Тринадцатый

Утренний шум оживленного вокзала сменило заинтересованное молчание. Из-за появления злодея, всего несколько минут способны отделить человеческую душу от падения в тёмную пропасть, из которой уже не будет возможности выбраться. Откидываются все сожаления и печали. Остаётся лишь неконтролируемый страх. Но не в этом мире, ведь все столпившиеся зеваки знают исход. Их спасут. Помогут. Обязательно. Ведь здесь в этот самый момент есть те, кто не щадя собственных сил, борется за правое дело, в надежде сохранить невидимый для каждого, но столь понятный баланс. Все знают, что появится он. Герой, способный исправить ситуацию. - Вперёд, Камуи! - кричат восторженные девушки, за созданной героями водной перегородкой. Они верят. Они знают, что в этом мире есть те, кто способен повлиять на исход любого проблемного события. И герой устремляется в битву. Это настолько привычно, что даже не вызывает особого интереса у тех, кто находится на станции. Поглазеть на битву? Конечно, это же супергеройская разборка! Проявить истинный интерес к личностям, которые сражаются? Вряд ли. Героев столько, что запомниться и выделиться чем-то крайне трудно. Но Деревянный Камуи знает, что он способен на это. И единственные глаза, изучающие героя с неподдельным интересом, тоже знают, что он способен на это. Выпад. Удар. Отскок. Пауза. И всё сначала. Нужно спасти людей. Убрать злодея с железной дороги. Помочь поезду прибыть вовремя. Камуи справится. Он должен. Сейчас он нанесёт свой... Удар. Чужой. Внезапный. Горная Леди, героиня способная изменять размер своего тела, появилась в профессиональной среде только сегодня. Не удивительно, что именно ей нужно выделиться и запомниться на фоне всех остальных. Деревянный Камуи, уже готовый было атаковать, остался не у дел. Он это понимает. И те единственные глаза, по-настоящему следящие битвой, тоже. Папарацци не теряют времени в попытке запечатлеть лицо новой героини. Её рейтинг точно станет выше. Она получит своё признание. Полиция связывает злодея. Героиня широко улыбается, когда журналисты фотографируют её рядом с тем, кого она только что победила с одного удара. Невероятный успех. Прекрасный дебют. Но жители особо не задерживаются. Им нужно на работу. - Титановая трансформация? Да, с такой причудой, она точно будет популярна, - произносит человек, чей интерес к битве был искренним и неподдельным. Случайные свидетели события, уже спешащие на станцию, смотрят на него с непониманием, а кто-то и вовсе с улыбкой, явно несущей снисходительный характер. "Очередной супергеройский фанатик", - слышится в толпе. И это так до смешного правильно. Бессменная улыбка, наивное желание помочь остальным, как бы тяжело это не было для него самого, тетрадь с трепетными, но такими неаккуратными записями о героях. Всё это стало основой его характера. Да только в мире, где большая часть населения одарена особыми силами, известных как «Причуды», Изуку Мидория, мальчик, который всегда мечтал стать героем, не имеет своей причуды. Погруженный в свои мысли, он едва ли замечает того единственного человека, который обратил внимание на него: - Ты даже записи ведёшь? Сам что ли героем хочешь стать? Молодец, так держать! Изуку редко слышит такое. Конечно, его мама поддерживает его и сам он много работает над тем, чтобы стать сильнее и изучить всю возможную героическую теорию, но такой интерес со стороны... Интересно, если бы этот человек знал, что Мидория беспричудный, сказал бы он такое? Но Изуку это не важно сейчас. Сейчас его сердце наполняется надеждой, а на лице появляется обычная улыбка: - Я постараюсь!

