I'll Be With You

      Буквально через пару дней парни были вынуждены вернуться обратно в академию. Им дали не так уж и много времени на прощание с Уёном, ибо учебу никто не отменял.       Кадеты хоть и были всё ещё расстроены, но уже более менее вернулись к привычному ритму жизни благодаря любви и поддержке своих родных и близких. Этот инцидент заставил многое переосмыслить всех и каждого, а также больше ценить моменты, проведённые в кругу любимых.       Чтобы проводить парней обратно вновь собрались многие друзья и знакомые. Родители и вовсе боялись отпускать своих детей обратно, поскольку не знали, что их может ожидать за новым поворотом. Однако, жизнь не стоит на месте, и, уже проживая её, каждый подвергается риску.       Сан вновь ждал, когда Сонхва появится на станции, чтобы попрощаться с ним во второй раз. Друзья Чхве уже заходили в вагон и подгоняли его самого, ибо отправление должно было быть уже совсем скоро. Однако Сан до последнего отмахивался от них, верно ожидая Сонхва. Едва завидев его высветленную макушку, он задержал дыхание на пару секунд, а затем бросился навстречу.       На нём снова было его терракотовое пальто, которое он, судя по всему, наспех не застегнул. Шарф, неаккуратно обмотанный вокруг шеи, так же свидетельствовал о спешке, а укладка и вовсе оставляла желать лучшего. Сонхва бежал навстречу Сану и то, как он выглядел едва заботило парня. А когда они буквально налетели друг на друга, младший прижал к себе тело несопротивляющегося Пака за талию, который, в свою очередь, уткнулся носом в чужую шею, вдыхая такой любимый и родной запах.       — Я уж думал, что ты не придёшь. — Прошептал Сан в блондинистую макушку.       — Но всё равно ждал.       — Конечно, а как иначе. — Чхве лишь сильнее прижал к себе молодого человека.       — Во второй раз легче прощаться, верно? — с толикой иронии усмехнулся старший.       — Совсем не так, Хва-я. — Выдохнул младший.       Старший поднял голову с чужого плеча. Его взгляд зацепился за кучу глаз, что смотрела на них со стороны. Сонхва нервно вздохнул, вновь вспоминая о школьной травме, которую он старался всеми силами выкинуть из собственного подсознания. Когда они были наедине, Пак совершенно не переживал по этому поводу, но на публике все было иначе. И хоть старший не хотел этого признавать, но именно из-за школьных издевательств Сонхва постоянно жил прошлым, боясь идти дальше. Постоянно жил со страхом того, что ситуация повторится, что его снова осудят.       Но сейчас рядом с ним был Сан, который, едва завидев нервозность старшего, быстро понял, что к чему. Он осторожно обхватил голову Пака своими ладонями и направил его взгляд на себя.       — Посмотри на меня, Хва-я. — Старший внимательно взглянул на расслабленное лицо Чхве, от чего его дыхание даже слегка выровнялось. — Я рядом с тобой, всё в порядке. Ни я, никто другой больше никогда не сделает тебе больно.       Слова Сана возымели куда больший эффект, чем он сам того ожидал. Сонхва в очередной раз обернулся, чтобы взглянуть на людей, но те лишь кидали свои краткие и несколько заинтересованные взгляды, но никак не осуждающие. Пак решил, что пошло оно все к чёрту, слишком уж долго ему приходилось контролировать себя и собственные чувства, нанося ущерб лишь самому себе. Поэтому сам притянул к себе Сана, впечатываясь в его губы.       Чхве сначала опешил, но, быстро приняв новые правила игры, подхватил Пака под бедра и поднял в воздух. Сонхва по инерции скрестил ноги за чужой спиной, а руками старался удержаться за плечи младшего. Чхве буквально кружил Пака в воздухе, улыбаясь в их поцелуй, а со стороны слышал ободряющий гул некоторых своих однокурсников.       — Кажется, — выдохнул Сонхва в чужие губы, — у нас появилась непроизвольная публика.       — Пускай. — Усмехнулся Сан, оставляя краткие поцелуи на чужой шее. — Пускай смотрят и завидуют, потому что далеко не каждому может достаться сам Пак Сонхва.       Старший откинул голову назад и счастливо рассмеялся. Он никогда не был настолько счастлив, как в этот момент. Сан осторожно опустил Пака на землю. Сонхва вмиг сменил улыбку на серьёзное выражение лица и посмотрел на всё ещё улыбающегося младшего. Он осторожно взял за руку Сана, переплетая их пальцы между собой, а другой рукой достал конверт и вложил в чужой карман брюк.       — Помнишь, как я сказал на этом месте, что многое бы хотел тебе сказать, но все слова вылетели из головы? Потом прочитаешь. Мне слишком неловко сейчас.       Сан увидел, как кончики ушей Сонхва покраснели, а на его едва округлых щеках выступил красивый румянец. Мило.       — Договорились. — Он ярко улыбнулся ему и потёрся носом о чужой.       — Иди уже, иначе опоздаешь. — Прошептал Сонхва в губы младшего, продолжая держать его за руку.       