Не было у Ворона забот...

Рокэ Алва сделал очередной круг над лесом, высматривая свою пропажу. Куда же подевался Ричард? И ведь уже в который раз! Сплошные хлопоты. Точь-в-точь как люди говорят - не было забот, завел порося. Вернее, юного кабанчика с исключительным талантом влипать в неприятности. А Рокэ - выручай. Да еще и апельсины ему таскай. Кэнналийские. Правда, Ричарду такой подвиг явно оценить не по силам, ведь в апельсинах надорский кабанчик разбирается, как... В общем, как ему положено, так и разбирается. Вот и сейчас - стоило только отлететь ненадолго, как Ричард исчез. Хоть бы дуб с желудями нашел, а не неприятности на свой хвост! Но надежды оказались напрасными. На одной из лесных полян явно что-то происходило, и чуткий слух Рокэ подсказал даже раньше зрения - Ричарда снова нашли неприятности (сам он если верить слезным заверениям, никогда их не искал. "Они сами, эр Рокэ честное слово, сами!"). "Они" на этот раз имели облик вполне конкретный - на Ричарда решительно надвигался Эстебан. Юный отпрыск бурого семейства Колиньяров уже снискал славу самого большого хулигана в лесу. Да еще и самого избалованного. Родители в упор не замечали ни драк сына, ни разоренных птичьих гнезд, ни даже покусанных соседей. Сам же Эстебан даже мёда не добывал ни разу - поговаривали, любящий папаша приручил, а точнее, запугал целый рой пчёл, чтобы те делали для сынка столько мёда, сколько он пожелает. Так это или нет, точно никто не знал, но компания молодых и кусачих пчёл следовала за Эстебаном повсюду, безжалостно жаля любого, кто наглому медвежонку не нравился. Особенно же Эстебану не нравился Ричард. - Эй ты, Окделл! Опять мою тропу топчешь? А я-то думал, огород рылом перекапываешь у тех охотников, которые твоего отца на жаркое пустили! Подобного оскорбления Ричард вынести не мог - взрыл копытцами землю и бросился в бой, снова позабыв, что у него еще даже не начали пробиваться клыки, которыми столько поколений славились Окделлы. А вот у Колиньяра вполне уже были когти. И не только они. - Кррррраждый ррраз одно и то же! - ворчливо каркнул Рокэ, спикировав вниз в самый разгар сражения - Северин, Анатоль, Константин и прочие жужжащие дружки Эстебана, уже вовсю вились вокруг Ричарда, вонзая жала в едва прикрытые нежной еще щетиной уши и бока. Ричард поневоле замедлился, неосторожно давая врагу подойти ближе. От отчаянного визга сердце Алвы ёкнуло - кто-то из пчел, кажется, Северин, сумел-таки попасть жалом в нежный розовый пятачок. - Визжишь, как поросенок! - Эстебан уже занес лапу и... - Это что за безобрррразие, я вас спррррашиваю? Семеро на одного? Эстебан успел почувствовать крепкие птичьи когти между ушей - и отчаянно взвыл, когда клюв Рокэ угодил точно ему в нос. Эстебан замахал лапами, пытаясь отбиться, но черные крылья ударили по глазам, и оставалось только, зажмурившись, пуститься наутек под собственный рев и смятенное жужжание приятелей-пчел. Правда, жужжание в этот раз звучало несколько тише. Ричард же восхищенно-испуганно смотрел на Рокэ, в клюв которого угодила сразу парочка особо назойливых пчёл. - Эр Рокэ, вы... Вы... - Что такое, юноша? Я еще не настолько стар, чтобы мне нельзя было употреблять острое! - Алва критически посмотрел на распухшие уши и пятачок Ричарда. - А вот вам острое явно на пользу не пошло. Придется сказать Хуану, чтобы принес целебных ягод! Ричард невольно поежился. Старый сыч Хуан самого Алву знал еще вороненком, но, как говорили, его клюв и когти были такими же острыми, и он по-прежнему любил таскать из гнезд маленьких птенцов. Ричард побаивался Хуана, но старый сыч был невероятно предан Алве и по его приказу мог сделать что угодно. Даже хранить в своем дупле запас целебных трав и ягод, чтобы лечить "этого неугомонного надорского поросенка". Ричард вздохнул - и тут же удивленно посмотрел на Рокэ. Ворон поднял крыло, легко и щекотно задевая перьями пострадавший пятачок. Кажется, даже боль и жжение разом утихли, и жизнь почему-то стала казаться намного лучше. Особенно когда Рокэ вдруг подмигнул ему. - Идемте, юноша. Я для вас кое-что раздобыл, лучше не оставлять это без присмотра. - Апельсины? - предположил Ричард. - Не угадали. Яблоки. Лучшие в Талиге! - Эр Рокэ... Спасибо! - Ну-ну, что за вольности? - проворчал Рокэ, однако, не спешил отстраняться, почувствовав, что пятачок Ричарда ткнулся ему в крыло. И почему-то в который раз ворон подумал о том, что плевать ему с высокой сосны на то, что там думает и говорит весь лес. Ричард, его Ричард, еще вырастет из незадачливого кабанчика в самого могучего вепря в лесу. Не то что деревья - скалы подрыть сможет! Уж Рокэ постарается. Времени у него достаточно, не такой уж он старый ворон, в конце концов, всего-то сто сорок лет... - Эр Рокэ, знаете... - Что, юноша? - А в апельсинах я разбираться научусь. Обязательно!