***

Он проснулся в холодном поту. Руки предательски дрожали, когда он трогал свое лицо в надежде проверить, реально ли его пробуждение. Лёгкий щипок в щеку и внутри рта едва ощутимо прорезалась боль. Тогда он ущипнул ещё раз. А потом дал и лёгкую пощёчину. Да, вот теперь он убедился наверняка - не спит. Реальность ударила по голове огромным ворохом мыслей, что заставило нажать ладонями на глаза и ожидать, когда они утихнут. Как долго он здесь? Сколько времени он уже ничего не узнавал о героях? Какого чёрта он ещё жив, несмотря на то, что он пережил? В тот день, который он вспомнил прямо перед пробуждением, он по-настоящему потерял самого себя. В тот день Кацуки Бакуго очередной раз поиздевался над его мечтой о становлении героем. В тот день на самого Мидорию напал злодей. И в тот день Всемогущий спас и утопил Изуку в своей несбыточной мечте. И ни одна живая душа не знала о том, что именно в тот день решилась его судьба. Прямо в тот момент, когда тетрадь №13 пропала в шумном людском потоке на одной из оживлённых улиц его города. Потом начались тренировки, новые научные книги, а его собственная замкнутость стала ещё более очевидной, мать стала ещё более взволнованной. Сейчас, думая обо всём этом, Изуку неимоверно жаль её. Он не цеплялся за свою тоску, пока каждый день был измотан, но имея возможность отдохнуть и выдохнуть, воспоминания о доме и "том времени" стали всё чаще прокрадываться в умную голову, заставляя в очередной раз сдержать слёзы от неимоверной печали. Он скучал по матери больше, чем по кому-либо другому. Нет, Изуку не был маминькиным сынком и никогда бы не признался в том, что взрослому лбу не хватало её внимания, однако... По его подсчётам ведь прошло около четырёх месяцев с его исчезновения. Что она думает? Ищет ли его? Ест ли или совсем зачахла от переживаний? А ведь он нисколько не сомневался, что Инко Мидория переживала. Он бы скорее поверил в то, что Каччан с доброй улыбкой встретил его при новой встрече (а будет ли она вообще?), чем в то, что мать ничего не сделала для поиска своего ребёнка. Глубокий вдох. Медленный выдох. За окнами ещё не рассвело, а значит время на подготовку к первому серьёзному поручению ещё есть. Изуку не считал, что делает что-то не так. Он просто спасал свою жизнь, помогая Лиге злодеев с разной всячиной: от починки внезапно потёкшего холодильника до банального вкручивания лампочки. И всё же что-то внутри не давало ему покоя. Какое-то забытое чувство, называвшееся "совестью" пыталось пробиться в расчётливый разум, чтобы остановить подростка с пути, на который тот свернул. А свернул ли? Надев обычную белую рубашку, Мидория осмотрел стол, на котором были разбросаны учебники по физике. Кому-то и вправду могло показаться, что этот порядок был весьма хаотичным и найти полезную информацию казалось весьма трудной задачей. Но не для Изуку Мидории, который специально разложил книги от элементарных к самым сложным, в попытках как можно быстрее и легче воспринять самые сложные принципы. На удивление, самым сложным было принять в своей голове, что атомы в электрическом токе движутся не так хаотично, как при освещении, например. Позднее парень будто бы заново заучил необходимые и элементарные формулы, сравнив работу электронов и протонов с взаимодействием злодеев и героев. В свою очередь ионы он обозначил обычными беспричудными людьми. Людьми, способными перенимать качества и электронов, и протонов, а уже потом делать вывод: становиться катионом или анионом. Казалось бы, такие разные понятия, работающие абсолютно параллельно друг другу и никогда не соприкасающиеся, а всё-таки, как же физика похожа на обычную жизнь...Интересно, а чего сейчас больше в самом Изуку? Кем бы был он в этом маленьком мире физики? Большие чёрные брюки, которые ему отдал Курогири, сваливались с подростка. Без подвязки в виде найденной на просторах комнаты бечёвки Изуку не смог бы ходить в этом. Спасибо, что хоть позволили взять нитку с иголкой и подшить штанины. Разумеется в присутствии Курогири. И разумеется при обсуждении очередного литературного шедевра. Кажется, в тот раз это была работа Оруэлла. Спорить даже почти не пришлось. Они оба сошлись на том, что время, о котором писал Джордж, было слишком сложным и тягостным, несмотря на простоту писательского слога. И всё же, когда их разговор плавно перетёк к теме войны, им даже удалось перейти на крик, из-за чего Изуку смачно уколол палец, слишком резко продев иголку через штанину. Удивительно, как ему удалось полностью не испортить внешний вид своей одежды в процессе этой "оживлённой беседы". - Ты, вроде, умный малый, но порой ведёшь себя как самый глупый ребёнок, - прикладывая руку к лицу констатировал тогда его оппонент. После этого Изуку просто дошивал штанину в тишине. И всё же неровный шов оставил левую сторону брюк чуть приподнятой, по сравнению с правой. Это была мелкая деталь, однако она почему-то очень раздражала и напоминала о том, что Мидория впервые замолчал в их вечном негласном соревновании. Казалось, даже Всемогущий, чей вырванный из книги портрет таился в прикроватной тумбочке, прямо оттуда смотрит на Изуку с осуждением. Сдался. Он вновь отогнал ненужные мысли и сел за письменный стол. Ему хотелось как можно скорее разобраться в тех задачах, что принёс ему Курогири, чтобы освободить время для...а для чего? Относительная свобода передвижения и выражения своих мыслей без страха отхватить за это очередную затрещину казались ему не такими ужасными условиями. Он был полезен, а за это ему отплачивали. И всё-таки Изуку очень хотел домой. Он рвался туда каждой клеточкой своего тела, но не мог поделать с этим глупым чувством абсолютно ничего. Он - беспричуден. Куда он уйдёт от квартала, наполненного злодеями? Он даже не уверен, что его вообще оставляют одного. Порой кажется, что благодаря своей силе, туманный человек прячется в каждой тени его комнаты, в ожидании, когда подросток подаст хоть малейший знак неповиновения. Это стало бы его приговором - он понимает это. И всё же ему безумно хотелось маминых блинчиков... Тяжелый вздох сорвался с его губ. Впереди ещё целый день, наполненный тяжелыми воспоминаниями о прошлом, обыденными мечтами о настоящем и мысленными просьбами о будущем. Он придумает что-нибудь рано или поздно, но не сейчас. Сейчас ему вновь нужно выуживать максимум из того, что ему дают. В конце концов, даже паразиты, когда выжимают соки из прошлой жертвы, перебираются в новую. А раз Изуку посчастливилось остаться в живых и даже получить какое-никакое расположение Курогири, то он будет способен на то, чтобы найти способ прожить ещё чуть дольше. В конце-концов, он никому плохого не делает тем, что является странным заложником Лиги Злодеев. Ведь так?