Во славу мою!

— И помни о Чемпионате! — крикнул Рон мне вслед. Я помахал другу рукой и обернулся к хмурящемуся дяде, то и дело посматривающему на часы. — Садись, — не глядя на меня, буркнул он и с трудом забрался в машину. Я дотащил сундук и, поднатужившись, затолкал его в открытый багажник. Следом отправилась и пустая клетка. Странно, со всеми теми деньгами, почему у меня всё ещё нет чемодана с расширенным пространством? Я ведь видел их в Косом переулке. С этими мыслями я залез на заднее сиденье и дядя тут же направил машину прочь с парковки. — Успели, — довольно пробормотал он, пробив квитанцию. По всей видимости, удалось выехать до того, как стоимость парковки начала расти. Что ж, не будет лишнего повода для раздражения. Я взглянул на проплывающие за окном дома. Давно же я не видел магловских построек. Почти год, если быть точным. Магловских? Как давно я перестал отождествлять себя с миром простых людей? Внимательнее посмотрел на ворчащего что-то себе под нос дядю Вернона. А отождествлял ли когда-то вообще? До Тисовой улицы добрались довольно быстро. Дядя даже помог вытащить сундук, бормоча что-то о том, что дрянной мальчишка обдерёт краску. А потом направился в дом, будто меня и не было здесь. Ничего не оставалось, кроме как оторвать тяжёлый короб от земли и побрести к дверям. — А, уже вернулся, — Петунья безразлично мазнула взглядом по мне и поспешила на кухню. — Нужно прополоть розы. Займись этим, когда разберёшь вещи. Да уж. Теперь точно верю, что я дома. Дотащить чемодан до комнаты было делом двух минут. Как и разложить немногочисленные вещи. Пара рубашек, две пары брюк, потёртые ботинки и куча белья. Придирчиво осмотрел лежащую на кровати кучу одежды. Неужели я всегда так бедно одевался? Не сказал бы, что всё выглядит очень плохо, но… всё выглядело не очень хорошо. Всё ещё раздумывая о вечном, я переоделся в старые джинсы с футболкой и побрёл вниз. Тётя сказала прополоть розы — нужно прополоть розы. На лестнице меня чуть не сбил с ног Дадли. Колобок пронёсся мимо, прокричав что-то про придурка. Вот же идиот. Неужели он не понимает, что злить будущего мага — плохая идея? Я ведь могу и обидеться. И прийти позже, когда мне можно будет колдовать. Розы. Целая живая изгородь из чёртовых роз с их колючими шипами, нежными лепестками и довольно приятным запахом. Я опустился на корточки возле первого куста и принялся дёргать проросшую в лунке траву. Впереди ждало очередное бесконечное лето.

