Свой выбор (1 и 2 части)

      — Вот и прошел еще один год, — поднявшись со своего места и дождавшись тишины, начал свою прощальную речь директор. Из-за событий, о которых учителя не рассказывали, но все студенты, конечно, знали, празднование окончания года вынужденно перенесли на несколько дней, но никто не роптал — в зале царило радостное предвкушение скорой встречи с родными. — И, как я понимаю, пора вручить Кубок школы лучшему факультету. Все замерли, кто-то даже затаил дыхание. Гермиона с грустью осмотрелась. — Места по набранным очкам: на четвертом месте Гриффиндор — 312 очков. Девочка печально вздохнула и вяло похлопала. Она так старалась набрать баллы, но трое из четверых Уизли всячески этому мешали. А в последние дни гриффиндорка и вовсе забыла о школьном соревновании. — На третьем Хаффлпафф — 352 очка, — продолжал тем временем директор. Барсуки хлопали так радостно, будто завоевали первое место. — На втором месте Рейвенкло — 426 очков, — провозгласил Дамблдор, — а первое место, набрав 472 очка, занял Слизерин. Стол змей взорвался криками и аплодисментами. «Мало того, что мы проиграли абсолютно всем, так еще и змеи на первом месте!» — мысленно простонала девочка. — Да, отлично, Слизерин. Отлично, — прервал ликование серебристо-зеленых директор. — Однако… надо принять во внимание и самые последние события. Зал замер в недоумении. — И я должен наградить некоторых последними призовыми очками, — с улыбкой произнес Альбус Дамблдор, после чего взглянул на стол Гриффиндора. Гермиона невольно затаила дыхание. — Мисс Гермиона Грейнджер, за умение мыслить хладнокровно, спасая других от смертельной опасности, получает 50 очков, — озвучил свое решение директор, и на зал упала полнейшая тишина. Гермиона сидела, как громом пораженная. Ничего такого она не ожидала. Когда десять дней назад Альбус Дамблдор навестил мисс Грейнджер в Больничном крыле, он лишь выслушал ее подробный рассказ и сдержанно похвалил, прежде чем удалиться за ширму, где причитала над младшим сыном миссис Уизли. — Далее, мистеру Рональду Уизли, за лучшую игру в шахматы в Хогвартсе за очень много лет, 50 очков. Рона в зале не было. Вот уже много дней рыжий гриффиндорец проходил лечение в Мунго, куда его отправила мадам Помфри, игнорируя доводы директора. — И, наконец… мистеру Симусу Финнигану, за его невероятную выдержку и поразительное мужество, я присуждаю Гриффиндору 50 очков. Симус, до этого сидевший среди других первокурсников с кислым лицом, пораженно воскликнул. Лаванда весело рассмеялась, но секундой позже перепуганно пискнула и отшатнулась от вида тлеющих бровей и челки гриффиндорского поджигателя. — У нас только на десять очков меньше, чем у Слизерина! — радостно сообщила всему столу Гермиона, быстро сложив в уме. — И если я все правильно подсчитал, то по итогу Гриффиндор занимает второе место, сдвинув Хаффлпафф на четвертое, а Рейвенкло на третье. Поздравляю, Гриффиндор! Ну а Кубок школы получает, как я уже говорил, Слизерин! По хлопку Дамблдора флаги над факультетскими столами окрасились в зеленый с изображением змеи, но слизеринцы уже не ликовали, они хмуро таращились на торжествующих гриффиндорцев. — Второе место! Второе! Совсем неплохо, — радостно воскликнул Перси Уизли, оглядывая стол львов. Гермиона согласно кивнула и с чувством собственного превосходства оглянулась на воронов, ожидая увидеть обиду Гарри Поттера, факультет которого они с Роном и Симусом всего за один вечер отодвинули ниже по рейтингу, проявив свою храбрость и смекалку. Ей так хотелось сообщить рейвенкловцу, что он сам виноват в этом проигрыше. Но Гарри довольно улыбался и что-то обсуждал