Вопрос доверия
28 июля 2022 г., 10:00
Юноша резко распахнул глаза и рефлекторно сжал руками первое, что нащупал: плащик привалившейся к нему Паймон и спихнутое в ноги одеяло. Ночь оказалась приятной, тёплой. Он медленно сделал глубокий вдох и с облегчением выдохнул. Никакой «воды» — только чистый, слегка влажный ночной воздух.
Паймон перевернулась на другой бочок, стоило только источнику удобства и тепла зашевелиться. Она странно шмыгнула носом, потёрла его и свернулась клубочком, подтягивая одеяло к себе. Итэр не сдержал улыбки и осторожно поправил ей одеяло, безвозмездно его жертвуя. После он чуть приподнялся, пытаясь не потревожить сладко сопящую подругу, и осмотрелся.
Син Цю умудрился на ночь переодеться. Не просто снять с себя лёгкую куртку синего костюма, оставшись в обтягивающей тонкой кофте с невысоким горлышком, брюках и носках, а полностью переодеться. Из-под новенького толстого одеяла торчала его тёмно-синяя макушка, прикрытая капюшоном огромной ночной рубахи молочно-белого цвета. Остальную свою одежду он аккуратно сложил и оставил на каменной плитке рядом. Такая педантичность даже в самом обычном путешествии немного смущала, но Итэр ни за что бы ему об этом не сказал.
Линос же находился в том же самом положении, что и был: сидел перед горящим костром на коленях, сложив ладони на бёдрах, со слегка опущенной головой, закрытыми глазами и наброшенным капюшоном. Итэр чуть наклонил голову набок, стремясь заглянуть в его лицо, но вовремя себя остановил. Если он действительно заснул, то так нагло пялиться было бы, мягко говоря, невежливо.
Кербера же взглядом он не нашёл, сколько бы ни осматривался. Итэр прогнал в мыслях все плохие варианты, где он мог бы быть, начиная от обычной прогулки и заканчивая пленом у похитителей сокровищ. Путешественник осторожно встал, чтобы не разбудить Паймон, наспех натянул сапоги, не слишком туго завязал шнурки, поправил на себе чёрную укороченную майку, что носил под основным топом, надел перчатки, одна из которых оказалась по странной причине прорезана, захватил с собой ножны с подаренным Чайльдом мечом и выскочил из беседки.
Однако на секунду вдруг застыл с растерянным видом и ощупал себя, в частности за плечо и больную ногу. Ничего больше не ныло и не беспокоило. Итэр покачал головой, отгоняя от себя глупые мысли, и наконец направился искать Кербера.
Старые развалины отзывались едва слышным шёпотом в ночной тишине. Где-то тихо-тихо переговаривались ночные птицы, в отдалении слышалось бормотание спящих хиличурлов и кваканье огромных жаб и юрких лягушек. Стоило Итэру немного отойти от беседки, как мимо проскочили две рыжие лисички, что тащили в зубах двух небольших пташек. Верно, те зазевались, пока клевали ягоды в кустах или искали семечки на земле. Зверьки остановились, посмотрели на путешественника, но никак не отреагировали: махнули пушистыми хвостами и убежали восвояси.
Итэр проводил их взглядом и обнаружил Кербера на одной из старых, практически развалившихся построек. Возможно, раньше это было здание, но ныне от него остались лишь три стены и половина потолка. Или, может, пола следующего этажа. Кербер молча смотрел на огромную полную луну, практически безоблачное небо, раскрашенное в тёмно-синий и украшенное россыпью ярко сверкающих звёзд. Мужчина покачивал ногами, свесив их вниз, опирался руками о пол за спиной и с нескрываемым удовольствием вдыхал ночной влажный воздух.
Путешественник облегчённо выдохнул и направился к нему. Лестницы в этой постройке не было, так что пришлось лезть по камням и выступам в стенах. Кербер встретил его наверху с широкой улыбкой и протянутой рукой:
— И чего это герою Тейвата не спится?
— Сны странные снятся, — улыбнулся в ответ Итэр и взялся за его протянутую руку, ведь сам подняться не мог: промокшая обувь соскальзывала с такого же влажного камня.
— Расскажи, интересно, жуть! — коротко засмеялся мужчина и одним движением поднял его на постройку.
— Так сразу и не рассказать, — испуганно вцепился в него Путешественник, не ожидав, что его так легко поднимут.
— Я спать не собираюсь, а ты зачем-то проснулся, — заметил Кер и отпустил его. — Тревожит тебя чего, принцесса?
— Даже не знаю, — Итэр поправил распущенные волосы и растерянно пожал плечами.
Кербер чуть прищурился и вернулся к своему месту, вновь усевшись на самом краю и свесив ноги вниз. Он расслабленно откинулся назад, уперевшись руками за спиной, и посмотрел на присевшего рядом Итэра.
— Так чего за сон? — поинтересовался Кербер.
— Я был в воде, — попытался объяснить Итэр, скрестив ноги и уперевшись в них руками. — В странной воде — в ней можно было дышать. Вода была чёрная и мутная. И внутри я видел красивую женщину. Чёрные волосы, очень длинные, чёрные глаза и белая-белая кожа. И она была в ужасном состоянии.
— В ужасном состоянии? — уточнил внимательно слушающий Кер.
— Да. Она была вся изранена. Из неё торчали стрелы, мечи, копья, — с тяжёлым вздохом рассказал юноша и прикрыл глаза. — И прямо насквозь через грудь, — тут Итэр застопорился и закрыл глаза вовсе. — Она была проткнута насквозь копьём Моракса.
