Под прицелом твоего сердца!

Прошел месяц. Штаб находился под прицелом немцем. Все готовились к отражению атаки. Лишь ночи были тихими. Женька убегала после отбоя, и они проводили ночи с Этери, сидя у реки и разговаривая обо всем на свете. В эту ночь Евгения была на посту караульного в ночь. Снайперов нечасто ставили в караул. Но это было не впервой. Она ходила вдоль своей охраняемой территории и прислушивалась к каждому шороху. — Тихо? — Как никогда! Тебе нельзя здесь находиться. — Я знаю, но уже не представляю вечер без тебя. — Ты пилотку свою оставила у меня! — Вот я, ну, извините, товарищ капитан. Слишком быстро пришлось бежать. Что там на передовой? — Пока тихо. Думаю, мы бы просто так спокойно сейчас не сидели, будь там что-то не ладно! — Не нравится мне тут, хочется врага побеждать. Почему я не там? — Будет время, успеешь ещё. — О, полетели голубчики. Этери подняла голову и увидела вражеские самолёты. — Разведчики? — Спрашивает Евгения. — Не нравится мне все это. — С испугом произнесла женщина и метнулась обратно, чтобы доложить. *** На передовой. — Воздух! Всем в укрытие! *** Медведева обернулась, на горизонте появился дым и зарево огня. «Вот они, и птички прилетели», — чуть слышно произнесла девушка. Начался бой. Он шел не прекращаясь вплоть до рассвета. В штабе обсуждались проблемы ярово-спонтанного наступления немца. — Вызываю штаб, нужно подкрепление, вражеские снайперы неуловимы. Пару отрядов бы ещё. — Вас понял, ждите подкрепление. — Лейтенант Скворов ,быстро мне сюда майора Когана. — Есть, товарищ полковник. *** Через несколько минут пришел майор. — Товарищ полковник. Майор Коган по вашему приказу прибыл. — Александр Ильич, задача такая: высылаю ваш отряд в подмогу на передовую. Старшина Дудаков и пятерых снайперов, самых лучших. Приказ понятен? — Так точно, разрешите выполнять! — Быстро! *** — Если уж вызвали не Тутберидзе, то вопрос и проблема куда важнее, чем кажется. Поняли меня, Дудаков? — Будет выполнен. — Бегом, машина у правого КПП. Дудаков выбежал и отыскал свой отряд. — Медведева, Трусова, Семенко, Алиев, Коляда. Полная боевая готовность, выезжаем через пять минут. Винтовки в ружье! Выполнять приказ. Кондратюк доложить капитану Тутберидзе о приказе. — Есть! Бегом! *** Через некоторое время бойцы уже выехали на передовую. Через полчаса ребята были в окопах с полной выкладкой. — Старшина Дудаков, прибыло подкрепление. В вашем распоряжении отряд 252, снайперы. — Вас понял. Бойцы, слушайте приказ: траншеи впереди, снайперы врага засели хорошо, бьют наших, нужно выяснить, откуда бьют, но с особой осторожностью, не высовываться. Ясно? — Так точно! Так, отделение, распределяемся на 10 метров друг от друга, сидим в траншеях и думаем, где можно оборудовать позиции, изучаем нейтральную полосу, пытаемся определить местоположение снайперов, если видите какое-либо шевеление, стреляем на поражение! Задача ясна? — Так точно! — Выполнять! К бою. *** Медведева отдалилась на определенное расстояние, завязав узел и изучая немецкие позиции. Нейтральная полоса была огорожена колючей проволокой, а дальше тьма, блиндажи. Окопы. Медведева четко смотрела в прицел винтовки. «Нужно как-то спровоцировать, по пороховому дыму можно будет определить место положения снайпера». Медведева подхватила лежащую рядом каску убитого солдата. Она накинула ее на ствол винтовки и подняла