На пути к свободе

      Анна чувствовала тошноту, постепенно возвращаясь из темноты. Глаза были столь тяжёлыми, словно налиты свинцом. В ушах гудело, голова кружилась, а леденящий холод пробирал до костей. Холодный воздух дул по полу, а где-то вдали слышался писк мышей. Флоренс застонала, обхватив голову руками.       — Где я? — тихо прошептала девушка, пытаясь открыть глаза.       Вокруг было темно, и девушка не могла ничего разглядеть. Зрение предательски подводило, неспешно возвращаясь. Анна пыталась сощурить глаза и осмотреться, но образы комнаты расплывались. Единственное, что она понимала, так это своё угнетающее положение.       Что произошло? Её похитили? Ей угрожала опасность?       Флоренс отпустила свою голову и положила руки на пол. Девушка тут же ощутила холодный камень под собой. Испугавшись, Анна подняла руку и дотронулась до стены, рядом с которой сидела, и проклятие вырвалось изо рта. Помещение, в котором она находилась, напоминало ей темницу, в которой она когда-то уже была.       Глаза постепенно привыкали к темноте, но это не особо что-то дало девушке. Она и так поняла, где находится, а вокруг не было ничего, кроме стальных решёток. Возможно, это была другая темница, но она мало чем отличалась от той, в которой когда-то сидела Флоренс.       Множество вопросов крутилось в голове, но ни на один девушка не могла ответить. Она нервно закусывала губу, пытаясь осознать происходящее. Где-то там, дома, её всё ждал Леви. Сколько пройдёт времени, прежде чем он её найдёт? А если он её и вовсе не найдёт? Что будет тогда?       Испугавшись, что её дни так и будут сочтены в этой темнице, Анна вскочила на ноги и в три шага преодолела расстояние, буквально прильнув к решёткам. Девушка посмотрела в конец коридора на закрытую дверь и прислушалась. В округе стояла гробовая тишина, и за дверью, судя по всему, никого не было.       — Эй? — позвала Анна, буравя взглядом дверь. — Кто-нибудь?       Ответом ей была тишина. Флоренс закусила губу и посмотрела в другую сторону, где располагались оставшиеся закрытые камеры. В коридоре было ещё две камеры в её ряду и три напротив. Анна пыталась приглядеться в темноте и увидеть, есть ли кто-то внутри, но безуспешно. В помещении стояла и тишина, лишь иногда где-то вдали слышался писк мышей.       — Кто-нибудь? — тише позвала Анна, пытаясь определить, с какой стороны доносился писк.       — У них обед, — резко ответил хриплый голос.       Анна аж подпрыгнула от неожиданности. Девушка уже была уверена, что она одна в темнице, когда со стороны послышался голос мужчины. Прильнув лицом к решётке, Флоренс начала смотреть в камеры, но никого не увидела. И только после, скосив взгляд, она заметила слева от себя в соседней клетке мужские руки, торчащие наружу.       То, что она была не одна в этом месте, слегка напрягало и одновременно с этим радовало. Она не особо понимала, как сюда попала и, главное, за что. Она не делала ничего противозаконного, никуда не лезла в последнее время и вообще жила жизнью отшельника. В кои-то веке у Анны было легальное разрешение на проживание на поверхности, и, по сути, её не за что было судить. Всё, что она делала и в чём была замешана, оставалось в прошлом. Кажется, те ужасные дни были столь далеки и всеми забыты, поэтому настало время для спокойной жизни, но, как оказалось, это было совсем не так.       Анна могла долго гадать, кто и за что её схватил. Вокруг не было никого, кроме этого человека, поэтому она решила заговорить с ним. Девушку успокаивал тот факт, что они находились в разных камерах. Во всяком случае она была хоть в некой безопасности.       — Кто вы? — осторожно спросила Флоренс, обращаясь к человеку в соседней камере.       — Какая разница, кто я? — усмехнулся мужчина, сжав пальцами металлические прутья.       — Тогда, может, вы ответите, где мы?       — А ты такая тупая, что до сих пор не поняла, где ты, малышка?       Возмущённый вдох застрял по центру горла, так и не успев вырваться наружу. Анна сжала пальцы в кулак, всматриваясь в темноту. Ей приходилось сильно вжиматься в прутья, чтобы хоть как-то увидеть своего собеседника, а точнее — его руки. Эти руки были запачканы грязью и пылью, ногти были обломаны, а на мизинце красовалось кольцо. Флоренс не могла оценить ценность этого кольца, так же как и статус мужчины в темнице.       — Мы в темнице, — тихо ответила Анна, сощурив глаза. — Но я не понимаю, за что меня схватили.       — Никто не понимает.       — Мы тут одни? Или в соседних камерах тоже есть люди?       — В соседних камерах только души умерших да голодные крысы.       