string of pearls

Намджун слегка хмурится и выдыхает воздух через зубы, когда проходит в аудиторию. Настроение поганое с самого утра: пришлось дважды вызывать такси, потому что водитель отменил заказ в самый последний момент, а когда подбегал к машине через территорию — шлёпнулся на краю лужи, намочив брюки. У Намджуна явно чёрная полоса в жизни. И если сначала Ким думал, что все не так плохо, то сейчас все пиздец как плохо. Он мокрый, злой, с абсолютным опозданием на лекцию и ноющей болью по всему телу. И ещё до дрожи жутким неудовлетворением. Он почти месяц не снимал видео на свой аккаунт в твиттере, каждый день получая все больше и больше разочарованных и гневных сообщений. Обидно, черт возьми. — Господин Ким, вы опоздали, — голос ректора Пака звучит слишком громко в лекционном зале. «Дыши, Намджун», — проносился эхом в голове. Вдох. Выдох. — Прошу прощения, ректор Пак. Неудачное утро. «Ещё бы неудачное, — бурчит голос внутри. — Убрать дерьмовое утро и твое раздражение только от того, что не кончал». — Можете проходить. Надеюсь, это последнее опоздание. В другом случае будете отрабатывать, — ректор резким движением указывает на свободные места, отворачиваясь к доске и продолжая записывать что-то. Лекция проходит нудно и долго. Крайне долго по меркам Намджуна, потому что он трижды одергивал себя, чтобы не заснуть, потом пытался придумать и накатать пару идей для видео, но все накрывалось медным таким, ржавым тазом.

***

— Намджун! Ким Намджун! — голос ректора Пака одергивает, возвращая из мыслей в суровую и неудовлетворенную реальность. — Лекция закончилась. Вы так и будете сидеть здесь? Намджун оглядывается. Лекционный зал действительно пустой. В голове пытаются крутиться шестеренки, но слишком провально. — Прошу прощения, — Ким откашливается, сгребая рукой тетрадь и пенал. — Я немного не в духе. Ректор ухмыляется. — Я вижу. Проблемы? Глаза Намджуна блестят. Что, блять, ему нужно? Если его собираются отчитать за опоздание, окей, но какого хуя? «Жирного такого, длинного и стоящего колом», — подкалывает внутренний голос и Намджун клянётся, что пытается заставить его заткнуться. — Относительные. Не уверен, что вас это интересует. Мужчина перед ним хмыкает и пожимает плечами. Намджуну совсем немного интересно, какие они на ощупь. И совсем немного интересно, насколько хорошо он сложен под рубашкой. И, возможно, совсем немного интересно, как долго его смогли бы трахать у стены, потому что видит Бог, ректор до ужаса горяч. — Слушайте, если у вас больше нет вопросов, мне пора, — Намджун встаёт с места, переминаясь с ноги на ногу. Он был большой и высокий. Почти метр восемьдесят пять и достаточно мускулистый. Никто бы и не подумал ни о чем, чем Джун любит тешиться. — Вообще, — ректор облокачивается о стол, поджимая губы. Намджун чувствует взгляд на себе. Оценивающий такой. И да, Намджун бы с радостью встал на колени, если бы его сейчас попросили. — Как насчёт ужина? Киму кажется, что ему послышалось. Ужин? Его сейчас на ужин пригласили? — Просто ужин, — спасибо за уточнение, блять, — вас смущает? Намджун тупо моргает. Ну знаете, моргает, стоит и моргает, словно настолько тупой, чтобы понять смысл. — Ужин? — Ужин. Ты, я, еда. — Только еда? — мозг Намджуна слишком поздно успевает за языком, потому что слова эхом разносятся по пустому залу. «Умничка, Джуни, сейчас свалишься замертво», — гогочет внутренний голос и Ким готов, нет, он отчаянно хочет откатать эти тридцать секунд назад, чтобы заткнуть свой рот. Мужчина у стола приподнимает бровь в немом вопросе, упираясь ладонями на дерево под ними. — Ну если вам нужен партнёр для видео, можно обойтись и не только едой. И Намджун вылетает. Сначала из мыслей, потом желает исчезнуть из Вселенной, а потом даёт дёру со всех ног из зала под тихий смех позади. Какого хуя? Его ректор только что… Залетая на дорогу перед зданием, Намджун отчаянно машет ладонью, пытаясь привлечь такси. И наплевать, что впереди ещё две пары. Чем дальше, тем лучше. Иначе он сгорит от стыда прямо тут в адском пламени своего смущения и осознания, что его ректор, его блядский ректор, знает, чем Намджун занимается.