— Жесть, ну и сны у тебя, — удивлённо вскинул мужчина густые брови. — И чего?
— Я вытащил из неё всё, она пришла в себя, но не смогла рассказать, кто она, — Итэр покачал головой и повёл плечом, однако никакой боли не почувствовал. — Но она… Она вылечила мои раны. Превратила мою боль в белый пух. И такое чувство, будто действительно ничего не болит.
— В белый пух? Типа этого? — вдруг спросил Кербер и указал взглядом на порхающие недалеко от них в воздухе белые пушинки.
Итэр посмотрел на них и затаил дыхание от удивления. Они легко парили, подгоняемые ленивым ветром. От лунного света пушинки блистали, как драгоценные самоцветы, а движения напоминали даже больше не полёт, а плавание крохотных речных рыбёшек со сверкающей чешуёй и пышными плавниками.
— Может, тополь где рядом растёт? — предположил Кербер, улыбнувшись, а после посмотрел на заворожённого этим зрелищем юношу. — Хотя не припомню, чтобы в этих землях тополи росли.
— Это неважно, — покачал головой Итэр, вернув себе ясность мысли. — Просто совпадение.
— Верно, — очаровательно улыбнулся мужчина и поправил браслеты. — К слову, ты весь день какой-то не такой. Чё случилось?
— Не такой? Мы ведь почти не знакомы, — слегка улыбнулся Итэр.
— Ой, знакомы-знакомы, просто ты меня не замечал, — засмеялся Кербер.
— Мне кажется, тебя сложно не заметить, — засмеялся Итэр.
— Так что? — успокоившись, спросил Кер.
— Да много всего, — неловко улыбнулся Итэр, смахивая выступившие от смеха слёзы.
— Начни с того, что больше всего волнует, — предложил мужчина.
— Меня много чего волнует, — попытался увернуться Итэр и посмотрел на Кербера. Тот нежно улыбался, внимательно смотрел прямо на него своими большими золотыми глазами и немного щурился, всем видом показывая свою заинтересованность данным разговором.
— В общем, не знаю даже, как сказать, — начал Итэр, невольно поверив этому взгляду. — У меня в Ли Юэ остался друг. Как бы это сказать… — смутился Итэр, но после продолжил. — В общем, я не слишком хорошо с ним поступил.
— Угу, — слегка кивнул Кер.
— И я понимаю, что мне не стоило так с ним поступать. Я оставил его в неведении, более того — собирался смыться, ничего ему не сказав, пока он спит, но не успел. Не знаю даже, почему хотел так поступить, — Итэр поёжился и приобнял себя руками.
— Вот оно что. Наверное, этот друг очень много для тебя значит, — хитро прищурился Кербер.
— Ну, не знаю даже, — растерялся Итэр и пригладил распущенные волосы.
— Будь это не так, ты бы не парился, — Кер слегка пожал плечами.
— Наверное, он действительно для меня что-то значит, — согласился юноша и вытянул ноги. — Может, каплю больше, чем другие.
— Тот рыжик? — уточнил Кербер. — Он прям отпускать тебя не хотел.
— Да, — слегка кивнул юноша, подняв на него взгляд. — На него что-то странное нашло. Не припомню, чтобы он так сильно напрягался и не хотел отпускать меня в путешествие.
— Должно быть, его сильно смутила ситуация. Ты ранен, едва восстановился, идёшь в странное приключение с незнакомыми людьми. Могу согласиться с твоим другом. Я бы своего возлюбленного на такое мероприятие тоже бы не хотел отпускать, — понимающе кивнул Кербер.
— Возлюбленного? — не понял Итэр, но после слегка смущённо прикрыл рот ладонью. — Нет, ты что-то перепутал. Мы друзья. Очень близкие друзья. Наверное. Ну, я так думаю.
— А он что думает? Тоже считает вас друзьями? — недоверчиво прищурился Кербер и упёрся руками в колени.
— Я не знаю. Мы об этом никогда не говорили, — задумался юноша, но после покачал головой, вздохнув. — Но я иногда даже сомневаюсь, что он меня другом своим считает. «Очень ценный партнёр для битв». Как-то так, должно быть.
— Надо же, — невесело хмыкнул Кербер и откинулся на холодный камень. — Не совсем я, конечно, всё понял. Но одно мне ясно, как солнечный день — вы с ним ничего не обсуждали и ни о чём не говорили.
— Это верно, — согласился Итэр, возразить ведь совсем нечего, и сел поудобнее, обняв колени и уткнувшись в них носом. — Но обсуждать тут и нечего.
Кербер внимательно осмотрел Итэра, прикрывшего глаза в глубоких и тёмных раздумьях, после чего поднял голову и посмотрел на стремящиеся к сверкающей на небе огромным фонарём луне белые пушинки. Ему казалось странноватым, что после ночного дождика они так легко порхали, ведь должны были промокнуть. Даже сам Кер под дождём промок. Впрочем, он ведь даже не пытался спрятаться. Бродил по окрестностям, следил за мирно спящими хиличурлами, отгонял диких зверей, любовался ночными красотами разрушенного города, вдыхал аромат мокрой глины и освежающей влаги после дождя, наблюдал за медленно движущимися по небу облаками и фантазировал, на что они похожи.
