Непорочный

Такаши любит секс по пьяни. Любит теряться в толпе клуба и танцевать. Любит бросать вызывающие взгляды и собирать восхищённые. Любит целоваться с незнакомцами. Любит шутить и игриво оголять изящные плечи под какой-то медляк. Любит делать вид, будто его не заботят последствия. А Хаккай... Хаккай любит Такаши. Даже если ему до хруста костей черепа больно смотреть на извивания любимого тела перед чужими людьми. Даже если у него горит в груди от каждой мимолетной усмешки, подаренной не ему. Даже если костяшки выбиты до мяса после встречи с лицом очередного ухажёра. Даже если на совсем слабые приставания с его стороны, Такаши реагирует громким смехом и бредовыми словами о "дружбе", которая уже в печенках у Шибы. Хаккай пробивается сквозь толпу под громкую музыку. В воздухе несёт сигаретами, кальяном, смесью мужских и женских духов, потом и выпивкой. Клуб переливается под огромным дискошаром, сбивает с ног пьяные головы, бросает их в объятья других людей. Брюнет толкает какую-то девушку, нервно шипит, ищет глазами только одного единственного, который в потоке эйфории целуется с первым попавшимся парнем в самом центре заведения. Шиба его замечает и срывается на крик. Но его никто не слышит. Разбрасывает людей во круг себя, как фигуры на шахматной доске, и стремительно подбегает к другу, отрывая его от чужих губ и, что есть силы, прописывая пьяному незнакомцу в рожу, разбивая его нос и роняя на пол. Мицуя звонко смеётся и пытается скрыться в толпе, убежать, чтоб заставить старого друга погоняться за ним, но по итогу всё равно умудриться, как всегда, уехать с первым встречным на такси в рандомный отель. Хаккай загорается от злости, успевает схватить брюнета за руку и потащить за собой в уборную, заталкивая его перед собой, швыряя, как игрушку, внутрь. Такаши пьяно улыбается, ловит на себе взгляды выпивших девушек в туалете. Шиба ошибся дверью - они в женской уборной, и это веселит Мицую настолько, что он громко хохочет, пока его друг прогоняет дам на выход низким криком и закрывает дверь изнутри, нескладной защёлкой.   Сердце щемит, но Хаккай непреклонен. Топит Такаши лицом в струе воды из-под крана, надавливая на голову, чтоб тот не выровнялся. На секунду отпускает - даёт сделать рваный вдох, и снова давит, желая хоть немного отрезвить. Мицуя почти не пытается вырваться, только иногда напрягает руки, будто готовлясь ударить стоящего над собой друга. Тяжело дышит, когда Шиба его окончательно бросает, отходя на пару шагов. - Таканчик, какого хуя?! - рычит брюнет, глядя на отражение в зеркалах над раковиной, - сколько ещё это будет продолжаться?! Который раз Хаккай задаёт этот вопрос и который раз получает в ответ лишь дурацкую игривую улыбку, которая отдаёт реакцией на пах, мгновенно воспламеняя его. Но вот голова остаётся холодной, ведь парень чувствует сейчас ничто иное как отвращение, отторжение и... ревность. Глаза Шибы наполовину прикрывают веки, под воздействием разочарования от уже приевшейся ситуации, когда приходиться становиться между бывшим капитаном и его любовью на ночь. Он сжимает кулаки, хочет ударить и привести в чувство, но вместо этого подходит ближе и кладёт ладонь на красную щеку Мицуи, гладит её. - Хватит заниматься этим дерьмом. Ты же так поцепишь себе какую-то дрянь, - умоляющим голосом просит высокий парень, - зачем тебе все эти люди? Если так хочется секса, то занимайся им хотя бы с кем-то проверенным. Такаши пьяно шатается, но одновременно прижимается ближе к ладони, почти ластится, закрывая глаза. Он снова убежит от ответа, заморочит голову экс-заместителю, одурманит его своей улыбкой, избавит от спокойной ночи своим побегом и переспит с кем-то, кого никогда больше не вспомнит. Шиба громко выдыхает, ведётся на напускную нежность, точно зная что она не настоящая, подаётся