***

Намджун избегает университет почти две недели. Сначала от стыда, потом пытается сослаться на свой еле-еле заметный насморк, потом придумывает ещё кучу отмазок, просто чтобы не появляться. Конец второй надели встречает Намджуна на полном взводе. Он абсолютно, просто чертовски абсолютно неудовлетворённый, сгорает от стыда и в полном одиночестве. Голова раскалывается от потока мыслей, грызущих мозг каждую ночь. На видео нет ни сил, ни энергии. Даже сил для банальной дрочки нет. Директ разрывается от сообщений, начиная от простых с вопросом о здоровье, заканчивая грубыми и абсолютно бестактными. Намджун стонет в голос. Он в полном непонимании. Сидит дома в четырёх стенах, зажатый со всех сторон. В дверь стучат. Громкий стук разносится по пустой квартире, вырывая Намджуна из потока мыслей. — Иду! Господи, да прекратите отбивать чечётку о дверь, твою мать! — Намджун даже не смотрит в дверной глазок, распахивая дверь. Хлопает глазами, оглядывая мужчину напротив. Бесстыдно оглядывая Пак Чимина, его ректора, который стоит перед его дверь с вопросительным взглядом. Чимин открывает рот, чтобы явно что-то сказать, но Намджун делает то, что первым приходит в голову — захлопывает дверь также быстро, как и открывает. Прямо перед носом ректора. Херак и дверь закрыта. — Открой дверь, Намджун! Нам надо переговорить, — громкий голос звучит приглушенно из-за двери. — Ты ребёнок или кто? Прекрати прятаться! — Я не прячусь! — шипит Намджун, скрипя зубами. Дергает ручку двери, распахивая ее перед взором мужчины. Чимин стоит перед ним весь такой из себя, в своём идеальном до чертиков костюме тройка и темно-синей рубашке. — С тебя наверняка образ рака-отшельника писали. Очень похоже, — смеётся Чимин, заглядывая за плечо. — Пропустишь? — Словно у меня есть выбор. Если скажу нет, отвалите? — Намджун смотрит исподлобья, в тихую надеясь, что ответ окажется отрицательным. Не то что бы Джун хотел…Ладно, он пиздецки сильно хотел человека перед собой. Это странное животное желание уже давно заграждалось в глубине его слишком умного мозга. Между ними не такая уж и пропасть, Чимин лет на шесть старше Намджуна. — Вот и славненько, потому что мой ответ нет. А теперь в сторону, я принёс кимпаб, — Чимин протискивается в проем, попутно скидывая ботинки и собственнически проходя внутрь квартиры. Намджун, кажется, видит свою отвалившуюся челюсть где-то внизу. Дверь захлопывается с тихим щелчком, сопровождаемая тихим вздохом. Да чтоб его! — Слушайте, ректор Пак… — Намджун осекается, вздыхая. Чимин расположился за барной стойкой, умело раскладывая еду по тарелкам. Пиджак уже спокойно висит на спинке стула, рукава рубашки закатаны до локтей. — Чимин. Прекрати звать меня ректором. «Ага, Чимин. Ч-и-м-и-н. Интересно, со стоном его имя звучит также соблазнительно?», — тянет внутренний голос. Намджун шикает, потом стонет и с громким вздохом усаживается на стул напротив. К черту. Даже если его трахнут, то хуже уже явно не будет. — Итак, какими ветрами вы тут? Не знал, что ректор заботится о студентах. Чимин растягивает свои пухлые губы в ухмылке, продолжая молчать. И нет, Намджун совсем не думает, как эти губы будут смотреться вокруг его члена. И нет, Намджун совсем не представляет, какого это целовать их. — Скажем так, ты единственный с таким приоритетом, — мужчина смеётся, потому что Намджун опять моргает. Молчит и моргает. — Слушай, Намджун, если бы я предложил трахнуть тебя в твой первый день на моем курсе — ты бы сбежал. Начал что-то проявлять — сбежал. До твоего выпуска год, между нами семь лет разницы и я знаю, — Чимин делает акцент на слове, облизывая губы, — чем ты занимаешься. Смотрю ли я? Черт возьми, я один из первых твоих подписчиков! Хочу ли я тебя? Чертовски сильно. Так что, блять, прекрати смотреть на меня таким взглядом и ешь. Чимин одним движением придвигает тарелку к Джуну, усаживаясь на стул. Намджун все ещё молчит. Его хотят? Вопрос риторический, у него дохера подписчиков, которые буквально изнывают от желания трахнуть Намджуна. Думает ли тот, что его в действительно кто-то хочет — другой вопрос. Но теперь перед ним воочию сидит его ректор и напрямую говорит, что запал на него, знает, что он стример и хочет его. «Крыша течёт, Намджун. Хотя она уже едет и мы не можем ее поймать. Это фиаско!», — бормочет что-то внутри. — Вы мне сейчас секс предлагаете? — бурчит Намджун в стол, запихивая в рот кимпаб. Явно хотелось бы что-то другое, но черт возьми, надо все прояснить. — Если я скажу, что предлагаю отношения, — Чимин кашляет, — мне придётся вызывать скорую, потому что ты выглядишь так, словно шлёпнешься в обморок. Отношения. Ему что, встречаться предложили? Намджун точно в припадке. У него горячка, а все это — огромная, пиздецки реалистичная галлюцинация. — Слушай, давай мы разберёмся с одной проблемой, а потом перейдём к другой? — голос Чимина тихий и спокойный. Как блять он может быть таким спокойным? — Окей, — только хрипит Намджун, проглатывая кусок кимпаба и сразу тянется за вторым. Чимин кивает. — Итак, ты меня привлекаешь. Понимаешь это? — Намджун кивает. — Хорошо. Ты мне правда нравишься и я хотел бы узнать тебя лучше. Если ты не хочешь, я пойму. Ты студент, я твой ректор… — Я хочу! — пищит Намджун, закашлявшись. Кусок кимпаба встаёт поперёк горла. Чимин пододвигает стакан тёплой воды и Джун с благодарностью принимает его, отпивая несколько больших глотков. — Хочешь? — Я… Рек…Чимин, — Намджун вздыхает, прикрывая глаза. — Я хочу. Хотел и хочу уже давно. Правильно ли это? Без разницы. Хочу ли я попробовать? Да. Хочу ли я видеть вас партнёром так и в видео? Чертовски сильно. Чимин усмехается и вновь облизывает губы. И Намджун думает, что, возможно, все не так уж и плохо. — Тогда можно попробовать, верно? — надежда в голосе Чимина пропитана тихой неуверенностью. — Можно.

