Фейерверк для Моракса

— А… Где я?       Голос хрипит, в горле безумно пересохло, а голова была тяжелой и болезненно гудела. Чайльда окружала кромешная тьма, от которой в глазах появлялась рябь. И лишь откуда-то издалека проливалось слабое алое свечение. Юноша тут же поворачивается в ту сторону и слегка щурит глаза в надежде сфокусировать и без того размытое зрение. В груди зарождается слабое ощущение тревоги, но Аякс всё же решается встать, дабы направится к единственному источнику света. Всё же ощущение давящей тьмы было куда более гнетущим, чем лёгкая тревога перед неизвестностью. Но далеко уйти парню не удалось. Острое ощущение боли во всём теле не дало сделать Тарталье и шагу. В теле появилась сильнейшая слабость, ноги подкосились и парень, не в силах что-либо сделать, повалился наземь. Из уст вырвался громкий болезненный выдох, а в груди болезненно закололо. Отходить от этих ощущений пришлось минуты две, прежде чем юный предвестник предпринял новые попытки встать. Кажется, что чем больше Чайльд пытается сдвинуться с места, или же подняться, тем быстрее силы покидают его тело. Даже толком опереться на руки не получилось, сильная дрожь пробирала до костей и в бессилии Тарталья опустился на локти. Всё, что остается Аяксу, так это смотреть на источник света, тяжело дыша, и лишь гадать, что там. Вдалеке появляется темное пятно, что стремительно приближалось к юноше и его сердце затрепетало. Чем ближе было пятно, тем быстрее оно превращалось в три невысоких ситуэта и тогда глаза Аякса заблестели от счастья. — Тоня, Антон, Тевкр! Что вы тут делаете? – радости юноши не было предела, слишком уж долго он не видел свою родню. Но в груди всё усиливалось ощущение тревоги и это не давало предвестнику покоя. Это чувство лишь удвоилось, когда дети просто пробежали мимо него. Пару мгновений прошло, когда они разминулись, но Тарталья успел заприметить в глазах его братьев и сестры неподдельный ужас. Сердце юноши бешено заколотилось и будто в пятки ушло, как только со стороны зловещего алого свечения послышался рык. Этот звук был уж слишком знаком Чайльду. Кровь стынет в жилах, руки сами по себе сжимаются в кулаки, пальцы судорожно огибают ручки из ниоткуда взявшихся водяных клинков и словно раненный зверь, защищающий своих детей, Аякс взвыл: — Только попробуйте тронуть моих родных, я вас всех в порох сотру! Слышите?! Не смейте приближаться!       Все-таки удивительная вещь — адреналин. Одного рывка было достаточно для того, чтобы подняться. Тарталье было всё равно на гудящие ноги и режущую боль во всём теле. Юноша сжал клинки покрепче и бросился прямиком навстречу чудищам из Бездны…       Миг и всё исчезает. Словно вовсе и не было ни детей, ни того кроваво-красного свечения, ни монстров, что так жаждали человеческой крови. Исчезла и боль в теле, Аякс вновь твёрдо стоял на ногах. Голова больше не болела и, казалось, разум был полностью ясным и чистым. Но всё же Чайльд совсем не понимал, что произошло. Секунду назад он был готов кинуться в бой, а сейчас он стоял посреди замёрзшего озера. Лед блестел, переливался различными красками и был кристально чист. Настолько, что в его глади отражалось звёздное небо. Его красота завораживала, притягивала взгляд и манила к себе. — Ты ещё долго будешь так стоять? – эхом отразился ото льда грубый властный голос. Чайльд невольно вздрагивает и поднимает взгляд, осматриваясь. Пред ним возвышалась крепкого телосложения женщина. Пускай она и стояла к нему спиной, но в этом образе юноша узнал свою наставницу, что когда-то помогла научится ему выживать. — Скирк… А где мои родные? Их преследовали чудища! Где они!? – Чайльд чувствовал, что поддаётся своим эмоциям, но сейчас это было не важно. Всё, что сейчас хотел знать предвестник, так это то, что случилось с его братьями и сестрой. Сердце юноши ёкнуло, как только до него вновь донёсся твёрдый холодный голос женщины: — Они мертвы!       В этот момент жизнь Тартальи будто остановилась. В голове было миллион противоречий и попыток уговорить себя, доказать, что это не так и с его роднёй всё хорошо. Что сейчас они в полной безопасности и ждут весточки от своего старшего брата. Но серьезный холодный голос Скирк врезался глубоко ему в мозг, до сих пор звуча в ушах и заставляя его сердце сжиматься всё сильнее. — Но почему? Почему ты им не помогла, Скирк!? Тарталья ни в какую не хотел верить словам наставницы. Слёзы невольно наворачивались на глаза, одинокими блестящими бусинками стекали по щекам и капали на лёд, становясь его частью. Казалось, что юноша внезапно потерял свой главный смысл жизни. Такого отчаяния он ещё никогда в своей жизни не испытывал. Будто в один миг у него отобрали абсолютно всё, оставив без какой-либо поддержки. Слёзы совсем не собирались останавливаться, а Скирк так и продолжала неподвижно смотреть вдаль.       Мучительная пауза длилась недолго, но вместо ответа на собственные вопросы, голос женщины стал ещё строже и на Аякса посыпались лишь укоры: — Когда ты вообще видел их в последний раз? Твоя родня живёт одна, на севере, пока ты месяцами пропадаешь на работе. И чем ты занимаешься? Тем, что пачкаешь в крови свои руки, зарабатывая на жизнь ложью? Ты спрашиваешь почему… Возможно потому, что их старший брат — лжец, что грезит одним лишь кровопролитием в схватке. Не думал об этом? Они ждут хорошей весточки от тебя, пока ты сражаешься во имя собственного тщеславия? Смеешь ли ты ещё раз спросить меня «почему»? Твёрдый голос женщины, был столь проникновенным, что юноша не мог осознать, а правда ли всё это.       