Она и её Дарлинг

А если бы он не поехал тогда в Японию? Была же возможность остаться. Университет закончен, диплом на руках, все двери открыты. Конечно, выбор работы небольшой — на некоторые должности несовершеннолетних просто по закону принять не могут, но альма-матер была готова пойти на встречу, уже обещали и поддержку, и заплату, и спонсирование будущих проектов. Да и вообще, кто сказал, что на магистерской диссертации всё должно остановиться? Почему бы не пойти в аспирантуру? Почему бы не начать подготовку к докторской? Он ведь подумывал пойти в науку, да и отец настаивал — способности, мол, негоже на ветер бросать, их надо пускать в дело. Подумаешь, тринадцать лет мальчишке! Чем раньше начнёшь, тем лучше. Самый молодой профессор компьютерных технологий из ныне живущих — ну разве плохо звучит? Мама, конечно, расстроилась бы. Она хотела в Японию, скучала по ней и была не очень рада тому, что Киёсиро столь глубоко погрузился в учёбу. Она переживала за его психику, и, как оказалось, не напрасно. Высокий интеллект ещё не означает, что нервы выдержат постоянную нагрузку, не рассчитанную на столь юный возраст. Отец, однако, игнорировал любые возражения — он был, можно сказать, опьянён успехами сына. Киёсиро возвращался домой на каникулы и заставал родителей то ссорящимися, то показательно молчащими. Так не могло продолжаться долго. А если бы продолжилось? Если бы он остался и избежал встречи с голографическими призраками? Конечно, в США они тоже были известны, существовали уже целые неофициальные исследовательские группы, но каковы шансы, что он бы и там наткнулся на общежитие с агрессивной доставучей медузой? Насколько вероятно, что там тоже нашёлся бы человек, у которого можно получить устройство для материализации дигимона? Есть в США для него свои Хиро и Рури? Спокойная жизнь. Понятная жизнь. Логичная жизнь, состоящая из учёбы и одиноких вечеров за компьютером. Та жизнь, в которой уютно и тихо, и не нужно разбираться в чужих проблемах, идти посреди выходного на картинг или в библиотеку, подвергать себя опасности, болтать онлайн о всяких мелочах, делиться мороженным или просыпаться от того, что к тебе под одеялом прижимается что-то небольшое, живое и упругое. Нет, как бы Киёсиро ни ценил своё личное время и личное пространство, в той жизни, что сложилась у него в Японии, всё-таки что-то было. Непривычное, сложное, порой опасное, но это начинало ему даже нравиться. Осталось только приучить кое-кого не копаться своими щупальцами в его компьютере, когда он не дома, и будет почти идеально.