Sacrilege

— Меня соблазняет порноактер в моем собственном доме. Антон больше не может держать этот груз в себе, каждый день перебирая в голове все произошедшие накануне события. Наконец, он это сказал, вроде даже немного полегчало. Ведь признание проблемы — это первый шаг для ее решения, верно? Дима, близкий друг Шастуна ещё с молодых лет, всегда поддерживал и выслушивал различные переживания парня. Но даже он после этой фразы чуть не поперхнулся ромом, который они распивали в их любимом тихом баре на окраине города. — Шаст, ты белку словил походу, — после минуты молчания и переваривания сказанного выдал Позов. — Да если бы, — страдальчески ответил Антон, доливая алкоголь в свой стакан из стоящей рядом бутылки, — я серьезно. Он брат Иры и, видимо, у них это семейное — соблазнять меня. — Ты уверен, что это не твои фантазии? — предположил Дима, зная, что у его друга есть привычка все обыгрывать в голове по своему сценарию, — Расскажи нормально, что у тебя происходит. Позов мастерски считывал настроение Шастуна по его мимике. Признаться честно, он заметил, что с ним что-то не так ещё с момента встречи, но подумал, что это очередной завал на работе, которой его друг отдавался с головой. Антон обреченно вздохнул, осознав, что придётся рассказать Диме все с самого начала, обрисовав картину полностью, если он хочет получить нормальный совет. А он хочет. Потому что в голове у Антона творится полный хаос на протяжении последних двух недель. Конечно, он старался избегать Арсения, как порядочный женатый человек, но тяжело это делать в собственном, мать его, доме. Закончив пересказывать все ключевые события, которые с ним происходили ранее, он сделал очередной глоток рома, отчего картинка в глазах немного поплыла. Антон чувствовал, что перебарщивает. Но ему это было необходимо. На трезвую голову такое не расскажешь даже самому близкому другу. Дима внимательно выслушал парня, ободрительно кивая, где требовалось, и в конце задумчиво выдал свой вердикт: — Если все так, как ты рассказал, то да — тебя откровенно соблазняют. — Но зачем это ему? — непонимающе спросил Антон, ища в глазах напротив ответы на все свои вопросы. — Я не знаю. Может, ты ему просто нравишься. А может, у него давно не было секса. Ну или вообще, — Дима взмахнул рукой, — он хочет насолить сестре. Ну, знаешь, завидует ей и пытается увести мужика. Вариантов много. — Блять, что за детский сад, — накрыв лицо руками, проскулил Шастун, — мне что нужно с этим делать? — Ничего, — отрезает Дима и после выжигающего взгляда друга продолжает, — Реверсивная психология, друг. Не строй из себя недотрогу, позволяй ему предпринимать свои шаги. Когда он поймёт, что ты поддаешься на все провокации, ему станет не интересно, и он оставит тебя в покое. — Чего? — хмурясь и не на шутку удивляясь, выдаёт Шастун и продолжает уже тише, — Он мне палец облизал, Дим! А что, если в следующий раз он решит спуститься ниже? Произнеся эти слова, Антон даже сам вздрогнул. Не то чтобы он был совсем против такого расклада, но факт того, что это ужасно по-свински по отношению к Ире, его действительно терзал. — Да ты перегибаешь, — морщась выдаёт Позов, на мгновение представив картинку и пытаясь тут же выжечь ее из подсознания, — я просто советую тебе не препятствовать, чтобы не распалять его интерес. Просто пустить все на самотёк. Поверь, ему такое быстро наскучит. — На самотёк, — повторяет себе под нос Антон, отпивая из стакана, — ладно, попробуем. Вариантов у меня все равно не много. Дальше они начали обсуждать Арсения, как актера, разумеется, и его будущую фотосессию для их следующего выпуска. Дима даже отметил про себя нездоровую взбудораженность Антона, ранее казавшегося ему измученным. Может, его совет не так уж и хорош, как полагал он несколько минут назад.

