Открой мне душу

      Прошло несколько дней. Физические раны затянулись с подозрительной, почти зловещей скоростью. Стайлз ворочался в кровати, мысленно возвращаясь к тем глубоким царапинам — таким ранам требовались недели, если не месяц, на заживление, а не считанные дни. Это было невозможно. Его мозг, всегда ищущий логическое объяснение, отчаянно пытался найти его, но натыкался лишь на тревожную пустоту.       Дерек, тем временем, не терял времени даром. Периодически по ночам окно комнаты Стайлза бесшумно приоткрывалось, впуская внутрь тень «хмурого волка». Стайлз, естественно, был против таких ночных визитов. Он ведь, на минуточку, пытался спать!       В очередной вечер, смыв с себя дневную усталость под душем, Стайлз с облегчением рухнул на кровать. Сон смотает его до утра, а там — долгожданная тренировка по лакроссу. Ему чудом удалось выпросить у Финстока разрешение вернуться в команду, и он не собирался упускать этот шанс.       В тишине комнаты послышался едва уловимый скрип рамы. Окно приподнялось, пропуская внутрь прохладный ночной воздух. Пол поддался под тяжестью шагов, но Стайлз не шелохнулся, притворяясь спящим. Логика была проста: «Если это Он, то услышит, что я не сплю, по сердцебиению. Значит, надо имитировать сон».       Так оно и вышло. Дерек бесшумно приблизился к кровати, наклонился так близко, что его дыхание коснулось уха парня, и прошептал низким, обволакивающим голосом: — Я слышу, как бьется твое сердце, Стайлз.       По спине подростка пробежали ледяные мурашки. Инстинктивно он вскинулся, вцепился рукой в волосы Дерека и, резко оттянув, перевернулся на спину, заставив того отшатнуться с тихим предупреждающим рыком.       Не говоря ни слова, Дерек щелкнул выключателем. Яркий свет залил комнату, заставив Стайлза зажмуриться и с проклятием протереть глаза. О каком-то сне теперь можно было забыть. — И долго ты будешь так делать? — приподнявшись на локтях, Стайлз смахнул с лица мокрую прядь волос.       Дерек лишь хмыкнул, засунул руки в карманы своей кожаной куртки и с притворной невинностью спросил: — «Так» — это как?       Прежде чем Стайлз нашелся что ответить, Дерек резко наклонился, упершись ладонями в край матраса по обе стороны от парня. Такая внезапная близость заставила сердце Стайлза бешено заколотиться. Раньше Дерек никогда не позволял себе подобной наглости. Мелькнула параноидальная мысль: «Он что, пытается меня спровоцировать?»       К счастью, это лишь показалось. Вместо провокации Дерек неожиданно выпрямился, сел на край кровати и... поправил сбившееся одеяло. Стайлз, сбитый с толку, сел и накинул то же одеяло на плечи, как плащ. — Как ты себя чувствуешь? Что-нибудь болит? Может, раны снова кровоточат? — голос Дерека был лишен его привычной раздраженности.       Стайлз нахмурился, смешно сморщил нос и в полном недоумении почесал щеку. В ответ уголки губ Дерека дрогнули в слабой, но явной улыбке. Это ввергло Стайлза в еще больший хаос. Дерек умеет улыбаться? И с каких пор он так активно интересуется его самочувствием?       Хейл, словно прочитав его мысли, снова надел маску «хмурого волка», сплел пальцы и опустил руки между колен.       Придя в себя, Стайлз откинулся на подушки, прикрыл глаза — не чтобы уснуть, а чтобы собраться с мыслями — и наконец ответил: — Я в порядке. И я не настолько «дырявый», чтобы из меня постоянно сочилась кровь, — в его голосе послышались нотки возмущения.       Дерек лишь выразительно приподнял бровь. — И еще! Может, ты, наконец, перестанешь врываться ко мне посреди ночи? — тембр голоса Стайлза резко сменился, став выше и резче. Внутри него будто что-то шевельнулось, какая-то чужая вспышка раздражения.       Дерек тихо хмыкнул, поднялся и так же бесшумно направился к окну. Его, похоже, нисколько не смутила эта эмоциональная буря. Подростки. Он покинул комнату так же незаметно, как и появился, оставив после себя лишь один след — включенный свет.       Стайлз с силой швырнул в выключатель подушку, погрузив комнату во тьму, и с раздражением перевернулся на бок. — Черт бы тебя побрал, Хейл, — прошептал он в подушку, прежде чем сон почти мгновенно смотал его.

