Иногда я не против дождя, ведь только так расцветают розы

Первые подозрения появились у Бинхэ, когда любимый Шицзунь сначала задержался на собрании, а после вернулся в бамбуковую хижину с мягкой улыбкой, которую с переменным успехом прятал за веером. Но Бинхэ всегда был внимателен к Шицзуню и его эмоциям, пытаясь понять и предсказать мысли и желание обожаемого Шицзуня. Так вот. Во-первых, Шицзунь мягко и даже мечтательно улыбался. Во-вторых, Шицзунь обмахивался веером, которого с утра у него не было под рукой. И, в-третьих, Шицзунь был на собрании Горных Лордов, после которого никогда не возвращался в таком радостном настроении. И, в-четвертых, Шицзунь ему соврал. Ученик лишь хотел знать, что так порадовало Шицзуня, а тот неловко перевел тему. И все это вместе растревожило Бинхэ. Все его инстинкты так и вопили, что что-то было не так.

***

Подозрения Бинхэ укрепились, когда Шицзунь самолично устраивал небольшой букет полевых цветов в вазочку. Ученик предложил помощь, но Шицзунь не разрешил заняться цветами. Хотя букетом это назвать можно было только с натяжкой. Так, несколько неровно сорванных цветков, которые точно были не достойны его самого лучшего в мире Шицзуня. Но именно эти не редкие и не дорогие сорные травы Горный Лорд пика Цинцзин осторожно и нежно устраивал в небольшой вазочке. И Шицзунь снова улыбался все той же мягкой и загадочной, а от того такой притягательной улыбкой, на которую залип Бинхэ. Подростку пришлось отговориться делами, чтобы избежать позора перед учителем, улыбки которого было достаточно, чтобы его кровь вскипела. Но стоило Бинхэ чуть успокоиться, как на место вожделения пришла злость. Эти улыбки, эти цветы…

***

Бинхэ после и сам подарил цветы Шицзуню, аргументируя тем, что с ними его кабинет смотрится свежее, да и приятный аромат поможет без напряжения заниматься делами. Учитель его поблагодарил за заботу. Учитель сам поставил цветы. Учитель его погладил по голове. Шицзунь улыбнулся, прикрыв лицо веером. Улыбнулся… Но совершенно не так.

***

Бинхэ старался всегда быть с Учителем. Старался быть лучшим среди всех учеников Шицзуня, чтобы все внимание и забота Лорда Цинцзин были его. Но как бы ему ни хотелось, он не мог круглосуточно быть возле Шицзуня. И это произошло опять. — У Шицзуня новый гребень? — робко спросил Бинхэ. — Этот ученик раньше не видел его. — Ах, да, — откликнулся Шицзунь, беря гребень с края стола в руки. Гребень был красивым и явно дорогим, но без излишеств. Вкрапление зеленых камней на темном дереве хорошо выглядели, хотя Бинхэ подумал, что Шицзуню больше бы подошел светлый гребень. Но все мысли о расческе, какой бы красивой она ни была, пропали, когда Бинхэ снова увидел эту нежную улыбку на прекрасном лице Шицзуня, не скрытую ни веером, ни рукавами. Шицзунь улыбался так снова. И Бинхэ с подозрением прищурился, смотря на гребень в руках Лорда Цинцзин, что и вызывал такую загадочную реакцию. Подростку в голову пришла ужасающая в своей простоте мысль. Эти улыбки появились совсем недавно, а потом и цветы, и гребень… Мог ли Шицзунь купить его сам? Мог, но… — Это подарок, — все с той же божественно красивой улыбкой произнес Шицзунь, а сердце Бинхэ на мгновение сбилось с ритма. Подарок. Подарок Шицзуню. Чей-то. Не его, а чей-то подарок заставлял Шицзуня улыбаться так трепетно, счастливо и, Бинхэ гнал от себя эту мысль, но… любяще. Самый страшный кошмар Бинхэ превратился в реальность. Красоту и доброту Шицзуня заметили. У него появился соперник.