Под ногами захрустел лёд и тут же треснул, лишая юношу единственной опоры. Чайльд чувствует, как он проваливается в холодную воду и медленно идёт ко дну. Тело не слушается, совсем не хочет как-то шевелится и спасать себя. Где-то наверху парень всё ещё видит очертания Скирк. Она сказала ещё что-то, но Тарталья уже её не слышал. Воздух в лёгких постепенно заканчивался и только в этот момент его тело среагировало. Юноша делает глубокий вдох…       Глаза широко распахиваются и тут же жмурятся от яркого света. Сердце колотится так быстро, словно готово пробить грудную клетку и выкосить наружу. В ушах всё ещё гудят слова наставницы, а пальцы хватает лёгкая судорога. Проходит где-то минуты две, прежде чем дыхание Аякса выравнивается, и он медленно открывает глаза, вынуждая их привыкнуть к свету. Картинка постепенно становится четкой, а ясность ума возвращается к парню. Только сейчас до Тартальи дошло, что его рука за что-то держится. Пальцы юноши судорожно впивались в тонкую жилистую руку, что была обтянута кожаной перчаткой. Взгляд обращается в сторону и замечает у кровати высокий силуэт. Губы Чайльда приподнялись в легкой улыбке, а по щеке скатилась одинокая слеза счастья. — Мистер Чжун Ли, как же я рад вас видеть…       Парень видит, как мужчина поворачивается к нему и с облегчением выдыхает. И это было вполне объяснимо, ведь за всё то время, пока Чжун Ли сидел рядом с кроватью, он наблюдал за крайне беспокойным сном предвестника. Тот бормотал себе что-то под нос, жмурился, а в какой-то момент и вовсе схватил архонта за руку, судорожно впиваясь в неё пальцами. Но сейчас, похоже, Аяксу было легче и это действительно радует Моракса. Всё ещё держа парня за руку, он внимательно посмотрит ему в глаза, а с его губ срывается медленный выдох. — Ты совсем уж беспокойно спал, Чайльд... - как бы сам себе отметил он вслух и свободной рукой поправил рыжие взъерошенные волосы, - Как ты себя сейчас чувствуешь? Хотя, просто посмотрев на Тарталью, можно понять, что чувствует тот себя не очень уж и хорошо, но проверить всё-таки стоило. Мужчина тихо вздыхает, глядя в его голубые, полные усталости и истощения глаза и тянется рукой к тумбочке, где стояла небольшая чаша. Чай хорошо успокаивает, особенно если добавить туда смесь из различных трав и Мораксу это сейчас было крайне необходимо, ведь даже такой стойкий человек, как он, способен испытывать столь тяжёлое чувство, как волнение. Пару больших глотков сопровождаются ещё один тяжёлым выдохом, и мужчина ставит чашу на место, вновь обращая свой взгляд к предвестнику. Безусловно он беспокоился, ведь терять своего товарища слишком рано совсем уж не хотел.       Во взгляде Тартальи прослеживалось лёгкое недопонимание. Будто Чжун Ли сказал что-то, что юноша слышал впервые. — Беспокойно? Спал? Так это всё был сон? – тихо бормотал Аякс, глядя в потолок. В какой-то момент он спохватился и попытался встать, ухватившись обеими руками за кисть мужчины, словно это было последним способом его спасения. — А Тевкр, Тоня, Антон? Они в порядке? Руки предвестника дрожали, как и его голос. Он смотрел в глаза Чжун Ли с такой надеждой, будто бы тот действительно знает, что случилось с его роднёй. В комнате повисло недолгое молчание, и мужчина приподнялся, аккуратно укладывая всполошенного Аякса обратно в кровать. — Это был просто кошмар, Чайльд. С ними всё хорошо. – сейчас голос архонта звучал как никогда мягко, пускай и с легкими нотками волнения. Но этого достаточною чтобы юноша успокоился, ложась обратно. На губах вновь проступила лёгкая улыбка, а взгляд был направлен на Моракса, что, беря чашу в руки, неторопливо направился к окну, дабы подышать свежим вечерним воздухом. Беспокойство мужчины вызывало у предвестника теплые чувства. Будто бы он вновь ребенок, что простыл за играми в снегу, и сейчас матушка заботится о его здоровье. — Мистер Чжун Ли, я рад, что вы помогаете мне. - искренняя улыбка проявлялась на лице, но юноша, уже будучи совсем без сил, просто закрыл глаза. Моракс ответил ему лёгким кивком совсем немного приподняв уголки губ. — А как я мог тебя там оставить в таком-то состоянии? Это было бы совсем уж непозволительно. - посмотрев на парня, он улыбнулся чуточку шире, - Пока что поспи ещё. Сейчас тебе отдых крайне необходим.       Бледные, слегка дрожащие губы коснулись края чашки и Чжун Ли прикрыл глаза, постепенно собираясь с мыслями. Он раздумывал над тем, что же ему делать дальше. Всё-таки Чайльду нужно время на восстановление. Можно было бы оставить его у себя, дабы проследить за его выздоровлением. Всё же Моракс догадывался, что если оставит все эти обязанности на предвестника, то тот, в меру своей хаотичности и нетерпения, вряд ли будет так сильно обращать внимание на собственное здоровье. Стоило бы, конечно, ещё и с самим Тартальей посоветоваться. Что он вообще думает по этому поводу и есть ли у него какие-то особо важные дела в ближайшие несколько дней. Мужчина был уверен, что во всей этой ситуации есть неплохая часть его вины и он обязан посодействовать её исправлению.             Правда Чжун Ли успел отметить про себя, что он просто очень сильно беспокоится о парне и сейчас просто желает его опекать, дабы тот всегда был в приподнятом настроении и прекрасном расположении духа.       Тарталья лежал спокойно, словно в полудрёме, но кое-что не покидало его головы. Во время боя, он чувствовал себя великолепно... просто прекрасно. Но это великолепие было особенным. Он и раньше дрался с сильными противниками, тот же Скарамучча или Пульчинелла, возможно, даже были равны силе архонта, но ощущения были совсем не те... Величественный вид Чжун Ли, приводил его в экстаз, а схватка, в которой он был словно китайский дракон: спокоен и изворотлив, а в роковой час наносит удар, заставляли юношу восхищаться образом архонта ещё больше. Но даже так не сила Моракса неивала на Аякса ощущение счастья, а его личность, его улыбка, волосы что развевались, когда тот уворачивался, его походка... Эти мысли вывели Тарталью из полусна. Кажется, он начинает понимать, что же именно его так сильно притягивает. Осознание того, что он восхищается… Нет. Он стремится быть ближе с дорогим другом. И именно эти мысли заставляют Чайльда отвернуться от Чжун Ли, дабы тот не видел, веснушек парня, что были налиты смущением. Юноша гнал от себя прочь эти мысли, молча уговаривал себя и кричал, что такого и быть не может. Его словно в жар бросило и, в волнении, Чайльд только сильнее укутался в одеяло. Заметив это, Чжун Ли забеспокоился и решил проверить температуру парня, но Тарталья тут же начал возражать: — М-мистер Чжун Ли, в этом нет нужды, со мной всё в порядке!       