Появление Путешественника неожиданно отвлекло его от созерцания природы. Странный сон с оказавшимися в реальности пушинками, взявшимися из ниоткуда; мыслями о мужчине, что был явно ему не безразличен; переживаниями, казавшимися Керберу несколько пустыми. Мужчина выпрямился, посмотрел вниз, уперевшись локтями в расставленные ноги, и обратил внимание на мелко поблёскивающие в белом свете браслетики на своих руках. Он невольно улыбнулся и вдруг начал:
— Знаешь, снежная принцесса, люди ведь не такие уж и простые существа. В них есть столько всего таинственного и непонятного. За свою жизнь я повстречал огромное множество разных людей: ни один не был таким же, как другой. У людей могут быть схожие черты лица, тембры голосов, мысли и жизненные ориентиры. Однако…
Тут мужчина вдруг застопорился и нежным движением огладил один из браслетов, больше походящий на какое-то иное ювелирное изделие: небольшое металлическое ожерелье с рисунком, точно вырезанном из цельного голубого камня, состоящее из нескольких частей и собирающееся в цельное изображение. Итэр был уверен, что раньше его где-то видел, но никак не мог вспомнить, где именно. Юноша поднял взгляд на собеседника, вдруг грустно улыбнувшегося.
— Однако людям никогда не суждено понять друг друга по-настоящему. Каждый всё равно будет судить по-своему. Даже в самых простых вещах, — он грустно улыбнулся и поправил браслет. — Так что единственное, что можно сделать, чтобы уменьшить эту пропасть — это поговорить. Говорить, говорить, говорить, пока вы хоть немного не начнёте друг друга понимать, — Кербер закрыл глаза, вздохнул, но после глянул на юношу с улыбкой. — Смекаешь, принцесса?
— Что? — даже вздрогнул Итэр от такой резкой перемены в интонации и выражении лица.
— Тю, ты меня даже не слушал? — усмехнулся мужчина и потрепал его по голове сразу двумя руками, будто пытаясь ещё сильнее растрепать волосы. — Это обидно. Я тут для кого распинаюсь?
— Прости-прости, я слушал, — Итэр зажмурился и поймал его за руки, но не пытался остановить.
— То-то же, — засмеялся мужчина, убрал руки и самодовольно задрал нос. — Так что ты понял из моей проникновенной речи?
— Что мне нужно с ним поговорить, — выдохнул Итэр и попытался пригладить распушившиеся волосы.
— Верно, — слегка кивнул Кер и отвернулся от юноши, вновь свесив ноги вниз и посмотрев на луну. — Шёл бы ты спать. Ещё хоть пару часов бы отдохнул. Уже рассвет скоро.
— Ты прав. И спасибо большое за разговор. Вроде всё так очевидно, но я всё равно этого не сделал, не поговорил с ним нормально, — Итэр улыбнулся и поднялся на ноги, собираясь вернуться. — Обязательно поговорю с ним, когда вернусь.
— Конечно, — с тихим вздохом кивнул Кербер. — Поговоришь. Непременно.
Юноша направился обратно к остальным, внимательно осматриваясь, чтобы обнаружить опасность раньше, чем она обнаружит их. Когда Итэр уже собирался спускаться по влажной стене обратно вниз, Кер вдруг остановил его вопросом.
— А чем всё-таки закончился сон?
— Сон? — переспросил Итэр и оглянулся, а после задумался. — Чем закончился? Так странно, я не помню. Кажется, женщина сказала мне что-то важное. Может быть, она сказала то же, что и ты?
— Ха, может и так. Наверняка ты много парился о случившемся, — широко улыбнулся Кербер, но к юноше даже не повернулся.
Итэр слегка улыбнулся и спустился на землю, практически спрыгнув с влажной стены. Он бегом вернулся к беседке, когда почувствовал на макушке капельки редкого дождя, вновь орошающего землю. Кербер проводил его взглядом прямо до спального мешка, дождался, пока он ляжет, и уже после этого поднял взгляд на небо, где за тёмными облаками скрылась луна.
— Хороший мальчик, — тихо выдохнул Кер и улёгся прямо на камень, закрыв глаза и подставляя лицо каплям. — Что же ты ему сказала?
***
Ночной Ли Юэ был не менее прекрасен, чем дневной. Разумеется, уже не такой шумный и суматошный, а тихий, сверкающий задорными огнями и негромко перешёптывающийся голосами возлюбленных с тайных встреч, ужинающих после тяжёлого дня торговцев, весёлых разговоров развлекающейся молодёжи. Где-то в глубине города проводила концерт пришедшая под вечер бродячая музыкальная труппа. Опустевшая площадь перед заведением «Три чашки в порту» отзывалась молчаливой тишиной. Ресторан скоро должен был закрываться. Рассказчик заканчивал свою историю, пока последний посетитель неторопливо допивал крепко заваренный чай улун и внимательно слушал. Сегодня речь шла о неком морском чудище, терроризирующем острова, и могучем герое, что бросил вызов монстру и вернул покой в свой родной край. Мужчина слегка кивал, поглядывал на рассказчика, точно помнил эту историю и лично был знаком с её героями, поправлял выбивающиеся из низкого хвоста тёмно-каштановые волосы, что трепал лёгкий морской ветерок, чтобы те не мешали наслаждаться вечером и не лезли в чашку. Когда речь рассказчика уже доходила до финальной битвы с монстром, на плечо гостя опустилась ладонь спрятанная за укороченной тёмно-серой перчаткой с красным камушком. — Господин Чжун Ли, вас так непросто поймать. Даже если у вас рабочее время, — поприветствовал его знакомый голос