вперёд, хочет получить больше, но его останавливает чужая рука, упирающаяся в грудь. - Не надо, - проговаривает Мицуя, лениво открывая глаза. - Да почему нет?! - мгновенно скалится Хаккай и отходит, - почему не я?! Почему ты предпочитаешь трахаться с кем попало, а не со мной?! Я же никогда тобой не буду пользоваться! - Не хочу тебя портить, - едва формулирует парень и садится на пол, раскидывая ноги, - непорочный. Шибу это не устраивает. Он быстро подходит обратно и поднимает экс-капитана на ноги, устремляя свой пронзительный взгляд в его пьяный, несколько смущённый. - Ты меня никогда не испортишь, - шепчет брюнет, опаляя возбуждённым дыханием лицо Такаши, - прекрати сопротивляться. Я не смогу тебе помочь, если ты будешь меня постоянно игнорировать. Мицуя нуждался в помощи. Уже сколько лет. Сколько лет после смерти Доракена. Капитан пустился в свой собственный танец со смертью, играясь с судьбой, поглощаясь в пучину похоти и дурмана. Хаккая это ранит до невозможности и он изо дня в день мечется между своей работой и Таканчиком, то проходясь по подиумам, то по клубам. И как же его гложет чувство вины изнутри, пока он летает по другим странам, оставляя друга на несколько дней, недель и, в худшем случае, месяцев. - Такаши, - просит Шиба и лёгким движением касается чужих губ всего на секунду, - прошу тебя. Мицуя хмурится, от улыбки не остаётся и следа. Кажется, что даже немного отросшие чёрные волосы становятся дыбом от нежданного поцелуя. Лавандовые глаза наполняются жалостью. - Закройся, Хаккай, - томно, но однозначно грустно говорит Мицуя, - я уже столько лет тебя отталкиваю, а ты всё равно лезешь. - Я люблю тебя, - перебивает брюнет, желая хотя бы в этот раз донести до ушей Такаши свои чувства, - бесконечно. Прекрати делать себе больно. Если не хочешь со мной, то дай мне хотя бы найти тебе подходящего. Только прекрати издеваться над собой. Это же ничего не изменит. Хватит топить свою горечь в алкоголе и сексом без обязательств. Как часто Мицуя слышал эти слова. Хрупкая улыбка появляется на тонких губах, придаёт лицу ещё большей драматичности. - Говоришь что любишь, но сам готов мне предоставить любовника? - как бы проверяя, спрашивает второй брюнет, непроизвольно подаваясь всем телом вперёд, к тёплой груди Шибы, - лучше оставь меня и найди кого-то получше. - Лучше тебя никого не существует, - выпаливает Хаккай и снова касается чужих губ своими, всего на мгновение, - я сделаю всё, чтоб тебе стало легче, но не важно буду ли я тем, кто будет рядом с тобой. Твоё счастье важнее моего. Хватит себя наказывать. - Хватит говорить мне такие вещи каждый раз, - шипит Такаши, но не отстраняется, - очень сложно держать себя в руках. Я и так сдерживаюсь, чтоб не тронуть тебя, а ты... - Тронь, - снова целует Хаккай, получая едва заметную ответную реакцию, - если хочешь, то тронь. Хочешь секса без обязательств, то тронь меня. Хочешь чтоб мы забыли об этом сразу же, то тронь. Хочешь, чтоб я нашёл тебе кого-то надёжного, то... - Хочу тебя, но с обязательствами, - шепчет Мицуя и сам втягивает брюнета во влажный поцелуй. Смазанный, не собранный, мокрый поцелуй со вкусом виски, кружит голову Хаккая, срывает ему крышу, возносит до небес. Чужие губы, мягкие и податливые, раскрываются перед ним, позволяя ввести язык, который тут же в хозяйственной манере начинает изучать всю полость, а после и язык Такаши, сплетаясь с ним и смешивая слюну. Шиба не медлит, упирая экс-капитана спиной о столик у раковины, а после и вовсе сажая его на него. Не то место, не та атмосфера. Сколько бы раз Хаккай не представлял себе первый близкий контакт с капитаном, он никогда не происходил в грязном туалете какого-то клуба, пока за дверью танцуют и выпивают бухие отпрыски.  