Монстр.

Опять. Опять сообщение с неизвестного номера. Удивительно одно: номер тот же. Тот кто это делает видимо хочет, чтобы его нашли. –Странно.. –смотря на экран телефона уже пару минут, Нурлан задумывается, пытаясь всё же понять ход мыслей этого человека. Но было это неимоверно сложно, учитывая все его действия последние несколько лет. __________________________________ –Ничего странного, дружок, –усмехнувшись, светловолосый мужчина встает с кресла, на котором сидел мгновение назад, решив немного походить по комнате, оборудованной под некое 'логово'. Лёша. Да, возможно в школьные годы был не самым умным и прилежно учащимся учеником, но это не отменяет факта, что за несколько лет самообучения и саморазвития он не мог достигнуть хоть каких-то успехов в стезе, что интересна ему. Возможно поэтому сейчас он находился в комнате с несколькими экранами, точнее мониторами, на которых были и офис, и лаборатория, и комната Сабурова. Он следил. Потому что знал, как и чем будет заниматься этот парень ещё со школы, и знал, чем сам будет заниматься. Не сразу, конечно, определился. Скорее, его натолкнули на это. Но так тщательно следил Алексей исключительно за Нурланом. Возможно, потому что из всех, только в нем Щербаков видел, то сожаление, что не видел в других, но это и стало причиной особого интереса 'монстра' к нему. Убийца хотел подольше помучать Сабурова, 'наиграться' с ним вдоволь. Так как из-за того же сожаления, Лёша думал, что Нурлан поможет, защитит или какие-либо ещё термины, подходящие тогда к той ситуации, если это, конечно, можно так назвать, но вопреки его ожиданиям этого не произошло и темноволосый парень, поначалу дающий надежду на 'спасение', стал тем, кого Щербаков сейчас ненавидит всей душой, каждой клеточкой тела. У Лёши был план. Как только он выпустился со школы, он уже знал, что главной целью его жизни станет месть. Не просто убийства, а именно жестокость, запугивание жертв. Он хотел, чтобы они почувствовали, тот же страх как сам Щербаков когда-то тогда несколько лет назад, когда боялся явиться в школу, просто потому что знал, что ни один день не пройдет без унижений или того хуже побоев. Поэтому Лёша сначала написывал своим школьным обидчикам безобидные сообщения, потом угрозы. Пытался довести их до тревоги, паранойи. Изначально в планы Алексея входило только запугивание и последующее убийство, но что-то явно пошло не так, когда он выследил 'главаря' некой школьной банды, которая постоянно заостряла внимание на парне. Угрозы с того момента в сторону Адиля стали серьезнее, чем были ранее. Щербаков зашел так далеко, что пробрался в квартиру мужчины и установил камеры, прослушку. Он узнал, когда куда и зачем Адиль уходит из квартиры. Благодаря этой информации угрозы перешли от обычного спама, как могло показаться, до самых настоящих бумажных писем, которые уже никто давно не писал, ещё и оставленных не просто в почтовом ящике или под дверью, а в самой квартире. Причем найти Адиль их мог где угодно: на своей кровати, на обеденном столе и в множестве других мест, находящихся внутри квартиры. При этом всем Леша же не дурак писать письма собственным почерком ещё оставлять на них свои отпечатки, эти моменты он также продумал, ведь не хотел, чтобы его нашли до исполнения главного пункта его плана. После убийства Адиля и началось все то, что продолжалось и по сей день. Жертв находили с надписью 'монстр', что являлось неким почерком Щербакова как убийцы. На письмах самим жертвам уже тогда Леша решил не останавливаться, начал писать и их родственникам, которых только мог найти. В письмах описывал само убийство и конечно причину его, но не называя особых подробностей, продумывал каждый момент. Перед тем как его найдут, он просто обязан был воплотить свой план в жизнь. Он жаждал отомстить всем кто участвовал в его унижении, но Сабурову в первую очередь. Да, Нурлан был на первом месте в 'списке' Лёши. Конечно, он понимал насколько умным может оказаться этот мужчина, но отказываться от своей цели тоже не хотел. Щербаков уже также знал где и кем работает Сабуров, успел поставить камеры везде: в квартире, офисе и лаборатории. Конечно, он не идиот, чтобы ставить эти самые дешевые и заметные камеры. Было бы странно, если бы они стояли на самом видном месте и их бы никто не заметил. Конечно, ему пришлось приложить не мало усилий, чтобы проделать это всё. Не мог же Лёша в открытую взломать дверь, тогда бы точно этот следак осмотрел всю свою квартиру, но и попасть в неё скрытно было достаточно сложно. Нужно было откуда-то достать ключи Нурлана, сделать копию и всё это так, чтобы мужчина не заметил. На это потребовалось чуть больше времени, чем расчитывал Алексей, но в итоге у него получилось и он уже около месяца наблюдает за Сабуровым. Это было даже забавно, иногда сам Лёша стебал себя за все, что он сделал. Сидя за своими мониторами, он выглядел, как самый главный злодей во всех фильмах, что он видел, из-за чего внезапно начинал смеяться, ведь не специально так получилось, он просто следовал плану, так чтобы ему было удобнее следить за жертвами и никто его не нашел раньше времени. На самом деле Щербаков не знал даже, что будет делать после исполнения последнего пункта плана, задумывался, конечно, но не знал и не понимал. Сейчас остается последний рывок: убийство ещё одного из той самой 'банды'. Ему надо было дать следователю ещё больше наводок на себя, но желательно так, чтобы его не пришли ловить какие-нибудь омоновцы. Лёше нужен был только Нурлан. Естественно, он уже начал писать мужчине и намекать на свои дальнейшие действия и, конечно, на то, что одной из жертв будет Сабуров. Хотя Лёша подозревал, что следователь может догадываться, ведь убийства и впрямь были связаны, не для всех, но все же очевидной вещью. О таком, как казалось Щербакову, может догадаться только тот, кто непосредственно занимается расследованием или тот, с кем это всё также связано. Поэтому как бы он не хотел уже приступить к самому важному, нужно было делать все максимально аккуратно. Алексей, до этого ходящий по комнате в раздумьях, подошел к деревянной доске, на которой он сам выстраивал план действий, и, взяв маркер черного цвета, обвел фотографию мужчины, улыбаясь при этом. —Ты следующий.