Вне зоны действия разума

      Обдумав все до мельчайших подробностей, пострадав из-за этого бессонницей, я решила. Сдаваться я не намерена. С этими мыслями я и проснулась в четверг и ровно с таким же настроением прибыла в лагерь. Уж всяко лучше, чем сидеть просто на попе смирно и таить обиды. Я буду действовать как обычно, пускай Ыль Би поступает так же, я не буду вмешиваться и ставить ей палки в колеса. Я дам выбор самому Тэхену. Если у них что-то наладится, и он действительно еще не забыл ее, то я надеюсь, что он скажет об этом мне прямо. Я знаю Тэхена и доверюсь именно ему. Пускай просто скажет сразу, и я прекращу. Не зря же он дал мне шанс флиртовать с ним?       Вчера я согласилась на просьбу Ыль Би только потому, что не имею права отказывать. У меня нет статуса отношений с Тэхеном, чтобы смело говорить, что она не заслужила второго шанса, да и их историю я не знаю. Я дала возможность не для Ыль Би, а для самого Тэхена, потому что, если он действительно хотел бы быть с ней вместе и мечтал об этом так же долго, как и я сама с ним, то это будет для него огромным счастьем. И тогда у меня не будет иного выбора, как просто смириться. Однако во мне не будет сожалений о том, что я не поборолась за него достойно.       Тем не менее, отступать я не собираюсь, пока не пойму, что это конец. Сейчас это далеко не конец. Тэхен только начал раскрываться, чтобы я вот так вот бросала на полпути.       Пока я блуждаю в коридоре, не концентрируясь ни на ком, мое внимание привлекает зеркало, возле которого я останавливаюсь на некоторое время. В отражении я оглядываю свое платье нежно-розового оттенка без рукавов, которое прилегает к фигуре ровно до середины бедра. Поднимаюсь взором вверх: на лице свежий румянец, легкий макияж и сияющая улыбка от этой картины. Волосы волнами струятся по спине. Сегодня само настроение было побеждать, и я невольно открыла шкаф, решив, что должна выглядеть хорошо. Откуда взялся такой настрой — загадка. Возможно, потому что конкуренция в виде элегантной Ыль Би засела в голове, и непроизвольно я решила доказать, что я ничем не хуже.       Продолжив свой путь в столовую, я натыкаюсь по пути на человека, от которого вчера в буквальном смысле этого слова сбежала. Испугалась? Или же расстроилась из-за Тэхена?       — Привет, — сразу же здоровается Ки Хун, улыбка которого расширяется по мере приближения. Он оценивающе проходится по мне взглядом. — Отлично выглядишь.       То, с какой ехидной улыбочкой он говорит, немного меня смущает. Кажется, парень решил больше не скрывать свою симпатию и проявлять ее в открытой форме.       — Привет, — отвечаю я. — Спасибо.       Неловкость сковывает мои движения, и поэтому моя доброжелательная улыбка выходит довольно нервной.       — Ты в столовую? — задает вопрос парень напротив. — Можно с тобой?       В моей голове засел вопрос, как осадок на дне стакана. Интересно, он так легко принял мой отказ или просто не собирается сдаваться? Ведь я убежала и теперь в еще худшей позиции — в неведении.       — Хорошо, — соглашаюсь я.       Все-таки пока парень мне не мешает, да и невежливо отказывать. Ну а как иначе, сказать «нет»? Нельзя идти со мной в столовую, когда туда только один путь?       Ки Хун молча идет рядом, пока на углу мы не натыкаемся на Ыль Би, а за ней идущего Тэхена. Этот день полон сюрпризов.       — Привет, ребята, — радужно приветствует нас Ыль Би. — Вы уже ходите вместе на обед?       Я не обращаю внимания на нее и уж тем более — на странное ее замечание: она будто пытается подлить масло в огонь. Это немного раздражает, но не настолько, чтобы забыть про присутствие рядом своего прекрасного Тэхена. Я молча иду позади, пока Ыль Би подмигивает своему брату и встает рядом с ним. Видимо, что-то спросить или обсудить, потому что она улыбается все шире и шире при разговоре с ним. Воспользовавшись этим, я оказываюсь рядом с Тэхеном, который проходится быстрым взглядом по мне.       — Привет, — здороваюсь я с воодушевлением. От этого парня кровь застывает в венах и так же быстро разгоняется. Он приносит резонанс в мое существование.       Тэхен смотрит на меня со сдержанной улыбкой. И если бы мне сказали в начале, что он будет так мягок со мной, я бы ни за что не поверила.       — Привет, — отвечает парень.       Мы продолжаем двигаться за братом и сестрой, которые сейчас так некстати в этом лагере. Невольно снова мысли хаотично сменяются в моей голове, и я задаюсь вопросом, что было бы, если бы их не было тут?       — Как ты? — спрашиваю я и поворачиваюсь к нему, любуясь его красивым профилем. Его родинка на носу так привлекательна, что возникает идея рассмотреть ее поближе. Однако приходится откинуть ее в пользу разумности.       — Хорошо, — низким голосом произносит Ви, глянув на меня, — а ты?       Я улыбаюсь от происходящего. Это, должно быть, сон, раз он так спокоен и отзывчив ко мне.       — Тоже хорошо, — отвечаю я, понимая, что на самом деле лучше, чем просто хорошо.       Брат и сестра семейства Со нас опередили и уже давно исчезли за дверью, ведущей в столовую. То ли Тэхен специально медленно идет, не желая идти рядом с ними, то ли слишком устал от работы — непонятно. Мы двигаемся молча, в тишине, шаг за шагом, пока не оказываемся на кухне, шум из которой сразу же цепляет слуховые рецепторы. Тэхен пропускает меня вперед, проявив галантность, и я просто растворяюсь в этой рутинной заботе. Ки Хун и Ыль Би болтают о своем, явно лишенные совместного общения в этом лагере. Они не обращают на нас некоторое время внимания. Однако Ви, наоборот, довольно чуток и бросает заинтересованные взгляды в мою сторону, пока я стою в очереди.       Набрав достаточное количество еды, мы все садимся как обычно: рядом со мной располагается Ки Хун, а напротив — Тэхен и Ыль Би. Не знаю, как так получается, мы словно на автомате так рассаживаемся.       — Юджин, ты же на факультете писательства учишься? — задает вопрос Ки Хун через некоторое время.       Кажется, эти ребята вдоволь наговорились, раз снова зациклились на нас. Ыль Би украдкой заглядывается на Тэхена, а Ки Хун, как обычно, достает словесно. Не ошибусь, если скажу, что он заговорит любого.       — Да, — отвечаю я.       Ки Хун поворачивается полным корпусом ко мне и сверкает глазками, будто смотрит на какое-то седьмое чудо света.       — А можешь написать песню для меня?       Не знаю, когда именно Ки Хун решил, что мы достаточно близки, чтобы просить о таком, но это уже странно. Достаточно странно, чтобы я могла его послать куда-нибудь подальше — например, в Африку, чтобы он там оставался и забыл обратную дорогу. Однако я не могу так поступить.       — Я не совсем сильна в этом, — лишь проговариваю я, сохраняя невозмутимый вид.       — А Тэхену, я слышал, ты готова сценарии писать, — обидчиво говорит Ки Хун, заглядывая в мои глаза.       Меня это уже злит, потому что это абсолютно точно его не касается. Я перевожу взгляд на Ыль Би, которая, кажется, ждет, чтобы я согласилась и удовлетворила ее брата. Ей же ведь это на руку. Однако во мне просыпается дух соперничества, так что решаю бросить ей вызов.       — Потому что я люблю его, — стараясь придать спокойный тон своему голосу, я говорю вполне нормально. И это звучит так чертовски правильно, что по венам льется что-то теплое и приятное.       Сразу несколько огромных пар глаз зацикливаются на мне, а я заглядываю на нужного мне человека. Тэхен удивлен, и это четко отражается в его до жути притягательных карих глазках. Волосы слегка взъерошены и от этого падают ему на лоб, взгляд парализован на мне, утонченные руки зависли в воздухе. Несколько секунд нависает тяжелое молчание, все будто замирают от моего заявления. Все же первым приходит в себя Ким — он переводит взгляд на свою порцию еды. Однако прежде я успеваю заметить, как уголки его губ растягиваются в улыбке.       