Предвестника. — Добрый вечер, господин Тарталья, — слегка кивнул Чжун Ли и чуть оглянулся. — Вы долго меня искали? — Да уж, пришлось попотеть, — весело усмехнулся Чайльд и сел за стол рядом с ним, после чего бросил ленивый взгляд на рассказчика. — О чём история? — О морском чудовище и герое с островного государства, — коротко пояснил Чжун Ли и посмотрел на Тарталью. — Для чего вы меня искали? Стряслось что-то серьёзное? — У меня есть несколько вопросов. Можем же сразу к делу? — формально уточнил Чайльд и повернулся к нему, уперевшись локтями в круглый стол. — Конечно, — он слегка кивнул и взял чашку, чтобы сделать глоток чая, пока неожиданный гость объяснял очередную странную авантюру. — Кто такой Линос Анастасиос? — прямо спросил Чайльд и подпёр голову рукой, внимательно глядя на собеседника. — Линос… Анастасиос? — прямо застыл с поднесённой к лицу чашкой Чжун Ли, после чего поставил её на стол, так и не отпив, и посмотрел на Чайльда. — С какой целью вы спрашиваете? — Простое любопытство. Итэр отправился с ним в путешествие. С ним ещё пошёл мальчишка из торговой гильдии и какой-то парень. Родственник Линоса, наверное, — пояснил Тарталья и чуть выпрямился, занимая положение поудобнее. — Кербер, — Чжун Ли слегка кивнул и скрестил руки с задумчивым видом. — Странно, что они вернулись спустя столько лет. — Знаешь их? — Знаю, — он вновь кивнул и задумался. — Для чего они отправились в путешествие? — По словам Итэра и Паймон — отправились искать какую-то древнюю библиотеку, — слегка пожал плечами Тарталья и прищурился, вернув взгляд на бывшего архонта. — Библиотеку? — медленно повторил за ним Чжун Ли и подпёр подбородок скреплёнными в замок руками. — Не припомню никакой неисследованой древней библиотеки в землях Ли Юэ. Все уцелевшие книги из старых библиотек были перенесены в город. — Можно попросить о кратком экскурсе в историю? — лукаво улыбнулся Чайльд. — И не как обычно, а краткий. Кто такой этот Линос? Ему можно доверять? — Вопрос «доверять ему или нет» очень непрост. Не получится дать какой-то точный ответ, — Чжун Ли слегка покачал головой. — Тем более, я очень давно его не видел. Не знаю, какой он сейчас человек. — Ладно, другой вопрос. Он кто? Он правда бессмертен? — продолжал спрашивать Чайльд. — Он действительно бессмертен, но это ни для кого не секрет, — Чжун Ли вновь слегка кивнул и скрестил руки на груди. — Даже не знаю, что именно стоит рассказать, история эта долгая. Кто он? — задумчиво повторил Чжун Ли, закрыв на секунду глаза, чтобы найти ответ. — Я бы сказал, и я действительно так считаю, — начал он, вновь взглянув на Чайльда. — Что он глубоко несчастное дитя. — Почему это ещё? Я его видел, и он совсем не подходит под подобное описание. Далеко не дитя и вовсе не несчастное, — Чайльд хмыкнул и даже слегка поморщился, вспоминая Линоса. — Я помню его ещё ребёнком, потому моё восприятие отличается от того, что видел ты, — Чжун Ли слегка кивнул и чуть махнул рукой. — Если кратко, то даже его жизнь началась с несчастья. Он родился тяжело больным: не должен был прожить и пары дней. Времена тогда были такие, что ради спокойствия и благословления богов люди приносили кровавые жертвы. Малыша принесли в жертву двум беснующимся богам, пока дитя ещё дышало. Точно не знаю, что именно произошло дальше, однако боги наконец успокоились, а мальчик выжил. Боги взялись за воспитание ребёнка. И всю эту историю я знаю именно по их рассказу. — Очень трогательно. Правда. Но сейчас он вовсе не похож на милого несчастного младенца, — сдержанно улыбнулся Чайльд. — Я хочу знать, что он за человек и почему ищет библиотеку, которой, по вашим словам, не существует. — Верно, прошу прощения. Увлёкся, — Чжун Ли чуть помотал головой, отгоняя от себя воспоминания. — Последняя наша с ним встреча закончилась не очень хорошо, поэтому я понимаю, почему он не заглянул повидаться, когда пришёл в Ли Юэ. — А он бы не решил, что вы погибли? — предположил Тарталья. — Не думаю, что он бы поверил в наше представление, — Чжун Ли слегка улыбнулся, но после вдруг спросил, точно о чём-то вспомнил. — А в какую сторону они пошли? — Сложно точно сказать. Человек, которого я отправил за ними следить, не справился и вернулся уже через несколько часов. Плёл какую-то чушь, мол, на него напало какое-то страшное и ужасное чудовище, и пока он с ним разбирался, группа скрылась, — Чайльд невесело хмыкнул. — Хорошо. В сторону Мондштадта или Сумеру? — уточнил Чжун Ли, внимательно глядя на собеседника. — А, вышли с восточного выхода и шли, вроде, в сторону Мондштадта, — сообразил Предвестник, но после спросил. — А что? Есть мысли? Чжун Ли не ответил и глубоко задумался, потерев острый подбородок. Тарталья напрягся, внимательно вслушиваясь и пытаясь дождаться ответа, который Властелин Камня усиленно обдумывал. На фоне рассказчик заканчивал свою историю, где-то шумел ночной концерт, но Чайльд этого всего почти не слышал. В его ушах беспокойное последние несколько дней сердце отбивало быстрые удары. — Я знаю, куда они пошли, — вдруг осенило Чжун Ли. — Нужно поторопиться и догнать их. — Догнать? — не совсем понял Тарталья, но перечить не стал и встал вместе с ним. — Почему? Куда они пошли? — Расскажу по дороге, но если коротко, то никакой библиотеки нет и никогда не существовало. Линос намеревается сделать то, что разрушит современный порядок. Нужно это предотвратить, — коротко пояснил Чжун Ли и похлопал по карманам в поиске кошелька, но после посмотрел на Предвестника с немой просьбой. — Ну да, конечно, — не сдержал усмешки Чайльд и заплатил за чай Властелина Камня.***
