и только мрак скроет его смущённое выражение лица

      эдгар тяжело дышит. гонять с шарфом на лице в настолько солнечный день не самая лучшая идея, но другого выбора у него нет и не было никогда, поэтому жаловаться приходится только самому себе в своей же голове. однако, это не единственная причина его тяжёлого дыхания. тут могла бы быть шутка, что он астматик, но нет. грудь фэнга.

ха-ха.

      его чёртова накаченная грудь. когда фэнг глубоко дышит после гонок по всей карте от шелли и прячется к эдгару в кусты, он не может отвести взгляд от его груди. при вдохе она вздымается и становится больше, а от пота майка липнет к нежной коже, благодаря чему можно отчётливо увидеть его соски. он был напряжён, его голос был низким и хриплым, он просит воды. несколько капель течёт по губам и подбородку к этой груди. она была ледяной, и фэнг шипит от того, как неприятно отдалось в зубах. губы у каратиста были пухлыми и искусанными. и только эдгар знал причину, почему они такими были. эта причина он сам. потому что фэнга вставляет от этого чертовски горячего в постели гота настолько, что он не может контролировать свои действия и свой возбуждённый голос. поэтому приходится кусать губы, лишь бы как-нибудь приглушить нереальные стоны.       последний раз фэнг был снизу под эдгаром. тогда он сильно исцарапал спину возлюбленного и в этот раз хотел как-нибудь искупить перед ним свою вину. гот давно хотел увидеть парня сверху в пассивной роли. каратист был против такой позы лишь из-за того, что банально стесняется. у него были некоторые комлексы по поводу своего тела. а в последнее время он набрал в весе, и даже усердные тренировки не помогали сбросить хотя бы пару килограмм.       тогда в кустах они целовались. сколько уже раз они этим занимались во время игр, вспомнить невозможно. но тот факт, что эдгар трогал его фантастические бёдра и сам чуть ли не тёк, подобно упавшему на асфальт мороженому, остаётся фактом. оо, его бёдра… эдгар в предвкушении облизывает свои высохшие губы. эти поцелуи были самыми горячими за всю его жизнь. то, как вёл себя фэнг в тот момент, как он накрывал руки гота, сжимающие его ноги… фэнг тогда пообещал, что вечером кое-что будет. эдгар с огромным нетерпением ждёт вечера, но время как назло тянется слишком медленно. и почему вчерашний рабочий день закончился быстрее, а эти несчастные три часа длятся словно все двенадцать?       когда фэнг вернулся со своей подработки, у гота уже зачесались руки вломиться к нему в ванную. но это будет некультурно. впрочем, его мысли культурностью не отличались от этой идеи. он прокручивает в своей голове все возможные исходы этого вечера, продумывает каждую деталь: как они будут целоваться, обжиматься, и… что же всё-таки задумал фэнг? он иногда был очень непредсказуем.       эдгар взъерошивает свои влажные волосы. он жалеет, что не высушил их феном, но так даже лучше. было давно известно, что фэнг неравнодушен к небрежной причёске гота и его подтёкшим глазам. специально небрежно накрасившись после душа, эдгар просто ждал.       — ты не голоден? — спрашивает эдгар, слыша в ответ приглушённое «нет», домывает последнюю тарелку и после тщательно моет руки земляничным мылом. голос фэнга показался взволнованным. гот немного занервничал, но потом успокоил себя. ничего не помешает их планам. поэтому, отключив звук на телефоне, он поплёлся в спальню.       съехаться они планировали долго, и уже как несколько месяцев говорят друг другу доброе утро. эдгар ложится на двухспальную кровать, свесив одну ногу. прикрыв глаза, ему осталось просто ждать и думать.       оказалось, он окунулся в свои мысли настолько глубоко, что очнулся после того, как почувствовал вес на своих ногах.       — я соскучился. — нежно и с ноткой игривости сообщает фэнг, смущённо улыбаясь. он оглаживает горячими ладонями пресс эдгара, и тот словно по рефлексу вспоминает то, насколько сильно каратист любит горячую ванную. гот также добро улыбается и касается бёдер возлюбленного. тот практически сразу напрягается, чуть вытягиваясь. руки кареглазого тянутся вверх по бедрам, пальцы обхватывают ягодицы и двигают ближе к паху. эдгар был немногословен, поэтому фэнг продолжает. — я бы хотел побыть сверху.       — сверху? — гот поднимает бровь, немного не понимая, в каком смысле фэнг хочет быть сверху. каратист вновь прикусывает губу, приподнимается и плавно проезжается бедром по паху эдгара, доходчиво намекая, как именно. гот вновь сжимает бёдра возлюбленного.       — угу… — практически скулит он, вздрагивая от прикосновений.       