теплота дней минувших

кровавые бинты на полу, обрывки сожалений, прощание. – что же ты наделал.. *** было ясно. даже слишком ясно для осеннего дня сентября. на порт ли юэ легла золотая пора, город будто зацвел кристаллами кор ляписа, а глазурные лилии на пожелтевшей траве выглядели словно обломки нефрита. по обыкновению своему, господин проводил время на террасе юйцзин. молча, мерно отпивая из чашки крепко заваренный чай, тот слушал легенду о властелине камня, великом мораксе, бренном скитальце, покровителе земель ли юэ. длинные волосы его мягко теребил ветер, а желтые глаза господина устремлены были на сцену, где выступал рассказчик. звали этого господина чжун ли, хоть и называл он себя так только во время отпуска. – ..и вот кажется, будто иногда пути семи архонтов, стоящих плечом к плечу, идут в разных направлениях. за сим рассказчик откланялся и прошел за искусно вышитую ширму, оставив зрителей своих. чжун ли, помедлив немного, встал с места и, попрощавшись с сидящими рядом, направился к лестнице. солнце уже катилось в закат, и лучи его прокрадывались по перчаткам господина. ярко-красные ступени теплели и становились похожими на усеянные листьями песчаного дерева скалы, что заставляло чжун ли вспомнить дни минувшие. «госпожа гуй чжун, закрепим же узы наши и вместе будем до конца света жизненного, клянусь вам всей душою своей» немало прошло с той поры, многое забылось. все же жизни переплетаются и так же разрываются, словно влюбленные сердца. ходил чжун ли очень медленно, обдумывая каждый свой шаг. рассматривал дома, мостовую, людей. все же тот город, что он знал раньше уже совершенно другой, но по-прежнему родной и теплый. ближе всего господину была торговая часть ли юэ. она будто кипела жизнью, не совпадая с ритмом архонта, но этим и была прекрасна. чжун считал, что именно здесь сохранилась та черта созданного им портового поселения. и так каждый день, после прослушивания легенд, господин прогуливался мимо прилавков и магазинов. *** скрипнула дверь входная, и тяжелые шаги ступили на порог. упав на колени, рыжеволосый слегка застонал от боли, прикрывая кровоточащие раны. синий камешек на поясе переливался, словно глаза юноши, что были сейчас мрачнее озер бездонных. упал рядом с ним и лук проржавевший, запачканный алыми пятнами. губы, покрытые спекшейся кровью прошептали едва слышно: – ..я еще не проиграл.