его ввысь над траншеей. Она повернула голову и кивнула Трусовой. Та все поняла и уставилась в прицел. Затишье, выстрел, прямо по каске, которая отлетела чуть в строну. Медведева испугалась и прижалась к земле. — Вижу! — Сообщила Трусова. — Прилёг, урод! Давай ещё, Медведева. — Давай ты, а потом нужно найти новую позицию, потому что на старой оставаться нельзя. Могут огонь сверху подать! — Да, хорошо. Трусова подняла каску и накинула на ствол своего оружия. Тишина, огонь, выстрел. И Медведева тоже его видит. — Саша, быстрее, уходим влево. Саша приподнялась и резко была накрыта грудью Медведевой. — Ползком, Трусова, блять! Пошли! — А доложить? — Потом! Через несколько минут на их позиции прилетел снаряд. Девушек накрыло пеленой и ошметками рассыпчатой земли. — Жива? — Ага! — Давай туда! Начался сильный шквальный огонь. Старшина лишь сглотнул слюну, увидев, как снаряд влетел прямо на позицию его отряда. Но через несколько минут, когда дым рассеялся, он увидел бегущих девушек, вылетевших из окопа по направлению вперёд. Пули свистели над головами. — Куда, стояяять! Медведева, Трусова! Дуры! *** — Сейчас встаём и бежим вон в ту траншею от взорвавшего снаряда! Поняла? Давай, пошли! Они вскочили и двинулись вперёд. Лишь слышен был свист пуль над головой. Они нырнули в яму и притаились. — Что делать то будем?! Зачем нам сюда? — Сейчас огонь прекратиться, выглянешь - поймёшь. Огонь стоял ещё несколько минут, но немцы затихли, в том числе и мы. — Смотри! Медведева высовывает винтовку и всматривается в прицел. — Ого, тут как на ладони. — Видишь своего? — Да. — Я тоже! Будь готова… Они лежали вдвоем, что было в крайней степени небезопасно. — Слева, смотри, видишь? — Да, третий! — Ага. Они лежали и наблюдали. Не высовывались, черти. Как вдруг Медведева слышит выстрел. Трусова попадает с точность до миллиметра, сухо в голову. — Есть один. Взглядом Трусовой можно прожечь кирпичи. Она жаждала этого момента. *** Тем временем в окопе. — Что они делают, товарищ старшина?! Зачем они на нейтралку вылезли?! — Приказа не было не выходить на нейтральную. *** — Перемещение давай после выстрела, ты в одну сторону, я в другую. — Поняла. Медведева потихонечку поползла левее, оставляя свою каску на том же месте. Выстрел. — Хорошо, Коляда. Третьего ищем! *** А Медведева уже наблюдала за ним. И ждала, ждала его самого. Палец на курок. Прицел, выстрел. Хладнокровно. Старшина тоже наблюдал за ним. — Убиты! Позиции не теряем, остаёмся! Как только произнес об этой новости старшина, лейтенант выдал приказ. — Бойцы, в бой! Вперёд! И они пошли, встали, побежали, и пошла война. Медведева и Трусова не ожидали прорыва. Но продолжали стрелять по немцам, бегущим на них. Крики, пули, снаряды, взрывы. «Вот влипли, назад не отползем теперь», — подумала Женя. *** Тем временем Тутберидзе направлялась на передовую с новым составом подкрепления. Все с теми же бойцами. — Почему мне не сообщили о том, что отряд снайперов убыл на передовую? — Товарищ капитан, это произошло спонтанно. Смоленский фронт полыхает. — Так, все! Готовьтесь к бою! *** Через некоторое время прибыло полное пополнение, и отряды заняли позиции. — Капитан Тутберидзе, как обстановка, лейтенант? — Отряд 252 под руководством старшины Дудакова сняли трёх снайперов. Мы подняли состав в бой! Занимайте позиции и ждите команды! — Где отряд 252? — Дальше