Анна передёрнулась и невольно отпрянула от стены. Девушка осмотрела свою камеру и поняла, что в округе нет крыс, что было хорошей новостью. Флоренс поняла, что с этим странным мужчиной не о чем говорить, так как он ничего путного не скажет, поэтому прошла в угол комнаты и села на пол.       По полу продолжало дуть. Становилось зябко, поэтому девушка обхватила себя руками. Флоренс слышала своё прерывистое дыхание, но с соседней камеры не доносилось ни звука.       Она не знала, почему она здесь оказалась, но могла догадаться, почему здесь оказался мужчина. Возможно, он был вором? Или убийцей? Или предателем престола? Какие грехи таила его душа? То, что он был неприятной личностью, Анна уже поняла. У неё не было желания с ним разговаривать, поэтому она решила подождать своего часа в тишине. Девушка была уверена, что когда-то за ней должны прийти и всё объяснить.       Но проходили минуты, часы, а дверь так и не открывалась. Не было слышно ни шороха, ни посторонних звуков в конце коридора, ни даже дыхания соседа по темнице. Со временем Анна стала замечать, как она начала заводиться и нервничать. Стало казаться, что за ней уже никогда не придут.       Флоренс не знала, сколько прошло времени, когда она почувствовала, что что-то надвигается. Она ощущала это на каком-то особом уровне, и ей стало казаться, что вот-вот сейчас распахнётся дверь в конце коридора и там появится человек. Анна продолжала сидеть у стены и смотреть в ту сторону. Незаметно для себя она даже задержала дыхание и стала медленно считать про себя. Девушка выжидала, когда гость появится на пороге, буквально чувствуя его вибрации. А затем, когда была уверена, что дверь откроется, в этот же момент почувствовала прикосновение к своей руке.       Оглушительный крик вырвался из груди. Не ожидая прикосновения, Анна вскочила на ноги и начала озираться. Девушка схватила себя за руку, решив, что ей показалось, но она почувствовала резкое жжение. Присмотревшись, она заметила три маленькие царапки, из которых сочилась кровь.              Крик вновь сорвался с уст, когда кто-то прикоснулся к её стопе. Флоренс отпрыгнула и приземлилась на ноги, почувствовав под ботинками что-то инородное. В тот же момент в камере послышался жалобный писк боли. Осознавая, что произошло, Анна начала скакать по камере и кричать, пытаясь отпугнуть крысу, которая оказалась рядом с ней. Девушка ощущала такой ужас, будто это грязное животное могло и правда обглодать её тело, пока она спала.       Кажется, крыса сама испугалась, что её могут раздавить, и скрылась в одну из дыр в стене, но Анну было уже не остановить. Девушка кричала и прыгала, размахивая руками и ногами, до тех пор пока голос не сел. Всё ещё отмахиваясь, Анна бегала по камере, пытаясь разглядеть в темноте крысу, но её нигде не было.       — Да успокойся, истеричка!       Мужчина из соседней камеры гаркнул, и это моментально отрезвило девушку. Прижавшись к стене, она замолчала и посмотрела себе под ноги, чувствуя, как бешено колотится её сердце. Эта крыса поцарапала её! А что, если бы она вцепилась не в руку, а в лицо своими острыми зубами?       — Тут была крыса! — начала оправдываться девушка.       — Подумаешь, крыса.       — Она меня поцарапала! А что, если…       — Живых крысы не трогают, — прервал её мужчина. — Вот если бы ты была трупом, то тут была уже не одна штука, а целый рой. И они бы полакомились твоим юным телом. Возможно, первым делом они бы высосали твои глаза. Потом съели бы твой язык.       Он продолжал описывать всё то, что сделали бы крысы в первую очередь, и с каждым его новым словом Анне становилось всё дурнее. Ей показалось, будто тошнота вновь подкатывает к горлу, поэтому девушка прикрыла рот рукой и отвернулась к двери, пытаясь почувствовать хоть какой-то воздух. Девушка хотела, чтобы этот мужчина замолчал, но он всё продолжал говорить.       — И в итоге…       — Хватит! — крикнула Анна, обхватывая себя руками.       — Что ты сказала?       — Замолчите, пожалуйста! Просто ничего не говорите.       — А что мне делать ещё здесь? Может, разговоры — это единственное моё развлечение.       Анна взглянула в сторону его камеры, но на сей раз не увидела его рук. Его голос звучал приглушённо, будто он сидел в другом конце комнаты. Когда ответа не последовало, мужчина хмыкнул и тоже замолчал. Темница снова повисла в тишине, и на сей раз даже крыс не было слышно.       