Но мужчина совсем не собирался слушать отговорок. Моракс заглянул парню в глаза и его взгляд настолько заворожил юношу, что тот словно вошел в транс. Взгляду этих янтарных глаз Чайлд уже не мог сопротивляться, а лицо от столь близкого присутствия друга наливалось краской ещё больше. Черная перчатка покинула руку и ладонь аккуратно коснулась лба юноши. Немного сощурившись, Моракс смотрел в глаза парня и совсем уж не мог отвести своего взгляда. Эти глаза морской волны, рыжие и абсолютно непослушные волосы, веснушки на лице вызывают у мужчины тёплые чувства лёгкой ностальгии. Хаотичный и непостоянный... Тарталья именно этим и заставлял Моракса с интересом рассматривать его и восхищаться подобной беспечностью. В какой-то момент он заметил, что его жизнь превращается в рутину. Не смотря на свои познания в жизни людей, Чжун Ли было необходимым иметь хотя бы какое-то разбавление в медленном и размеренном течении времени. И именно Тарталья, возможно, стал той самой отрадой для старого архонта. Постоянно активный и неудержимый юнец, что горит сражениями и сеет хаос вокруг себя. Взгляд полный бесстрашия, резкие и молниеносные движения, когда парень достаёт свои клинки и настолько же быстрые атаки. Казалось бы, ничего особенного, но вспоминая то, с какой страстью Чайльд сражался, Чжун Ли невольно улыбается и отмечает великолепную технику. Любое движение, взгляд полный жажды чужой крови и широкая улыбка... От этих, казалось бы, мелких деталей, у Моракса спирает дыхание и где-то глубоко в груди проблёскивает лёгкий трепет и волнение. Но даже если он беспощадный, жаждущий сражений предвестник, даже если прислуживает Царице и готов сеять хаос во всем мире, он остаётся милым юношей, который безмерно любит свою семью и беспокоится о ней, что тоже безумно сильно привлекает вместе с весёлым нравом и дружелюбностью. Но сколько бы не раздумывал о таких вещах Чжун Ли, рано или поздно приходится остановится. Взглянув ещё раз в голубую бездну глаз Тартальи, он аккуратно отстраняется, убирая руку со лба парня и возвращаясь к распитию чая.       Замечая, как высокая фигура удаляется к окну, Тарталья почувствовал, как пустота вновь начинает заполнять его. Сейчас совсем не то время, чтобы отпускать мужчину слишком далеко от себя. Чайльд лишь отдаленно понимал, что с ним происходит. Вся жизнь, что была наполнена лишь работой да боями, сказалась на отсутствии должного жизненного опыта и одиннадцатому придется узнать ещё многое в компании дорогого ему товарища. — Умм... м-мистер Чжун Ли не отходите, далеко. Дайте мне ещё подержаться за вашу руку. - краска налилась на лице юноши, а взгляд поднялся вверх как бы мысленно коря себя, за такую слабость и нелепость. Он прикрыл лицо одеялом, но руку оставил лежать снаружи, как бы ожидая согласия мужчины. В этот момент, комната налилась всеми оттенками оранжевого. Гавань Ли Юэ собирается по домам, к своим семьям, очагам и постелям. Свет попал на руку Тартальи и слегка влажная ладонь начала поблескивать, а ногти давали тёплое отражение света, на холодный пол в тени руки. Спустя долгую паузу юноша открыл глаза и глянул на Моракса. Перед окном стоял мужчина с кружкой чая, края которой блистали на свету, а сам архонт находился в тени. Его словно пронзали рыжие столпы света, а синяя чаша давала рефлекс на жёлтые глаза, давая зеленоватый отблеск. Казалось, этот зеленоглазый змей, проникает в голубую пучину мальчишки. Он положил чай и...       Мужчина поворачивается в сторону предвестника и слабо улыбается. В голове проскочила мысль о том, что порой Тарталья довольно-таки милый и действительно нуждается в поддержке. Глядя в его глаза Чжун Ли понял, что совсем уж не может отказать парню в его просьбе. Тем более ему самому тоже хотелось хоть как-то прикоснуться к юнцу, даже если это будет обычное держание за руку. Янтарные глаза блеснули в темноте и высокая элегантная фигура медленно приблизилась к кровати, аккуратно присаживаясь на её край. Кончиками пальцев Моракс осторожно касается ладони Чайльда и плавно проводит по ней. В этот момент дыхание мужчины замирает, к горлу подступает ком, а на лице появляются еле заметные нотки волнения. Сердцебиение постепенно наращивает ритм, а сами руки немного холодеют. Вскоре Чжун Ли собирается с мыслями и бережно берёт Тарталью за руку, а его взгляд останавливается на глазах парня. Если так ему будет легче, то Моракс совершенно не против. Казалось бы, такое простое действие, а чувства мужчины меняются чуть ли не моментально. От лёгкого непонимания и волнения, до смущения, которое лёгкими отголосками проявлялось на его лице.       Почувствовав пальцы Чжун Ли в своей ладони, Аякс тут же замешкался, но всё же потянулся на встречу руке, обхватив его ладонь. Мужчина мог чувствовать слегка ороговевшие пальцы, от чего Тарталью бросало в ещё большее смущение. Наверняка он думал: "Столь юн, а руки такие словно шесть тысяч лет жил он, а не я…" Пальцы архонта же напротив, тонкие и элегантные, с проступающими небольшими венками на верхней части кисти. Руки были холодными и Тарталья решил обхватить кисть обеими руками. — Мистер Чжун Ли, вы не замёрзли? - слегка трепетно и смущенно бурчал юный парень из-под одеяла. Не услышав ответа, тот выглянул оттуда и увидел мягкую улыбку на устах Моракса. В ответ на это он сжал руку мужчины сильнее, дабы товарищ почувствовал теплоту рук Аякса. Предвестник смотрел на его добродушную улыбку и вскоре увел взгляд, когда Чжун Ли поправил взъерошенные рыжие волосы, провёл рукой по веснушкам, на которых будто бы шлейфом выступал румянец следом за тонкими пальцами мужчины. В этот момент взгляд Тартальи переместился на глаза архонта. Одиннадцатый улыбнулся и понемногу закрыл глаза... — Спасибо, мистер Чжун Ли. Звучал совсем тонко и мягко голос парниши... Глаза предвестника окончательно закрылись и теперь, лишь тихое умиротворённое сопение заполняло тишину между ними...

