теплота дней минувших

– господин чайльд, стоило вам быть аккуратнее, мы же не хотим потерять вас из рядов предвестников. девушка в особенной одежде, похожей на ту, что местные врачи носят, бережно заматывала раны на теле рыжеволосого юноши. тот лишь изредка шипел, когда на места порезов попадали капли лечебного раствора. – воды.. принеси.. – хрипло прошептал он. девушка поспешно встала и направилась к столешнице, вернувшись со стаканом, наполненным прозрачной жидкостью, что так жаждал юноша. волосы его огненные растрепались, губы были разбиты, под глазами из-за постоянных недосыпов синяки образовались. а к слову о нем.. был тот последним из одиннадцати предвестников фатуи. хитер, коварен, предусмотрителен, несметно богат, но одинок и травмирован. величали его, как и всех предвестников, по-особенному, титул его был «чайльд». по имени же тарталья, или просто аякс. рос он в весьма неблагополучной семье, а когда получил работу в рядах фатуи, покинул дом родной, что зовется снежной, и прибыл сюда, в ли юэ. характер его вспыльчив, поэтому нередко аякс попадает в перепалки, из которых частенько выходит невредимым, благодаря глазу бога, но тратит он годы свои, используя особый предмет, дарующий силу могущественную. зовется тот предмет глазом порчи и отбирает он у молодых жизни беззаботные при использовании. на восстановление время уходит немалое, поэтому используют его предвестники лишь в самых крайних случаях. казалось бы, безделушка такая, висит себе на поясе, но спрятано в ней зло чистое, обуздать которое не так уж просто оказывается. прислонив окровавленные губы к стакану, жадно пьет аякс воду прохладную, рукой вытирается и привстает, прижимая бинты только что намотанные. показывает медсестре на выход, а сам направляется к комнате своей, на покой. комната та, несмотря на капитал юноши, весьма скудная, больше походила на коробочку с окном и дверью. в углу кровать, рядом стол со свечой, у стола же шкаф дубовый, да ковер с узором позолоченным на полу, ничего особенного, что могло бы выдать героя нашего за состоятельного человека. свалившись на кровать и замарав ее кровоточащими ранами, тарталья засыпает вмиг под светом огней, виднеющихся из окна. ничто его сон не потревожит, ничто его жизнь нелегкую не оборвет, ничто ее и не поменяет. по крайней мере, он сам так думал.