Дальше никто не стремится ничего говорить, и я осторожно смотрю на Ыль Би, которая, кажется, слегка поникла. Это видно по тому, как она ест — очень медленно, не так воодушевленно, как в прошлый раз. По своей натуре я человек добросердечный, от того мне и становится немного жаль ее, но тем не менее, слова свои забирать я не собираюсь.       Самая огромная мысль, которая запросто превращает остальные в ненужную пыль, — это мысль о Тэхене. Все другое меня заботит намного меньше, когда он рядом. Все вокруг рассеивается, в центре моего внимания остается только он.       Воодушевленная от одной мысли, что Киму могло понравиться мое откровенное признание, я приступаю к своей еде. Однако я вздрагиваю, когда ощущаю чье-то прикосновение на бедре и тотчас вновь привлекаю внимание Тэхена. Он задерживает удивленный взгляд на мне в явном непонимании произошедшего, а я смотрю на ноги, озадаченная тем, как так получилось, что рука Ки Хуна невзначай коснулась моей кожи.       — Прости, — тихо шепчет он рядом, — случайно.       Я быстро возвращаю взор в свою тарелку, не в силах угомонить грохочущее сердце. Этот жест меня ужасно напугал — я не тактильный человек, и, если чувствую прикосновение чужого человека, меня кидает в дрожь. Я ощущаю прожигающий взгляд Тэхена и осторожно замечаю, как он теперь смотрит с явным раздражением на Ки Хуна. Думаю, он не понял, что именно произошло, но ему это явно не понравилось, потому что даже Ыль Би слегка растерялась. Она с бледным лицом оглядывает то одного, то другого. Виновник всего переполоха отвечает тем же непонятным взором Тэхену, и я начинаю переживать. Обстановка резко меняется, накаляется, и мне хочется сбежать. Не знаю, что случилось с Тэхеном, но он раздражен настолько, что убирает еду в сторону.       — Данби просила нас помочь с плакатами в пятницу, — вмешивается в разговор Ыль Би, явно намереваясь разрядить обстановку.       Тишина давит на плечи, напряжение мечется от парня к парню, заставляя непроизвольно и нас с Ыль Би чувствовать адский дискомфорт.       — Точно, — сдается первым Ки Хун, вернув себе былое хорошее настроение. Я слегка отодвигаюсь от него, чтобы снова не нарваться и не раздражать никого. Ловлю взгляд Тэхена, когда смотрю на него. Я улыбаюсь ему, и кажется, его взор слегка смягчается, но он отводит его в сторону.

* * *

Сегодня у нас первое обучение, и Данби предложила тем, кто будет учить детей кататься на роликах, собираться за час, чтобы самим немного попрактиковаться. Сегодня наша очередь с Тэхеном. Придет ли он заранее, неизвестно, но меня это не останавливает. Я надеваю ролики, прежде отругав себя за непрактичный выбор одежды, и приступаю к катанию, подождав его десять минут.       Мысли о том, что его сейчас развлекает Ыль Би, заставляют меня плохо справляться с роликами, и я пару раз рискую оказаться лицом к земле. Никак не получается выбросить это из головы, и я проклинаю себя за свою чрезмерную доброту. Какого черта я так быстро согласилась помочь Ыль Би? Пускай сама там разбирается со своими проблемами, я не должна была поступать так на эмоциях. В этом лагере я вообще не пользуюсь разумом, и это одна из основных причин моих необдуманных поступков.       В последний момент, когда мысли меня настолько добивают, я слегка не удерживаю равновесие. Это мое шаткое состояние неопределенности сказывается на всем, чем только я занимаюсь. Однако из ниоткуда взявшийся ангел-хранитель вовремя хватает за руку и тянет на себя, отчего я врезаюсь в мускулистую грудь. Снова. Аромат сразу забивается в нос, даря знакомое ощущение тепла рядом с этим человеком. Я поднимаю взгляд на парня и вижу сияющие глаза Тэхена, который слегка обнимает меня, не позволяя упасть. Одна рука держит мою кисть, другая — на талии со спины. И от осознания такой близости хочется быстро отстраниться, как от электрического удара, но его крепкая конечность не позволяет сделать этого.       — Решила без меня начать? — этот низкий баритон звучит совсем близко.       