***

      Как бы Чжун Ли не нравилось беспокоиться о Тарталье, рано или поздно ему пришлось отпустить его, ведь парень уже выздоровел и восстановил свои силы. Теперь же архонту вновь стоило вернуться к работе. Самая обычная подготовка к важным ритуалам погребения в виде заготовки цветов, свечей и другой атрибутики. Всё идёт неспеша и без каких-либо загвоздок. Мужчина как раз выбирал подходящие свечи и советовался с Ху Тао. — Знаете, мистер Чжун Ли. Я тут слышала, что в долине Бишуй сейчас особо агрессивные хилличурлы. - невзначай проговорила девочка и тут же легонько улыбнулась, - Как думаете, у нас будет пополнение клиентов? Моракс лишь пожал плечами и продолжил свою работу. Правда новость начала навеивать на него сомнения и тревогу, так что он на какое-то время остановился и обратился с вопросом: — Обычно там их не так уж и много... К чему такое резкое изменение? Может какой-то лагерь прогнали из одного места, и он передвинулся в долину... Мужчина погрузился в раздумья. В голове витало довольно-таки много предположений и догадок по этому поводу, но все они казались ему не совсем уж и обоснованы. — Духи говорили, что они под влиянием какого-то проклятия, или ещё каких-то злых сил. Уууу... - зловеще завыла Ху Тао, глядя на бывшего архонта, а затем залилась тихим звонким смехом, - В любом случае это просто слова духов, которым нечем заняться... Вот и придумывают всякие страшилки. — Проклятие... - задумчиво пробормотал Чжун Ли и его вмиг осенило. Не совсем так. Через него пролетел целый спектр эмоций, начиная от осознания и заканчивая довольно-таки сильным волнением. Негромко пробормотав что-то типа "Я скоро вернусь", он вышел из ритуального бюро и быстрым шагом поспешил в сторону постоялого двора Ваньшу. Сейчас все его мысли перемешались в непонятную кашу и вновь собрались вокруг одной причины такого странного поведения хилличурлов. — Сяо... Как же так получилось...? Я же передал ему лекарства, неужели они не помогли. - продолжал нервно бормотать мужчина, глядя себе под ноги и пытаясь совладать с накрывающими его с головой эмоциями. Если действительно так случилось и лекарства не сработали... Это же не только высвобождения гнева павших божеств, но вред и для самого Сяо. А ведь Чжун Ли души в нём не чает. Однажды он его уже спас и старался всеми силами улучшить его состояние, но прямо сейчас подверг его таким мукам. В голове Моракса начали всплывать воспоминания о том, как он заказывал это лекарство и вмиг его озарило и передёрнуло одновременно. Он допустил ошибку в рецепте. Малейшая ошибка, которая сделала лекарство практически недействительным. Теперь же мужчина принялся корить себя за такую, казалось бы, небольшую оплошность, стоимостью благополучия его подопечного Адепта. А ведь ему даже тяжело представить, что прямо сейчас испытывает Сяо и это тревожит бывшего архонта ещё больше.       В отличии от Чжун Ли у Тартальи утро начиналось куда спокойнее. Лениво потягиваясь, юноша сполз с кровати неторопливо подходя к окну. Утреннее солнце светило в глаза небесного оттенка, слегка побледневшая кожа за те дни, что юноша отлёживал свои раны, принимает свежий воздух и тепло солнца. Облокотившись на подоконник, милое личико выглянуло на улицу, а рыжая копна волос развивалась на ветру. Вдохнув воздух полной грудью, небольшая боль отдавалась в рёбрах, но ни ей, ни работе не испортить настрой Чайлда, ведь он понял, что в последнее время чувствует что-то особенное. Парниша не совсем понимает, что же именно происходит между ним и Мораксом и это его беспокоило, но в это же время юношу цепляли и драгоценные моменты, что он провёл со своим любимым другом. Наклонив голову он улыбнулся и с теплом вспомнил, как руки парня и архонта сошлись в тот день, когда он был болен. Немного помедлив, Аякс обернулся, осматривая свою комнату. Всё так же пуста, но достаточно опрятна. Одежда была выстирана и готова к работе, а о завтраке юноша сегодня даже и не мечтал, ведь работа нагнала его с самого утра. Синьора в этот раз даже не удосужилась дать указания лично, а лишь прислала молодого и слишком уж активного фатуйца. — Господин Чайльд? Здравствуйте! Это такая честь! Я очень наслышан о ваших подвигах! Какую погоду вы предпочитаете? А еду? Кстати... Немного раздражённый таким появлением, Тарталья лишь раздражённо вздыхает и резко обрывает словесный поток грубым голосом. — Тише, что тебе нужно? Фатуец тут же встрепенулся от такой строгости, но тут же закопошился, доставая из наплечника письмо — Ах да... Вот ваше задание на сегодня! О кстати, а как вам мой наплечник? Скажите я стану... Этот словесный поток был остановлен резким хлопком двери. Юный и совсем зелёный фатуец, словно ребёнок, у которого отобрали конфету, стал спускаться по лестнице, активно бурча что-то себе под нос.       Предвестник развернул конверт и, усевшись на кровать, принялся читать. В нём шлось о том, что в девять утра, он должен быть на тайном складе, в долине Гуйли, что между Ли Юэ и постоялым двором "Ваншу". Недоумевая, он повалился на кровать. — Этим должен заниматься отдел канцелярии… При чём здесь я!? Развернув, загнутый уголок, Тарталья заметил надпись, написанную красивым и аккуратным подчерком: "Твоя Синьора...". Это вызвало лишь большее раздражение и Аякс в бешенстве вскочил с кровати. Резко в стене появилась вмятина, а на костяшках несколько ссадин. С серьёзным и немного обозлённым лицом, тяжело дыша он выдавил. — Придется оплатить ремонт... Снова!       Спустя двадцать минут, Тарталья стоял во всеоружии. Идя по улочкам Ли Юэ, настроение юноши немного приподнялось от уличной еды, и бесконечного гомона малышни и взрослых. Столько запахов... Похоже в ресторане "Народный выбор", сегодня новое блюдо от Сян Лин. В голове паренька тут же проскочила мысль о том, стоило бы как-нибудь пригласить туда Чжун Ли на ужин. От одного упоминания архонта, в глазах появляется блеск и навивается лёгкая улыбка, а волосы словно стали ещё рыжее. Чуть ли не вприпрыжку, юный предвестник двинулся в направлении долины Гуйли.       