с сокурсниками. Да и по остальным воронам не было видно, что их как-то задело произошедшее. Поджав губы, девочка взглянула на директора и успокоилась, видя его лукавую добрую улыбку. В честь праздника на стол подали бисквиты с кремом и джемом, воздушные кексики с тыквой, черникой и колотым шоколадом, вазочки со всевозможным мороженым и большие кувшины с лимонадом и яблочным соком. Уже в самом конце ужина к Гермионе подошла декан и уточнила: — Мисс Грейнджер? — Да, профессор МакГонагалл. — После ужина идите в кабинет директора. Для входа нужно сказать горгулье «Леденцовые тросточки». — Да, мэм. Девочка понятливо кивнула и проследила за дальнейшими передвижениями волшебницы. Та направилась к столу Рейвенкло, а после — Слизерина. Гермиона кивнула сама себе, видя, что кроме нее у МакГонагалл состоялась короткая беседа с Поттером и Малфоем. У входа в башню директора Грейнджер притормозила, пропуская вперед профессоров Флитвика и Снейпа и пытаясь услышать тихий разговор Гарри и Драко. Мальчики вели себя сдержанно и совершенно не нервничали, что лишь раззадорило Гермиону. После того, как Поттер высмеял ее и ребят с Гриффиндора, а они, настоящие львы, смогли и без Героя защитить честь школы и Дамблдора, девочка чувствовала собственное превосходство над этими первокурсниками. Особенно над Поттером. Тот оказался трусом и нытиком. Прав был Симус. В кабинете их всех уже ждали директор и МакГонагалл. Перед столом Дамблдора полукругом разместились удобные кресла. Гермиона села рядом с деканом и чинно сложила ладони на колени поверх идеально выглаженной плиссированной юбки. — Я рад, что все смогли так быстро подняться. Надеюсь, мистер Поттер и мистер Малфой уже собрали свои вещи? — начал разговор директор. — Боюсь, разговор может затянуться, а утром все отправятся по домам сразу после завтрака. Мальчики ответили положительно, и директор мягко улыбнулся. — В чем дело, Альбус? — уточнил Флитвик. — Минерва ничего мне не объяснила. — Сейчас во всем разберемся, — заверил пожилой чародей и перевел взгляд на Гермиону. — Несколько дней назад у меня состоялся весьма интересный разговор с мисс Грейнджер. Из него я узнал кое-что весьма для меня неприятное. Гермиона, девочка моя, можешь вкратце пересказать то, что сообщила мне во время нашей беседы? О мистере Поттере. — Да, профессор Дамблдор… — ответила девочка с небольшой запинкой и села очень прямо. — Я рассказала вам о том, что Гарри Поттер весь семестр торговал в школе артефактами, хотя по правилам подобное запрещено. МакГонагалл, услышав слова Гермионы, хмуро уставилась на Поттера и неодобрительно поджала губы. — Знаю, что должна была сообщить об этом раньше, но… — Все хорошо, моя девочка, — успокоил директор. — Продолжай. — И я знаю, что Поттер сделал один из артефактов для Драко Малфоя. Я сама видела, как при помощи кольца с функциями порт-ключа, он перемещался на платформе 9 и ¾. И я подозреваю, что этим артефактом Малфой пользуется и в Хогвартсе. Договорив, Гермиона взглянула на мальчишек и профессоров. Малфой хотел что-то возмущенно сказать, но был остановлен жестом своего декана. А вот Гарри выглядел совершенно спокойным. Особенно на фоне профессора Флитвика. Декан Рейвенкло больше не излучал добродушие, он смотрел на гриффиндорку с таким откровенным разочарованием, что девочка стушевалась и отвела взгляд. Но потом одернула себя и решительно вздернула подбородок повыше. — Мне жаль, что эта беседа происходит только сейчас, в конце года, — привлек общее внимание Дамблдор, — но рад, что правда открылась. Думаю, мы обсудим каждую проблему по очереди… Гарри, мальчик мой, ты хочешь что-то сказать в