For Love of Magic (Из Любви к Магии)

  Охота началась не сразу. Гарри не хотел принимать информацию Бьомолфа за чистую монету, поэтому сначала решил её проверить. Но и без этого нужно было провести подготовительные работы, чтобы максимально использовать эти данные. На всё ушло около недели, после чего охота и началась.      Поначалу Волдеморт ничего не замечал. Он был при делах, не только стараясь не привлекать к себе внимания и устраивая избранным им Пожирателям Смерти адские тренировки, но и не заработал достаточную паранойю даже в свете постигших его неудач и поражений. Высокомерие так и оставалось его самым страшным слепым пятном.      Тем не менее это был лишь вопрос времени, когда он узнает, что множество из неотмеченных им Пожирателей Смерти таинственным образом исчезли. Они оказались разбросаны по всей Европе, и их задача заключалась в том, чтобы просто заниматься своими делами и незаметно уговаривать единомышленников к ним присоединиться, обещая богатство и власть.      Волдеморт уверился, что, поскольку они не делали ничего примечательного, обнаружить их невозможно. И такой вот очередной неприятный сюрприз ничуть не улучшил его горячий нрав. Он торопливо переместил тех, кого не успели схватить, и кипел от злости, замышляя месть своему врагу за то, что тот снова посмел его огорчить. Думал он, конечно же, совсем не так, но суть сводилась именно к этому. Это уже превратилось не в войну ради захвата политической власти, а в нечто, переросшее в личную вендетту.      Проблема оставалась той же, что и всегда. Как нанести ответный удар? Гарри жил на хорошо укреплённом острове и уже давно перевёз туда всех уязвимых знакомых и их семьи.       Несколько мест, куда можно нанести удар, конечно, ещё оставались, например, здание «Поттер Коммьюникейшнз» в «Косом переулке» и куда меньший по значимости магазин одежды, который парень, как известно, поддерживал и владельцем которого являлся, но этого было недостаточно, чтобы удовлетворить потребность Тёмного Лорда в мести. В магических анклавах по всему миру имелись и другие магазины, и офисы «Поттер Коммьюникейшнз», но и их уничтожения также будет недостаточно. Это не станет ударом личным.      Вдохновение посетило его, когда один из Пожирателей Смерти, жаждущий хоть чуточку утихомирить ярость Тёмного Лорда, поведал, что Джинни Уизли возобновила дружбу с Гарри Поттером, и не только дружбу.      Слух оказался кучкой дерьма гиппогрифа, как обычно и бывает в таких случаях. Но, не сумев убедить дочь вернуться домой, Молли Уизли громко и настойчиво сетовала об этом всем, кто мог её услышать, включая ближайших магических соседей — Диггори.      Миссис Диггори с пониманием выслушала Молли, кивая во всех нужных моментах, говоря все правильные слова и соглашаясь с тем, что общение с таким опасным бабником, как Гарри Поттер — это не то, чем должна заниматься столь юная леди вроде Джинни.      Следует отметить, что магические культуры мира в целом и Британских островов в частности были не совсем однородны.      Маглорождённых по-настоящему начали презирать лишь совсем недавно, что стало прямым следствием современных ценностей всеобщего равенства, зародившихся в обычном мире где-то в последнем столетии и вызывавших у чистокровных чувство угрозы. Во все предыдущие эпохи магические и обычные люди разделяли веру в классовые различия и в основном могли уживаться друг с другом, даже если не всегда соглашались с тем, кто к какому социальному классу принадлежит.      Поскольку до недавнего времени социальная иерархия была более или менее стабильной, культура магической Британии варьировалась от раннего средневековья до современности, ибо в неё постоянно вливалась новая кровь, и в каждую новую эпоху в обществе закреплялись новые семьи. Эти семьи, как правило, в течение одного поколения теряли связь с обычным миром, из которого они пришли, и страдали от эффекта «застывших в янтаре», который очень хорошо был распространён в магическом мире.      