Вдруг уже у выхода из города, словно из ниоткуда из-за угла вынырнул Моракс и быстрым шагом направился в сторону моста. Парень хотел его окликнуть, но увидев его беспокойное лицо товарища разволновался и решил просто догнать мужчину. Лёгкий и выносливый юноша ускорил шаг, достаточно быстро нагоняя архонта. — Мистер Чжун Ли какая встреча! У вас всё в порядке? - Тарталья разволновался ещё сильнее, увидев Взволнованное лицо своего друга. От вида архонта тот растерялся, но смог взять себя в руки. Жёлтые очи мужчины, словно тускнели на глазах юнца. —Чжун Ли вам нужна помощь? - нервно повторил предвестник чуточку громче, в ожидании ответа...        Чжун Ли обращает свой взгляд на предвестника, останавливаясь и лишь на пару секунд выпадает из своих мыслей. Только вот в его голову вновь ударяет мысль о том, что ему сейчас не стоит тормозить и мужчина легонько мотнув головой в сторону постоялого двора, продолжает свой путь. Боковым зрением он видит, как Тарталья старается не отставать от него, но шагу не сбавляет. На лице парня переливаются различные эмоции, вплоть до непонимания и волнения. — Мне срочно нужно в Ваншу... Как я мог допустить такую ошибку? Если бы всё не было так серьезно... Что же я натворил…? - только и мог бормотать себе под нос мужчина, вновь погружаясь в свои мысли. Ему хотелось верить, что сейчас с Сяо всё в порядке, но это было ой как маловероятно. Бросая мимолётный взгляд на Чайльда, с его губ срывается тихий вздох полный скорби и укора. Если бы только Моракс не допустил эту ошибку, тогда бы Сяо не было плохо и ничего бы не случилось. С каждым шагом сердцебиение мужчины становиться всё чаще и чаще, а голова начинает кружится от слишком сильного волнения. Но если он поторопится, то возможно получится обойтись без лишних эксцессов. — Ваншу? Зачем? Что вы там ищете мистер Чжун Ли?       С шага, парень перешёл на бег, не зная, что происходит. Ему просто оставалось лишь беспрекословно следовать за Мораксом. Ладошки юноши вспотели от волнения, ведь видит мужчину в таком состоянии впервые. Он был уверен, что не так уж и много людей вообще за всю историю находили Чжун Ли в таком состоянии. Если он настолько обеспокоен то, видимо, случилось что-то действительно ужасное. Парню пришлось снять перчатки, и оторопью распихать их по карманам, дабы не отвлекаться на влагу в руках.       Состояние Чжун Ли, лишь ухудшалось, а предвестник и не знал, что думать. — Мистер Чжун Ли, успокойтесь, пожалуйста. Что бы не произошло, всё будет в порядке. Остановитесь передохнуть, я вас прошу! Ваше дыхание очень тяжкое. Видя, как у товарища спирает дыхание от чрезмерного волнения и долгого бега, Чайлд остановился и переводя дыхание, прохрипел: — Сейчас, подождите у меня есть фля... га... Но она была, к превеликому сожалению, пуста. Замечая ожидание в глазах Моракса, Тарталье не остаётся ничего, кроме как бросится в поисках источника воды. — Пожалуйста, мистер Чжун Ли, ждите здесь, я сейчас прибегу! Не волнуйтесь. Для меня найти воды - плёвое дело.       И в ту же секунду Аякс ринулся на Юг. Он отчётливо помнил, что долине Гуйли была река, что начиналась из подземного источника. Вода там наверняка чистая. Уже даже у Тартальи дыхание жжёт лёгкие, но это лишь добавляет ему упорства. Ещё немного и он уже будет у реки, но осталось пробежать дикий лес. Продираясь через кусты и высокую траву, он царапает щеку о сухую ветку. От гнева он со всей силы ударил сухое дерево чем сломал его, и то с грохотом повалилось, всполохнув птиц. Тарталья продолжил свой путь и наконец-то оказался у источника. Тот спешно набирает воды и даже сам не успев попить сразу же направляется в путь. — Меня нет уже четыре минуты двадцать одну секунду, наверняка мистер Чжун Ли ушёл без меня... – вслух размышляет юнец, чуть ли не задыхаясь от нехватки воздуха.       Чрезвычайная ситуация заставляла считать каждую секунду, дабы знать нужно ли ускорятся. Сильное волнение из-за того, что архонт мог уйти без него, одолевало разум парня. Мысли покинули его и он, словно дикий гепард ринулся в путь, без остановок, без пощады к собственным ногам. Когда тот вернулся, то архонта, уже не было. Страх овладел парнем, в таком состоянии с ним может что-то произойти. — Я не могу подвести и вас! – взвывает юноша и бросается бежать по дороге, в надежде догнать Моракса. И ему это удается. Лишь заприметив очертания широкоплечей фигуры, ускоряя шаг ещё больше. — Наконец я вас догнал! Вот, выпейте! – чуть ли не кричит Чайльд, потягивая флягу мужчине. Чжун Ли смиренно принял флягу и даже в подобной ситуации не терял манер, пил аккуратно, не расплескав ни капли. Оставив половину и сунув флягу в руки юноше, архонт возобновил свой шаг. Мужчина не мог задерживаться хотя бы ещё на несколько минут. До Ваншу остаётся всего ничего и если всё же перейти на бег, то можно минут через пять добраться до него. Только вот с таким волнением Чжун Ли явно не смог идти в одном темпе. Моракс пытался успокоить себя тем, что Сяо уже довольно-таки взрослый и, по крайней мере, может хотя бы немного о себе позаботиться. Но он уж слишком сильно беспокоился о юном Адепте и его самочувствии. Ему хотелось поскорее увидеть Сяо и наконец-то помочь ему. А ещё извиниться за свою ошибку. Но сейчас он был слишком уставшим и разволновавшимся, чтобы вновь собраться с силами и продолжить свой путь.       