Сан в очередной раз улыбнулся и оставил легкий поцелуй на губах старшего. Не расцепляя рук и не прерывая зрительного контакта, он вёл их по направлению к вагону спиной вперед. Чхве никак не мог наглядеться на такого прекрасного старшего. Сонхва тихонько посмеивался над поведением Сана, но всё равно периодически направлял его в правильном направлении.       Остановившись у самого вагона, парни тяжело вздохнули.       — Хва-я, я…       — Я знаю, — улыбнулся блондин, не давая договорить.       — Тогда я…       — Я люблю тебя. — Пак всё больше удивлялся тому, как эти слова давались ему с каждым разом всё легче и легче.       Сонхва буквально налетел на младшего с поцелуем и с силой затолкал его в вагон. Сан не растерялся и ответил, но их сцепленные руки отпускать не собирался. Однако, когда поезд, всё же, начал тихонько двигаться с места, оставшийся на перроне Сонхва ускорил свой шаг, ибо крепкая рука Чхве продолжала держать его.       — Сани… — Выдохнул он, увидев, как скопившаяся влага в глазах младшего едва была готова выйти наружу. Он, скрипя зубами, всё же, отпустил руку Пака, но ещё долго смотрел на него из окна поезда. До тех пор, пока его силуэт и вовсе исчез с поля зрения. Пройдя на своё место, он встретился взглядами с Чонхо, который ярко улыбнулся старшему, хоть и с некоторой грустью в глазах.       — Не знаю, должен ли я такое говорить, — подал голос младший, — но я завидую тебе, хён. Ты нашёл своего человека. Я тоже когда-то так думал, но…       — Чонхо-я, хэй, — осторожно заглянул старший в глаза напротив, — ты обязательно найдёшь того, кого полюбишь больше всего, и кто будет любить тебя в ответ. Ты очень добрый и честный парень, будь уверен, что твоя любовь найдет тебя.       — Спасибо, — грустно улыбнулся Чонхо, — надеюсь, что Сонхва-хён любит тебя именно так.       — Я тоже на это надеюсь. — Улыбнулся Сан, поглаживая свой карман, в котором лежал тот самый конверт, что положил старший.       Сан честно пытался не думать о том, что лежит в конверте. Но любопытство буквально сжирало его заживо. Парень нервно дергал ногой в такт толчкам поезда и буквально старался восстановить дыхание. Его мысли сейчас были далеко не здесь.       Внезапно голова Чонхо, сидящего рядом, покачнулась и упала прямо на плечо старшего Чхве. Сан мелко вздрогнул и только тогда понял, что младший задремал. Его лицо было таким детским и невинным, что парень невольно вспомнил самого себя в более ранние годы. Хоть и Чонхо был не настолько младше Сана, но его всё так же хотелось защищать и любить, как настоящего брата, которого у Чхве не было. Сану было тяжело и физически, и морально от всего происходящего, а вид младшего и вовсе заставлял его мысли идти не в том направлении. Он начал задумываться о плохом.       Отогнать негативные мысли из головы сейчас мог бы только Сонхва. Поэтому Сан, потеряв всякое самообладание и воспользовавшись дремотой соседа, осторожно достал конверт из кармана. На нём было практически ничего не написано. Обычный белый конверт с первого взгляда. Но стоило лишь заострить внимание, как в самом углу конверта осторожным и мелким почерком была выведена подпись «Сани» и изображена маленькая картинка горы, которую сам Чхве когда-то давно рисовал вместо собственной подписи. Эта крохотная и незначительная деталь уже заставила уголки его губ подняться вверх, а сердце преисполниться приятным томительным ожиданием.       Сан вскрыл конверт и увидел в нем письмо, которое, как он предположил, старший написал ему в спешке, прямо перед самым отправлением. Оно вполне могло объяснить внешний вид старшего на платформе. Сан в очередной раз усмехнулся про себя, но, открыв текст письма, буквально замер: «Дорогой Сани, Если ты сейчас читаешь это письмо, то ты наверняка уже где-то далеко от меня. Потому что, зная себя, то я стукнул бы тебе по плечу, начни ты его читать в моём присутствии. Но сейчас это не так важно. Важно то, что я неимоверно сильно люблю тебя. Я хочу, чтобы ты знал и помнил об этом. Я любил тебя ещё тогда, в школе, семь лет назад, когда мы были глупыми и наивными подростками. По крайней мере я точно таковым был, потому что не смог осознать всей глубины тех чувств, которые испытывал по отношению к тебе, Сани. Я слишком долго к этому шёл, и мне неимоверно жаль, что я заставил тебя пройти через всё это. Я говорил это раньше, знаю, но не перестану повторять это. Ты слишком много значишь для меня, и я просто не могу не думать о произошедшем. И пусть ты посчитаешь меня эгоистом, но если всё это в конечном счете приведет к тому, что есть между нами теперь, то я готов всё повторить, как бы тяжело это не было. Честно говоря, я даже понятия не имею, с какой целью пишу тебе это письмо. Наверно для того, чтобы в очередной раз напомнить о себе и сказать, что что бы с нами ни случилось, мы