Знакомые места калейдоскопом проносились перед глазами. Тросниковые острова, Постоялый двор, каменные врата, склон Уван. Столько знакомых мест и всё мимо, мимо. Линос и Кербер не сбавляли хода, шли практически напрямую к нынешнему месту обитания океанида Родии, разве что не внизу мимо горных хребтов, а поднимались наверх, по склону Уван, через лес. — А ещё далеко? — осторожно спрашивал Син Цю, с трудом переставляя ноги от усталости. За день они прошли немаленькое расстояние. — Да не, тут немного, — улыбался Кербер и подбадривал этим порядком уставшего юношу. — А куда мы идём? Не могу понять, честно говоря, — поинтересовался Итэр, оглядываясь. — Там ведь ничего нет. — В библиотеку, — простодушно пожимал плечами Кер и переводил взгляд на молчаливого Линоса. Мужчина внимательно осматривался, вглядывался в каждое дерево и каждый пушистый куст, а потому далеко не сразу обратил внимание на ждущих от него ответа спутников. За весь путь он толком ни с кем нормально и не поговорил. Отвечал односложно, явно не горел желанием с кем-либо взаимодействовать. Итэра и Син Цю это сильно не устраивало. Он так смотрел на них сверху вниз, будто те были неразумными малышами и задавали настолько глупые вопросы, что на них можно было даже не отвечать. Особенно сильно это задевало гордость Син Цю. Юноша всё же считал себя достаточно умным и образованным человеком. Линос выдохнул и, наконец, начал рассказ: — Когда-то очень давно, ещё до войны Архонтов, здесь был поражающий своей величиной горный хребет. Самая высокая гора называлась «Солнечной», ибо была она настолько высокой, что будто доставала до небесного светила. Кербер остановился на своеобразный привал и подпёр плечом могучее дерево. Итэр присел на поваленный клён, уже потихоньку превращающийся в трухлявые опилки от влаги и забот насекомых. Паймон привалилась рядышком, тяжело вздохнув от усталости. Син Цю же отряхнул большой валун от сухих рыжих листьев, кусочков мха, коры и веточек, а после устроился на нём. Все внимательно вслушивались в мелодичный, будто слегка вибрирующий в ушах голос историка из Сумеру. — Разумеется, вершина до Солнца не доставала, но солнце на ней всё же было, — вдруг неожиданно ласково улыбнулся Линос и продолжил, задрав голову и взглянув наверх, отчего капюшон его плаща упал на плечи. — Эта гора была священным местом, ибо принимала двух богов: «Дарующего свет» Уту и «Повелевающей тьмой» Нюкты. Они несли в земли Тейвата гармонию дня и ночи после падения Лунного дворца тысячи лет назад. — Даже мистер Линос и Кер тогда ещё не родились? — удивлённо распахнула глазки Паймон. — Ага, это было очень-очень давно, малютка, — Кербер очаровательно улыбнулся, глянув на неё. — Я читал об этом, — припомнил Син Цю. — Три сестры Луны жили в Лунном дворце и попеременно сменяли друг друга, у них был общий возлюбленный, с которым они почти не виделись. Однако произошла катастрофа. Сёстры рассорились, Лунный дворец пал, мир был уничтожен и восстановлен заново. Так звучит легенда, если коротко. Однако ни про Нюкту, ни про Уту я не слышал, — Син Цю покачал головой и посмотрел на Линоса, неожиданно спокойно и внимательно его слушающего. — На страницах официальной истории никогда не бывает правды, — Линос чуть качнул головой и лишь вздохнул. — Есть лишь одна версия против другой версии. Правда обычно где-то по краям. А о некоторых вещах нации и вовсе умалчивают. Думаешь, хоть в одном учебнике по истории Ли Юэ написано про Хеврию так, как положено? — Ой, мы вас перебили! — заволновалась Паймон и испуганно прижала ручки к груди, боясь, что Линос снова замолчит. — Простите. Слушать вас очень приятно, а вы ведь почти не говорите. — До этого с вами не о чем было разговаривать, — хмыкнул Линос, глянув на неё сверху вниз, после чего развернулся и вновь посмотрел на гору. — Противный старикашка, — насупилась малышка и скрестила руки на груди. — Так и буду звать. Линос на это ничего не ответил и тихо выдохнул, сложив тонкие руки за спиной поверх мантии. — И что было дальше? — всё же спросил Итэр, чтобы дослушать историю. — Дальше? — растянул вопрос Линос, но после слегка кивнул. — Они жили здесь. Уту обитал на вершине, грелся в солнечных лучах, любовался звёздами и луной. Нюкта же пряталась от света на дне подземного озера в глубине пещер. — Получается, это их древняя библиотека? — уточнил Син Цю. — Верно, — слегка кивнул Линос. — Идёмте, отдохнём уже в пещере. — Ладно, ещё чуть-чуть — и отдыхать! — удовлетворённо замурчал Кербер и оттолкнулся от дерева. Итэр и Паймон синхронно вздохнули, прежде чем заставили себя подняться. Син Цю и вовсе по выражению лица был готов выть от усталости, однако стойко держался