Чайльд видел, что мистеру Чжун Ли действительно тяжело. Хоть и духовной энергии у Гео архонта, возможно, даже больше, чем у любого другого, тело его — как древний камень, стало слабым и хрупким. К тому же, юноша подметил, что мужчина редко занимается физической активностью. В итоге Тарталья принимает волевое решение. — Мистер Чжун Ли, подогните пожалуйста колени! Видя удивление своего друга, тот настоял взглядом, и архонт сделал, как тот велел. Одно мгновение и мужчина оказался у парня на руках. — Прокатитесь с ветерком! В этот момент, словно бесы заиграли в глазах юноши, а телу открылось второе дыхание. Вдыхая запах архонта, предвестнику становилось неловко... Так же неловко, как и ощущать тело Моракса каждым своим пальцем и собственным телом. Он понимал, что сейчас явно не до этого, но и эти ощущения, он никогда не забудет, хотя ещё и не подозревает, что тот испытывает. А вот Чжун Ли прекрасно понимал, что теперь ещё и о Тарталье беспокоился, ведь он совсем уж не из лёгких, да и сам предвестник выглядит малость выдохшимся. Хотя сейчас такое ощущение, что парень совсем и не знает такого слова, как "усталость". Чувствуя, как Аякс трепетно прижимает его к своему телу, Моракс ощущает небольшую неловкость. Горячее дыхание, вырывающееся из груди молодого предвестника, обжигает лицо мужчины, заставляя его щеки невольно нагреваться и краснеть. Похоже, что именно сейчас Чжун Ли смог заметить, что от Тартальи пахнет мягким морским бризом. Но даже в таком случае, когда чувства захлёстывают его с головой, заставляя разрываться между лёгким смущением и волнением за Сяо, Моракс старался сохранять спокойствие и здравый расклад ума. Как только он придёт в Ваншу, ему нужно сразу же взяться за дело. С лекарством мужчина проблему решит и уже завтра передаст его Сяо, а сейчас на скорую руку сделает для него амулет. Именно такие мысли крутились в голове мужчины, пока он смотрел то в сторону постоялого двора, что уже можно было отлично рассмотреть, то на Тарталью, чьи глаза блестели то ли от восхищения, то ли ещё от чего-то, до чего Чжун Ли явно не мог сейчас догадаться. Когда же их и Ваншу разделял один лишь небольшой мост, мужчина обратил свой взгляд на предвестника и попросил поставить его ноги. — Дальше я уже сам, Чайльд. Спасибо тебе за помощь. - голос Архонта немного подрагивал, так как волнение возрастало с каждой секундой, заставляя его чуть ли не самому пытаться как можно скорее спуститься на землю. — Ах, д-да! - Тарталья бережно опустил Чжун Ли на землю, а сам, свалился наземь, отдохнуть. На этот грохот мужчина резко обернулся, но юноша просто отмахнулся. — Да не волнуйтесь вы, я просто присел отдохнуть, а вы идите туда, куда шли я вас догоню!       Увидев одобрение на лице архонта, тот закрыл глаза и тяжко вздохнул. Пару секунд спустя, парень слышит шорохи доносящиеся из тьмы, резко, из ниоткуда, на архонта вырывается одержимый хилличурл. Вымотанный Чжун Ли успел лишь обернуться, когда же инстинкт бойца Тартальи сработал на высоте. Он тот час же разрубил дубину своих водянистым клинком, что, казалось, появился во мгновенье ока в его руке. Но удар был столь сильным, что смертоносное лезвие предвестника, отсекло голову и та покатилась вниз по склону. На лице у Чайлда застыла безумная улыбка, в глазах черти плясали как никогда раньше, а на щеку брызнула россыпь крови, удачно вписавшись на фоне веснушек. Проанализировав ситуацию, парень обтёр свои руки о штаны и надел перчатки. — Мистер Чжун Ли, насколько я могу судить из своего опыта — это и есть причина вашего визита. Не беспокойтесь, я разберусь со всеми одержимыми, а вы займитесь источником! Улыбка растянулась ещё шире и ловкий парниша на ногах скатился со склона, после чего, нырнул в густую чащу. Лес был словно осиный рой, полон гнева древних богов. Через пару мгновений, брызги крови летели словно алые ленты танцовщиц в театре, а предвестник, та самая танцовщица но не с алой лентой, а с клинками и не в красивом, красном, праздничном одеянии, а до последней нитки пропитанный кровью своих врагов. Безумный смех словно рокот разразился по лесной гуще, у парня была ещё целая ночь впереди, дабы насытить собственную кровожадность...       Наблюдая за тем, как в Тарталье вновь набираются силы и он с огромным желанием несётся в бой, Чжун Ли тихо выдыхает и поспешно удаляется в постоялый двор. Чем быстрее он решит проблему с Сяо амулетом, тем легче будет предвестнику... А Моракс волновался, что о Тарталье, что о своём подопечном. Хоть в этом месте он появлялся не очень уж и часто, но даже находясь в лёгкой панике прекрасная память архонта не подвела и мужчина тут же сориентировался, куда ему нужно идти. И прямо по дороге он начал работу над амулетом, раз за разом бормоча себе под нос алгоритм, дабы ни в коем случае не допустить ещё одной ошибки. Кончик каллиграфической кисти плавно скользил по бумаге, вырисовывая необходимые иероглифы. В этот раз Чжун Ли был предельно внимателен и несколько раз проверил точность своей работы. Как только не обнаружил ни одной ошибки ускорил свой шаг ещё больше.       Найти Сяо было несложно. По крайней мере мужчина отчётливо чувствовал скопление негативной энергии и следовал чётко за нею. К его небольшому удивлению, парень молча сидел, даже не смея сдвинуться с места. Горестно вздыхая и присаживаясь напротив юного Адепта на корточки, Чжун Ли протягивает ему амулет, глядя чётко в глаза полные скорби и раскаяния. Сяо хоть и оставался непоколебим, но по его ярким солнечно-жёлтым глазам можно было заметить, через что именно он проходит.       Глядя на бывшего Архонта, губы юнца дрогнули и он потянулся слегка трясущимися, от сильного напряжения в мышцах, руками за амулетом, бережно принимая его. Сердце мужчины немного успокаивается, когда он замечает, что его подопечному постепенно становится легче и вскоре тот, слегка пошатываясь, поднимается на ноги и лёгким кивком благодарит своего наставника. В голове Моракса проскакивает мысль, что благодарить его совсем уж не за что, ведь он допустил такую серьёзную ошибку, подвергая Сяо опасности. Поэтому он может лишь с помощью своего взгляда посылать ему немые извинения за содеянное и вспоминая, что где-то там, на улице, Тарталья сражается с монстрами, уже вслух просить Адепта навестить его вечером в Ли Юэ, дабы удостоверится, что теперь всё в порядке, а сам быстрым шагом уходит. Глухим тяжёлым эхом отзываются по Ваншу шаги Моракса. Так же тяжело у него и на душе. До сих пор он не может поверить, что так сильно ошибся. Вроде бы уже довольно-таки долгое время заказывает лекарство и знает рецепт наизусть, но тут совсем малость ошибся и всё обернулось таким способом. Хмурый взгляд устремлён вниз, но как только Чжун Ли покидает территорию постоялого двора, то тут же поднимает голову в поисках Чайльда, что по оставленным за собой кровавым шлейфом должен быть где-то рядом.       