с этого момента эдгар забывает практически всё: он забывает, как ласкал фэнга, как целовал и лапал его грудь. именно лапал, потому что красные полосы на молочной коже были слишком очевидны. фэнг стонал по-настоящему. не наигранно, он правда стонал от души. скулил и мычал, пытаясь сдержаться, но тщётно — стоны всё равно рвались с его искусанных губ.       когда фэнг начал неспеша опускаться на твёрдый эрегированный член, напряглись оба. и оба от ощущений. было сложно держаться лишь на ногах, поэтому фэнг опёрся руками о кровать, наклонившись назад. гот лишь придерживал его и не давал резко опуститься, чтобы не причинить боль самому же себе. медленно, благодаря смазке, фэнг с нетерпением насаживался на член возлюбленного. его щёки горели алым, благо, в спальне было темно, и эдгар не мог заметить это.       эдгар низко застонал, когда фэнг опустился полностью. юноша сверху застонал следом, пытаясь расслабиться. однако, получается не очень, потому что в такой позе член давил на простату и при любом неуверенном движении становилось слишком хорошо.       рука эдгара, оглаживающая его напряженный живот, лучше не делала. фэнг замирает в нетерпении, и гот поднимает его майку вверх, оголяя грудь так, что фэнгу пришлось закусить край зубами, чтобы она не упала обратно. его ладонь сразу же накрывает одну пухлую часть, натирая сосок грубой кожей, и фэнг начинает неспеша двигаться. находиться в этой позе было сложно, двигаться ещё сложнее. благо, эдгар ему помогал, вскидывая свои бёдра вверх, когда каратист опускался вниз.       — да, фэнг… мм, двигайся, да… — словно в пьяном бреду тянет эдгар низким голосом. он остервенело гладит его молочное бедро, дополнительно помогая двигаться, но это лишь делало хуже. хуже самочувствию фэнга, потому что он уже чувствовал упадок сил, а загнанное дыхание… о нём лучше и не вспоминать. каратист трясётся, пуская слезу. пошлые шлепки их тел возбуждали обоих, гот еле сдерживался, чтобы не завалить возлюбленного и как следует не трахнуть его до искор в глазах. фэнг смущается, когда эдгар бросает пару грязных словечек по поводу его охуенной груди и бёдер. он замедляется, пытаясь привести дыхание в норму.       — я же набрал… в весе. тебя до сих пор это… не… не… а-ах… — он выпускает край майки из захвата белоснежных зубов, но та не падает, потому что грудь… она не позволяла. эдгар резко поднимает бёдра вверх, тараня чувствительное местечко своим членом. каратист вскрикивает, сжав наволочку пальцами чуть ли не до треска ткани. он бросает помутневший взгляд на гота, пытаясь прочитать его по глазам. похоть, возбуждение, обожание… желание. дикое желание.       — твоё тело охуенно. — на выдохе говорит эдгар. — а теперь прыгай на этом члене как на батуте, давай… — рычит он, опять же вскидывая бедра вверх. — пока я сам тебя не трахнул.       у фэнга течёт из члена не только смазка.       — трахни тогда, — ухмыляется фэнг, а потом жалеет, ведь гот даже не вышел из его тела, резко поменял позу, принеся дополнительную стимуляцию, и начал резко толкаться. каратист пусть и пытался сказать, что это было слишком быстро, из его рта доносились только стоны да крики. а потом он обхватывает его бёдра своими и сжимает подушку обеими руками так, что наволочка наконец затрещала.       — я понял! — вскрикивает фэнг и эдгар на некоторое время останавливается.       — что ты понял? — хитро жмурится гот.       — что… н-ну, хах… — вдруг начал неуверенно мямлить парень, кусая губу. эдгар начинает медленно, но сильно входить по самое основание. фэнг в изумлении открывает рот. это было то, что ему не хватало до завершения. на его глазах наворачиваются слёзы.       — скажи мне, — на самое ухо зашептал эдгар. — скажи, что поняла моя сладкая девочка…       — ч-что… что я… у-у меня… — фэнг не может подобрать слов, потому что эдгар не даёт ему кончить. он сжимает его член у самого основания, при этом массируя своим членом внутри. задевает простату… — умоляю…       — смеешь умолять меня? а ты заслужил? мм… я так не думаю.       и фэнг откровенно плачет, показывая свою вторую сторону. и ведь только с эдгаром он мог так позорно плакать. для других он был невозмутимым и сильным мужчиной, а с этим готом… ох, чёрт возьми. этот гот доводил фэнга до слёз одним лишь своим членом.       — у меня охуенное тело… охуенные бёдра и… грудь. я люблю своё тело. — мычит фэнг, и эдгар наконец начинает дрочить ему и вновь толкаться внутрь, пытаясь поспеть за собственным оргазмом.       — ты прекрасен. я люблю тебя.