string of pearls

Намджун смущён. Это заметно по его розовым щекам, слегка поджатым пальчикам на ногах и прикрытым дрожащим векам. В комнате почти темно, свет исходит от одной единственной прикроватной лампы, выкрученной на минимум, и двух мелких лампочек на камерах, что стоят поодаль от кровати. Одна ровно напротив и другая сбоку, открывая вид на вздымающуюся грудь. Из уст Джуна вырывается тихий неровный вздох, больше похожий на болезненный всхлип. Руки невольно дергаются к члену, но осознание действия приходит быстро. Он прекрасно понимает, что на него смотрят, его желают, о нем думают: днём и ночью, шлют различные сообщения с просьбой трахнуть себя на камеру для них. И да, Намджун всегда рад сделать что-то настолько развратное на камеру в оглушающем мраке комнаты. У него почти миллион подписчиков в твиттер, которые с течением времени стали слишком жадными — всегда мало. Даже сейчас, лёжа на своей слишком милой розовой кровати в окружении плюшевых крабов, Намджун видит то, что сам и породил: сотни непристойных, до дрожи грязных комментариев, что сыпятся один за другим в чате онлайн-трансляции. Кто-то просит трахнуть дырку жёстче, кто-то молит об образе невинного и сладкого пай-мальчика, раздвигающего свои гладкие ножки перед резиновым членом. У Джуна репутация безумно прекрасная: чистая и ничем не запятнанная, разве что горой смазки и искусственной спермы. Его лицо, он сам — неизвестность, прикрытая очаровательной кроличьей маской с розовыми ушками, а голос — стоны, громкие и пошлые, — все, что даётся людям, кроме развратной картинки на видео. Никто и не догадается, что этот человек, по жадному раздвигающий ноги, учится на факультете востоковедения и читает по вечерам о крабах. Джун мечется по кровати и стонет точно во весь голос. Игрушка внутри распирает слишком сильно, ее много и она заполняет его полностью до основания, головкой выпирая сквозь кожу на животе. В нем куча искусственной спермы, смазки, глаза блестят от слез, а задница нещадно горит. Комментарии продолжают сыпаться больше и больше, людей на трансляции, что началась всего пятнадцать минут назад, перевалило за три тысячи. — А-ах! — мальчишка задирает ноги, широко разводя их. Вид с двух объективов шикарен на видео: в одной части мокрая дырка, издающая до дури постыдное хлюпанье каждый раз, когда игрушка входит полностью, затыкая до основания, а на втором — чудный животик, милая грудь со съехавшим бежевым бра. Игрушка входит полностью, давит сильно на простату и раз за разом выплескивает внутрь Намджуна новую порцию искусственной спермы, раздувая до изнеможения. Громкие стоны льются рекой, переходят в громкий скулёж, и Намджун постарался бы быть чуточку тише, но звонкий звук колокольчика каждые десять секунд бьют в ушах с новой силой. Голова Джуна вновь поворачивается к экрану ноутбука, глаза бегают между комментариями, голос срывается с каждым толчком. — П-позволите мне кончить? — на распев тянет Джун, облизывая сухие губы. Колокольчик надрывается сильнее: Намджун мысленно ухмыляется, выгибаясь кошкой. Силиконовая игрушка бьет точно по простате, выходит почти на полную и вновь вгоняется в горячее нутро. — Ах! П-пожалуйста, так хорошо! Спина громко хрустит, изо рта вылетает громкий и протяжный стон, сопровождающийся резкими выплёскиваемыми спермы. Капли белёсой жидкости марают живот, долетают до ключиц и слегка задевают нижнюю челюсть. Ноги дрожат от сильнейшего оргазма, глаза закрыты, грудь тяжело вздымается. Намджун расслабляется, рукой нащупывает кнопку от игрушки, выключая. Шоу не закончилось, ещё нет. Игрушка с лёгкостью выскальзывает из мягкой и растраханной дырки, и Намджун хнычет от пустоты внутри, сжимаясь. Перекатывается на живот, немного морщась от неприятной прохлады, поднимается на локтях и разъезжается на коленках, выпячивая задницу в камеру. Из ануса густой струйкой льётся искусственная сперма, стекает по гладко выбритым яйцам и капает на розовое покрывало. Отверстие сжимается вокруг пустого пространства, выплескивая наружу новую порцию жидкости. Вновь переворачивается, усаживаясь лицом к камере и ярко улыбаясь. Маска скрывает все, кроме губ и глаз, поэтому взгляд ровно в камеру. — Спасибо за сегодня, мои крошки! — Джуни посылает воздушный поцелуй в камеру, хихикая. — Увидимся в следующий раз! Кнопка выключения щёлкает и экран озаряет белая надпись «трансляция завершена». Намджун громко выдыхает, падая спиной на покрывало. Тело побаливает и все ещё слишком измученное долгой и интенсивной долбежкой. Задница саднит и точно-точно выглядит цвета сочной вишни — от шлепков остались мелкие следы по всей коже. На губах — яркая улыбка и мысль о новой игре в следующей трансляции.