Культурный застой, конечно, получался не идеальный. Человеческое стремление вписаться в окружающий мир давало о себе знать, и все автоматически и подсознательно предпринимали усилия, чтобы их общество не выглядело полностью раздробленным, и в него неизбежно проникали какие-то иные элементы, особенно в стенах Хогвартса. Но в целом магическая Британия представляла собой мешанину культурных пузырей разных эпох.      Уизли и Пруэтты стали неким исключением из правил. Хоть обе семьи и считались старинными, им не хватало благосостояния, чтобы стать частью социальной элиты, к которой их должна была привести длинная родословная, поэтому они избегали закостенелого традиционализма, который поддерживал застойные взгляды чистокровности их собратьев. В силу этого Молли больше всего напоминала домохозяйку середины XX века, хотя и была личностью более сильной и более могущественной ведьмой, чем её муж.      А Диггори, совсем наоборот, старинной семьёй не считались. Хотя достаточно старой, чтобы почти все из ныне живущих её представителей забыли о имеющихся у них родственниках-немагах, и достаточно старой, чтобы лишиться всех контактов с обычным миром по прошествии чуть более ста пятидесяти лет.      Миссис Диггори со своими устоями не совсем вписывалась в Англию викторианской эпохи, но была к этому близка. В связи с этим у неё имелись определённые… взгляды на правила приличия и на то, что случается, когда молодая женщина в одиночку отправляется в гости к известному бабнику. Её представления, при пересказе горестной истории Молли, превратили её в нечто более вопиющее.      И конечно же, тот, кому она её пересказала, исказил историю по-своему, и уже через несколько недель в магической Британии появился сочный секрет о том, что теперь уже Джинни Уизли стала последней девушкой в гареме Гарри Поттера. Они ведь когда-то были друзьями, разве вы не знали?      Об этом узнали и сплетники из еженедельника «Досуг Ведьмочки». Кто-то из них спросил недавно принятую на работу Лаванду Браун: «а не встречалась ли ты раньше с Роном Уизли?» И та на этот вопрос ответила: да. В головах сплетников это ощущалось почти так же хорошо, как находиться в спальне, пока Джинни, как выразился один особо драматичный идиот, опустошала ненасытная мрачная похоть Гарри Поттера, поэтому Лаванде и поручили написать эту статью. И она пребывала от этого в восторге, ведь это подарило бы ей всеобщую известность и стало бы отличным трамплином для её карьеры, поэтому она выложилась по полной, вложив в статью столько домыслов и сенсаций, что впечатлила бы даже саму Риту Скитер. Как только статью опубликовали, в глазах овец она сразу же обрела статус истины, поэтому один из Пожирателей Смерти и счёл, что стоит рискнуть и навлечь на себя гнев Тёмного Лорда, рассказывая Волдеморту эту историю.      Так что, да. Дерьмо гиппогрифа. Тем не менее Волдеморт ухватился за эту идею с нескрываемым восторгом.

  ***

     6 октября 2018 года.      Когда Кингсли Шеклболт прибыл на Спеллхейвен с официальным аврорским визитом, Гарри сразу понял, что новости будут плохими. Полицейские, военные или правительственные чиновники никогда не приезжали лично, чтобы сообщить что-то хорошее.      Когда тот попросил поговорить с Джинни, круг возможных вариантов сузился ещё больше. Очевидно, что-то случилось с остальными Уизли, и это что-то, вероятно, называло себя Волдемортом. После этого было довольно легко предположить примерную цепочку событий, приведших к появлению Шеклболта на Спеллхейвене.      Это очень раздражало Гарри. Он особо не вспоминал о бедной Джинни и, честно говоря, в эти дни её почти не видел, поэтому ему и в голову не приходило, что Волдеморт может покуситься на её семью. Часть раздражения была направлена и на Джинни за то, что она сама не рассматривала такую возможность.      Когда Джинни явилась, Шеклболт рассказал ей практически то же самое, о чём уже догадался Гарри. Чарли Уизли уже давно вернулся на свою работу в Румынии, а Билл в момент нападения допоздна работал в Гринготтсе, так что они оказались в безопасности, но вот остальные члены семейства пропали.      