***

— Хей, Том, ты идёшь? — я оторвался от книги. Кевин стоял в дверях и выжидающе на меня глядел. — Том, вылезай из своей книжки, там Рассел с Джимбо драться собрались! — Из-за чего? — книжка моментально отправилась под подушку. — Да чёрт его знает, — Кевин нетерпеливо посмотрел в сторону выхода, — но Рассел очень зол. Обещал Джимбо зарезать. Это серьёзно. Рассел Коллинз — самый авторитетный парень в приюте. Я не мог сказать, что он был хорошим человеком, но за младших всегда вступался. Особенно за мелкого Карла. Мальчишка постоянно молчал, из-за чего стал объектом издевательств некоторых гениев. За это Рассел жестоко их избил. Кажется, даже руку одному сломал. И всем плевать. Поверить не могу, что всем настолько плевать на то, что происходит в приюте. — Ну веди, — кивнул я Кевину. Мелкий и рыжий, как ржавчина, он постоянно крутился рядом со мной. Я понятия не имел, что ему было нужно от меня, да и чёрт с ним. Сильно не мешал и пользу иногда приносил. Мы с Кевином пробежали по совершенно безлюдному коридору. Он вывел нас к широкому двору, в дальнем конце которого стояли мастерские. Вот там и собралась молчаливая толпа. Почти весь приют столпился вокруг будущей драки. — Как бы уже не начали, — заволновался рыжий. — Том, бежим! Расстояние до мастерских мы преодолели за несколько секунд. Чуть не врезавшись в крайних зрителей, Кевин начал ловко протискиваться к центру. Я последовал за ним, толкаться не особо хотелось, но любопытство… — Ты думаешь, это смешно? — разорялся тем временем Рассел. — Думаешь, ты вот так вот легко можешь делать, что хочешь? — Ага, — Джимбо, он же Джимми Джонс, невозмутимо улыбнулся. Огромный, как борец из цирка, в свои пятнадцать он выглядел, как двадцатилетний. Хотя Рассел не особо ему уступал в размерах. — Ну ты нарвался, с-сука, — прошипел Коллинз и коротко ударил Джима в лицо, но тот как-то умудрился уклониться от мощного хука и бросился вперёд. Здоровяк схватил Рассела и, приподняв над землёй, со всего размаху бросил на спину. А сверху навалился сам. Дети вокруг моментально зашумели, выкрикивая слова поддержки. — Жри землю, чувырло, — Джим замахнулся для удара, но Рассел смог вывернуться из-под него и оттолкнуть от себя. Оба противника поднялись на ноги. Коллинз тяжело дышал, а Джонс будто и не дрался вовсе. Он издевательски спокойно подмигнул противнику и бросился в атаку. Удар Рассела соскользнул по шишковатому черепу, и Джонс снова погрёб парня под собой. На этот раз окончательно. Мы могли видеть только спину и поднимающиеся кулаки. Никто не рискнул оттащить почуявшего победу зверя. А потом Джим вдруг резко осел и стал заваливаться набок. Рассел с трудом оттолкнул от себя безвольное тело и с хрипом вдохнул. Его лицо напоминало отбивную. Глаза заплыли, нос был свёрнут набок, а губы походили на кровавое месиво. Рядом с руками парня валялся окровавленный нож. Я частенько видел Рассела с этой железкой. Но не думал, что он действительно пустит её в дело. — Том, — тихо произнёс стоявший рядом Кевин. — Он что, убил его?

***

Будильник вырвал меня из сна. С трудом нашарив звенящего монстра, я вырубил его и прикрыл глаза. Сон. Такой реальный. И он не растворился в памяти, как это часто бывало. Даже не замылился, распавшись на образы. Нет, всё было так, будто я сам прожил этот момент. Интересно, кто был тот мальчишка? Кажется, он был довольно нормальным. Его имя наводило на вполне логичную мысль. Том Реддл. Мальчик, который не хотел умирать. Тогда в подземелье с василиском он был весьма словоохотлив. Да и кто ещё, в конце концов, мог мне присниться? Принц Чарльз? С этими мыслями я сел на кровати, протёр глаза и нащупал очки на мутной тумбочке. Надо бы скрыться подальше от тётушки, пока она не придумала мне очередное занятие на весь день. С этой мыслью я торопливо натянул джинсы и футболку, взял пару книг и тихонько прокрался по коридору к лестнице. Из спальни Дурслей доносился могучий храп дяди Вернона. В который раз поразился, как тётушка умудрилась заснуть рядом с этим… даже не знаю, с чем сравнивать. На ум приходила только строительная техника. Скрипучая лестница так же не стала препятствием. Так что я быстро умылся и выскользнул из дому в летнее утро. Как и всегда, одинаковые домики бодро блестели окнами, нечастые прохожие выглядели благообразно, а воздух пах обыденностью. Осмотревшись по сторонам, поспешил в сторону парка. Там я обустроил себе небольшое гнездо на одном из деревьев, где проводил большую часть каникул. Если кому-то из родственников не приходило в голову запереть меня в комнате или назвать мою мать сукой. От воспоминания о Мардж кулаки сжались сами собой. Так. Не думать об этом. Меня окружают прекрасные люди. Рон с Гермионой, Джинни, близнецы. До парка я добрался довольно быстро. Знакомое дерево встретило меня уютом ветвей, куда я привычно забрался. Не очень высоко, но заметить меня здесь весьма затруднительно. Как-то раз Дадли с компанией минут десять искали меня, пробегая метрах в пяти, но так и не увидели. Впрочем, возможно это магия так действовала, скрывая меня от идиотов. Тоже не худший вариант. В парке было довольно малолюдно. Разве что собачники выгуливали своих чад, да пара выпивох на лавочке пытались скрытно употребить бутылку дешёвого виски. Кажется, у них даже получалось. Солнце отсвечивало от страниц, немилосердно ослепляя, но книга стоила страданий. Гермиона — любительница почитать — вручила мне на каникулы свежую серию про каких-то наёмников на службе сил зла. И теперь я погрузился в приключения (или злоключения) отрядного лекаря, а по совместительству, летописца. Но мысли всё равно периодически возвращались к странному сну. Почему вообще я увидел это? Пусть даже Том Реддл и оставил мне шрам и какую-то связь. Почему я увидел то, что произошло с ним? Или это был просто сон? Не верю. Ни на миг не верю, что всё так просто. Мимо меня спокойно проходили люди, листва мягко шелестела над головой, а парочка пьяниц всё же смогла допить своё зелье и не попасться бобби.