На удивление, никто из стражников тоже не пришёл. Казалось, людей в этом месте даже и близко не было, поэтому Анна решила выбираться. Девушка подошла к двери и дёрнула за решётку, но та не подалась. После нескольких неудачных попыток девушка зло ударила ногой по железу и отошла.       — Глупо полагать, что они не закрыли клетку.       Анна закатила глаза на его высказывания и снова посмотрела на конец коридора.       — Кто «они»?       — Военная полиция.       — Почему они схватили меня?       — А мне почём знать? — хмыкнул тот, кашлянув в кулак.       — А вас за что схватили?       — Тебе этого лучше не знать.       Вся эта ситуация начинала изрядно раздражать Анну. Девушка вновь схватилась за прутья и дёрнула на себя. Она была уже не столь напугана, сколько зла. Они ничего не сделала, и у неё были гораздо более важные дела, чем сидеть взаперти.       — Выпустите меня! — начала кричать Анна. — Я ни в чём не виновата!       — Невиновных сюда не сажают, — хмыкнул мужчина.       — Мне срочно нужно выйти!       Анна продолжала кричать, но никто не пришёл на её крики. В итоге девушка опустила руки и замолчала, грустно смотря на закрытую дверь. Она не могла терять столь драгоценное время. Где-то там, в городе, её ждала София. Её брат мучительно умирал без противоядия, и никто не хотел ему помочь. Их заперли в доме умирать, словно от чумы, отрезав от всего мира.       Что сейчас там происходило? Лучше ли стало мальчику от трав? Анна понимала, что они помогут лишь на короткий срок, и ей срочно надо выбраться, чтобы добраться до своих запасов. В погребе у их дома с Леви было множество засушенных трав с разных краёв. Анна собирала их на всякий случай, порой экспериментируя для интереса.       Анна помнила, как Леви возмущался, когда забрёл в её погрёб. Вместо заготовленных банок с помидорами и огурцами он нашёл множество мешочков с травами и специями. Мужчина долго не мог принять такое неожиданное увлечение девушки, но со временем позволил Анне заниматься тем, что ей нравится. Возможно, у Флоренс была такая страсть к этому из-за опасений. Казалось, что история с ядами не закончена и в любой момент могло что-то произойти. Однажды её саму пытались отравить.       Неудивительно, что чем больше у Флоренс было свободного времени, тем больше она окуналась в книги и различные рецепты. Девушка подолгу могла уходить бродить в лес в поисках различных растений и корней. Анна собирала всё что могла, сортировала по мешочкам, а иногда делала настойки или сборы от различных болезней. Для неё это стало некой отдушиной. Порой к ней приходили соседи за помощью. Возможно, её слава ушла чуть дальше за деревню, раз к ней пришла София из города.       Анна старалась быть тихой и неприметной, но, видимо, слухи донеслись до маленькой девочки, которая попала с братом в беду. Флоренс чувствовала, что могла им помочь, облегчить боль мальчика, но сейчас она была не в силах что-то сделать. Это её и раздражало.       Флоренс не любила бездействовать. Она не выносила быть запертой в четырёх стенах, не способной повелевать своей свободой. В некоем роде Леви тоже постоянно держал её в рамках разумного, не позволяя делать безрассудные действия. Это раздражало девушку, но в то же время она понимала, что он делал так из-за безмерной к ней любви.       Наверное, будь он рядом с ней сейчас, он бы снова напомнил о том, что она любит прыгать в омут с головой и никогда не хочет остановиться, чтобы всё обдумать и взвесить. Леви был рассудительным. Скорее всего, именно поэтому у него всё получалось. Он мог решить любую проблему, которая вставала на его пути.       Анна тяжело вздохнула. Она могла надеяться лишь на то, что Леви в скором времени сможет её отыскать и вызволить из темницы. На то, что она вылетит отсюда собственными силами, можно было уже не рассчитывать.       — Подлый король не допустил бы такого, — тихо фыркнул мужчина в соседней камере.       Анну будто водой окатило. Девушка сделала шаг к решётке и вцепилась в неё руками. Девушка заглянула в соседнюю камеру, но никого там не нашла. Она даже задержала дыхание, думая, что ещё что-то услышит, но мужчина резко замолчал.       Вайл Кинг.       Этот мужчина знал этого гнусного человека, которого Анна убила собственными руками. Он был его приспешником? Другом? Врагом?       — Что? — спросила Анна, уткнувшись в решётку. — Что вы сказали?       — Ничего я не говорил.       — Нет, я слышала, что говорили. Вы знаете Кинга?       На сей раз в другой клетке повисла тишина. Анна уже думала, что мужчина не ответил, но через пару секунд послышалось шуршание одежды. Флоренс с замиранием сердца смотрела на то, как сначала появилась знакомая мужская рука с кольцом, а затем у решётки камеры показалось лицо мужчины.       