Артур, Молли и Рон находились в Норе, которая теперь представляла собой сгоревший остов с парящей над ним Чёрной Меткой.      Перси, похоже, похитили прямо на пороге его скромного жилища. Никаких признаков борьбы, кроме потускневших следов заклинаний, не найдено.      Близнецы сопротивлялись сильнее всех, так как их магазинчик шуток и квартира наверху в Косом переулке стали настоящей зоной боевых действий, но и их тоже похитили. А их постоянные девушки уехали из страны в квиддичный тур с «Холихедскими Гарпиями». Так что им повезло.      Началась истерика, а вскоре после этого Джинни обратилась к Гарри с отчаянием в глазах и попросила спасти её семью.      Гарри в раздражении ущипнул себя за переносицу. Спасательные операции. Он ненавидел спасательные операции. Особенно он ненавидел спасательные операции, являвшиеся очевидными ловушками.      — Гарри, пожалуйста! Ты должен помочь! — отчаянно завопила Джинни, когда он не ответил на её первую мольбу.      Нет, вообще не должен, в самом прямом смысле этого слова. На самом деле Джинни, настаивающая на том, что он просто обязан это сделать, вызвала у него желание отказаться от помощи, просто чтобы продемонстрировать сей факт. Немного мелочно, но... ех.      К сожалению, Луна тоже смотрела на Гарри с выражением абсолютной веры в него, а Дора стояла рядом с ней со своим взглядом «я-знаю-что-ты-не-хочешь-но-сделай-это-ради-меня». Адрастия оказалась права: женщины по своей природе манипуляторши. Только Флёр, похоже, было по большей части всё равно.      — Ладно, мы поможем, — пробормотал он. Что за пустая трата отличной субботы, а может, и всех выходных. Явное облегчение Джинни ничего этого не компенсировало, но, по крайней мере, гордые улыбки на лицах Луны и Доры приглушили его раздражение.      — Мадам Боунс и Дамблдор попросили меня оказать вам любую помощь, в которой вы понадобитесь, — добавил Шеклболт.      Гарри ответил на это нечленораздельным мычанием, про себя думая о том, как же нелепо, что этот высокого звания Аврор считает нормальным получать приказы от двух руководителей сразу. Дамблдор по-прежнему вносил сумятицу в магическое правительство Британии просто в силу своего существования.      — И что теперь? — растроганно спросила Джинни, вытирая глаза рукавом.      — Теперь мы подождём, когда это безносое чудо закинет приманку.      — Ты думаешь, это какая-то ловушка? — в удивлении спросил Шеклболт.      — Ясен пень... — Гарри закатил глаза. — Ты думаешь, это случайность, что Уизли стали мишенью вскоре после того, как Джинни объявилась в Спеллхейвене?      — А ведь правда, — кивнул Шеклболт, как-то мрачно и в то же время неловко. — Я слышал, что мисс Уизли присоединилась к вашей... э-э-э... организации.      «А, так вот из-за чего весь сыр-бор», — подумал про себя Гарри, в то время как Джинни разразилась опровержениями, Луна услужливо указала на то, что он обзавёлся новой любовницей всего пару недель назад и в настоящее время новых себе не ищет, а две другие девушки просто с забавой наблюдали за разворачивающимся хаосом.      Никто из них не следил за новостями в Британии, за исключением, пожалуй, Нарциссы, но и та получала её лишь урывками. Такой глупый слух, как этот, мог ещё очень долго до них добираться, если вообще добрался бы. Это означало, что у Волдеморта либо всё ещё имеются какие-то источники, либо кто-то из его оставшихся приспешников следит за сплетнями.      О, похоже, что Джинни уже знала об этих слухах благодаря дразнилкам со стороны близнецов. То, что она не подумала о последствиях, многое говорило о её непредусмотрительности.      Гарри начал покусывать мочку уха Флёр. Занятие куда более интересное, чем обсуждать, какую глупость придумали про них британские маги на этот раз.      — Но мы не можем просто сидеть и ждать, пока Сам-Знаешь-Кто с нами свяжется! — прорезался сквозь мурчание Флёр настойчивый голос Джинни. Очевидно, разговор вернулся к сути, пока он не обращал на него внимания.      — Ты так говоришь, будто будешь принимать в деле участие, — заметил Гарри, оторвавшись от аппетитной мочки уха и забавляясь самоуверенностью рыжей.      — Но ведь это мою семью похитили! — сердито возразила Джинни.      — И что?      — Гарри хотел сказать, что ты не готова сражаться с Пожирателями Смерти, — дипломатично вмешалась Дора.      — Я хочу помочь! — упрямо настаивала рыжая.      — Тогда не мешай, — заговорил Гарри прежде, чем Дора снова смогла осторожно вмешаться. Быть вежливым — это, конечно, хорошо, но лучше уж на корню пресечь все глупые порывы.      — Джинни, просто предоставь это нам, — вмешалась Луна и погладила подругу по спине.      Джинни выглядела так, словно была готова снова расплакаться от разочарования. Вот они, проблемы слабых людей.      В комнату внезапно ворвалась побледневшая Нарцисса, держащая зеркало связи так, словно оно могло её укусить.      — Гарри, — сказала она, протягивая ему зеркало и испуганно сглатывая. — Это В-волдеморт.      — Как же он невероятно вовремя, — прокомментировал Гарри и взял зеркало, глядя на бледное безносое лицо своего врага. — Том, вижу, ты идёшь в ногу со временем. Ты не против заполнить анкету для оценки удовлетворённости покупателей? Надо же ознакомиться с точкой зрения Тёмного Лорда.      — Поттер, — прошипел Волдеморт, его красные глаза чуть ли не светились яростью и безумием. — Уверен, ты уже слышал, что у меня в руках семья твоей маленькой шлюшки-предательницы крови.      — Ты всё ещё продолжаешь нести эту чушь о чистокровности? — вздохнул Гарри. — Да завязывай ты, сейчас уже почти все знают, что тебе на самом деле на это наплевать.      — Наглый мальчишка! — сплюнул Волдеморт. — Может быть, это научит тебя уважению. Круцио!      Через зеркало прорвался женский крик агонии. Гарри сдержался, чтобы не вздрогнуть. Молли Уизли во время пытки на слух оказалась куда неприятней.      — МАМ! — закричала Джинни и попыталась нырнуть в зеркало, как будто это могло чем-то помочь. Луна и Дора её ухватили, пока та не успела ещё далеко продвинуться.      — И как это может меня чему-то научить? — мрачно поинтересовался Гарри. — Ты опять выпил змеиного масла?      Волдеморт, казалось, внезапно вышел из состояния фееричной ярости и перешёл в состояние ярости более холодной.      — Отправляйся в Гластонбери-Тор. Один, если хочешь снова увидеть предателей крови, — тихо прошипел Тёмный Лорд и прервал связь.      Гарри отложил зеркало и подумал об этом коротком разговоре. Волдеморт выглядел в разы более невменяемым, чем обычно. Свет безумия в его глазах горел ярче, и ещё было странное ощущение разобщённости, как будто Безносый слышал его, но на самом деле не слушал.      — Почему Гластонбери-Тор? — хмуро спросила Дора.      — По той же причине, что и всегда, — проворчал Гарри. — Потому что он чёртова королева драмы, и какой-то случайный клочок земли ему просто не подойдёт.      — Само собой, ты пойдёшь не один, — Флёр скорее заявила это, чем спрашивала.      — Само собой, — согласился Гарри.      — Но он сказал, что убьёт их, если ты приведёшь кого-нибудь ещё, — отчаянно вмешалась Джинни.      Гарри едва удержался от того, чтобы не одарить её презрительным взглядом, коего заслуживало это заявление.      — Он и так собирается их убить, а то, что я пойду на убой, как какой-то болван, этого не изменит.

  ***

     — Нехорошо, — мрачно покачал головой Дэвид после того, как они объяснили, в чём дело. — В обычной ситуации с заложниками второй парень всегда чего-то хочет. А всё, чего хочет Реддл, — это причинить тебе боль, и если он не может сделать это напрямую, то попытается сделать это через посредника. Шансов, что они выберутся отсюда живыми, немного.      — Да, я так и думал, — вздохнул Гарри.      — Должно же быть что-то, что мы можем сделать, — недовольно произнесла Дора, а у неё под боком нахмурилась Луна.      — Может быть, если ты убедишь его, что тебе действительно плевать на их будущее и что убивать их не стоит. Но сильно на это не надейтесь. Всё, что вы рассказали мне об этом парне, говорит о том, что он не станет оставлять людей в живых, если вместо этого может их просто убить, — Дэвид снова покачал головой, и выглядел он ничуть не радостнее остальных.