Шиба влажно целует чужую шею, приспуская горлышко высокого чёрного гольфа, хочет оставить засос, но боится, что Такаши этого не оценит. Брюнет и так в очень тяжёлых условиях, которые могут смело быть посланы к чертям в любой момент, так что рисковать не стоит. Спускается руками к чужому поясу, изучает наощупь бляху и тянет за ремень. Мицуя тяжело дышит. Эта дурацкая пьяная улыбка на его лице заставляет Хаккая чувствовать себя виноватым. Ему не стоит этого делать. Парень бросает на пол раздражающий ремень и с рыком тянется к ширинке, параллельно вовлекая Такаши в новый поцелуй. Последний невнятно что-то мычит, прижимается ближе, кусает чужую нижнюю губу и оттягивает её, после зализывая и дурно улыбаясь. Хаккая кружит от контраста, терпение почти на исходе, но он не может позволить себе сорваться. Не в таких условиях. Клянет этот день, этот клуб, того неадекватного парня, который касался бледных губ самого Така-чана, и скалит зубы, ловит себя на мысли, что хочет перекрыть тот пьяный контакт новым - своим собственным. Широко облизывает губы Мицуи, заставляя того на секунду широко распахнуть глаза от удивления, после врывается в новый поцелуй, ещё более мокрый и несдержанный. Такаши смеётся в чужой рот. Его голос отдаётся вибрациями по чужому нутру. Хаккай чувствует, как становится слишком сложно удерживать себя в руках с холодным рассудком. Расстегивает чужую ширинку, ощущает стояк. Брюнет был бы и рад такой реакции желанного тела, если бы точно был уверен, что она не из-за алкоголя или, например, того чертового парня. Шиба нервничает, хочет вынуть чужой член из белья, как вдруг понимает, что его собственная проблема тоже не осталась без внимания. Мицуя бесстыдно прощупывал его орган через тёмные укороченные брюки, сверля нетрезвым взглядом чужие губы, и льнул своим телом ближе. Экс-заместитель заметно покраснел : румяна легла неровным слоем на скулы и кончики ушей. Такаши громко засмеялся. - Ну же, Хаккай, - мурлычет пьяный брюнет, раздвигая шире ноги с явным вызовом в голосе, - сделай это. Шиба млеет, но не от сия невероятного вида Мицуи, оперевшегося о свои локти на столике и раздвинувшего свои изящные ноги, соблазнительно обтянутые узкими синими джинсами, а от самих слов. Ему не нравится услышанное, не нравится, что Така-чан считает, что он, как и все до него, хочет просто отыметь брюнета и оставить после одного. Хаккай стискивает зубы, тянет за ноги экс-капитана к себе, упираясь своим стояком в его и сосредоточено заявляет: - Я люблю тебя, а не твоё тело, Такаши. И я возьму тебя только когда ты будешь трезвым и сам будешь этого хотеть. Мицуя словно не слышит, растекается в новой улыбке, но Шиба уверен, что его поняли, иначе лавандовые глаза так бы не блестели, будто набираясь слезами, которым не суждено вытечь наружу при ком-либо. Брюнет давит на чужой пах, срывая тихий стон нижнего, приглушённый прикушенной губой, притягивает обратно к себе и вовлекает в новый поцелуй. И пусть Хаккая сейчас убьют, но он готов поклясться, что в этот раз всё ощущается иначе: мягкость движений, плавность, чувственность, нежность. В голове салют, экс-зам почти уверен, что ему не кажется. Проводит рукой по возбужденнной плоти Такаши сквозь ткань брюк и вынимает наконец-то член под тихий всхлип. Обхватывает крепко ствол и кладет большой палец на сочащуюся головку, слегка надавливая. У Мицуи загораются щеки от собственного громкого стона. Хаккай бы хотел записать этот звук на диктофон, но он начинает медленно двигать рукой вверх-вниз, продолжая выцеловывать чужое лицо ото лба до подбородка, не упуская и миллиметра. Такаши хорошо, но его кое-что не устраивает. Сквозь собственное тяжёлое дыхание шепчет :" А как же ты? ", намекая на стояк самого Шиба. Последний чувствует, как начинает течь быстрее от этого маленького жеста внимания. На секунду отвлекаясь от разгоряченного тела Мицуи, брюнет распоясывает