Долго искать юношу не пришлось. До безумия довольный, однако изможденный парень, шагал в сторону постоялого двора. А углядев знакомую фигуру у лестницы, тут же ускорил шаг и с широкой улыбкой бросился навстречу. — Мдааа… Мистер Чжун Ли, меня и вправду помотало. - наконец спустя столь долгие полтора часа, Чайлд, мог просто смотреть в глубину глаз Моракса, проявить мягкую улыбку и игриво жмурить глаза. Однако в глазах своего товарища, парень смог углядеть самокорение и невозможную тоску. Набравшись смелости, Тарталья взял архонта за руку и, немного смущаясь, сказал: — Я... Я не знаю, что произошло, мистер Чжун Ли, но просто знайте, вы не виновны! Юноша, весь покрытый кровью смотрел на мужчину, чуть-ли не детским взглядом. Этот контраст немного пугал, однако завораживал. Он ожидал ответа и сжимал руку архонта сильнее, от чего и его щеки становились всё ярче и ярче. В такой скромный способ он пытался помочь и успокоить смятённого Моракса.       Взглянув в глаза юноше, Чжун Ли проронил лишь тихий вздох, полный горечи, и слабо помотал головой. Он-то знал, что в этой ситуации виновен именно он и прощение ему вряд ли найдется. Если только, он не услышит его от Сяо. Янтарный взгляд медленно опустился вниз, на руки Тартальи, что бережно и с волнением сжимали его руку, а сам юноша внимательно смотрел на Моракса своими большими глазами цвета индиго. — Всё же в этой ситуации виновен именно я. - тихий выдох срывается с губ мужчины и он ненадолго прикрывает глаза, - Не допусти я ошибку, не пришлось бы нестись сломя голову сюда. Теперь я полностью понимаю причину собственного ухода с должности Архонта.       Голос Чжун Ли слегка хрипит от сухости в горле, из-за чего звучит ниже чем обычно. Открывая глаза Моракс замечает лёгкое возмущение и нежелание признавать его слова во взгляде предвестника. Казалось, что парень хотел что-то возразить, но мужчина оказался первее. — Пойми, Чайльд, я стар. - словно два ярких кусочка кор ляписа тонут в безграничном океане, бывший архонт смотрит в глаза фатуйцу, - Я уже не тот архонт, о котором люди складывают легенды. Они помнят архонта, который прошёл войну, возвёл собственными руками Ли Юэ и вёл его к процветанию на протяжении сотен лет. Им не нужен архонт, который добровольно отдал своё Сердце Бога ради собственной же выгоды и может допустить ошибку, которая будет стоить людских жизней. Пойми, я не могу называть себя даже бывшим Гео архонтом, если я не могу позаботиться о благополучии собственного подопечного. Мужчина вновь вздыхает, опуская свой взгляд. Была бы возможность, он бы проронил скупую слезинку, но сейчас даже это считал недостойным для себя.       Только вот Чайлд совсем не хотел мириться со словами своего друга. Во время слов архонта у Тартальи словно ком в горле стал, который он никакими усилиями не мог сдвинуть. Но в такой ситуации молчать ни в коем случае нельзя. Парниша глубоко набрал воздух грудью и на выдохе выпалил. — Знаете, мистер Чжун Ли. Хоть вы и не считаете себя архонтом, но вы — архонт для меня. В трудную минуту вы всегда мне помогали и я сам лично узрел вашу мощь Тот поединок был блистательным, а ваше трудолюбие… Оно меня восхищает!       Немного засмущавшись, он видел лик божества, что изумленно глядело на него своими жёлтыми, словно обод луны глазами. Солнечный свет освещал немного влажные очи Чжун Ли, а также выделял желтоватым цветом его тонкие черты. Моракс уже решил переубеждать юношу, но очарованный парень, словно не желая слушать самокорений великого архонта, придвинулся ближе. Миг. И уста парней сомкнулись... Сильно смущаясь Тарталья впился пальцами в собственное плечо, а архонт легонько провёл по алым ланитам парниши. Моракс приоткрыл глаза и видел всю невинность и смущенность в глазах предвестника. Он даже толком не сообразил, что именно сейчас произошло. Лишь успел почувствовать тепло на своих губах и запах свежего морского бриза, что вызвало у него резкий всплеск уже давно забытых чувств и эмоций. На фоне с сильным волнением они буквально вскружили голову мужчине, заставляя его сердце разгоняться до бешеных скоростей. Губы Тартальи мягкие, с лёгким металлическим привкусом. Видимо до этого на них попало пару капель чужой крови, но Мораксу на это было как-то всё равно. Руки холодеют, а в голову ударяет жар. Грудную клетку спирает, от чего дыхание архонта становится гораздо тяжелее и прерывистее. Ощущения просто умопомрачительные. Один лишь миг кажется длинною в вечность, которую Чжун Ли готов пережить и не раз... Но тут он прерывается. Чайлд отстранился. — М-мистер Чжун Ли, эмм... Простите, я не хотел! Резко отскочив, словно ошпарившись, юноша принялся бежать в сторону Ли Юэ. Он настолько был удивлён своим поведением, что и не знал, о чём подумать. Он даже забыл о своём задании. В голове была лишь одна мысль. Разве такое можно с мужчиной!? Суровое окружение Снежной отдалило его от девушек, не то что от парней. Строгость и милитаризм его родной страны привёл к отсутствию любого опыта, кроме военного. Сердце, до сих пор не успокоилось, а дыхание участилось настолько, что он даже не чувствовал обожжённого горла. Что со мной!? Лишь эта мысль, выделялась в вихре остальных и юноша, впал в окончательное замешательство...       