***

Бинхэ метался по своей комнате не в силах уснуть. Была уже глубокая ночь, а подросток никак не мог успокоиться. Старейшина Мэнмо уже был послан далеко и надолго, оставляя Бинхэ наедине с его истерикой. Шицзунь ушел вечером не по делам. Ушел, поправляя волосы в медном зеркале, ушел старательно оправляя складки более нарядного верхнего халата. Ушел и до сих пор не вернулся. Бинхэ был готов рвать у себя на голове волосы или уже бежать и ставить всех на уши. Он пытался остановить Учителя. Предложил разговор, предложил чай с пирожеными, невзначай напомнил о делах, когда заметил несколько странное поведение Шицзуня, но тот все равно ушел. И как сейчас не мог отделаться от мысли Бинхэ, ушел к кому-то другому. И возможно теперь с этим кем-то другим, которого он уже заочно ненавидел всеми фибрами души, был и сейчас ночью. На этой мысли подросток по-настоящему заскулил, не вынося даже мимолетной мысли, что его прекрасный, потрясающий, божественный, самый умный, самый изящный, самый добрый Шицзунь сейчас был с кем-то, кто не он. Улыбался ему, принимал его подарки. Уже за одно это Бинхэ хотел запытать досмерти этого неизветного, прикопав на безлюдном склоне Цинцзин. С первыми лучами солнца Шицзунь вернулся в бамбуковую хижину. Вернулся с блаженной улыбкой на губах и новым букетом. Бинхэ, подсмотрев за учителем в щелку, выдохнул, заметив что прическа и одежда обожаемого Шицзуня выглядели также, как и когда тот покидал свой пик. Это давало надежду, что близких отношений с неизвестным у Шицзуня не было. Конечно, его прекрасный и добродетельный Учитель не мог иметь столь грязных мыслей, но вот этот соперник наверняка замыслил недоброе и неподобающее по отношению к Шицзуню. От того, что неподобающе мыслил и вел себя с Шицзунем и сам Бинхэ, подросток решительно отмахнулся. Решение было принято, а могилка на безлюдном склоне уже была мысленно вырыта.

***

В следующий раз Бинхэ сделал все, чтобы Шицзунь остался на ночь в бамбуковой хижине и чутко прислушивался не ушел ли в неизвестность ночи Шицзунь. Бинхэ начал следить за каждым, пытаясь вычислить своего соперника. Кандидатов было не так много. Но Бинхэ так и не мог понять, кто же посмел перехватить внимание Шицзуня.

***

Как бы он ни уговаривал, к каким бы уловкам ни прибегал, но Шицзунь ушел. Бинхэ в раз вытер ручьи слез, когда хлопнула дверь. В этот раз разыграть приступ лихорадки не получилось. И надавить на жалость тоже. Были, конечно, мысли притвориться, что сломал на тренировке ногу, но эта затея тоже не была выигрышной. Бинхэ знал, что мог задержать учителя раз или два, но теперь у него был другой план. Раз Шицзунь ушел, то он тоже уйдет. Пойдет прямо за Шицзунем и так вычислит своего соперника. Бинхэ невидимой тенью крался за Лордом Цинцзин, который окрыленной походкой уходил все дальше и дальше в бамбуковый лес. Прямо на ту безлюдную сторону склона Цинцзин, где Бинхэ собирался вырыть безымянную могилу. Но минуты спустя сам Бинхэ кажется умер. Подросток застыл на месте от шока, увидев кто вышел навстречу Шицзуню. Увидел, кто подошел так непозволительно близко к Шицзуню, увидел, кто взял руку Шицзуня, обнажив белоснежное запястье, увидел, кто посмел поцеловать тонкую, теплую и наверняка невероятно нежную кожу запястья Шицзуня. Его соперник. Его соперник Бог Войны, Лорд пика Байжань. Его соперник за любовь Шицзуня Лю Цингэ.