***

Утро субботы у Антона началось с ожидаемой головной боли, из-за чего пришлось опустошить половину аптечки. Ира ещё час назад уехала с подружками на шоппинг, а значит, раньше вечера ее можно не ждать. Так что выходной Шастуна обещал быть максимально ленивым. Парень валялся на диване в гостиной, сосредоточенно играя в Мортал Комбат. — Боже, тебе сколько лет? — усмехаясь выдаёт Арсений, когда замечает очень увлечённого игрой Антона. — Это классика! Актуальна для всех возрастов, — отвечает Антон, не отрывая взгляд от телевизора и продолжая добивать своего соперника. Арсений плюхается рядом, наблюдая за битвой на большом экране. Брюнет на автомате начинает давать различные советы, видимо уже неосознанно болея за Шастуна, отчего на лице у последнего растягивается довольная улыбка. — Играешь слабовато конечно, — заключает Арсений, когда на экране высвечивается долгожданная фраза о победе персонажа Антона. — Посмотрите-ка на чемпиона мира, сидящего рядом со мной, — откладывая геймпад и перемещая все своё внимание на дерзкого Попова, отвечает Шастун, — ты хочешь сказать, что можешь лучше? Арсений хитро улыбается, видя, как распаляется Шастун на глазах. Антон любит играть в приставку в свободное время, часто даже получается делать это с друзьями по сети, так что сказать, что у него совсем нет опыта в этом, трудновато. Конечно, он играет далеко не профессионально, но среди своих друзей он лучший. — Моя бабушка может лучше, — ухмыляясь выдаёт Арс, не прерывая зрительный контакт с зелёными глазами напротив. Антон делает глубокий вдох, пытаясь успокоить себя и не вестись на очевидные провокации Арсения, но явно держится из последних сил. Хитрый взгляд небесно-голубых глаз медленно расправляется с остатками его выдержки, отчего Шастун больше не может молчать и наконец выдаёт: — Я тебя выебу. — Так сразу? — А тебе нужны прелюдии? — подхватывая волну Арсения, спрашивает Антон и не замечает как подаётся вперёд. Шатен замечает секундную замешанность своего собеседника, но через мгновение улыбка Попова расплывается ещё шире. — А ты любишь пожёстче? — Арсений лукаво наклоняет голову, а в кристальных глазах читается неприкрытый интерес. — Арсюш, боюсь, в этой игре мягко не выебать, — ласково отвечает Антон и пальцем касается кончика его носа, мягко нажимая — но для тебя, неженка моя, я постараюсь. Арсений приоткрыл рот от неожиданности, а Антон довольно ухмыльнулся. Как оказалось, наш Попов не был готов к ответной атаке. Шастун наконец-то чувствовал прилив уверенности и некого превосходства в их словесной перепалке, но его тут же осадили фразой: — Хорошо, играем. Они взяли геймпады, устроившись поудобнее, и включили игру. На экране высветилась страница выбора персонажей, и Антон предложил для наиболее справедливой битвы поставить случайный выбор, с чем Арсений легко согласился. — А на что играем-то? — подаёт голос Шастун, уже нажимая кнопку готовности. — На желание, естественно, — отвечает ему Арс, уже выбирая локацию. После этих слов Шастуну стало немного не по себе. Нет, конечно он был уверен в своей победе, но если вдруг каким-то невероятным образом выиграет Арсений, то не мудрено ожидать от него желание по типу «будешь помогать делать мне растяжку всю неделю». А может и чего хуже. Блять. Нужно точно выиграть. Антон расправил плечи, немного встряхнул головой, стараясь выбросить из неё все лишнее кроме мыслей о победе, и нажал кнопку, пролистывающую заставку с приветственными фразочками персонажей. На экране пошёл отсчёт, после чего началась сама битва. Арсений нападал не так умело, как Шастун, но парочку припрятанных приемов он все-таки применил. В основном атаковал Антон, выуживая из головы максимальное количество комбинаций по своему персонажу и довольно умело добивая своего соперника. Первый раунд через минуту закончился победой Шастуна, отчего он радостно вскрикнул. Арсений просто кивнул, подтверждая поражение, но тело непроизвольно напряглось, готовясь к следующему раунду. На этот раз Попов начал активно нападать, из-за чего Шастун не успевал атаковать и только оборонялся. Происходило это не совсем удачно, так что совершенно предсказуемым был последний супер-удар персонажа Арса, который добил своего соперника. Шастун жалобно простонал. Сладкая победа в предыдущем раунде его немного расслабила. Благо Антон учится на ошибках, так что в следующем раунде он начал молниеносно наносить удары, не позволяя персонажу Арсения далеко отходить. Он провернул пару трюков с использованием некоторых фишек локации, из-за чего персонаж Попова быстро терял шкалу здоровья, а сам Антон довольно ухмылялся. В какой-то момент Арсений начал активно отражать атаки и перешёл в наступление, заставив Антона подпотеть от мысли возможного поражения. Шастун использовал свою максимальную скорость и перебирал кнопки, уже почти не разбирая, куда нажимает, чтобы выудить хоть секунду для фатального удара. Наконец, в этой тяжёлой схватке промелькнул удачный момент, когда