Я слегка ежусь от такой близости, а он и не спешит отпускать, заставляя мое сердце бешено биться в груди. Рука парня, что покоится на спине, точно оставит жгучий ожог.       — Думала, ты не придешь, — отвечаю я, слегка горя изнутри от такого близкого расстояния.       Тэхен задумчиво склоняет голову, рассматривая меня. Это выглядит так мило, что мне приходится удерживаться, дабы не заулыбаться, как дурачок.       — Ты избегаешь меня, потому что много думаешь? — спрашивает он своим мягким голосом.       Это застает меня врасплох, как если бы меня поймали за самым постыдным поступком на свете. Да, если раньше я часто за ним следила, то сейчас я прекратила. Мне просто-напросто не хотелось замечать его с Ыль Би. Не хотелось быть свидетелям того, чего я не должна увидеть. Я действительно старалась меньше показываться на глаза, но еще и из-за Ыль Би, которой я согласилась помочь. Однако тот факт, что он это подметил, заставляет мое сердечко биться, как ошпаренное.       — Я не избегаю тебя, — отрицаю я. Ему не обязательно знать, что это неправда.       Тэхен слегка наклоняется ко мне, явно издеваясь, потому что в глазах пляшут чертики в победном ликующем танце. Слишком близко. Настолько, что его дыхание опаляет мои губы. Собственное дыхание прерывается.       — Уверена? — низким тоном произносит Тэхен, пренебрегая моим смущением.       Еще ближе. Настолько, что, мне кажется, еще сантиметр — и его губы коснутся моих. Я чувствую это напряжение между нашими лицами, словно невидимое электрическое покалывание на коже. Ощущаю каждой клеточкой. Его внимательный взгляд спускается ниже, на мои губы, и время замирает вместе с ним. Мы застываем в пространственно-временном континууме.       Я словно врастаю ногами в пол, не допуская ни единого движения. Это все еще кажется сном из чужой головы, который случился с кем-то другим. В очередной раз растворяюсь в его глазах. Чувства выламывают кости, взрывают гранатой все внутренности, поджаривают кожу изнутри. Возможно, если бы у меня не было опоры, я бы обнималась с полом, и это далеко не от неумелого катания на роликах.       Кто-то заходит в помещение, и только это заставляет нас выйти из оцепенения. Пойманный врасплох Тэхен чуть ослабляет хватку, и я, пользуясь случаем, отстраняюсь. Намереваюсь убрать руку, но Тэхен вовремя приходит в себя и не отпускает. Я смотрю вокруг и понимаю, что тот человек в зале — один из учителей, явно вошедший по своим делам и вышедший сразу после их исполнения, не обратив даже внимания на нас. Пока бдительность на мгновение меня покидает, Ким неожиданно сцепляет наши пальцы в замок, а у меня тотчас сердце пропускает удар.       — Кататься-то будем? — задает вопрос Тэхен, совсем не смущаясь того, что делает.       Я перевожу удивленный взгляд с глаз на его ноги и обнаруживаю, что он все это время так уверенно стоял на роликах. Пытаюсь всеми силами не обращать внимания на его слегка холодные руки, которые крепко держат мои.       — Когда ты успел переобуться? — слетают с уст слова, пока я мысленно борюсь со всем переполохом в голове.       Это сложно, удивляюсь, как я еще концентрируюсь на вопросах, когда Тэхен вдруг ведет себя так... будто мы очень близки?       — Когда ты витала в облаках и каталась, как ходит годовалый ребенок, — поясняет Тэхен с легкой насмешкой в голосе.       Я поднимаю взгляд на него, встречаю два мягких и слегка горящих темно-шоколадных глаза и рискую снова в них утонуть. Как утопленник.       — Неправда, — говорю почти что спокойно. Я решила сегодня все отрицать.       Тэхен лишь хмыкает на мое высказывание и недоверчиво щурит глаза.       — Если бы я не успел тебя поймать, ты бы уже давно обнималась с полом.       То, с какой уверенностью парень произносит слова, заставляет меня задуматься: а умеет ли он вообще смущаться? Тэхен стоит в половине шага от меня, держит крепко за руку и пронизывает взглядом до глубины души. И все бы ничего, если бы я умела на это правильно отвечать, таким же соблазняющим взором. Однако я не владею этими качествами, а потому мне приходиться краснеть, как алый помидор.       — А сам-то? — неожиданно в мой голос врывается мужество. — С каких пор ты стал таким уверенным?       Как ни странно, несмотря на все смущение от его поступков, общаться мне с ним намного легче. Я даже могу позволить себе колкие фразочки, на что лишь получаю легкую усмешку Тэхена.       — Катался, чтобы обогнать тебя, — хитро произносит парень напротив. Это для меня выглядит как вызов, и мой ответ лезет наружу без лишнего обдумывания:       — Давай посмотрим, кто кого?       Я хотела было убрать руку, но он лишь крепко ее сжал, не позволяя этого сделать. От моих слов в глазах парня горит азарт, но тут же гаснет, когда проходится взглядом по моему наряду.       — Нет.       Внезапно тон Тэхена становится серьезным, а взор, прикованный ко мне, заставляет меня задуматься.       — Ты что, следил за мной? — спрашиваю я тотчас, как подозрения проникают в голову.       Все это время я, лишенная разума от его неожиданных действий, не могла думать ни о чем другом.       — Тебе можно, а мне нельзя? — совсем не отрицает Тэ.       — Как давно ты тут?       Мой вопрос заставляет его усмехнуться. Глаза пристально осматривают мои, прежде чем ответить.       — Достаточно, чтобы увидеть, как ты два раза чуть не упала, — слегка недовольно произносит Ким. — Не знаю, где ты там витаешь, но так нельзя.       Вот и вернулся старый Ким Тэхен, который каждый раз найдет, к чему придраться. Однако в этом случае нет раздражительности.       — Снова будешь меня в беспечности обвинять? — опережаю его я, на что он улыбается.       — Да, — кратко отвечает парень, все еще неотрывно смотря на меня.       Взгляд Тэхена очень мягкий, и уголки его глаз улыбаются, наслаждаясь глумлением надо мной.       — Тогда я лучше покатаюсь одна, — говорю я с притворной обидой и слегка дергаю верхней конечностью, которую он крепко держит.       — Нет, — парень тянет меня за руку, и мои ролики автоматически катятся к нему, а я снова на опасно близком расстоянии с ним. — Будем кататься так: не хватало, чтобы ты сломала себе что-нибудь.       Простая забота или просто правдивое замечание — не имеет значения, потому что мое сердце от этого снова бьется, как ошпаренное, но я всячески держу перед Тэ лицо.       — Переживаешь за меня? — ехидно произношу я.       — Не хочу вести занятие один, — молвит Ким без лишних раздумий.       Я хотела было возразить, но шум врывается в зал, как огромная лавина. Мы с Тэхенем отнимаем руки друг от друга, как только замечаем вошедших детей. Гадаем, как так время быстро пролетело, что мы даже не успели попрактиковаться самостоятельно? Как надолго мы так зависли, что потеряли счет времени? Однако никто из нас не знает на это ответа, и нам ничего не остается, как начать подготовку к уроку.       Занятие проходит спокойно. Тэхен чуток со всеми детьми, включая меня, хотя я давно уже не ребенок. Наблюдал и помогал, если что-то выходило из-под контроля. Словно не я с детства катаюсь на роликах и вовсе не я его учила, а он меня. Ким поступал так, будто взял ответственность за всех, и я не исключение. Посередине занятия он улыбался так по-детски, что на секунду я замерла в мечтаниях. Захотелось видеть его таким всегда, таким заботливым и внимательным ко мне. Остаться в этом мгновении, и чтобы не было никаких забот. Такого будущего мне бы хотелось. В первый раз я захотела, чтобы отец моих детей был именно таким —заботливым и чутким, добрым и отзывчивым.       Позже вечером, уже в отеле, перед тем как я захожу в душ, приходит сообщение от Данби. Данби: «Привет. Завтра я смогла освободить Тэхена пораньше, проведешь вместо него урок литературы у старшеклассников. Пришлю все материалы на почту». Я: «Спасибо. Только, пожалуйста, не говори, что я попросила». Данби: «Без проблем».