***

Следующие полтора месяца Намджуна проходят в рутине, которая теперь кажется не такой уж и скучной. Намджун даже откинул на задний план уровень своей неудовлетворенности, надеясь, что все не так плохо. Но сейчас, стоя в пентхаусе Чимина, он понимает, что нихуя все не неплохо. Все очень плохо. Член стоит с самого утра, мешая соображать. Теперь Намджун думает, что белая полоса закончилась. А Чимин только добавляет. Играет, сволочь такая, ещё и динамит по самые яйца. Дрочка не помогает от слова совсем, фотографии и немного гиф-видео, которые Намджун загрузил на аккаунт, чтобы задобрить своих подписчиков долгим ожиданием не помогли, а только разожгли тлеющее пламя. Все хотят больше, а Намджун вообще трахаться по самые зубы хочет. — О, Джуни, ты уже тут! — Чимин входит из-за угла в домашних штанах и без верха. В низко посаженных домашних штанах Намджуна и абсолютно топлесс. Намджун вне себя. — Я тут уже час, Чимин. Поел, посмотрел фильм, опять поел, — сипит Ким, стараясь держаться. — Вероятно мне стоит опять поесть. Чимин смеётся. Громко и заливисто, обнажая белые зубы. — Что хочешь? Намджун не думает, когда выдаёт: — Тебя. Чимин выдыхает. Ким точно уверен, что Чимин не меньше его самого хочет трахаться. Намджун уже второй месяц без секса. — М-м-м? — Тебя, — громче хрипит Намджун. — Хочу, чтобы меня наконец-то трахнули. У стены, на этом гребаном ковре, на кухне, перекинув через стойку. Везде. Я собираюсь объездить тебя уже месяц, у меня яйца синие, а ты динамишь меня, словно девственница! Намджун затыкается, вздыхая. Ладно, надо было не так. — Извини, Чимин. Я не должен был…Извини, — Намджун разворачивается на пятках, шустро передирая ногами в сторону коридора. Ботинки все ещё на нем, так что надо просто выйти. Чимин позади чем-то шуршит и как только рука Намджуна тянется к дверной ручке, рядом с громким стуком приземляется тапок. — Стоять, блять! — Чимин пыхтит, приближаясь. Это выглядит забавно, потому что Чимин ниже Намджуна почти на голову и порядком изящнее его огромного тела. — А мое мнение? Кажется, это вошло в привычку, потому что Намджун смотрит на Чимина сверху вниз своими большими глазами и просто…моргает. — Э-э-э, я облажался, да? — шепчет Намджун, закусывая внутреннюю сторону щеки. — Воздержание тебе на пользу, хм? — руками Чимин совсем случайно задевает ширинку брюк, когда притягивает Намджуна к себе. И Намджун знает, что Чимин совсем случайно прижимается к его эрекции, выдыхая куда-то в район ключиц. — Воздержание это отвратительно, Чимин. Не будь ублюдком, — Джун чуть ли не стонет, когда открытых участков кожи касаются чиминовы губы. — Завтра нет лекций? — Чимин ведёт губами по шее, сильнее вдавливая себя в Намджуна. Ким стонет, отрицательно качая головой. — Прелесть, выходные в нашем распоряжении. А теперь пошли, я собираюсь провести тебе марафон секса, чтобы ты наконец-то понял, как долго я смогу трахать тебя навесу.