и не позволял себе подобного поведения. Дальше шли относительно молча. Линос явно исчерпал свой запас общения на сегодня и снова спрятался под капюшоном, пытался слиться со своим плащом. Кербер то и дело оглядывался по сторонам, но дружелюбных бесед больше не вёл. В здешних местах было полным-полно монстров, поэтому все были настороже. Итэр, едва услышав странный звук или шорох, прикладывал ладонь к рукояти меча. Син Цю и вовсе со своего оружия руку не убирал. Паймон испуганно жалась то к лучшему другу, то пряталась целиком за широкой спиной Кербера и хваталась за его длинный тёмно-коричневый кожаный пыльник без рукавов. Кер оглядывался и широко улыбался малышке, пытаясь её убедить, что она в безопасности и нет причин для беспокойства. Приключения нашлись лишь прямо у скалы. У голого каменного склона, где не росли даже стеклянные колокольчики или какой-нибудь захудалый мох, собралась большая группа хиличурлов. Двое шамачурлов с трудом попеременно помешивали какое-то густое варево в большом чане, другие гуляли в отдалении от костра, точно не хотели подходить ближе. Четверо арбалетчиков наблюдали за окрестностями с нескольких валунов разной высоты. И от всех них в разные стороны сочилась тёмно-фиолетовая демоническая аура. Путешественников, может, и не заметили бы, если бы отсутствовала необходимость пройти именно туда. Первыми обнаружили незваных гостей хиличурлы с арбалетами. Издав неясный вскрик, они тут же прицелились в неудачно возвышающегося над кустистыми растениями Кербера, хотя он очень старался пригнуться. Прежде чем кто-то успел выскочить и броситься в атаку, из всех четырёх орудий совершились выстрелы. Син Цю прорезал ветки и вскинул меч, готовый отразить стрелы, но те вдруг замедлились, а после и вовсе остановились в полуметре. Выскочивший следом за другом Итэр с оружием в растерянности выпрямился, глядя на застывшие в воздухе стрелы. Только когда к ним следом полетели пирослаймы и следующая атака, он заметил окутавшие их едва заметные облачка чёрного тумана. Хиличурлы угрожающе закричали, готовые броситься в бой, но почему-то мешкали, точно чего-то испугались. Линос неторопливо вышел вперёд с приподнятой ладонью. Хрустнув запястьем, мужчина медленно согнул кисть вверх и несколько раз обвёл указательным пальцем небольшой круг. Сначала Итэр ничего не понял, но, вернув взгляд вперёд, заметил, как стрелы медленно развернулись. — Имейте достоинство, — хмыкнул Кербер, выйдя вперёд, и потянулся, поднимая обе руки вверх. — А, вы же нас больше не понимаете, мои извинения. — Не мы это начали. Заберите свою злость обратно, — холодно объявил Линос и выдохнул, резко разогнув руку, будто что-то вытолкнул. Стрелы и пирослаймы со свистом отправились обратно к своим владельцам, оставив после себя мощный порыв ветра, что поднял в воздух шарфик Итэра, его косу, растрепал прямые волосы Син Цю и сорвал с Линоса плащ-мантию. Путешественник едва успел поймать Паймон, не справившуюся с потоком и вскрикнувшую от неожиданности. Хиличурлы злобно взвизгнули, словив своё же оружие плечами и скрытыми за несуразными масками лицами, после чего арбалетчики вновь прицелились, шаманы схватились за посохи, а остальные побежали на героев с дубинками. Кербер хлопнул в ладоши, весело воскликнув: — Погнали! Итэр вздрогнул, стоило ему услышать его возглас, и наконец включился в настоящий бой, а не очередную тренировку. Син Цю точно только и ждал сигнала, чтобы пустить меч в ход. Линос лишь покачал головой, закатив глаза, и сбросил мантию с плеч, чтобы было больше пространства для движений. Хиличурлы били неумело, наотмашь, надеясь взять числом, однако тогда нужна была бы группа побольше. Итэр ловко уворачивался от дубинок и стрел, отражал атаки, даже прорезал не самые прочные куски веток и отбрасывал врагов от себя проверенными приключениями ударами. Син Цю порхал по маленькому полю боя, подобно вырвавшейся из клетки птице, в которую летели стрелы разъярённого хозяина. Он не встречал оружие, не отбивал его, а наносил точечные раны отрепетированными годами движениями. Кербера и Линоса нигде видно не было. Итэр отвлёкся, высматривая новых друзей в этом переполохе, и едва устоял на ногах, когда его потянуло смерчем шамачурла в сторону крутого обрыва. Юноша упирался ногами в землю, хватался за деревья и кусты, пока на слишком рано ликующего шамана не напрыгнул огромный зверь. Син Цю расправился со своим противником и помог другу подняться, после чего глянул на взвизгнувшего от боли шамана. Над маленьким осквернённым проклятием телом склонялась фигура огромного гепарда странного цвета: тот весь был рыжим, а пятна неожиданно светлыми, точно выгоревшими. Острые белые зубы впивались в чёрную кожу и разрывали обветшалую временем и магией плоть, бурая кровь прилипала к шерсти и стекала по подбородку на голые камни и песок. — Откуда здесь такой зверь? — сначала удивилась Паймон, выглянувшая из-за дерева, но после испуганно притихла, стоило ему выпрямиться. Дикая кошка красиво выгнула спину, потянувшись лапками вперёд и царапнув землю когтями, после чего оглянулась и громко мурлыкнула. Разорванный ею труп пропал