Она никогда его ранее не видела. Не молодой, но и не старый, возможно, лет тридцати пяти. У него было одновременно и красивое, и грубое лицо. Около глаз уже успели пролечь морщинки. В темноте было сложно определить цвет глаз, но зато Анна видела его густую чёрную шевелюру и такую же пышную бороду. Мужчина был неухожен, будто в этой темнице провёл не один месяц. И от этого становилось не по себе.       — Кто не знает про Кинга? — спросил он, вздёрнув брови вверх. — Особенно после его смерти.       — Вы знали его лично?       Мужчина усмехнулся, но не ответил. Он покрутил пальцем своё кольцо на мизинце, а затем медленно перевёл свой взгляд на девушку. Его глаза выглядели задумчивыми, но рот был скривлён так, будто он хотел сказать что-то меркзое.       — Ты слишком шумная девка, — заметил он. — А ты откуда знаешь Кинга? Выглядишь как простолюдинка.       — Вы тоже не выглядите как аристократ, — усмехнулась Анна.       — Как зовут?       В этот момент Анна испугалась. Она почувствовала, как пристально мужчина смотрит на неё, будто пытаясь что-то понять для себя. В первую же секунду ей хотелось уйти в другой угол темницы, чтобы не попадаться ему на глаза, но затем девушка передумала и осталась стоять. Флоренс пыталась казаться беззаботной и сильной, хотя рядом с этим мужчиной её тело слегка подрагивало от напряжения.       — Сначала вы представьтесь, — дерзко сказала Анна.       — Называй меня «Змей».       — Тогда называйте меня «Синичка».       Мужчина скривил свои потрескавшиеся губы в кривой улыбке и больше ничего не сказал. Он лишь сощурил глаза, внимательнее разглядывая девушку. Его кольцо снова начало вертеться на пальце, и на сей раз Флоренс могла его лучше разглядеть. Оно явно было сделано не из металла, а из золота. Он его украл? Выглядел как настоящий разбойник.       — Хорошо, синичка. Я запомнил тебя.       Это прозвучало как угроза, отчего девушке стало не по себе. Она еле как выдавила из себя улыбку и отпрянула от решётки, собираясь убраться с его глаз, когда мужчина резко выкинул руку вперёд, целясь на девушку. Он собирался схватить её за руку, но Анна мигом отпрянула назад, и его рука схватила воздух. Разочарование ясно виднелось в его глазах.       — Ты в её рядах?       — Что? — удивилась Анна. — Я не в чьих рядах.       — Я не видел тебя раньше, значит, ты работаешь на эту стерву.       — Стерву? — удивилась девушка. — О ком вы?       Мужчина сощурил глаза, и, прежде чем он сумел что-то сказать, дверь в коридор неожиданно распахнулась. Анна на всякий случай сделала ещё шаг назад, продолжая смотреть на соседа, который засунул свою руку обратно в камеру. Мужчина бросил предостерегающий взгляд на прощание и вернулся вглубь камеры. Было слышно, что он упал на пол, как мешок картошки.       Шаги же начали приближаться, поэтому Анна посмотрела на того, кто наконец-то появился в этой темнице. Мужчина в форме городского стражника неспешно шёл к ним. Его лицо было предельно недовольным, а глаза устремились в пол ровно до того момента, пока он не остановился перед камерой Анны. Только прежде чем потянуться к запертому замку, он поднял взгляд на пленницу.       — Готова к казни? — без эмоций спросил он.       — Что?       Всё в очередной раз рухнуло куда-то вниз. Анна ощутила, как ноги вместе с руками стали невероятно ватными. Сердце пропустило удар, а затем резко забилось.              Непонимание происходящего обрушилось на неё. Неосознанно девушка ступила назад, не собираясь выходить из своей камеры.       — Шучу, — буркнул стражник. — Тебя вызвали на допрос. Дай свои руки и не рыпайся.       Анна была не до конца уверена, что это всё же была шутка, но всё равно послушно протянула свои руки. Стражник открыл замок и в одно движение заключил руки девушки в наручники. С каменным лицом он потянул Флоренс за собой, веля идти к выходу.       На прощание Анна обернулась и посмотрела на своего соседа по несчастью. Бородатый мужчина даже не взглянул на неё, продолжая смотреть куда-то в стену. Одна его рука лежала на коленке, а вторая — в кармане штанов. Когда дверь, что находилась в конце коридора, открылась, свет проник в темницу. И ровно тогда, когда появился свет, Флоренс увидела отблеск маленького ножа в руке у пленного. Анна удивлённо вскинула бровь, а после увидела хмурый взгляд бледно-голубых глаз, практически серых, который ясно давал понять, чтобы она держала рот на замке.       И Анна держала. Она молча вышла за стражником, надеясь лишь на то, что после её не вернут к этому мужчине.