свое оправдание? Незнание правил… Поттер поморщился, но прежде, чем он произнес хоть слово, директора перебил явно разгневанный Филиус Флитвик: — Альбус, позволишь? — Да, конечно, — миролюбиво улыбнулся великий светлый волшебник. — Начну с того, что я очень разочарован в вас, мисс Грейнджер. Вот для чего гриффиндорцам нужна их храбрость? — припечатал маленький профессор и дернул плечом, когда декан Гриффиндора возмущенно вскрикнула. — Вы не обратились к мистеру Поттеру за разъяснениями, не пришли со своими предположениями ко мне. Вы вынудили нас всех собраться здесь, в кабинете директора. И вы на столь высоком уровне обвинили студента другого факультета в нарушении правил. Никогда прежде Филиус Флитвик не разговаривал с ней подобным образом и не смотрел так жестко. Будь это студент, даже выпускник, Гермиона не испугалась бы, не вжала голову в плечи, ответила бы хоть что-то, но под взглядом преподавателя чар откинулась на спинку кресла, желая оказаться от Флитвика как можно дальше. — Филиус! — попыталась одернуть мага МакГонагалл. — Рассказать о проблеме — хороший поступок. — В таком случае, профессор МакГонагалл, почему Гермиона Грейнджер рассказала что-то обо мне, Малфое, но, похоже, не упомянула, что студенты вашего факультета, близнецы Уизли, готовят, проверяют на софакультетниках, используют сами и продают другим некие… как они это называют… приколы? — тихо произнес Гарри Поттер, выделяя некоторые слова явной ехидцей в голосе. — Это ведь тоже нарушение правил. Более того, эти третьекурсники подвергают опасности других студентов, готовя непроверенные зелья в антисанитарных условиях без присмотра более опытного мага. МакГонагалл возмущенно раздула ноздри и сухо ответила: — Беспочвенные обвинения без каких-либо доказательств… — Будто Грейнджер может что-то доказать? — фыркнул Драко Малфой. Гермиона задохнулась и прошипела: — Малфой… — Иметь порт-ключ не запрещено, — вступил молчавший до этого профессор Снейп. — Давайте все же по порядку, — подняв вверх ладонь, предложил Дамблдор. — И да, мистер и мистер Уизли… — Их тайная лаборатория находится на шестом этаже в классе, где когда-то преподавали артефакторику, — тихо, но отчетливо сказал Поттер. Гермиона видела, как блеснули глаза Снейпа. Тот явно не собирался оставить это дело без внимания. — Над входом они вырезали несколько рун для отвлечения внимания, но те работают криво… А в классе нет ни системы вентиляции, ни защиты. Директор откашлялся и сказал: — Так вот, по поводу артефактов. Это все очень серьезно. — Ничего серьезного, — спокойно ответил Флитвик. — Еще в начале семестра ко мне подошел мистер Поттер и рассказал о своей задумке. Так что я знаю обо всем, что происходило эти месяцы. — И молчал, Филиус? — возмутилась МакГонагалл. — Я тоже все знал. Как и Спраут, — заметил Снейп с усмешкой. — Если ты не знаешь, то это говорит лишь о том, что пропагандируемая дружба факультетов в Хогвартсе работает очень криво. К мистеру Поттеру обращались студенты всех факультетов, кроме Гриффиндора. — Именно, — подхватил профессор Чар. — Гарри обсудил со мной детали и варианты. Показал свои схемы, выкладки и интересные решения по каждой задаче, хотя, надо сказать, для его практики, как будущего артефактора, разнообразие было не таким уж и большим. В основном Гарри работал с согревающими чарами. — Вот как? — сдержанно произнес директор. — Но это ведь не отменяет факта продажи… — Мистер Поттер не продал ни одного артефакта, — окончательно взяв себя в руки, сказал Филиус Флитвик. — Но я видела! — возмутилась Гермиона. — Что именно вы видели, мисс Грейнджер? — потребовала ответа декан Гриффиндора.