по периметру. — Вас поняла. Тутберидзе, нагибая спину и не высовываясь, побежала к отряду снайперов. — Дудаков! Почему не поставили в известность? — Этери, ты-то как тут? — А где мне быть? Все живы? — Были да. — Алиев, Коляда, Семенко там на позиции. — Медведева где? Трусова? — Женька твоя герой… — Где она? — Она там, на линии нейтральной полосы! — Как? Чей приказ?! — Не было приказа, Этери. Трусова и Медведева там, они убили снайперов. — Черт! — Вон они! Товарищ капитан! Этери высунула голову и увидела, как через дым ее Женька бежит вперёд, уворачиваясь от пуль. Она видит ее, секунды останавливаются. Как в замедленной съёмке. Она бежит с винтовкой в руке. Хлопок, как по ушам, раздается перед глазами Этери. Она закрыла глаза на мгновение. Открыв, она увидела, как ее девочка падает на землю, теряя оружие. Время остановилось. — Неееет, Женяяяяяя! Нееет! Она вылетает из окопа и летит сквозь пулеметный обстрел к ней. — Этери, стооой! Куда! Нельзя! Лейтенант видит всю картину ситуации. — Отряд, прикрыть капитана! Вперёд! Встали все, вперёд! Огонь! Вся рота подкрепления поднялась. И штурмовали. *** Она бежала, мины взрывались со всех сторон, пули свистели в сантиметрах от висков. Ныряя в очередную яму от снаряда, ее хватает холодная рука. — Стойте! Нельзя! — ТРУСОВА, КАКОГО ЧЕРТА ВЫ ЗДЕСЬ?! — Товарищ капитан, действовали по приказу, враг уничтожен. Медведева там… Я прикрою вас. — Спасибо… Саша… Прогремел взрыв, их осыпало землёй. — Бегите, пока дым. *** Этери поднялась и ползком двинулась вперед. Медведева лежала на боку в углублении все той же мины. Прижимая к груди свою винтовку. — Боже, Женя! Этери быстро подлетела к девушке. — Ты жива. Смотри на меня. Где? Ничего не было видно, смог стоял прямо над ними. Девушка разжала руку, отпуская винтовку, в которую вжалась, стирая боль, переворачиваясь на спину. Этери увидела ключицу, которая была окровавлена. Она дотронулась до раны. Медведева прикусила губу от прикосновения. Убирая руку, женщина посмотрела на свою окровавленную ладонь. — Потерпи, сейчас, родная! — Тери, пить…пить хочу. Капитан поднялась на колени, доставая флягу. Она аккуратно взяла голову девушки и приподняла, приложив к ее сухим губам. Капля упала на ее щеку. Она не из фляги. Девушка подняла глаза в небо. Взрыв раздался возле них! Этери прижалась к Жене, накрывая ее всей грудью. Посыпались осколки и земля на ее спину. Начался сильный ливень. — Дождь… Я люблю дождь. — Хорошо, говори со мной. Сейчас помогу тебе. Смотри только на меня, слышишь?! Дыши, я с тобой! Не слышно было ничего, кроме них двоих. Хотя, там где-то сверху бой не прекращался. — Тери, я люблю тебя! — Держись, солнышко, я тоже тебя люблю! Она держала ее за скулы, и они смотрели друг другу в глаза. — Поцелуй… Она дотронулась дрожащими губами до раскаленно-сухих губ девушки. Девушка закрыла глаза. Этери говорила ей прямо в губы: — Малыш, держись, сейчас я приду с помощью. Лежи, пожалуйста, сейчас. Она резко отстранилась, держа за руку. Взглянула холодным взглядом, отпуская такую хрупкую и нежную руку. — Дыши, я вернусь! Этери вылетела из окопа и добралась до медпункта. Резкий хлопок, взрыв и темнота. Капитан Тутберидзе упала, ее оглушило, в ушах лопнули струны. Она схватилась за голову и на выдохе произнесла: — Прости, девочка моя. А дальше темнота, пустота, и только запах пороха стучал по вискам.