Она и её Дарлинг

— Иггдрасиль! — говорил закованный в розовые латы рыцарь, поигрывая золотистыми лентами за спиной. — Великий компьютер, управляющий всем, что есть в этом мире! Он создал нас, он следит за нами, как справедливый отец, и мы должны слушаться его, ибо без него мы пропадём! Это он, между прочим, сделал меня столь прекрасным — ну и мир вокруг, разумеется. Не вижу смысла в дальнейшем споре. Девочка, ещё вина, пожалуйста! Джеллимон кивнула и ловко проскользнула прямо под столом дискутирующих громадин, унося с собой пустой поднос. Лорднайтмон, преисполненный истового восхищения своим божественным повелителем, едва не пнул медузку каблуком, даже не заметив, но та увернулась, и ухом не поведя. Оппонент рыцаря, тем временем, только разогревался. — То есть, ты хочешь сказать, что старенький сервер, который нас всех едва держит, может в какой-то мере являться богом, да ещё и справедливым? Проект «Ковчег» был до чёрта справедлив, соглашусь! Кто там должен был из нас выжить, вы, Рыцари, и… А, стоп, точно! Никто! — всё могучее тело быкоподобного дигимона сотрясало от смеха. — Справедливо, справедливо! Как насчёт того, чтобы не смешить ни меня, ни Хуанлунмона, и признать Четырёх священных зверей и господствующего над ними Тайцзи света и тьмы куда более мудрыми правителями? — Эхэм, Ваджрамон, дорогой мой друг… — лица под шлемом было не видать, но Джеллимон, успевшая вернуться, могла поклясться, что рыцарь сейчас недовольно морщится, словно вино, которое ему несли, не вызывало у него никакого энтузиазма. — Я понимаю, тебя коллеги ценят за физическую силу, не за мощь ума, но всё же… Сам подумай, кто создал всех священных зверей? Не с неба же они свалились? Чей сервер их, прости, хостит? И да, мне не нравится идея служить существу, которое гордится тем, что заведует тьмой за одно со светом. Мы годами, значит, искореняем Демонических Лордов, себя не жалея, а тут, на тебе — тьма, оказывается, неотъемлемая часть этого мира! Вот и разбираетесь сами с нашествиями из Ада, а мы, пожалуй, умываем руки! — Ты не кипишуй, красавчик! Говоришь, тьму не переносишь, а на свой атрибут давно смотрел? — фыркнул Ваджрамон, после чего сделал глубокий вдох, явно пытаясь успокоиться. Он пришёл в эту кантину образцом буддистской сдержанности, но разговоры с розовым рыцарем, похоже, способны были довести до белого каления кого угодно. — И вообще, Иггдрасиль, может, и держит в себе наш код, а души, души-то откуда?! Как раз-таки с неба, между прочим! Девчонка, где там еда?! Быстро кивнув, Джеллимон подлетела в воздух и принялась расставлять тарелки и бокалы уверенными движениями, умудряясь не пролить ни капли. — Значит, на личности переходим, — тяжёлый стул со скрипом отъехал в сторону, когда рыцарь приподнялся, уперев руки в столешницу. — Да будет тебе известно, практически весь цифровой мир поддерживает мой взгляд на вещи! — А ты докажи, чистоплюй! — И докажу! — рыцарь круто повернулся на каблуках, обернувшись к Джеллимон. Девочка различила своё отражение в отполированном розовом шлеме. — Вот ты кому служишь, девочка? Иггдрасилю или Четырём священным зверям? Оба спорщика уставились на неё с нескрываемым интересом. — Я служу своему финансовому благополучию, — честно призналась медуза, сверкнув нагловатой улыбочкой, — Счёт за еду и напитки сейчас принести, или вы ещё не договорили? За столом повисла мёртвая тишина. — Да вы не стесняйтесь, спорьте, спорьте! — рассмеялась Джеллимон, скрываясь за полотном, прикрывавшим вход на кухню. — Вашим богам от этого прока мало, а мне за вашу пьянку копеечка перепадёт!