вместе с испачкавшей мех кровью. Зверь отряхнулся, будто всё ещё был испачкан, а потому немного умылся языком, потёр лапой морду. Приведя себя в порядок, гепард посмотрел на с замиранием наблюдавшего за ним юношей. Он удовлетворённо прищурился и махнул длинным хвостом, обратив свой взгляд на Линоса. Тот скрестил руки на груди, лишь слегка покачивая головой из стороны в сторону, пока нескольких несчастных арбалетчиков и одного шамана явно мучили страшные видения: они начали нападать друг на друга. Стрелки пускали стрелы, шаман насылал на своих же товарищей смерчи. А учёный лишь терпеливо наблюдал, как враги избавлялись от себя же самостоятельно, но ничего дополнительно не предпринимал, дожидался, пока они сами со всем не разберутся. Остался один-единственный шамачурл с торчащей из плеча стрелой. Линос выпрямился с закрытыми глазами, расправил плечи и сложил ладони в молящем жесте, ничего при этом не сказал и лишь после глубокого вдоха протянул руки к раненому шаману, сложив их чашей. — Идём со мной. После этих слов мужчина растворился в большой сгусток чёрного тумана и пролетел прямо в хиличурла, насквозь через худенькую грудь. Тот даже не всхрипнул, а лишь упал замертво, растворяясь в скопление белых крохотных светлячков. Из чёрного облака преподаватель вновь обратился собой прежним, но руки его теперь были сомкнуты в замок. Линос поднёс ладони к лицу и подул на них, медленно раскрывая. Из них по ветру разлетелся тёмно-серый мерцающий порошок, исчезнувший в воздухе вместе с мистическими светлячками. — Будь свободен, — едва слышно выдохнул Линос и открыл глаза. — Отныне и навсегда. Итэр наблюдал за этим и чётко понимал, ощущал это прямо-таки кожей, что когда-то это уже видел, но никак не мог позволить себе об этом спросить, чтобы не оказаться у Линоса в дураках. Син Цю же больше наслаждался тем, как мужчина плавно двигался, пока выполнял это непонятное и странное действие, напоминающее изгнание демонов, но больно уж короткое и быстрое. Он часто наблюдал, как Чун Юнь практиковался в запоминании заклинаний, хотя применять их ему практически никогда не удавалось — демоны и призраки разбегались от него. Гепард заурчал и ловко подскочил к Линосу, что-то мурча и ворча на своём зверином языке. Линос сделал глубокий вдох и выдох, после чего опустил руки и посмотрел на уже трущегося о него головой и всем телом гепарда. Учёный закатил глаза и почесал его за ушком, вызывая у него громкое мурчание. Зверь подставлял голову под ласку и несильно, игриво кусал его за пальцы. Тот слегка улыбнулся, совершенно не сопротивляясь. — Что это было? — спросил Син Цю, придя в себя от появления зверя и странного ритуала. — Что именно? — отозвался Линос, поднимая взгляд бледный глаз на спутников. — Вот это вот странное такое «пш-ш»! — всплеснула руками Паймон, выскочившая из-за дерева. — А потом шамачурл такой пуф! И у тебя в руках песок, и ты на них дуешь и что-то происходит! Ещё и этот зверь! Итэр не сдержал усмешки. Паймон действительно дала именно тот комментарий, который был в мыслях у него и Син Цю, хотя они оба именно так бы не сказали. Гепард посмотрел на них, что-то мурлыкнул и подошёл к юношам. Итэр вздрогнул и отступил на пару шагов назад. Зверь остановился в метре от него и уселся на землю, терпеливо выжидая. Син Цю тоже хотел было отступить, но не почувствовал опасности, хотя только что видел, как гепард разорвал шамачурла. Юноша чуть наклонился, чтобы быть на одном уровне глаз с ним, после чего пригляделся и увидел в солнечных глазах зверя знакомый игривый огонёк. — Кербер? — удивлённо вскинул тонкие брови Син Цю и улыбнулся, когда гепард прищурился и вскочил на лапы. — Святые архонты, ты оборотень! — Оборотень? — растерянно спросил Итэр. — Человек, способный обращаться зверем, — пояснил Син Цю и присел перед гепардом на корточки, сняв тёмно-серые перчатки. — Я только в книгах о них читал. Вживую никогда не видел. — Ты бы и не узнал оборотня, если бы он оставался в человеческой форме, — пояснил Линос и подошёл к ним, поправляя длинные прозрачные рукава тёмно-фиолетового топа. Теперь мужчину можно было рассмотреть, когда на нём не было этого длинного плаща. Итэр поднял на него взгляд и заметил множественные символы на руках, груди, ногах. Тёмные линии — прямые и волнистые, сплошные и пунктирные, — круги и странные символы выделялись на бледной коже, выглядывали из-под прозрачной одежды. Путешественник опустил взгляд на его брюки и вдруг понял, что видел точно такие же на женщине из сна: длинные шаровары, присборенные на лодыжках, с вырезами на внешней стороне бёдер практически от широкого пояса и до самого низа, разве что цвет был тёмно-фиолетовым, в оттенок топа. Линос глянул на рассматривающего его Итэра и хмыкнул, откинув волосы назад. Путешественник смутился и вернул взгляд на Син Цю и Кербера. Юноша тискал и почёсывал гепарда по голове, трогал ушки и носик. Пока они тискались, Линос прошёл к костру и котелку, где хиличурлы варили что-то очень густое. Учёный склонился и помешал немного это тёмно-зелёное варево огромными ложками, что остались прямо в котле. — Что это? Какой-то