Критерии Чон Чонгука

***

      За окном дождь бьется о стекло, медленно стекая вниз, ветви деревьев сильные ветра словно сдуть желают, с корнями ствол снести, их жизнь не так хрупка, но не менее значима. Так же как и жизни невинных похищенных омег.       Бордель, так его прозвали внутри, так он известен и снаружи. Ежемесячно три специалиста по it-сфере отправляют своих шестерок за новым экземпляром в их коллекции для зажравшихся мужланов, которые не скупятся на пару сотен баксов на пару часов, чтобы провести это время в комнате с миловидной особой, которая обязана будет выполнять каждую прихоть их нового хозяина на три часа. Можно подумать, почему бы им не сбежать? Раз они остаются, не значит ли, что им это нравится? Нравится раздвигать ноги перед толстосумом, у которого сальные руки, похоть в глазах и ни капли человечности. Как вход так и выход строго по приглашению, которое высылается проверенным способом, и также проверяется личность на входе. Слабый пол просто не способен выйти оттуда. Их кормят дважды в день, но это лишь для того, чтобы те не помирали с голоду и падали в обмороки во время процесса. Но, если же омега сопротивлялся, его держали в отдельной комнате без еды и воды неделю, пока те не умоляли выпустить их, обещая при этом выполнять всё, что те пожелают. Так и желания в них было больше, чем до этого. Кошмар продолжался долго, большинство давно привыкли, следуя распорядку дня, выполняли всё, и жили припеваючи, даже если после тех трёх часов не могли и руку двинуть.       Опустошенные, безжизненные и обреченные на муки, они привыкли и следующие привыкнут. И так думали все. Пока бордель не накрыли люди выше. Главных вывели первыми, и отправили в главный штаб. Те были не глупы, могли сгодиться, если будут послушными. Но это потом. Сразу после выводили омег. Одну за другой, порядка пятидесяти исхудавших, побледневших и покрытых гематомами, расцветавших на юных телах, и только на последних пяти было смотреть больно, их выносили на руках, из тех самых закрытых комнат, где их держали чуть ли не неделю. Оставив на месте нескольких капо, которые решат, что сделать со зданием, они поехали в загородный коттедж, пустующий уже долгое время.       Привести в чувства изнеможенных было трудно, омеги, которые были более менее в порядке, старались помочь другим, которым не хватало сил и передвигаться. Спустя пару дней, когда удалось с ними наладить контакт, Пак лично присутствовал на допросе, каждую из омег спрашивали общие вопросы, после которых они либо оставались либо их отправляли домой. К концу дня в гостиной осталось около двадцати омег, которым уже некуда было идти. Решив временно оставить их жить тут, Чимин собрав самых спокойных и ответственных бет, поехал в штаб, где оставалось решить дальнейшие действия.       Получив список требований от Чона, Пак мягко говоря был в ступоре. Неожиданно было видеть, что мелкий вообще имеет представление своего идеального омеги:       1. Натуральный цвет волос       2. Миндалевидный разрез глаз       3. Высокий прямой нос       4. Не сильно пухлые губы, чтобы поблескивали при свете       5. Красивая длинная шея       6. Утонченные ключицы       7. Не худощавый, с формами, чтобы было что трогать       — Фу, вот извращуга, я сказал общие критерии писать, а не то что ты хочешь там потрогать.       8. Медовый цвет кожи       9. Не сильно высокий, чтобы чуть ниже меня.( можешь искать под свой рост)       — Вот козлина, я тебе это припомню, свинья ты накаченная!       10. Стройные длинные ноги       11. Обрати внимание на бедра, они должны быть округлыми       12. ...       — Чёрт, найти хотя бы трём первым уже нереально, он что на кукол дрочит. Это будет испытание посложнее, чем ограбить банк королевы. — сложив лист пополам, едет снова в коттедж, авось повезет и он найдет кого-то с миндальными глазами и натуральными волосами, при том что они буквально у большей части были выкрашены.       Немедля, как Чон Чонгук свои тридцать лет, он намерен взять быка за рога, поэтому присев на диван в главной комнате, позвал всех омег присесть.       — В общем и в целом, у меня есть предложение, работа, точнее, не сильно трудная, но и не из легких, — сложив руки на стол, осматривает всех, сразу вычеркивая тех, у кого имеется хотя бы намек на выжженные, покрашенные локоны. Уже минус десять.       — Главе нужен помощник, который будет приносить, уносить, выполнять некоторые приказы, при этом соблюдая требования. Жильё предоставим, еда и прочие, документы, всё будет официально, так что беспокоиться не о чём. Но, как я сказал ранее, есть требования. — жестко прочеканил, отпив немного воды из предоставленного стакана, и оглядел вновь всех, кто выглядел хотя бы немного заинтересованно.       — Итак, мне нужно лично побеседовать с каждым лично, чтобы определить подходите ли вы или нет. Чтобы всё было конфиденциально, мы отойдем в мой кабинет. Молодой человек, первый с краю, пройдёмте за мной. — поднявшись, вальяжной походкой направился по лестнице вверх на четвёртый этаж, где располежен упомянутый кабинет.       — Присаживайтесь, как я могу к вам обращаться? И, не против ли вы, если я буду неформально общаться?       — Бён Бэкхён, и нет, конечно не против, а вы?       — Пак Чимин, рад знакомству.       — Взаимно.       — Начнём, — достав свернутый лист начал бегать глазами по списку, переходя на описание поведения, характера...       15. Кроткий       16. Умеющий контролировать свои эмоции       17. Серьёзный взгляд

...уже не подходит.

      — Бэкхён, расскажи что ты умеешь делать, или может, чем ты занимался до этого.       — Я был уборщиком в ресторане, ничем особо не занимался, умею готовить, чему и научился в том ресторане, и на этом всё. — тот мило улыбнулся, и ожидающе посмотрел на Пака.       — Хорошо, спасибо, можешь идти, и позови следующего. — не оставив улыбку омеги безответной улыбнулся привычно и перевел взгляд на лист рядом снова.       18. Чистота души       19. Мил, но только со мной " — Где ты блять найдешь человека, который будет с тобой милым?! Как раз таки с тобой невозможно быть и капельку милым."— пронеслось в мыслях пака, пока тот гневным взором оглядывал помещение, лишь бы сейчас не смять чертову бумагу с такими же чертовыми требованиями.       Раздается стук в кабинет, и входит следующий, невысокий, с бледной кожей и тонкими губами, с серьезным взглядом. Немного лучше, но не то.       Следующий, следующий, и снова следующий. И словно нет конца этим неподходящим омегам. Пока не заходит последний. Его не было внизу в главном зале, от чего Пак заинтересованно смотрит на заспанного немного неуклюже одетого омегу, что присаживается не на стул рядом, а на кресло закинув руки на подлокотники и скрестив ноги, выпрямив спину, смотрит в глаза своими миндалевидныии глазами... И намек на милашность исчезла мгновенно.       — Добрый день, мне сказали тут что-то на подобии собеседования. Я не сильно готов, но если вы не против, мы можем начать.

      "— Вау? Уже хорошо."

      — Добрый, меня зовут Пак Чимин, и тут и вправду что-то на подобии собеседования на пост помощника главы. Как я могу к вам обращаться? — не скрывая заинтересованности.       — Ким Тэхён.       21. Бархатный голос       22. Статность       Имеется, более пятнадцати схожеств со списком, и большинство более менее подходят.       Почти идеально.       — Ким Тэхён, расскажите чем вы занимались и что умеете.       — Я был фрилансером. Занимался проектированием, работал с отчетами иногда брал мелкие работы, как создание сайта и их продвижение. Умею как заниматься делами по дому, так и разбираться в документации.       — Семья, родственники имеются?       — Я из детского дома.       — Оу, прошу прощения, я не хотел...       — Всё нормально, это пустяки.       — Как долго вы были в том месте?       — Меня привели туда не так давно, я был не более двух недель. Пытались запихнуть какому-то мудаку, но я случайно сломал ему хребет, в итоге сидел в заперти почти неделю       — Вау... то есть, мне жаль, что вас заточили на столько, но это было сильно. Вы подходите! Собирайте вещи, мы поедем через полчаса, а ещё, если вы не против, я могу обращаться к вам просто Тэхён?       — Конечно, как пожелаете.       — Буду тебя ждать внизу, поторопись. — проводив из кабинета, сел на кресло с победной улыбкой. Что Чонгук говорил? Не найдет и обойдя весь свет? Так ему далеко идти не пришлось, омега почти у носа был. Вот он утрёт Чону нос. И попросит в качестве награды ящик чего-нибудь подороже. Ну, а что? Услуги нынче дорогие стали.