***

Намджун стонет громко, совсем отчаянно. Чимин прижимает его к стене, упираясь коленом между разведённых бёдер. Намджун клянётся, что без понятия, как мужчина вообще удерживает его здоровую тушку, видимо потом придётся разузнать. Губы Чимина повсюду, буквально. — Чимин… — выдыхает Намджун, чувствуя что ещё чуть-чуть и кончит в штаны. Как школьник. Чимин ухмыляется, прикусывая нежную шею Намджуна, получая одобрительный стон в ответ. Мужчина сильнее упирается коленом в стену, тянется руками к брюкам, расстегивая их. Намджун одобрительно выдыхает. — Пожалуйста, Чимин, я сейчас кончу, — Намджун хрипит, ухватываясь за плечи. Чимин рукой стаскивает брюки Намджуна к низу, подхватывая того под бёдра. Ким скрещивает щиколотки на спине Чимина, прижимаясь всем телом. Намджуну хорошо. Даже без излишней стимуляции, Ким готов кончить просто от рук и губ Чимина на своём теле. — Чими-и-ин, — протяжно стонет Намджун, когда чиминовы руки касается ануса. Губы Намджуна изгибаются в букву «о», а глаза закатываются в экстазе. Член дёргается, изливаясь густой спермой на собственный живот. Губы Пака изгибаются в ухмылке, когда он глядит на живот. — Посмотрите-ка, ты так много кончил, Джун-а, — Чимин ведёт носом по щеке, пальцами поглаживая сжатое колечко ануса. — Кончишь также с моим членом в своей потрясной заднице, хм? Хочешь мой член? Намджун прерывисто дышит и согласно мотает головой. Ему надо. Отчаянно нужно. — Да, Чимин-а, п-пожалуйста! — Намджун тычется носом в шею, дёргая бёдрами. Чимин стонет, подтягивая руки к карману и выуживая тюбик с лубрикантом. — Я растяну тебя так хорошо, Намджун-а, ты примешь мой член в своей дырке, а потом я засниму тебя полностью растраханным и мы загрузим это к тебе, да? Порадуем твоих подписчиков? Намджун лишь стонет. Громко и хрипло. Пальцы Чимина не такие большие как его собственные, но сейчас, когда Чимин проталкивает сразу два пальца, сгибает их в костяшках и это чувствуется потрясно. Чимин трахает Намджуна долго. Слишком долго по меркам Джуна, потому что он совсем не помнит, когда Чимин добавляет третий, а потом и четвёртый палец. Намджун кричит, забывая своё неожиданное смущение. Чимин двигает своими пальцами, грызёт шею Намджуна, оставляя яркие пятна по всей шее. Ким молит о большем, дергает бёдрами навстречу. — Ч-член, Чимин, пожалуйста! — Намджун хрипит, тянется свободной рукой к члену Чимина. Пак одобрительно стонет и с громким хлюпом вытаскивает пальцы. Намджун резко распахивает глаза и чуть ли не плачет, когда головка чиминова члена мажет по растянутому анусу. Чимин не медлит и одним движением заполняете Намджуна. — Чимин! — Намджун рефлекторно сжимается вокруг члена, сильнее прижимаясь к телу напротив. Чимин трахает рвано, чередуя медленные и протяжные толчки с грубыми, рваными. Чимин стонет громко, сжимает в руках бока Намджуна. Мальчик напротив него закатывает глаза, подмахивает бёдрами и сжимается каждый раз, когда Чимин вгоняет свой член. — Кончай, Джун-и, давай, детка, — Чимин обхватывает намджунов член одной рукой и впивается грубым поцелуем в губы напротив. Намджун не сопротивляется, кончает сразу же с громким протяжным стоном, до боли сжимая член Чимина. — Моя прекрасная детка, — Чимин тихо смеётся, прижимная обмякшее тело Намджуна к себе. Ким виснет на нем почти безвольным мешком, скрепляя руки на шее. Намджун почти счастлив. Почти, потому что член Чимина все ещё в нем, а его собственный вновь стоит колом.