Видимо смущение всё же смогло побороть его. А Мораксу лишь остаётся стоять в легком ступоре и наблюдать за тем, как стремительно отдаляется от него юная крепкая фигура с огненно-рыжими волосами. Через пару минут взгляд архонта, неспеша и задумчиво, опускается вниз. Голова всё ещё немного кружится, а в ней штормом носятся самые различные мысли, начиная от вопросов "что именно это было", до "как же давно я этого не ощущал". Казалось бы, что этот нескончаемый поток мыслей остановить просто невозможно. Они кружат голову и заставляют мужчину теряться в самом же себе. Теперь его не волновало то, насколько он плохой архонт и то, что ему ещё предстоит ответить за свою ошибку с лекарством. Чжун Ли был зациклен на случившемся недавно поцелуе, который всё ещё мог слабо ощущать на своих губах. С этими мыслями он даже не заметил, как вернулся обратно в Ли Юэ, как дошел до ритуального бюро и как, сказав Ху Тао, что проблема в долине Бишуй решена, поднялся в свою комнату и сел у окна. Под рукой осталась чаша с уже давно остывшим чаем. Моракс осторожно взял её и заглянул в своё отражение. Он внимательно всматривался в черты своего лица и задавался вопросом... А почему же именно он? Что такого нашёл в бывшем архонте Тарталья, что решился на такой необдуманный, но отчаянный шаг? Конечно, мужчина подметил, что несмотря на то, что ему уже давно перевалило за шесть тысяч лет, облик его совсем не изменился. Молодым свой внешний вид он не мог бы назвать. Если так подумать, более зрелый, но всё же. Чайльд же ещё совсем юнец. Красив и проворен... С заводным характером и милой улыбкой. Конечно, нрав у него бывает вспыльчивым и периодическая жажда сражений могут вызывать напряжение у людей, но ведь это же не так уж и важно. Красивые глаза, милые веснушки на щеках, лучезарная улыбка, рыжие взъерошенные волосы и спортивное телосложение делают своё дело. Он же наверняка пользуется популярностью среди девушек... Чжун Ли тихо выдохнул, на пару мгновений прикрыв глаза. Скорее всего так и есть. Но всё же мужчину продолжал мучать вопрос, почему же именно он, а не какая-то симпатичная девушка. Тишину вновь разрывает тяжёлый тихий вздох и Моракс принимается за распитие чая. После тёплых уст Тартальи он кажется особенно холодным, но всё же Чжун Ли продолжает неспешно пить его. Этот вечер он явно проведёт в очень долгих раздумьях о собственных чувствах к прекрасному юному предвестнику.

***

      Юноша резко врывается в собственную комнату и защелкивает её на замок. Парень облокачивается на дверь и задирает голову вверх, волнение никак не отступает, а сердце совсем скоро выпрыгнет из его груди. Глаза, полные синевы, мокнут от безысходности и со стоном тот скатился по двери на пол, подогнув ноги к себе. Рыжая копна волос, зарылась в собственные колени, намокшие глаза, оставляют следы на штанах, усыпанных алыми пятнами. — Я люблю Моракса? Но как, мы же мужчины? - испугано протянул юноша. Парню чужды чувства любви, как и заботы о ком-то, кроме его семьи. Он считал, что все люди вокруг чужие, а если кто-то тебе симпатизирует, то вы друзья. Но с Чжун Ли всё было иначе, отчего парень был в замешательстве. — Но, если мы не друзья, то кто? Конфуз собственного незнания вызывает у парня улыбку и он саркастически протягивает: — Хах… И как такой глупец как я, может надеяться на внимание архонта!? После осознания всего происходящего, Тарталья словно обрёл новую цель: выяснить, что между ним и Чжун Ли происходит на самом деле. Паренёк подошёл к зеркалу и стал рассматривать своё лицо. — А мистер Чжун Ли, любит веснушки?       Парень озадаченно трогал их. Подняв руку Аякс, ощупывал тёплые, рыжие волосы. Они всегда были сухими и непослушными. Немного поворошив их, его рука приспустилась и остановилась на губах, немного тонкая и заострённая верхняя губа, прекрасно дополняла более округлую — нижнюю. Вспомнив о недавнем поцелуе, немного смущаясь, юноша изучал упругость своих губ. Руки Тартальи, неожиданно для самого парня, стянули с него рубашку и перед юношей предстала тонкая в бёдрах но подтянутая в плечах фигура. Особенно на фоне всего тела выделялась грудь. Парень был в ступоре, ведь все эти годы он находился в Снежной, где особо раздеваться и не нужно, а последние полгода он слишком упорно работал и рельефность своего тела смог разглядеть только сейчас. Стоя перед зеркалом полураздетым и разглядывая своё тело, словно пелена снялась с глаз. Благодаря мистеру Чжун Ли, Чайлд узнает и осознаёт куда больше, чем с кем-либо иным.       В комнате раздаётся тяжёлый вздох, парень немного прикрыл глаза. Присутствие мышц действительно поразило его и, немного задумавшись он понял, что совсем позабыл о себе. На первом месте всегда была семья, Фатуи, Снежная, Царица и сейчас осознание этого приводит его в нехилый ступор. Как бы Аякс не рефлексировал, семья всегда будет на первом месте, а вот Фатуи... Их методы давно не устраивали предвестника. Ещё не совсем решившись, тот намеревается изменить хоть что-то с помощью своей какой-никакой, а репутации, но… Как и где найти союзников? Эти вопросы парень решил отложить. Сегодня и так был действительно тяжкий день. А Фатуи на том задании и без него прекрасно справятся. Когда юноша лёг на кровать, то принялся рассматривать свои руки. Глядя на них он заметил, насколько тонкие его пальцы, однако следы от мозолей, натёртостей и ран от тренировок с оружием визуально утолщали их. Дотрагиваясь к ним, Тарталья мог ощущать лёгкую шероховатость. Находясь наедине тот нерешительно принялся ощупывать свои ягодицы. Их упругость приятно удивила парня. — Интересно, а мистеру Чжун Ли нравится подобное сложение тела?       Эта мысль пришла к нему именно тогда, во время изучения своего тела. Краска залила Аякса по самые уши и он, взяв подушку, накрыл ею лицо, бесшумно крича от стыда. Моментом позже, он взял рубашку с пола и надел на себя, напоследок ещё разик ощупывая мышцы своих рук. Небольшой румянец, после произошедшего, до сих пор виднелся на ушах и щеках Чайльда. Парень уже традиционно сел к окну и принялся рассматривать улицу. Ну а что ещё ему делать, если из мебели у него только шкаф, кровать и стул, что стоит у окна.       Покачиваясь на стуле, резкий ветер взъерошил его и без того непослушные волосы, проник в комнату, насвистывая тихую подбадривающую мелодию, и Тарталья, решил действовать. Это был его первый ветер перемен...