Полотно

      У Мерлина появился новый ученик — ладный, крепкий парнишка лет шестнадцати безо всякого намёка на светское воспитание. Говорят, раньше он жил в глухой деревне, доил коров, чистил лошадей и всё такое. Обитательницы замка, — изнеженные, непривычные к такому образу жизни леди, — были крайне им заинтересованы и активно заглядывались на сие сероглазое и светловолосое чудо. Очень симпатичное, надо сказать. Молодые джентльмены тоже проявляли любопытство, правда, по другой причине: как человек подобного круга мог попасть в этот замок?       В том, что Мерлин взял его на обучение вопреки происхождению, ничего удивительного не было. Старик был известен своим нравом и полным пренебрежением законами светского общества. Неожиданностью стало само пробуждение дара в этом мальчике. Ведь магия — удел аристократии. Она течёт в жилах древнейших родов и передаётся по наследству. Это означало, что новоявленный волшебник — бастард. Правда, кто из князей мог забраться в такую глушь да ещё так увлекательно провести там время, оставалось загадкой.       По всему замку, от прачечной и до покоев принцессы, гуляли шепотки.       — Зовут Винс. Ах, девочки, он такой красивый!       — Это у самых Гиблых Болот. Ближайшие владения в трёх днях пути, принадлежат князю Хьюсту младшему.       — Да вроде не похож…       — В том-то и дело!       — Колдуна нового видала? Сразу ясно — из села. Руки сильные, сам крепкий, загорелый — ух! Мой меньшой мо хилей будет.       — Ты ему в тарелку побольше положи. Чай, не князь, покушать любит.       Даже мыши-говоруны, наслушавшись людских раговоров, шуршали в своих норках: «Винс, Винс, Винс».       А что же Винс? Он хотел учиться. Он очень хотел учиться магии.       В деревне он жил с тёткой, маминой сестрой. Отца не знал. Тётка говорит, мать ему только имя дать успела, как померла. Жили бедно, часто недоедали. Винс работал летом от зари до зари на их небольшом комочке земли, а зимой хватался за любую подработку, но этого всё равно не хватало. Именно поэтому парень уцепился за эту возможность: маг, даже слабый, имел доход в разы больше, чем опытный ремесленник в центре богатого города. Кроме того, ему обещали полное содержание и даже немного карманных денег каждый месяц. Тёте, конечно, придётся трудно без него, но прокормить уже немолодую женщину легче, чем здорового парня. К тому же, Винс мог высылать ей часть своих денег.

***

      — Винсент! Где ты, лентяй? Подымайся!       Каждое утро начиналось одинаково. Мерлин будил его ещё засветло и выдавал список заданий. Поначалу это было что-то лёгкое, вроде помыть пол в комнате или вынести мусор, но потом заданий стало больше. Винс не понимал, при чём тут обучение магии — пока остальные внимали мудрым словам Учителя или изучали толстенные талмуды, он чистил картошку, натирал полы и мыл посуду. Но как бы сильно Винс не старался, Мерлин был недоволен, всегда недоволен.       — Ну что это я вижу?! Ты же мог сделать это гораздо лучше! И нечего так долго возиться. Старайся, Винсент.       Парень поначалу вздрагивал, когда Учитель его так называл. Его все и всегда звали просто «Винс». «Винсент» звучало слишком вычурно для парня из села, слишком по-княжески.       Хорошо ещё, что другие ученики приняли его достаточно тепло. Не задевали, не обязывались и не дрались. Разговаривали вполне доброжелательно. Винсу даже удалось подружиться с Лори де Фелль, милой синегоазой девочкой лет четырнадцати. С ней он и поделился однажды своими горестями.       — Стараюсь, понимаешь, стараюсь, а ему всё не так. Гультай, говорит, когда ты уже научишься! А я хочу, понимаешь, хочу научиться и чтоб он меня похвалил.       — Так может, он хочет, чтобы ты использовал свой дар? Он же не просто так даёт тебе задания. Полы помыть и прислуга может.       И тут Винс понял. Понял всё то недовольство и обидные прозвища. Он ведь правда не старался. Даже не подумал использовать магию, хотя пришёл сюда именно из-за неё. Но была ещё одна крупная проблема.       — Я не чувствую своей магии, Лори. Вообще.       — Такие разговоры в галереях не ведутся, — девчонка, тряхнув черными локонами, потянула Винса в свои покои. Благо, было недалеко. Усадив парня за стол, она несколькими выверенными пассами нагрела воду в чайнике и разлила по чашкам. На столе как по волшебству (хотя почему как?) появились всякие сладости.       Лори наконец уселась.       — Послушай, Винс. Магические дар — это то, что с тобой с рождения. Ты всю жизнь воспринимал его как часть себя, часть своего существа. Конечно, ты не почувствуешь его просто так, ни с того ни с сего. Просто вспомни, как он проявлялся.       Винс неуверенно крутил в руках чашку и глядел в пол. Лори вздохнула.       — Что-то странное. Возможно, тебе он не показалось странным, но другие после такого случая косо смотрели, перешёптывались. Может, даже избегали тебя. Должен быть хотя бы один случай. Винс, в большинстве случаев магия проявляет себя до десятилетия. Тебе уже шестнадцать. Просто вспомни.       Парень задумался на несколько минут, а потом кивнул и отпил чай.       — Был такой.       — Расскажи.