шатен умудрился все-таки использовать нужную комбинацию, которая величественно добила соперника, вызывая бурю невероятно красочных эмоций у Шастуна. — Да! Да! — закричал Антон и радостно вскочил с места, отбрасывая геймпад и обращаясь к брюнету, — Отсоси! — Прямо сейчас? — приподнимая брови от наигранного удивления, спрашивает Арс, — Я могу. Твоё же желание. После чего Попов одаривает шатена своей фирменной ухмылкой, которая выбивает землю из-под ног. Антон падает обратно на диван, хватая подушку и с силой бросая ее в оппонента. — Очень смешно, — скривив лицо, проговаривает Шастун, и тут же получает по нему ответный удар той же подушкой, отчего непроизвольно охает, — да ты, парень, не знаешь, на кого напал… После этой фразы Антон начал молниеносно хватать все лежащие рядом с ним подушки и бросать их в совершенно не ожидающего атаки Арсения. Брюнет на автомате поднимает перед собой руки, стараясь укрыться, но в какой-то момент Антон хватает его за руку, убирая ее с защитной позиции, и начинает лупить парня очередной подушкой по голове, отчего его идеальная причёска разносится в пух и прах. Попов, конечно же, такое терпеть не стал, тут же перехватывая руку Шастуна и выуживая из неё злосчастную подушку. Наконец, еле добившись своего, Арс наваливается на парня и наносит ответные удары, выкраденным ранее орудием. Оба парня смеются, кричат что-то нечленораздельное и продолжают яростно биться, пока не оказываются на ковре у дивана. Антон где-то достаёт ещё одну подушку и наносит удары уже двумя руками, когда как у Арсения не остаётся ни единого шанса спастись кроме как использование запрещённого приема. Попов наугад тыкает пальцами в торс мужчины, пытаясь имитировать тем самым что-то похожее на щекотку, и через секунд пять получает нужный результат. Антон тут же взрывается хохотом и теряет свои подушки, прикрывая руками поражённые участки, и на автомате откатывается назад, чтобы избежать дальнейшей пытки. Арсений же, наконец получив долгожданное преимущество, ползёт за ним, не отрывая своих рук и продолжая мучить почти задыхающегося от непрекращающегося смеха парня. Шастун с Божьей помощью умудряется перехватить чужие руки и, радостно вскрикнув, наваливается на Арсения. Тот активно сопротивляется, пытаясь выбраться из-под нелёгкого соперника, и дергает ногами, однако Антон блокирует его тело, сев ему на бёдра, при этом подняв и зажав его руки над головой. — Ну вот и все, — победно выдаёт запыхавшийся Шастун в десяти сантиметрах от идеального лица Арсения, которое сейчас он непроизвольно рассматривает в деталях, — Я сверху! Я выиграл! Попов тяжело дышал, лёжа под ним весь такой красный и лохматый с невероятно бешеными голубыми глазами и искренней широкой улыбкой. Его взгляд протыкал Антона насквозь, заставляя ловить каждое подрагивание пушистых ресниц. Если бы Шастуну кто-нибудь сказал, что он будет вот так завороженно пялиться на мужчину, он бы посоветовал сказавшему такое сходить к врачу. Но Арсений сейчас казался ему таким красивым, родным, идеальным. Антону хотелось просто запечатлеть этот момент в своей голове и прокручивать его ещё миллион раз на постоянном повторе, упиваясь этой картинкой и фантазируя, а как могло бы быть, если не… — И что со мной теперь будет? — негромко проговаривает Попов, и его тёплое дыхание обдаёт лицо напротив. — Ты будешь наказан, Арсений, — как само собой разумеющееся выпаливает Шастун, не прерывая их зрительный контакт. — И как же, Антон? — очень мягко произносит его имя Попов, отчего у шатена где-то внутри приятно колет, разливаясь теплом по всему телу и запуская волну мурашек. Антон продолжает очарованно рассматривать такого податливого и тёплого Попова под собой, который будто боится спугнуть его, поэтому ведёт себя очень осторожно. Шастуну даже кажется, что тот пытается контролировать своё дыхание, чтобы не выдать накатывающее волнение. И это чертовски соблазняет. — Боже, как же ты красив, — случайно озвучил свои мысли Шастун и тут же в ужасе прикусил свой длинный язык. Однако в следующую секунду он увидел растерянный взгляд небесных глаз напротив на постепенно краснеющем лице и понял, что ни капли не жалеет о сказанном. — Что? — Красивый ты, говорю, — повторяет Шастун уже медленнее и увереннее, расплываясь в довольной улыбке и ловя каждое изменение в лице Попова. — Спасибо, — промямлил Арс, а Шастун готов был растаять от такого смущенного вида мужчины, казавшимся ему ранее неприступным. — Поэтому я и позвал тебя сниматься на обложку, — оправдался Антон, — нам как раз нужны такие сладкие мордашки. — А моим рукам нужна кровь, — усмехнулся Арсений, напоминая, что они все ещё находятся не в самом удобном положении. Антон нехотя отпустил мужчину и поднялся с него, после чего Арсений начал разминать затёкшие руки, и Шастуну стало немного стыдно. В целом, конечно, он сам напросился своими колкими фразочками, но нельзя отрицать тот факт, что Антона немного занесло. Пустил, так сказать, на самотёк.