Алгоритм

***

"Жить здесь и сейчас" Мэлани Лиувилль придерживалась именно такого принципа. Что могло быть важнее, чем получить удовольствие от жизни? Да и чего можно требовать от пятнадцатилетнего подростка? Кто в таком возрасте не был максималистом? В глазах - пляшут чёртики, в руках всё горит, всё спорится. А проблемы... Такого слова и вовсе не существует в лексиконе, когда тебе пятнадцать. Девочка-война, ураган, буря. Которая сметёт и не заметит, если вы по своей оплошности оказались на её пути. Мэл родилась 26 ноября 2015 года. Для Детройта 10-е годы 21-го века были весьма непростыми. Выход из кризиса, вызванного массовым закрытием машиностроительных предприятий, высокий уровень преступности, и, как следствие - демографический упадок. Состояние города было, прямо скажем, плачевное. Десятки квадратных километров, что раньше занимали дома, школы, заводы и магазины теперь почти полностью поглотила сила природы. Брошенные здания рушились от дождей и морозов, а лишенные ухода улицы поросли травой и деревьями. Настоящие урбанистические джунгли. Наверняка, нечто похожее осталось бы после того, как погибло всё человечество. Но, к счастью, пока слова о падении огромного метеорита, всемирном потопе и призраке ядерной войны оставались только словами. Не более, чем строки из жёлтой прессы. Но людям нравилось щекотать себе нервы, читая остросюжетные заголовки газет и журналов. Перемыть кости политикам и жителям других государств. Мол, такие они сякие, варвары и тому подобное. Как бы там ни было, проблемы безработицы, смертности от рака, грабежи и разбои волновали горожан куда больше, чем мировая политика. Коренные детройтцы с тяжёлым сердцем покидали насиженные места, а многие люди более старшего поколения и вовсе отказывались уезжать. Единственное, что предприняла тогдашняя власть - поселила оставшихся жителей ближе к центру города, чтобы службам было быстрее и проще исполнять свои обязанности. Мэлани родилась в Детройте, когда о его возрождении только начинали говорить. Множество проектов, которые разрабатывались по всей территории США, были направлены на возвращение городу и штату в целом былой славы. Кто-то из деятелей предлагал возобновить тяжёлую промышленность, но некоторые строили более грандиозные планы. Одним из таких стал Дрейк Лиувилль. Молодой, подающий надежды агент, занимающийся продажей и арендой недвижимости. Нулевые и десятые годы для Дрейка были весьма непросты, но он оказался готов рискнуть всем. Азартный характер и стремление к самодостаточности дали о себе знать - семья Лиувилль жила небогато, как довольно большое число американских семей. Но с юности Дрейк мечтал об огромном доме, большой дружной семье и состоянии, которое позволит его детям ни в чём себе не отказывать. В конце концов, жизнь одна, и прожить её хотелось в роскоши и покое. Поэтому, когда грянула острая фаза кризиса, многие жители Детройта погрязли в долгах. В связи с этим прокатилась волна арестов жилья - люди попросту оказывались на улице с теми скромными пожитками, что могли увезти на видавшем виды пикапе. Другая же половина мигрантов продавала дома за бесценок. И вот тут-то скромный бизнес Лиувилля начал приносить плоды. Пока тянулись долгие годы застоя, мало кто из бывших друзей Дрейка верил, что из этой затеи выйдет что-нибудь путное. Но мужчина не опускал рук. К тому же, рядом с ним всегда была его надежда и опора - красавица-жена Глория. Очаровательная мексиканка навсегда покорила сердце мужчины ещё во времена колледжа, где они познакомились в общественной организации, которую курировала Глория. Жизнь мигрантов на территории штатов из других, менее развитых стран, была крайне непростой. Ко всему прочему добавлялись притеснения по национальному признаку, цвету кожи и гендерной принадлежности. Насколько бы активно государство не пропагандировали равенство и мир для всех, было достаточно много агрессивных, радикально настроенных американцев, которые считали, что только они могут быть хозяевами страны и иметь решающий голос. Глория же с малых лет испытывала на себе все прелести "равенства". Но ради лучшей жизни приходилось терпеть. Девушка добилась неплохих результатов в спортивной гимнастике, а также занималась социологией и обществознанием. Собственно именно такого рода профессию и избрала будущая первая леди Детройта. К 2022 году, когда город уже восстановился не только в прежних границах, но и захватил ближайшие окраины, Дрейк стал мэром Дэтройта. Сомнительное дельце, которым промышлял мужчина в годы упадка, стало приносить колоссальную прибыль уже к 18-20 годам. А в 2022 Лиувилли смогли организовать собственную партию и Дрейк официально стал хозяином родного города. В этом же году в Детройте, уже прославивший своё имя изобретатель Элайджа Камски, представил миру первый прототип Андроида, которого назвал Хлоей.