суп? — предположил Итэр, подойдя к нему и прикрывая рот ладонью в плотной коричневой перчатке, хотя неприятного запаха не было, только лёгкий мятный. — Яд. Хиличурлы смазывают стрелы жидкостью, что остаётся после варки нескольких растений. В основном используют корни ядовитой попрыгуньи, стеклянные колокольчики и бутоны ледяного цветка. Ещё добавляют мяту и цветок-сахарок, чтобы избавиться от гадкого травяного вкуса и нейтрализовать горький запах, — пояснил Линос и достал прямо из воздуха маленький сосуд, больше напоминающий колбу в форме кристалла. — Вкуса и запаха? Зачем, если они используют их для стрел? — негодующе уточнил Итэр, проследив за ним взглядом. — И откуда вы знаете, какой вкус у яда? — Яды используют не только хиличурлы, — он слегка покачал головой и наполнил склянку ядом. — Тут они добавили мяту. Она дала такой тёмный цвет. — Вы хорошо разбираетесь, — улыбнулся юноша и посмотрел в лицо собеседнику, чтобы хоть раз его нормально рассмотреть. Линос глянул на Итэра и лишь головой слегка покачал, зазвенев двумя серьгами в правом ухе, состоящими из золотых пластин с неизвестными символами. А те красные пятна, показавшиеся издалека косметикой, оказались настоящими, будто шрамами или родинками. Линос заткнул колбу маленькой деревянной пробкой, прокрутил её и подбросил в воздух. Та мгновенно исчезла в облачке чёрной пыли. — К слову, какой у вас Глаз Бога? — попытался завязать разговор Итэр, пока учёный поправлял одежду, плотнее затягивая на талии тканевой пояс, являющийся частью брюк. — Глаз Бога? — лениво переспросил Линос и поднял с земли упавшую мантию. — Анемо, должно быть? — включился в разговор Син Цю, отвлёкшийся от тисканья Кербера, но тут же об этом пожалевший — гепард лизнул его в щёку. — Эй, язык ведь шершавый! — Мне не нужен Глаз Бога, — хмыкнул Линос и накинул на плечи мантию, затянул верёвки. — Но как же вы тогда используете магию? — не совсем понял Итэр. — Линос предпочитает звать магию чарами, — вдруг раздался из белого облачка сверкающей пыли голос Кербера. — И он не колдун, шаман или ещё как там. Он чародей. Тискавший гепарда Син Цю не успел убрать руки, а при перевопрощении мужчины испуганно за него схватился. Кербер выпрямился и посмотрел на обнимавшего его за шею молодого человека, не достающего ногами до земли. Юноша задрал голову и упёрся подбородком в сильную грудь, чтобы посмотреть на него. — Без обид, малыш, но я предпочитаю женщин, — лукаво прищурился Кербер, уперевшись руками в бока и наклонившись, поставил парня на ноги. — Нельзя же так делать! — смущённо воскликнул Син Цю и убрал руки. Кербер лишь засмеялся на это. Итэр прикрыл рот рукой, сдерживая усмешку. Линос слегка закатил глаза и поправил рукава топа, осматриваясь, выискивая нужную дорогу. — Так что? Если нет Глаза Бога… — задумался Итэр, пока Син Цю справлялся со смущением. — Чтобы использовать чары, не нужен Глаз Бога, — Линос слегка покачал головой. — Люди об этом уже забыли. Знания древних им больше не нужны. — Раньше все умели? Но разве такое возможно? — наконец, вернулся к разговору Син Цю, всё ещё потирающий щёки. — Для этого ведь нужно благословление богов. — Конечно умели. Даже я немного умею, — Кербер самодовольно усмехнулся и скрестил руки на груди. — Ну, то есть раньше умел. Я давно не практиковался. — Глядя на людей, я думаю, что это к лучшему, — сообщил Линос и направился в сторону скал. — Чары неуправляемы, особенно если не осознавать их силы и не поддавать контролю. Более того, они безлики. Чары — лишь одно из проявлений энергии мира. Лишь тот, кто их направляет, придаёт им лицо и голос. Пусть они будут у тех, кто на взгляд богов того достоин. — Опять нудит, — с тяжёлым вздохом усмехнулся Кербер и потянулся. — Он бывает дико душным. — Я согласен с вашими словами, — вдруг отозвался Син Цю. Линос остановился и скосил на него безразличный взгляд. — Пускай я и не знаю тех времён, когда все могли пользоваться магией, но уверен, что хорошего в этом было не очень много, — продолжил юноша. — Не все люди в полной мере осознают, насколько могут быть опасны все эти вещи, связанные с ней. Будь то сама магия, заклинания, призраки или демоны. А кто-то ведь наверняка использовал их со злыми намерениями. Замолкшие во время неожиданного диалога Линоса и Син Цю путешественники перевели заинтересованные взгляды с юноши на учёного, ожидая хоть какой-то новой реакции. Линос не стал оборачиваться, однако смерил Син Цю каким-то новым взглядом. Он не был ленивым, раздражённым или уставшим. Глаза излучали что-то новое. Мужчина хмыкнул и развернулся обратно, сказав лишь: — Идёмте. Мы почти пришли. Син Цю растерянно улыбнулся и хотел было что-то ещё сказать, но в итоге просто выдохнул. Кербер весело усмехнулся и последовал за братом, но по пути ободряюще хлопнул юношу по плечу: — Молодца. Ты его впечатлил. Я в вас не сомневался. — Впечатлил? — не сразу понял Син Цю и пошатнулся от похлопывания, но после удовлетворённо улыбнулся. — Я его впечатлил. Впервые за неделю. Итэр с улыбкой наблюдал за друзьями, после чего перевёл взгляд на удаляющегося Линоса, который вновь натянул на голову капюшон.