свои брюки и мгновенно немного спускает резинку чёрных боксёров, высвобождая свою плоть. Такаши нервно сглатывает, его впечатлил размер. Мысленно парень уже подготавливал себя к болезненному проникновению, когда наконец понял, по соприкасанию члена Хаккая с его собственным, что его здесь и сегодня никто иметь не будет. Шиба обхватил своей широкой ладонью с длинными пальцами два члена и стал медленно совершать плавные характерные движения, вводя Такаши в лёгкий транс от удивления. Не теряя ни минуты, Хаккай продолжал врываться в мягкие губы экс-капитана, чувствуя как закипает совсем. Свободная рука стала проходить по лёгкой ткани чёрного гольфа Мицуи, не решаясь залезть под него. Даже этого достаточно, чтоб верхнему брюнету стало немного спокойней. Дурманящий Така-чан, его фантастические редкие всхлипывания и тихие стоны - невыносимо тяжело бьют по тёмной головке Шиба. Он наклоняется чуть вперёд, разрывая поцелуй, упирается лбом о чужое плечо, продолжая двигать рукой. Мицуя рвано дышит, ощущение чужой смазки на своём члене, стекающей с чужого, превосходящего в размерах почти в два раза, вызывает необъяснимое желание продолжить процесс, но парень понимает, что и так на исходе. Поворачивает голову в сторону правого плеча, где устало расположился его экс-зам, слабо улыбается и тянется с мягким быстрым поцелуем к макушке. - Быстрее, Хаккай, - просит так ласково, что аж сам видит реакцию на шее брюнета в виде толпы мурашек. Шиба слушает безоговорочно, ускоряет темп, чувствует как жар лупит ему по вискам, вместе с клубной музыкой, недовольными криками девушек за дверью и диким запахом сигарет. Смазка течёт ещё обильнее, Хаккаю почти стыдно за несдержанность, но, подняв взгляд на любимое лицо, он понимает, что не только ему здесь хорошо. Если бы это было сейчас возможно, то от Мицуи бы шёл пар, настолько он горит, закатывая глаза. Верхний почти искренне радуется - такого его Така-чану, видимо, не делали. Улыбка высокого парня прячется в чужих губах, прильнувших в этот раз по своей инициативе. Шиба от приятной неожиданности тихо стонет и тут же ощущает улыбку прямо в поцелуй. Слишком несносный, слишком пьяный. Ладонь уже устала. Члены буквально синеют от напряжения, но стоит Хаккаю надавить на чужую головку, как поток разрядки мигом выливается наружу, сразу же пачкая чёрный гольф Такаши и белую футболку, влюблённого по уши, младшего. Картина завораживает : пытающийся отдышаться Мицуя, с по-прежнему раздвинутыми ногами и оголённым членом, с раскраснеными щеками, рассеянным взглядом и опухшими от длительных ласк губами. Шиба кончает не задумываясь, пачкая одежды своим семенем ещё больше. Старший закидывает голову назад и матерится в потолок. - Я думал, что ты меня трахнешь. - Я не буду пользоваться тобой. - Ты слишком добрый, поэтому я и не хочу тебя в это втягивать. - Я втянут с самого первого дня нашего знакомства, Такаши, - шепчет Шиба, притягивая к себе уставшее тело в тёплые объятия, - но я не буду тебя заставлять быть близким ко мне. Просто позволь помочь тебе. - Как ты мне поможешь? - так же шёпотом спрашивает Мицуя, обнимая в ответ в порыве отчаяния. - Найду хорошего специалиста, буду ходить с тобой к нему, буду следить за тем, чтоб ты не пил, завязал с... - Пожалуйста, - просит Такаши, перебивая. Больше Хаккаю ничего не нужно. Он наконец получил долгожданный ответ. Даже если впереди ещё уйма препятствий, трудностей и невероятных усилий - ради своего Така-чана брюнет сделает всё. И он точно знает, что сможет донести эту идею до самого виновника положения. Обнимает крепче и чувствует влагу на своём плече. Нежно проводит чистой ладонью по спине, пытаясь успокоить. Мицуя так давно не давал волю своим эмоциям. - Я люблю тебя, Такаши, - уверяя парня повторил брюнет, - я так тебя люблю. - Только не прекращай...