***

Время шло, мчалось без остановок, как самое скоростное в мире метро. И чем активнее шёл прогресс, тем меньше люди вообще обращали на это внимание. Кто-то жил около черты бедности, а кто-то напротив - утопал в славе и роскоши. Обычная история, какой бы век не шагал по планете. Семья Лиувиллей была одной из уважаемых не только в Детройте, но и во всей стране. Дрейк был в числе первых представителей верхушки, которая поддержала начинания ещё тогда юного Элайджи. Андроиды, которых парень пробовал создавать на уровне простейших моделей, обещали стать верными помощниками людей во всех сферах жизни. Особенно в тех, что были сопряжены с риском жизни и здоровью, а также требовали больших затрат физической силы. Андроиды спасатели, копы, механики, спортсмены, грузчики, космонавты, медики...этот список можно было продолжать до бесконечности. Более простые модели роботов уже долгие годы служили человеку верой и правдой, но Элайджа хотел большего - создать машину по своему образу и подобию. Андроиды должны были вписаться в повседневную жизнь не просто в роли инструмента. Он хотел, чтобы люди прониклись к ним определенными чувствами. Воспринимали не просто, как обслугу, но как членов семьи, если это домашние андроиды, или как коллег и друзей, если машина предназначалась для производства и общественной деятельности. Само слово "машина" должно было постепенно выйти из обихода человека. Но всё было не так просто. Люди. Их природа такова, что всё, что они создают - стремятся подавить и использовать, а то, что создало их - переплюнуть. Уподобиться творцу. Ведь сама мысль о такой возможности невероятно тешит самолюбие. Однако Элайджа был скорее мечтателем и фанатом своего дела, чем тщеславным "производителем". Модели, что он создавал в первые годы своих исследований, успели принести немало пользы. Один из таких случаев произошел именно с Дрейком. Мэр Лиувилль и его супруга были давно женаты, ещё задолго до того, как мужчина занял пост главы города. Они с Глорией жили в самом обычном доме, самой обыкновенной семьёй. У них были кот и собака, по выходным супруги приглашали друзей на барбекю, а на Рождество дарили друг другу подарки в забавных велюровых носках. И всё было прекрасно, вот только детей у них завести никак не получалось. Дрейк и Глория посетили многих врачей даже за пределами штата, но те только разводили руками - оба супруга здоровы. Причина может быть в генетической несовместимости и плод изначально не формируется. Догадок была масса. Результат - нулевой. И когда муж и жена уже почти с этим примирились, стали подумывать о том, чтобы взять ребенка из приюта. Вот тут-то на горизонте и появился горящий дерзкой мечтой Камски. Тогда название "Киберлайф" ещё никому не было широко известно. Едва зародившаяся компания стала активно внедрять первые прототипы машин, ещё далёких от сходства с настоящими андроидами. Однако, многие из них уже тогда были одобрены специалистами и добровольцами. Именно в числе вторых и были Лиувилли. Генетическая терапия, которую проводили роботы-медики не давала никаких гарантий, но у супругов появилась призрачная надежда на успех. В проекте, что касался конкретно медицины, были андроиды хирурги, специалисты по каждой отрасли медицины, и даже суррогатные матери. Пока люди были способны доращивать рождённых раньше срока младенцев, идеи "Киберлайф" шли гораздо дальше. Но пока смелые мечты так и оставались неосуществимыми, медики предложили Глории не рисковать и без того слабым здоровьем и прибегнуть к помощи человеческой суррогатной матери. Сама мысль, что их ребенка выносит и родит чужая женщина, невероятно пугала Глорию. Довольно частыми были случаи, когда женщины не хотели отдавать новорожденных, требовали за них выкуп или чего хуже - пытались скрыться в неизвестном направлении. Поэтому миссис Лиувилль согласилась на такой шаг только когда её муж предложил самую надёжную из всех кандидатуру. Свою родную сестру Аву. Женщине было уже за 25, однако скрининг признал её здоровье вполне пригодным для беременности. И вот, через несколько попыток и чуть более года спустя родилась Мэлани.

