Диктатор моих чувств

Потолок. Стены. Страх. Печаль. Отчаянность. Потеря смысла. Катя лежала на холодной кровати, которая была пропитана её слезами. Разными слезами: горя, радости, безумия. В голове завелись кошмары, что пожирали рассудок. Прежние дни романтичного безумия, которое заполнило больше пятидесяти процентов жизни девушки, смениться днями глубокой, затяжной, выматывающей тоски, а возможно даже и депрессии. Рядом с ней были следы жалящего горя. Бутылки от виски и вина, разбитые бокалы, салфетки и носовые платки, фотографии с полароид, где они с Андреем, казалось, были самыми счастливы людьми на Земле. За окном во всю палило солнце, вопреки горю девушки. Оно не собиралось ранить, но и врачом быть не хотело. Нажраться таблеток была идеей, которая проскакивала, словно бездомный кот по затаённым переулкам города. Всё равно терять уже нечего. Кате вспомнился случай с Андреем, что при вспоминание грел душу, температура которой была ниже нуля. Они вместе смотрели ужастик «Пила: Игра на выживание». За окном глумилась кромешная тьма. Даже плотные занавески не могли укрыть её ехидную улыбку. Винди активно поедал чипсы, шурша пачкой, а Екатерина, укутавшись в тёплый плед, смотрела на не самые приятные сцены. Девушка итак тряслась от страха, так ещё и наступил момент, который переломил её психику тридцать три раза, а потом свернул её, словно ненужную бумажку и выкинул в мусорный бак. Девушке в фильме выкололи глаза. Скорее даже не выкололи, а выдавили. Это было так мерзко и ужасно, по лицу Кати полились слёзы. Страх, нет, ужас сдавил её грудь. Лучше бы она этого не видела. Заботливый парень тут же метнулся к девушке, отложив чипсы. — Ты чего, напугалась? – это был вовсе не упрёк, парень говорил это с заботливой и переживающей интонацией, — Не волнуйся, это всего лишь фильм, – Винди прижал голову Кати к своей груди, аккуратно и ласково поглаживая её. Она продолжала плакать, но теперь ей было гораздо спокойнее. Давящий страх постепенно уходил. — Тебя заварить чай, Катенька? – голос Андрея был как никогда ласковым, нежным, он передавал всю теплоту и искренность его чувств. — Да, – сквозь короткий плачь и пошмыгивание носом произнесла та. Винди ушёл, не оставив её одну. Он включил свет в комнате, отгоняя злобную тьму и переключил мерзкий фильм на телеканал с комедиями, на что Катя отреагировала тёплой улыбкой. Нынешняя ситуация идентична той. Да, из-за Андрея её душа отправилась в Небытие, да, её боль разрастается как сорняк, но он также оставил ей и приятные воспоминания, которые часто заменяют пластырь и бинты.

***

Андрей сидел в кабинете, перебирая нудную документацию, тексты которой были наполнены графиками и цифрами. Его кофе давно остыл. Вот только чувства не остыли. Они бушевали внутри, но торнадо слишком настойчиво просилось выйти наружу. Однако Виндяй понимал, что нужно быть сдержанным. Парень вспомнил нежную улыбку его новой заместительницы, от которой в помещение стало теплее. От этого приятного воспоминания улыбка непроизвольно начала располагаться на лице Андрея. В кабинет негромко постучали, но Винди благодаря удивительному молчанию в отделе, смог расслышать. Даже не получив разрешения войти, дверь отворилась. В дверном проёме показалась обладательница чарующей улыбки. Она вошла в помещение, сосредотачивая свой взгляд на бумажках в руках, но стоило ей поднять личико, как Андрей смог увидеть те же прекрасные глаза, улыбку, красные объёмные губы. Он их до сих пор видел, хоть сейчас на её лице была грубая рабочая серьёзность. — «Вспомнишь солнце – вот и лучик» – подумал Андрей, и от того не смог сдержать короткой, тёплой улыбки. — Андрей Евгеньевич, это документы от босса, он передал, чтобы вы заполнили их до конца рабочего дня, а потом занесли ему в кабинет. – Виолетта положила бумаги на стол, готовясь уходить и продолжить работать. — Спасибо…И, да, можно просто Андрей, – сказал Виндяй, не отрывая взгляд от собеседницы. — Хорошо, Андрей, – Виолетта последний раз окинула тёмный кабинет своей лучезарной улыбкой и неспешно удалилась. У Винди остался приятный осадок. Это однозначно была симпатия. Но малейшие мысли о любви и отношениях вызывали в его голове неприятные образы бывшей девушки. Злой, убитой горем, испытывающей тяжёлые муки. Парень быстро их откидывал, стараясь не вспоминать прошлое, но выходило это плохо. Виолетта была чем-то на неё похожа. Например, эта прекрасная улыбка, которая, казалось, могла заменить солнце. Приятное ощущение внизу живота сейчас было очень некстати. Парень прикусил губу, так сильно, что едва не пошла кровь. — «Сука, почему именно сейчас? Я же не буду на работе дрочить» – эхом разнеслось в сознание Андрея. Это было дикое ощущение. Парень хотел затащить свою заместительницу в постель и просто оттрахать её. Но вместе с тем было устойчивое романтическое влечение. Андрею хотелось целовать эти красные губы, гладить эти блондинистые волосы, просто быть рядом. Хотелось потрогать её душу, узнавать её ближе, нести всякий бред, который произносят в порыве эмоций.

***

Андрей уже приближался к дому. По окончанию рабочего дня он занёс боссу заполненные документы. Странно, что во время выхода из отдела парень не заметил Виолетту. Скорее всего, она была уже дома. Когда Андрей подходил к квартире, то краем глаза увидел, что на её дверной ручке висит какая-то бесхозная корзина. Парень поспешно приблизился, чтобы проверить содержимое, а так же удостовериться, что получатель точно он. Удостоверился – одним словом. Внутри было много сладостей и чипсов, за которые Винди готов был продать душу дьяволу. Он переворачивал и просматривал содержимое так быстро, что со стороны могло показаться будто он грабитель. На дне корзины лежала скомканная записка, на бумажке были разводы и пятна, как будто отправитель писал её сквозь поток слёз. По тексту записки парень сразу догадался, кто был тем щедрым человеком, который оставил ему подарок. — «Давай всё вернём, прошу тебя», – было написано маленьким и еле разборчивым шрифтом на бумажке. Андрей взял вкусняшки, а записку выкинул в ближайший мусорный бак в подъезде. Приятное ощущение в паху давно прошло, но вспомнило парню вновь об этом подумать, как оно тут же появилось. Сняв с себя всю одежду, оставив лишь белые боксеры, он лёг на диван в зале и принялся дрочить. Для этого ему даже не потребовалось включать порно. Силуэты обнажённого тела Виолы рисовали в воздухе самые разные пейзажи. Эти губы, которые она сексуально облизывала языком, грудь среднего размера и великолепная талия. Всё это было таким манящим и чертовски сексуальным. Изгибы этой дамы стали точкой в сегодняшнем воображение парня. Он кончил и это подарило ему океан удовольствия. Сейчас не хотелось думать о чём-либо. Не хотелось расстраивать себя, прерывая это наслаждение, которое он так редко испытывал в этой жизни.