всегда будем друг у друга. Я знаю, я верю в это. Даже тех семи лет, что мы были вдали друг от друга будто не существовало на самом деле. Мы будто уехали на время, а затем просто вернулись домой. Вернулись друг к другу. Ты — моё солнце, что ярко светит. Ты — моя гора, что так же крепко стоит. С тобой я могу позволить себе быть слабым и беззащитным, быть глупым и смешным, абсолютно любым, не прикрываясь масками безразличия. Только с тобой я чувствую, только с тобой я живу. Просто знай, что я всегда буду любить и ждать тебя, сколько бы времени это не заняло. Моё сердце принадлежит тебе, и оно всегда будет рядом с тобой. Искренне твой, Сонхва»       Сан почувствовал, как пальцы его рук слегка начали подрагивать от переизбытка эмоций, но также он нащупал, что в конверте было ещё кое-что. Парень быстро вытащил плотную бумагу, на которой было выведено его собственным корявым подростковым почерком «Моему самому любимому Сонхва-хёну. Спасибо, что ты рядом со мной», а ниже маленький рисунок горы и подпись «Сан». Чхве закусил губу и перевернул бумагу, которая и вовсе оказалась фотографией. Сан глубоко выдохнул, ибо на него сейчас смотрели два улыбающихся грязных подростка. Чхве хорошо помнил тот день, когда была сделана эта фотография.       — Хён, давай сделаем фотографию на память! — не унимался парень, дёргая старшего за рукав рубашки, привлекая внимание.       — Сани, не думаю, что я сегодня настроен. — Тяжело выдохнул старший. — Я так устал, что вряд ли память останется приятной.       — Ты что такое говоришь, хён? — возмутился младший. — Ты всегда выглядишь так, будто сошёл с обложки журнала. Ну, пожалуйста.       Сонхва лишь отрицательно покачал головой.       — Ну, хён.       Старший посмотрел на умоляющий и грустный взгляд парня, на его надутые губы и лохматую макушку и буквально собирался сдаться. Но что-то в его подсознании щёлкнуло, от чего он сказал абсолютно противоположное.       — Нет, Сани.       — Ну раз так!       Парень, внезапно осмелев, накинулся на старшего со спины, от чего тот от неожиданности повалился прямо на траву. Вся одежда Сонхва вмиг оказалась перепачканной, а Сан, сидящий на нём сзади, продолжал прижиматься к старшему ближе, чуть ли не удушая его.       — Сани… — строго выдохнул старший.       Хватка Чхве заметно ослабилась, ибо осознание того, что ему удалось разозлить старшего ударило по его и без того слабой психике. Злой Сонхва выглядел пугающе страшно. Сан со всей силы закусил губу и, жалобно опустив голову на чужое плечо, едва разборчиво промычал:       — Прости, прости, прости меня, Сонхва-хён. Я такой глупый. Я честно-честно постираю всю твою одежду, не переживай. Твоя белая рубашка будет даже белее, чем обычно, я обещаю.       Младший осторожно начал подниматься с места, пытаясь поднять и старшего, но совсем не ожидал, что окажется и сам в горизонтальном положении. Сонхва хитро улыбнулся и начал щекотать Сана, от чего тот непроизвольно взвизгивал.       — Ну прекрати, ну хён! — смеялся Сан.       — Ты сам напросился. — Улыбнулся Сонхва, совершенно не заметив, как младший направил камеру прямо на них.       Сан сидел и счастливо улыбался себе под нос, вспоминая, как старший угрожал сдать их обоих в химчистку прямо в одежде, потому что они похожи на двух свиней. Но потом он всё же нашёл единственное бумажное полотенце и первым делом начал стирать грязь с лица младшего, которому только и оставалось завороженно наблюдать за действиями Пака. Сан всегда знал, что чистота и порядок значили для Сонхва очень много, поэтому он был искренне поражен его поступком.       — Не замечал, что у тебя такие большие глаза, Сани. — Сказал старший, осторожно пытаясь перехватить чужой взгляд, поправляя челку.       — Не больше, чем твоё сердце, хён. — Тихо пробурчал младший, однако Пак всё отлично расслышал.       — Ты слишком льстишь мне. — Смущённо рассмеялся Сонхва.       — Вовсе нет, хён! — запротестовал младший, сердито дуя губы. — Это абсолютная правда!       — Хорошо-хорошо, — улыбнулся староста, оттирая последнее пятнышко с чужого лица, — пускай так. Готово, теперь ты чист и невинен.       — С тобой уж будешь… — пробурчал младший себе под нос.       Сан вспоминал все приятные моменты из той жизни с улыбкой на лице. Он редко думал о прошлом, на самом деле, стараясь смотреть всё время только вперед. Но сейчас в голове невольно всплывали воспоминания. И конечно же только хорошие. И конечно же они были связаны с Сонхва.       Чхве в очередной раз лишь убедился, что долгое время обманывал сам себя. Его любовь всегда жила в его сердце, а неудачные попытки отношений лишь подтверждали эту теорию. Уён был прав, говоря, что нового расставания Сан не выдержит. Он уже не выдерживал даже того, что пришлось уехать от него, пускай и не навсегда.