***

— Чимин, Чимин, Ч-и-м-и-н… — Намджун плачет, грубо сминая простынь в кулаках. Его задница задрана вверх, член до боли трется о шелковые простыни, а лицо с каждым грубым толчком вжимается в матрац. Чимин трахает его сзади, крепко держа Намджуна за бёдра. Пальцы впиваются в мягкую плоть, оставляя красные отпечатки. Камера сбоку горит ярко-зелёным и Чимин утробно рычит, делая резкий толчком. Намджун под ним — мягкий и податливый, кончивший уже пять раз подряд. Его глаза опухли, живот слегка вздулся, а дырка настолько сильно растраханная, что Чимин клянётся всем известным ему Богам — Намджун смог бы принять двух. — Чи-и-и-мин! — Намджун визжит, дёргается вперёд, но Чимин хватает его, удерживая на месте. Намджун громко рыдает, сипит носом и дёргается. Чимин изливается в следующую секунду, с абсолютно неприличным звуком выходя из Намджуна. Джун валится на бок, громко всхлипывая. Чимин наблюдает за собственной спермой, вытекающей из Намджуна, позже переводит взгляд выше, замечая огромное мокрое пятно с белёсыми пятинами. — Джун-а? — Чимин взволнованно смотрит на парня, подползая выше к изголовью и прижимая младшего к груди. Намджун продолжает немного трястись, но прижимается ближе и тяжело дышит. — Джун? — повторяет Чимин. — В-все хорошо, все нормально, — тихо выдыхает Намджун. Чимин глядит вниз, прикусывая губу. Намджун только что сквиртанул. Чимин только что довёл его до струйного оргазма. — Детка, — хрипит Чимин. — Намджун, посмотри на меня, — Пак подхватывает Кима под подбородок пальцами, поднимая лицо к себе. — Я…Кажется я… — Намджун запинается, смотрит куда-то вниз на мокрое пятно и с тихим визгом утыкается в плечо Чимина. — Детка, ты кончил, — Чимин успокаивающе поглаживает волосы. — И ты сквиртанул, детка. Это не моча, успокойся, — Чимин тихо посмеивается, целуя в лоб. Намджун хнычет, сжимается и прижимается ближе. Теперь Намджун точно счастлив. Абсолютно точно счастлив. Чимин, кажется, тоже счастлив.