***

— Поттер, вот ты и нашёлся! — довольный Дадли сильно толкнул меня в спину, от чего я чуть не упал, пробежав пару метров. — Чего надо? — я быстро развернулся, стараясь держать всю троицу в поле зрения. Толстяк Дадли, тощий Полкисс и что-то среднее между ними. Кажется, третьего звали Малкольмом. — Да вот, приехал, а с нами не поздоровался, — мелкий заводила с наглой ухмылкой вышел немного вперёд. — Есть, что сказать? — Пошёл к чёрту, Полкисс, — меня скривило. Чёрт. Я прогнал сотню дементоров, но сейчас рисковал быть избитым какими-то маглами. — И вы двое тоже можете присоединиться. — Ну-ка повтори, — ухмылка Дадли моментально пропала и тот медленно направился в мою сторону, сжимая кулаки. — У тебя появилось своё мнение, придурок? — Ага, — я также медленно отступал, стараясь не споткнуться. — И моё мнение заключается в том, что вы — троица педиков. — Чё сказал?! — каким-то непривычно тонким голосом взревел Дадли. Он ринулся на меня, как носорог, но мои ноги сами шагнули в сторону, пропуская Дадли мимо. — Я сказал, что вы трое педиков, — буднично произнес и отошёл от кузена, не выпуская его приятелей из виду, мысленно поражаясь собственному спокойствию и действиям. — У тебя проблемы со слухом? — Парни, бей его! — взвизгнул Дурсль и снова бросился в атаку, но я опять увернулся. Полкисс и Малкольм поспешили помочь другу, но я как-то смог избежать и их. — Чего-то вы совсем ничего не можете, педики, — я уже откровенно издевался над троицей, испытывая необычный азарт. — Может, попробуете поймать друг друга? Дадли широко замахнулся. Огромный кулак полетел мне прямо в голову, но я поднырнул под ним и впечатал костяшки кулака толстяку в челюсть. Всё произошло так быстро, что я и сам не успел понять, что произошло. Дурсль, как дерево, зашатался и плашмя упал на асфальт, а Пирс с Малкольмом с круглыми глазами уставились на меня. — Ты что сделал?! — взвизгнул Полкисс, очнувшись первым и тут же прячась за товарища. Я удивленно уставился на руку, костяшки которой даже не были сбиты ударом. Только запястье довольно сильно ныло от удара и его было больно сгибать. — Ты что сделал, придурок?! Мой растерянный взгляд упал на лежащего Дадли, чья щека стремительно опухала. Потом я снова уставился на свою руку. Я никогда не дрался кулаками. Я никогда не занимался боксом. Так как, чёрт побери, я умудрился вырубить этого кабана?!