***

      Тэхен не понимает пока, каким образом так происходит, какого черта он сейчас едет с малознакомым ему альфой, куда он едет, но решает меньше думать, когда на поле зрения появляется не малых размеров главный штаб мафии...       Думает ли он, что влип по самое не хочу, когда понимает, что ввязывается в дела мафии? Да.       Хочет ли он отказаться? Уже нет.       Его никто не ждёт дома, в квартире которую нужно было оплатить месяц назад, но он попросил отсрочить немного. И не зря наверное. Работы в последние недели было мало, отчего и заработанных денег хватало максимум на пропитание и коммунальные услуги. А сейчас ему обеспечат и дом и пропитание и зарплату ко всему. Не жизнь, а сказка.       Но страх имеется. Быть в большом обществе альф и некоторых бет — не есть самое хорошее. Страшно за свое ещё невинное тело аж в двадцать четыре, на которое засматриваются проходящие мимо сотрудники. Его проводят в дальнее помещение третьего этажа. Соседняя дверь, как сказали ранее — кабинет босса, который должен был освободиться к вечеру. А пока у него есть время обустроиться.       Комната в кремовых тонах, в минимальном стиле оформленная, широкая кровать с двумя подушками, тумба рядом, один комод, шкаф-купе с зеркалом справа от кровати и только шторы темные, кофейные. В его вкусе, словно сам обустраивал всё пространство под себя. Выложив на одну из полок скудное количество вещей из двух пар футболок и пары трико, отправился в ванную, дверь от которой был рядом с шкафом. Та была такой же светлой, обрамленная мраморной плиткой. Всё это было так дорого, что даже касаться чего-то было страшно. Но пересилив себя, набрал воду в довольно большую ванну, скинув с тела измученные тряпки, погрузился в воду с головой, чтобы почувствовать давно забытое тепло. Просидев около получаса, решил выходить и посидеть пока в комнате, пока не наступит вечер.       С наступлением сумерек, в кабинет босса без стука ворвался счастливый Пак.       — Привет молодым, а старикам соболезную. — снова приземлясь аккурат на свое уже законное место — кожанный диван, на котором уже можно повесить надпись: Место Пак подлизы Чимина.       — Чего такой счастливый? — не отвлекаясь от проверки отчета, ответил на привычное сорванное спокойствие.       — Да вот, думаю, что просить в обмен на идеального омегу, которого я нашёл, — хитрая улыбка проскользила на задумчивом лице, привлекая внимание Чона, который всё же оторвался от изучения документа в руках т отложил его на стол.       — Ты не мог его найти так скоро...       — Как видишь, смог, но, я же не мог привести его прям так и для того, чтобы он стал твоим. Он будет в качестве твоего помощника. Хороший парень, разбирается в документации, ладит в целом с компьютером, так что сможешь давать ему указания, разобраться с отчетами, которые тебе в падлу проверять, можешь не врать, я знаю, носить тебе кофе, обеды, всё что захочешь. Он твой помощник, и у тебя будет прекрасная возможность как и сблизиться с ним, так и проверить, насколько хорош мой глаз-алмаз. Зовут его Ким Тэхён, двадцать четыре года, большая часть твоих предпочтений учитана, я его позову и вы останетесь наедине, ему нужно будет подписать договор, о неразглашении всего что он узнает, и договор о работе. И на этом моменте я вас покину, мой старый босс, прошу быть милым с вашим возможно будущим омегой. — поднявшись, направился в комнату рядом, чтобы привести того самого.       