игорь. Его лицо было словно каменным, не выражавшим ничего, кроме безразличия, но в его голове настойчиво билась мысль:       «Даже если с командой вдруг не заладится, у меня все ещё будут самые крутые вожатые, я знаю. Иначе и быть не может. Милана нежная, ей как будто шестнадцать, но, если надо, может проявить характер. Глеб спокойный и наверняка отзывчивый, по-любому менее строгий, чем Милана. Но эти двое точно подходят друг другу, да. Иначе быть не может».