Она и её Дарлинг

— Милый, а ты знал, что родился в год водяной медузы? — Чего-чего? Киёсиро крутанулся на стуле таким образом, чтобы в поле зрения оказалась кровать. На ней, завернувшаяся в распечатки, как в форт из одеялок, расположилась госпожа Джеллимон, что-то с интересом изучающая. Мордочка дигимона была насуплена, взгляд огромных чёрных глаз перебегал со строки на строку, кончики волос-щупалец чуть подрагивали от сосредоточенности. — Чего слышал! Водяная медуза, первый знак зодиака… Парень непонимающе мотнул головой, взлохматив серебристые волосы. У него на носу презентация, ещё доклад доучивать, и ивенты в играх никто не отменял, а тут… Медуза. — Первый знак, вообще-то, крыса… И я более чем уверен, что медузы в китайском зодиаке… — В вашем, может, и нет, — девочка-дигимон спружинила с кровати, взлетая, тем самым отправив в полёт в том числе и свои распечатки. — а вот у дигимонов есть! И ты родился как раз в год водяной медузы. Поздравляю, хихи! Довольное желатиновое существо зависло под потолком, перевернувшись вверх ногами, а Киёсиро всё пытался взять в толк, что эта новая информация о цифровом мире ему даёт. У них что, и летоисчисление, как у людей? А стихий тоже пять, или как? Спросить, однако, обо всём об этом Киёсиро не довелось: наружу вырвался совсем иной вопрос, неожиданный даже для него самого. — И… И что это обо мне говорит, госпожа Джеллимон? Девочка перевернулась вновь, теперь почти касаясь потолка круглыми желатиновыми ушками. На её мордочке играла та самая хищная улыбка, которая обычно предвещала либо проблемы, либо новые покупки. Выцепив рукой одну из распечаток, всё ещё летавших по комнате благодаря нескольким включённым вентиляторам, она принялась за чтение удивительно хорошо поставленным голосом. — Те, кто родились в год водяной медузы, находятся в гармонии со своими сильными и слабыми сторонами — они, скажем так, «в своей стихии». Они знают, чего хотят от жизни, и уверенно стремятся к своим целям, не обращая внимания на мнение окружающих. Полные скрытых талантов и врождённого упорства, они достигают больших высот в том, к чему душа лежит, но не почиют на лаврах, а берутся за что-то иное, постоянно меняя среду и окружение. Интроверты по жизни, они находят одиночество наиболее уютным и подходящим для себя состоянием и не стремятся заводить новые знакомства. В людях они ценят осторожность, терпимость и здравый смысл… Киёсиро кивал услышанному с довольной улыбкой на вытянувшемся от усталости и бессонной ночи лице. Пока что всё, по его мнению, совпадало, даже очень. — Однако, — продолжала цифровая медуза, не меняя интонации. — ни одно из этих преимуществ не может затмить главного недостатка водяных медуз — невероятной, поражающей воображение трусости. Эти существа мало того, что сидят закупоренными в четырёх стенах, как герметично запакованная лапша, так ещё и при первом же намёке на опасность пускаются в визг, панику и прятанье за спину прекрасным дамам. Которые, кстати, давно уже ждут от них внимания и ласки, а не всех этих «я занят» и «у меня конференция»… Резко вскочив со стула, Киёсиро запрыгнул на кровать и выдернул из ручек зависшей у потолка Джеллимон листок. Пробежав по нему глазами, парень ощутил, как в груди закипает негодование. — Это вообще не тот текст! Тут просто распечатки каких-то твоих вычислений! — А ты прямо взял и поверил, дурашка, — существо заливалось смехов, выписывая в воздухе кульбиты. — Твоё лицо стоило того. И вообще, я тут стараюсь, помогаю тебе отвлечься и не утонуть в своих докладах, а ты злишься, милый! Совесть бы имел! Упав с размаху спиной на кровать, Киёсиро понял, что сам хочет рассмеяться от всей этой ситуации, а ещё, что у него слипаются глаза. Какая-никакая, но это была забота со стороны надоедливой напарницы с вредным характером… А закончить презентацию можно и утром.