Спустя минуту в кабинет входит он. Не сильно высокий, с медовой кожей, завитыми волосами, которые сложно было уложить без фена, который Ким не нашел, высокий нос, миндальные глаза, припухлые губы, серьёзный взгляд и отточенные шаги. Близко ли к идеалу? Неимоверно. Он в потрепанной футболке и черных трико, в домашних тапочках, словно у себя дома расхаживает. Буквально противоположность Чонгука, одетого с иголочки, ровно уложенными волосами, деловым внешним видом, в отличии от Тэхёна, от которого исходит уют и запах чего-то нежного.       — Тэхён, да? — ответом послужил несильный кивок, неловко топчущегося на входе юноши, смелость которого растворилась также быстро, как он вошёл.       — Чон Чонгук, присаживайся пожалуйста, — отодвинув немного кресло, указал на стул рядом. — тебе наверняка сказали, где ты, так вот, это ты должен подписать, для общей безопасности, а это твой договор о работе, можешь прочесть его и спросить волнующие тебя вопросы. — легко улыбнувшись, передал в руки два документа.       Приняв протянутые договоры, первым делом стал читать второй, о работе, и только спустя минут пять изучения и обыска на что-то подозрительное, решил всё же уточнить интересуемое.       — Крыша над головой, полное обеспечение как в еде так и в одежде, личная карта с суммой на всё необходимое, да и зарплата ко всему... А зачем мне зарплата, если я тут чуть ли не в бизнес-классе буду находиться? — Ким скептически оглядел сидящего напротив, остановившись на глазах. Они темные, как кофейная гуща, смотрят в ответ, так проникновенно, что и вовсе забываешься, теряешься во времени и пространстве. Медленно опуская взгляд ниже, к губам, немного обветренным, сухим, но не менее красивым, завлекающим, незаметно облизывает свои, накрашенные найденным и никем не тронутым бальзамом со вкусом персиков, сладость на языке остаётся.       — Для личных каких-то целей. Не важно, это заслуженная заработная плата. А дом и прочее, скажем, приятный бонус. Так вы согласны?       — Да, согласен. С этого момента проходит день, два, три, неделя, месяц.       Всё идёт своим чередом, Чонгук всё также является боссом, но с недавних пор обзавёлся личным помощником в лице Тэхёна, который везде и всегда должен сопровождать его. С самого начала было немного некомфортно, что кто-то так часто находится рядом. Буквально с самого утра до позднего вечера, когда на город опускаются сумерки, лиловые облака скрываются за горизонтом темноты, и ты словно обретаешь то спокойствие, которого в час пик не существует.       А Тэхён привык. Каждое утро просыпаться с желанием, за засеченное время справляться с утренними делами и напраляться прямиком на кухню, где делает кофе, не так как его научил до этого повар, который всегда и занимался этим, по инструкции, а так, как делал всегда сам, со вкусом и частичкой души. Всё же кофе был глубоко в сердце, когда проходя мимо любимой кофейни не мог отказаться от чашечки терпкого, но безумно ароматного напитка. И это выражением лица Чона, когда тот впервые попробовал творение волшебных рук Тэхёна, и его просьба, передать повару почаще так готовить, на что Ким отвёл тогда взгляд, тихо и смущенно пробормотав: " Это я приготовил... " Они часто выбирались по делам, из-за чего Ким всегда сидел на переднем сидении и внимательно читал документы на подпись. Никто не спешил нарушать границы, пока не случилось это.       Необходимо было лететь в Японию, где Чонгук завершит некоторые дела, и отправится на двухмесячный отпуск. Запаковав нужные вещи на первое время, с наступлением заката, они поднялись в воздух. Тэхён сидел у окна и не мог оторвать глаз с иллюминатора, за которым облака, ты только руку протяни, город, что блестит вечерними огнями и рядышком Чон, который уснул, как только те уселись на свои места. Стюардессы часто предлагали напитки, из-за чего выпил Ким не менее четырех стаканов воды. Переволновался мальчик, что с него взять. А сейчас, аккуратно отстегивая ремни безопасности, поднимается со своего места, направляясь в уборную.       