***

      В тот день Винс пошёл с друзьями на речку, рыбы наловить и заодно искупаться. Вроде бы всё было как обычно, но недавно прошли сильные дожди и речка заметно разлилась. Хвастливые двенадцатилетние мальчишки сделали вид, что не заметили этого и полезли в воду. В один момент самого щуплого из них, Томаса, подхватило течением и понесло вниз по реке. Винс, считавшийся лучшим пловцом, тут же кинулся следом. Его совсем не удивило ни то, как быстро он достиг Томаса, ни то, что плыть назад было слишком легко, как по озеру, а не против течения. В горячей голове раненой птицей билась одна-единственная мысль: «Подожди! Постой!» Винс и не знал толком, к кому обращается. Но молил отчаянно, будто знал: только этот загадочный Некто поможет ему спасти Томаса. Сам он ни за что не справился бы.       Только уже на берегу, кашляя водой на пару с Томасом, Винс понял, что не слышит плеска волн. Вообще. Но стоило мальчику это осознать, как всё вернулось. Томас, кажется, ничего не заметил. «Наверное, показалось», — подумал Винс. К ним побежали другие мальчики.       — Ну ты даёшь, Винс! Только что был здесь, а потом вшух — и рядом с Томасом! А потом опять: раз — и здесь!       Винс слабо улыбнулся. Он ещё не отошёл от шока и тяжело дышал.

***

      — Только я так и не понял, что тогда сделал: то ли река остановилась, то ли очень быстро двигался. А может, вообще… Как это? Трас… Тирс…       — Транситулироваля?       Лори сомневалась в такой возможности, ведь магия переходов очень сложна и требует глубоких знаний и сосредоточенности, чего точно не было у Винса.       — Не думаю. Но в любом случае нам стоит попробовать!       На случай, если дар Винса — управление стихией, было решено использовать тот же материал — воду. Лори набрала полный кувшин в колодце и раздобыла где-то таз. Винс, конечно же, вызвался всё это нести. Тащить пришлось далеко: комнатой рисковать никто не решился, поэтому поднимались под самую крышу.       Наконец, таз был установлен в центре чердака, а ребята встали рядом. Лори держала в руках кувшин.       — Ну, вперёд!       Тонкая струйка полилась вниз, звонко журча. Винс гипнотизировал её взглядом и пыжился, но ничего не происходило.       — Прикажи ей что-нибудь, — подсказала Лори.       Тут Винс вспомнил, что он просил подождать. Оказывается, это был приказ. Мысленный.       «Стой! Подожди! Остановись!» — как мантру, повторял про себя Винс, сожмурив глаза. И вдруг это произошло. Парень ощутил каким-то седьмым чувством. Он открыл глаза и увидел капли воды. Как множество круглых кристаллов, они застыли в воздухе. И в каждом из миллиона миллионов кусочков, рассыпанных как жемчуг, отражался целый мир.       — Лори… — позвал Винс. Его голос отчего-то охрип. — Кажется, получилось. Но Лори не ответила. Винс поднял голову и увидел: девочка точно так же стояла, удерживая кувшин, только… Только не двигалась. Вообще. Даже не моргала.       Было очень тихо. Неестественно тихо: не шелестела за окном листва, не пели птицы, не стучали большие часы в гостиной, не журчала вода, не шуршали под ногами мыши. Только кровь оглушительно стучала в висках. Тишина давила, заливала жидким свинцом уши. Винс почувствовал, как холодный пот заливает спину. Что? Что происходит?       Но вдруг всё закончилось. Шум, шелест, шорох, шуршание, стук, тиканье ворвались в уши волной прилива. Лори моргнула и заметила Винса, который согнулся пополам и тяжело дышал.       — Кажется… Кажется, я умею останавливать время.

***

      Винс стал много тренироваться. К счастью, всё, что ему требовалось — это сосредоточенность. Заданий в списке меньше не стало, как будто даже наоборот. Но Винс всё равно успевал — ведь он тренировался, пока работал. Он останавливал время, пока чистил картошку, пока подметал, пока вытирал пыль и пока мыл посуду. Поначалу ему было трудно это делать, и остановка даже на несколько минут, — по его ощущениям, — оставляла Винса совсем без сил. Но парень пробовал снова, снова и снова. С каждым разом применять стар было легче, а сами остановки остановились дольше.       Они с Лори никому об этом не рассказывали: дар Винса, хоть и не развит, силён и опасен. Могут возникнуть проблемы, очень и очень серьёзные. Лори об этом сильно не задумывалась, но Винс понимал, что жадный до власти и денег человек, прознав о его даре, заставит парня работать на себя и, наверное, делать ужасные вещи. Поэтому Винс поклялся на Магическом Камне Мерлина, — самом сильном артефакте, может, во всём мире, — никогда не использовать свой дар во зло. Странно, но после магической клятвы, по сути связавшие его дар (пусть и не полностью) винсу удалось продлить остановки до нескольких часов! (Хотя как измерить время, если время остановилось?)       Теперь у парня появилась уйма свободного времени. Он мог проводить его с другими учениками и за чтением книг из библиотеки.       Однажды Мерлин это заметил. Ещё не пробил часть обеда, а Винс уже выполнил все задания и читал, сидя в одной из гостинных, им же и убранной. Мерлин вошёл и, поздоровавшись, внимательно огляделся. Винс тут же вскочил.       — Винсент, ты уже всё сделал?       — Да, Учитель.       Мерлин хмыкнул.       — Три дня назад кто-то активировал мой Магический Камень.       Винс покраснел, но взгляд не опустил.       — Это был я, Учитель. Так было нужно.       Старый волшебник вздохнул так, будто всё понимал.       — Ну что ж… Уроки начинаются в девять утра. Смотри не опаздывай!       Парень просиял.       — И ещё, Винсент. Я тобой горжусь. Всего три слова, а в них всё, что Винс искал.