***

      Пятница проходит суматошно, я выматываюсь по максимуму. Учитывая, что я всю ночь готовила материал для старших классов, я изрядно устаю. Передышкой для меня становится время обеда, но я не осмеливаюсь зайти в столовую, увидев сидящих Тэхена и Ыль Би. Квадратная улыбка украшает его лицо, и я задумываюсь о том, что он может быть счастлив именно в тот момент. Нужно дать возможность и ему насладиться своим временем. По этой причине я кушаю у себя в беседке, наслаждаясь освежающим воздухом. Природа дарит мне немного успокоения, и я бреду после на урок, который должен был провести Тэхен.       Оказываюсь я на этот раз в отеле намного раньше, чем за последние несколько дней. Урок прошел замечательно, и ученики были довольны не меньше, чем занятием с Тэхеном. Они успели поделиться тем, что учитель Ким порой приводит странные факты, когда хочет отвлечь их. Например, то, что муравьи спят 250 раз в день, или же — что у креветок сердце находится в голове. Старшеклассники восхищались им и спрашивали, откуда он берет такие факты. Действительно, откуда?       Уже в отеле, после приведения себя в порядок, я иду к Данби на помощь, о которой говорила Ыль Би. Я надеюсь обнаружить там Тэхена. Однако мои ожидания в этом лагере никогда не сбываются. Я не обнаруживаю ни Тэхена, ни Ыль Би, ни назойливого Ки Хуна. Поэтому молча подхожу помочь Данби, присоединившись к окрашиванию.       Народу немного, в основном все из ее группы. По большому счету, я и половины собравшихся не знаю, но уйти и не помочь Данби я не могу. Девушка действительно заслуживает внимания, без нее бы я здесь вряд ли оказалась. К тому же, она всегда без лишних вопросов старается учесть желание каждого, так почему бы и нам не помочь?       Ребята рисуют какие-то плакаты, парочку человек указали мне на свободную бумагу, на которой уже есть рисунок. Догадываюсь, что остается только нанести краски. Это по моей части.       — Юджин, привет, — здоровается со мной девушка, прежде чем я беру в руки кисточку. К сожалению, я не знаю, кто это, но однозначно видела пару раз. — Можно тебя попросить о помощи?       — Привет, да, — произношу я, изучая ее лицо, авось вспомню. Однако увы и ах.       — Можешь принести, пожалуйста, акриловые краски из моей комнаты? — просит девушка, затем, поймав мой удивленный взгляд, поднимает свои руки по локоть в краске, — пока ты единственная с чистыми руками.       Это становится отправной точкой, и я без колебаний соглашаюсь, на что она улыбается и осторожно достает из кармана ключи от номера.       Дверь комнаты открывается бесшумно, и свет коридора оставляет дорожку в темном помещении. Оказавшись внутри, я включаю свет и небольшое пространство заполняется теплым оттенком ламп. Номер точно такой же, как и у меня, и я без лишнего осматривания подхожу к столу у окна в попытке найти мне необходимое. На мое удивление, ничего не обнаруживаю — не то что намеков на краску, но и вообще знака о том, что здесь живет девушка.       — Ну привет, — в тишине звучит мужской голос, от которого я вздрагиваю.       Повернувшись в сторону источника звука, я не верю своим глазам. Ки Хун призраком возникает у дверей ванны. Тень сомнения мелькает в моих глазах.       — Ты что тут делаешь? — спрашиваю я, уставившись на парня, одетого в домашнюю пижаму темного оттенка.       — Этот же вопрос хочу задать тебе.       Что-то в его словах заставляет поежиться, ощутить внизу живота явный дискомфорт. Догадки хаотично крутятся в голове, не задерживаясь надолго, сменяя друг друга, превращая все попытки анализировать в хаос.       — Ладно, — не выдерживаю я, — не важно, я пойду.       Красок или зачем я там пришла, я явно здесь больше искать не буду, потому что какое-то странное предчувствие ползет в душу медленно и мучительно. Я намереваюсь сделать шаг, однако Ки Хун становится передо мной, мощной грудью закрывая проход.       — Никуда ты не пойдешь, — говорит парень тоном, который обычно используют только в официальной речи.       Равнодушные глаза пялятся на меня, как на свою добычу, отчего мои коленки подкашиваются. Я делаю шаг вперед, но он отталкивает меня назад.       — Ты что делаешь? — мой голос хоть и сохраняет пока спокойствие, но внутри я уже начинаю потихоньку паниковать.       Ки Хун продолжает изучать меня взглядом, от которого что-то мерзкое разливается по венам. Нет, правда, что вообще происходит?       — Ты думаешь твой святой Тэхен тебя спасет? — неожиданно вспоминает Ки Хун, сверкая холодным взором. — Ошибаешься, он еще вчера отчалил отдыхать с моей сестренкой.       