Взглянув в зеркало разок, стоило ему только открыть дверь, как на проходе встал мужчина лет сорока, оперевшись на руку, перегрождая путь.       — Какой сладенький... и один, как жаль.. Поможешь папочке расслабиться? — уже проталкивает омегу, что чуть ли не онемел от страха, обратно, пытаясь закрыть дверь. Но рука соскальзывает с ручки, и даёт возможность Киму резко выскочить, но его также быстро тянут обратно, пытаясь усмирить дрыгающее тело, закрывая рот потной ладонью. Тэхёну страшно, у него нет сил противостоять альфе, что больше него по габаритам вдвое, но удаётся лишь мгновенно укусить руку. Он не медля больше, делает то, что не ожидал от себя.       — Чонгук! — чуть ли не на весь салон бизнес-класса разносится испуганный голос. Чон, что последние пять минут искал удобную позу, чтобы снова уснуть, подрывается с места, слыша уже до боли родной голос. Ему хватает меньше десяти секунд, чтобы добежать до уборной, к которой стремительно, но менее быстро спешат стюардессы.       — Тэхён! — видит как того отпускает в миг другой альфа, ошарашенно выталкивает омегу и запирает дверь изнутри, завидев гневный взгляд массивного по его расчетам альфу. Омега успевает лишь руками смягчить встречу со стенкой, к которой сильно толкнули, но ударяется лбом об угол, скатываясь на колени.       — Боже, Тэ, — помогая подняться с пола, он обхватывает омегу за талию, прижимая к себе, и уводит дрожащее тело, направляясь к закрытой зоне самолёта, в которую сразу же спешат с аптечкой несколько стюардесс, в то время как к ещё одному обнаглевшему мужлану, направляются двое людей Чона. Убивать в самолете никто не станет, но кто сказал, что вне он останется с головой на плечах?       Осмотрев омегу на повреждения, прикладывают завернутый лёд к появляющейся шишке на лбу, и дают успокоительные, после чего Чон не церемонясь поднимает омегу на руки и несет обратно к их креслам.       — Как ты себя чувствуешь? Голова не кружится? — сажая на кресло, садится перед ним на колени, осматривая снова руки, которые тот неудачно выставил перед собой и поправляет холодный компресс. Он неистово взволнован и испуган, ведь мог в принципе не проснуться, не услышать. От этого холод по коже проходится.       — Всё хорошо, я в порядке, пройдет.... Извини, что потревожил тебя, это ведь наоборот моя работа, — не ожидав такой ответ, Чон прикладывает палец к полноватым губам напротив, что не прекращали нести полнейшую бурду по мнению альфы.       — Не неси чушь. Я сам виноват, что не углядел, прости меня. — тот всё так же стоя на коленях у чужих ног, опускает голову, теребя нежные руки в своих. С глаз омеги скатывается одинокая слеза. Тот поднимает чужую голову и останавливается в сомнениях. Хочется немного двинуться вперед, обхватить мощную шею руками, и прижаться ближе. Но его опережают руки потянувшие его вперед, обхватывая и осуществляя мысли Кима.       Когда дело касалось любимых, мафия не знала что значит друг, товарищ, партнер, потому что самое ценное неприкосновенно, об этом знает каждый, кто связан хотя бы связями с криминалом. Когда касаются любимых, Чон не церемонится, ему достаточно дать знак своим, и от человека остаётся лишь прах. Когда другой коснулся Тэхёна...       Хотя, с каких пор, Ким успел заполучить неприкосновенность? Он любим?       Чонгук понятия не имеет. Но отрицать то, что уже есть не станет. Он готов мир перевернуть с ног на голову, если омега того пожелает. Он уже любит. И желает глубоко в душе быть любимым.