***

Родители в малышке души не чаяли, а сама Ава была попросту очарована племянницей. Но шли месяцы, годы. Дрейк стал мэром Детройта и времени на семью у него оставалось всё меньше. Глория также стала больше внимания уделять партии, когда Мэл уже исполнилось семь и она пошла в школу. В младших классах девочка хорошо общалась со своими сверстниками, но когда стал подкрадываться подростковый возраст, родители решили перевести дочь на домашнее обучение. В школе её считали не от мира сего. Девочка часто любила сочинять небылицы, участвовала в любых конкурсах, рисовала, ходила в театральный кружок, писала небольшие рассказы и четверостишия. Конечно, они были ещё наивными и непрофессиональными. Но Мэл была ребенком. И довольно настырным. Что бы ей не говорили, она не отступала от задуманного. Неприятную критику пускала мимо ушей. А если её пытались обижать сверстники, то скорее могла дать сдачи и сами обидчики убегали плакать в туалет и жаловаться мамкам и папкам. Это была одна из причин, по которой учителя посчитали её "асоциальной" и небезопасной для детей. Директор школы мягко предложил Лиувиллям подыскать для дочери заведение получше, со специализированным персоналом. Дрейка поверг в ярость тот факт, что его ребенка признают чуть ли не опасным и отсталым, и он без колебаний забрал Мэл. Вот если бы к упорству дочери добавить чуть больше усидчивости... Вкупе с такой богатой фантазией, как знать - девочка наверняка смогла бы добиться успеха в любой сфере, что её заинтересует. Первое время семье помогали репетиторы, а уж когда отец поднялся на верх иерархической пирамиды, то смог подыскать для дочери лучших преподавателей по различным наукам, чтобы её таланты было возможно развить как положено. Но мысли Мэл витали в совсем ещё неизведанных далях.