Его высказывания больно царапают мои внутренности, однако я всеми силами пытаюсь не подавать виду. Нет, это чертова провокация, которую он пытается применить, чтобы растоптать меня морально.       — Ты врешь, — пытаюсь быть спокойной, но голос слегка дрожит, и я лишь надеюсь, чтобы он не заметил этого.       — Хочешь, докажу? — произносит Ки Хун и, не дожидаясь моего ответа, достает из кармана телефон. Повозившись с ним несколько секунд, подносит экран к моему лицу. Яркий свет слепит глаза, и только через мгновение мой взгляд фокусируется. Сестренка Ыль Би: Ки Хун, меня не будет на выходных, не переживай, я с Тэхеном. Думаю, то, что я подготовила, ему понравится, пожелай мне удачи. Меня словно пришибают по голове чем-то металлическим, отчего звенит в ушах. Я цепляюсь взглядом за слова, пытаясь проверить, наяву ли все это. Однако Ки Хун убирает устройство обратно в карман.       — Пора уже смириться, Юджин, — противным голосом произносит Ки Хун. — Моя сестра — его первая любовь. Тебе ли не знать, как сложно избавиться от этих чувств?       Я всем телом ощущаю, как предательская надежда постепенно покидает меня. Я замираю, чистейший ужас сковывает весь организм, до самой последней клеточки, как прочные стальные оковы, способные оборвать любые малейшие движения.       — Не важно, — я не узнаю свой голос, в нем столько отчаяния и горечи, что мне хочется закрыть уши, — мне пора.       Однако невидимые оковы все еще на мне и, мне кажется, они даже вдох не позволяют сделать.       — Пока нет Тэхена, могу ли я хоть немного насладиться твоим присутствием?       Реальность ударяет жестким кнутом, и я слегка прихожу в себя, потому что то, с каким взглядом смотрит парень, вызывает у меня дикий ужас.       — Ки Хун, мы уже говорили об этом, — пытаюсь я как-то по-человечески решить возникшую проблему, — и я думала, ты понял.       Парень лишь хмыкает и закатывает глаза, явно недовольный моим отпором.       — Я все понял, но не люблю не получать того, что хочу, — мерзким голосом произносит он так спокойно, будто это самая правильная вещь на земле.       Волна сомнения, тревоги, непонимания сменяется явным страхом. Ки Хун надвигается на меня, а я отодвигаюсь, борясь с полным разочарованием в человеке.       — Ты сумасшедший, что ли? — я повышаю голос, но он предательски надламывается. Потому что один вид, как парень надвигается на меня с до жути странным взором, заставляет сердце отбивать бешеный ритм от накатившего страха.       — Да, с того момента, как тебя увидел, — как ни в чем ни бывало не отрицает парень свое явное сумасшествие. — Будь я на месте этого глупого Тэхена, давно бы затащил тебя в постель.       Напряженные нервы вибрируют под кожей как от слишком громких криков. Я делаю глубокий вдох, когда встречаюсь с темными, как смола, глазами парня.       — Ки Хун, пожалуйста...       Он сверкает ледяным взглядом, прежде чем начать движение, игнорируя любые мои слова.       Я оказываюсь в полной ловушке, чувствую икрами, как край кровати давит на них. Мне некуда идти, он стоит чертовски близко. И мое сердце начинает дрожать. Хочу отойти в сторону, но он опережает меня и с силой толкает на кровать. Я зажмуриваю глаза, когда падаю на мягкую ткань. И распахиваю их ровно в тот момент, когда он нависает сверху, вызывая волну ужаса. Парень приближается ко мне, совсем близко, и я тотчас чувствую, как тошнота подкатывает к горлу. Он наваливается на меня своей тушей, заставив матрас прогнуться под нашими телами, а я от этого в ужасе хватаю кислород ртом, потому что его катастрофически мало.       — Я буду кричать, — собрав все мужество, говорю я.       Мои слова для него звучат весьма неубедительно, он лишь хмыкает, а я воспламеняюсь изнутри. Какого черта он творит?       — Пожалуйста, — низким голосом произносит он, а после, опустив свое лицо еще ближе, шепчет, — тут звукоизоляция.       — Я заявлю на тебя в полицию, — сразу же отвечаю я, так как к страху присоединяется моя ярость.       Мне нужно как-то его убедить ничего со мной не делать, ведь силы не равны, он еще больше, чем Тэхен. Под ним мое тело обмякло, продавилось без малейшего шанса на спасение.       — Да пожалуйста, вот только одна проблема — кто тебе поверит? — неожиданно серьезно говорит парень, опаляя своим мерзким дыханием. — Думаешь, я не позаботился о последствиях? Ты сама пришла ко мне в номер, все снято на камеру. А девушка, — парень наигранно смеется, вызывая раздражение, — она уже давно предупреждена и будет отрицать.       