***

      С самого утра все пошло наперекосяк. Не просто «странно», а сюрреалистично и пугающе.       Во время чистки зубов он заметил, что его клыки выглядят острее и... длиннее? Но стоило ему моргнуть, как все вернулось в норму. Показалось?       Но это было лишь началом. По дороге в школу его слух улавливал каждый шепот за закрытыми окнами машин, зрение заливалось болезненно ярким светом от фар и фонарей, а обоняние атаковала оглушительная волна запахов: бензин, кофе, духи, чья-то еда. Он едва не врезался в столб, потеряв равновесие от сенсорной перегрузки. И самое главное — от ран не осталось и следа. Ни царапин, ни шрамов. Ничего.       «Какого черта?» — лихорадочно думал Стайлз.       Решив пока ни с кем не делиться своим... состоянием, он пробился сквозь шумный школьный коридор к своему шкафчику. Сегодня решающая тренировка, которая определит, допустят ли его до ближайшей игры, и он планировал выложиться по полной.       Скотт, пристроившись рядом, с тревогой наблюдал за ним. — Эй, — позвал Стайлз, пытаясь отвлечь друга от его пристального взгляда. — Что с тобой? — прямо спросил альфа, скрестив руки на груди. — Ничего, представляешь? Я в норме. А ты, видимо, нет, — буркнул Стайлз, поправляя шлем. — Бестолочи, общий сбор, быстро! — проревел тренер Финсток, выводя команду на поле.       Скотт покачал головой, следуя за Стайлзом. Заняв позицию защитников, они снова переглянулись. — Ты в последние дни сам не свой. Чувак, что происходит? Скажи мне. Ты влип во что-то? — Если не перестанешь донимать меня этими расспросами, я сам сломаю тебе нос, — резко бросил Стайлз, и Скотт на секунду показалось, что в глазах друга мелькнул янтарный отсвет.       Игра началась. Стайлз, ведомый странным, жгущим импульсом, рванулся вперед, снося с ног игрока противоположной команды с такой силой, что тому потребовалась помощь. Свисток Финстока прозвучал гневно. — Ну ты даешь, Стилински! Вылетишь с поля, если повторится!       Но Стайлз уже почти не слышал его. Им двигала какая-то темная, незнакомая энергия. Он был поглощен игрой, его сознание сузилось до мяча, стика и цели. Он не замечал никого на своем пути.       «Завались к черту», — пронеслось в его голове, когда назойливый внутренний голос Скотта снова попытался до него достучаться.       В тот вечер ему пришлось ехать к Дереку. потому что... он отчаянно нуждался в помощи. Все это было чистым безумием.

***

      Дерек встретил его в лофте, сидя на диване с книгой в руках. Обычно Стайлз не упустил бы шанса поиздеваться над его ботаническим видом, но сейчас на это не было сил. Ему было настолько хреново, что по дороге он едва не врезался в пару машин и одно особенно настырное дерево. К счастью, его заново отремонтированный «Джип» уцелел.       Причиной была та же сенсорная атака: гиперслух, сверхчувствительное зрение, мешающие сконцентрироваться.       Едва переступив порог, Стайлз пошатнулся. Дерек молниеносно оказался рядом, схватив его за плечи прежде, чем тот рухнул на пол. — Что с тобой? Решил умереть и повесить это на меня? — в его голосе сквозил привычный сарказм.       Стайлз хотел огрызнуться, но его ослепил свет от панорамного окна, заставив снова зажмуриться. — Ха-ха... Не думал сменить профессию и стать комиком? — его голос звучал хрипло и устало.       Дерек нахмурился, мгновенно оценив ситуацию. Он без лишних слов подхватил Стайлза на руки — тот был удивительно легким — и уложил на свою кровать в дальнем углу лофта. — Выкладывай, — приказал оборотень, усаживаясь на краешек письменного стола рядом.       Стайлз перевернулся на бок, вцепился в одеяло и, все так же жмурясь, прошептал: — Я без понятия, что творится... С утра — какой-то дурдом...       Он не замечал, как мелко дрожит. Но Дерек заметил. Он натянул одеяло повыше, укрывая парня. — Почему ты пошел ко мне, а не к Скотту или Дитону? — спросил он, сплетая пальцы.       Вопрос задел Стайлза за живое. Он приоткрыл глаза, щурясь от боли. — Скотт своим голосом действует мне на нервы. А Дитон... у него есть право на личную жизнь, я не хочу его снова втягивать во все это. Может, это просто сон, — он отчаялся найти рациональное объяснение.       Дерек выпрямился, приподняв бровь. — То есть, мои нервы трепать тебе не жалко, — констатировал он, прикладывая ладонь ко лбу Стайлза. Температура была в норме. — Ага. Ты-то меня любишь... — Стайлз слабо ухмыльнулся и невольно прижался к прохладной ладони.       Дерек фыркнул и отдернул руку. Затем он замер, и его глаза вспыхнули ледяным синим светом. Он смотрел не на Стайлза, а сквозь него, изучая его ауру. Выражение его лица стало мрачным, и он тяжело вздохнул, словно поняв что-то неизбежное. — Ну? Что там? — с надеждой спросил Стайлз. — Похоже, теперь ты кицунэ, — произнес Дерек с странным спокойствием, опуская руку на колено. — И как ты умудрился влипнуть в это, Стилински? — в его голосе звучала не злость, а скорее усталое принятие.       От услышанного у Стайлза перехватило дыхание. Он сел, запаниковано укутавшись в одеяло, и подтянул колени к груди. — И... что теперь делать? — растерянно прошептал он.       Дерек лишь развел руками и потупил взгляд. Ответа у него не было.