Страх накидывается со всех сторон, с каждой стены, напоминая о том, что мы одни в комнате. Никто мне не сможет помочь, даже если очень захочет. Я задерживаю дыхание от накативших сильных, тревожных, раздирающих изнутри эмоций. Похотливый взгляд Ки Хуна спускается ниже, с моего лица на мое туловище, словно хочет прожечь дыру под футболкой. Все здесь пахнет мерзко — от запаха резкого одеколона парня до воздуха, витающего в комнате. Все вызывает отвращение, и этот человек на мне —больше всех.       — Это же ты оставила засос на шее Тэхена? — противным голосом произносит парень и приближается вплотную к моему лицу. Я резко отворачиваюсь в сторону. Это невыносимо.       — Отпусти меня, придурок! — рычу я, не в силах больше терпеть этого, но он игнорирует все мои ругательства.       — Ты совсем не так невинна, какой кажешься, — шепчет парень, — оставить такой яркий след — это же с какой силой надо засосать?       Мне становится ужасно мерзко, словно я проглотила самую отвратительную жижу в мире. Я расширяю глаза от ужаса, кричу, проклинаю всеми ругательствами, но он остается безразличным к моему страху. Я, собрав всю волю в кулак, беру откуда-то взявшиеся силы и рывком ударяю его ногой между ног, но получается не сильно. Он лишь дергается от неприятных ощущений, но совсем не долго.       — Не хочешь по-хорошему, значит будет по-плохому, — буквально выплевывает он, рывком приближаясь к моей шее, к которой я оставила доступ, когда отвернулась от него.       Его мерзкие губы начинают изучать мою шею, а я покрываюсь противными ощущениями. Я снова кричу, ругаю, но все без толку: он продолжает, будто не слышит меня. Мое сердце разрывается, страх полностью окутывает меня. Однако вместе с ним приходит ужасная ярость. Как он так может поступать? Сколько же должно быть в человеке мерзкого, раз он таким способом пытается добиться девушки?       Его руки начинают блуждать по моему животу, и я в ужасе корчусь, верчусь, всеми силами не позволяя ему. Однако он куда сильнее Тэхена.       Ким Тэхен неожиданно вспыхивает перед глазами ярким светом, как надежда, как вера, как нежность, как доброта и человечность. Я задыхаюсь от всего происходящего, я ерзаю, но жесткие руки удерживают меня. Вдруг боль окутывает мою шею, и я чувствую, как ком встает поперек горла. Пелена слез окутывает глаза, больше не в силах этого терпеть. Просто этого никогда не должно было происходить. Ни со мной. Ни с кем. Никогда.       В приглушенном свете на тумбочке я вижу единственную надежду на спасение — стеклянную вазу. Тянусь рукой, пока Ки Хун занят изучением моей шеи, и как только захватываю ее, рывком ударяю об голову парня. Я зажмуриваю глаза от звука разбитого стекла. Через мгновение чувствую, как хватка ослабляется, и парень просто валится на меня. Распахиваю глаза, с силой отталкиваю самого ужасного человека и протискиваюсь между кроватью и его телом.       Я не знаю, какими силами выбегаю из комнаты и несусь по коридору. Внутри от страха все переворачивается, скручивается, вызывая ужасную тошноту. Моей огромной целью является добежать до комнаты. С трясущимися ногами, двигаюсь, что есть силы, не оглядываясь назад.       В коридоре мелькает фигура Тэхена, идущего навстречу, и волна благодарности распространяется по телу. Парень тоже замечает меня, его глаза смотрят с явным удивлением. Я хочу подбежать и просто спрятаться за ним, но вижу идущую сзади Ыль Би. Это для меня становится огромной преградой. Что-то сильно колет в груди, и я, не выдержав давления, просто подбегаю к своей двери. Проигнорировав их, вбегаю к себе в номер, оставив опешившего Тэхена.       Почему я наивно полагала, что он будет один? И что бы было, если я подошла к нему, когда он с Ыль Би?       Как только дверь закрывается, и я оказываюсь на кровати, суть всего произошедшего накатывает тяжелым грузом на мои плечи. Я закрываю рот, силясь не закричать. Глухой стон и рыдание срывается с уст в ладонь. Мне посчастливилось выпутаться из его капкана, иначе произошло бы неизбежное, и я не представляю, как жила бы дальше. Ки Хун надругался бы надо мной, я в этом не сомневаюсь. И от осознания этого мне становится паршиво. Как так? Почему все так получилось? Я не давала никогда повода для этого! Наоборот, сразу же ему отказала, как только он признался.       Я слышу, как кто-то стучится в мою дверь, но я не в силах встать и подойти, волна ужаса поглотила меня полностью, без всякой жалости. Никогда бы не подумала, что такое возможно среди белого дня. Усталость всего произошедшего накатывает на меня, и я погружаюсь в сон, игнорируя то, что в мою дверь все еще кто-то долбится...