***

Просторная комната с огромными высокими потолками была залита солнечным светом. Мэл в очередной раз поёрзала на стуле, сменив положение тела. Попеременно она то подпирала подбородок, то откидывалась на спинку, борясь с приливами дремоты. Уроки часто навевали скуку. Мэл моргнула, когда преподаватель повернулся к ней лицом, продолжая пояснять написанное на доске. Светящиеся буквы сменились другими. Прозрачный экран располагался прямо посередине зала. Вместо текста появился фрагмент сериала - в доли секунд, среагировав на смену освещения, окна оказались занавешены плотными экранами. Внутри царила полутьма. Люди на фоне болтали о какой-то вечеринке, о том, кто с кем начал встречаться и кто кому изменил. Мэлани прикрыла рот рукой и с удовольствием зевнула. Датчик, прикрепленный к виску, замигал. Мужчина краем глаза давно заметил состояние ученицы, но до последнего пытался сохранять невозмутимость. Экран просветлел и стал прозрачным, а в комнате снова стало светло. - Mademoiselle. Vous m'entendez? - девушка вздрогнула, когда голос учителя прозвучал не через устройство, а буквально у неё над ухом. - Я слушала. Почти постоянно. Простите, мистер Кларк, - виновато улыбнулась шатенка. Мужчина вздохнул и покачал головой. Всё как обычно. - Мисс Лиувилль, вы же понимаете. Я не просто так прихожу к вам, чтобы вычитать материал и получить за это кругленькую сумму, - он опустился на корточки, чтобы их взгляды были наравне. Мэл поёжилась. Когда учителя называют тебя по фамилии это всегда вызывает дискомфорт. - Мне не нравится учить языки, мистер Кларк. Это скучно. К тому же, я в любой момент могу взять с собой переводчика. - Любые знания, мисс, делают нас более развитыми и полноценными. Знаете ли вы, что объем нашего мозга постепенно уменьшается? И всё это результат научно-технической революции. - Тем не менее, этого уже не остановить, - Мэл открепила датчик и положила его в руку преподавателя. - Я пока не понимаю, в чём моё предназначение. Но явно не в том, чтобы просиживать лучшие дни жизни за уроками. Тонкий ободок на запястье девушки чуть завибрировал. Словно узор, нанесенный тату-мастером - приборы в повседневной жизни человека становились всё меньше размером и всё ближе располагались к телу. Рисунок засветился, выводя небольшую проекцию. Видео-сообщение, напоминающее Мэлани о том, что через пятнадцать минут пора ехать на встречу с мамой. Девушка сделала движение пальцами в воздухе и изображение пропало. - Полагаю, на сегодня можно закончить, - подытожил Кларк. - Очень жаль, что ты так несерьёзно ко всему относишься. У тебя большое будущее, я это хорошо вижу. Но если ты и дальше будешь так халатно ко всему относиться... - мужчина повертел в руках крохотный датчик - даже такое чудо техники не поможет. Подумай над этим, Мэл. - Обещаю подумать, - приложив руку к сердцу, девушка состроила серьезный вид. Мужчина недовольно покачал головой. - Когда я был школьником, мы могли только мечтать о таком. Предмет, что может сразу поместить в голову всю необходимую информацию. Главная сложность заключается лишь в том, что человеческий мозг, в отличие от компьютера, имеет свойство выделять и удалять ненужную информацию. При этом, для каждого человека эти критерии индивидуальны, - он задумчиво потёр подбородок. - Для кого-то чрезвычайно важно помнить события и даты из жизни исторических личностей, кто-то с радостью втиснет себе в голову многотомники по астрономии. Или тысячи песен и поэм, написанных в разное время. Наверное, именно по этой причине такая разработка так и не позволила сделать вундеркиндов из всех детей поголовно. - Вот поэтому никто и не хочет учиться, какой в этом смысл? Я ведь могу при необходимости присоединить нужный датчик, выбрать отрасль, язык или науку и просто воспользоваться тем, что там есть, - шатенка повела плечами. - Информация будет проходить по нейронам в мозг, словно эти знания мои собственные. Я использую их, а потом они тут же удалятся за ненадобностью. Разве не чудесно? Иметь возможность записать интересные эпизоды и удалить назойливое? - мужчина промолчал. - В таком случае получается, что человек как вид изживает себя. И пока что единственная его польза - в разработке того, что однажды заменит его. - Девушка усмехнулась. - Вы быстро учитесь, мистер Кларк. Думаю, так и должно быть. Человек - существо, над которым природа постаралась меньше всего. Ни в одной пищевой цепочке в нас нет смысла. Циклы биосферы находятся в гармонии. Человек постоянно всё портит. Так зачем же ему продолжать существование? Если за столько веков никто так и не понял, для чего нас создали? - Мэл закидала учителя вопросами. Но ни на один он не оказался в состоянии ответить. - Пожалуй, с этим вам стоит обратиться к философии, мисс, - Кларк прищурился. - А говорите, что не можете определиться с тем, чем заняться в жизни. - Мне нравится искать истину, но вряд-ли это можно считать профессией, - девушка оправила платье и с удовольствием потянулась, растрепав свои пушистые кудрявые волосы. - Но толкать речи, чтобы люди прям рты открывали - вот это по мне, - шатенка улыбнулась своим мыслям. - Хочу сделать что-то такое, чтобы люди мной восхищались. - Мужчина ненадолго задумался. - Пожалуй, для этого достаточно остаться человеком в любой ситуации. Проще сказать, чем сделать. - Девушка не моргая уставилась на учителя. Так просто и очевидно. Но как много соблазнов растолкать всех, кто ниже, и занять верх в "пищевой цепочке" общества. Прошла минута раздумий и девушка снова улыбнулась. - Сегодня был очень интересный урок. Спасибо вам, мистер Кларк. Я обязательно обдумаю всё, о чём вы сказали.

***

Вприпрыжку спускаясь с лестницы, Мэл понеслась мимо служанок. Все как одна светловолосые, с одинаковыми причёсками и формой одежды, они учтиво поклонились маленькой хозяйке, промолвив "госпожа", и не сменили позы, пока та не остановилась в дверях. - Ну же, отомрите, не нравится мне, когда вы так делаете, - девушка надула губы. Служанки выровнялись и молча уставились на неё. Светло-серые глаза выражали внимание, руки сложены в покорной позе. Все четверо с совершенно одинаковыми лицами. И у каждой на правом виске мягким голубым светом выделялся диод. Мэлани подошла к ним, взяв двоих, что стояли ближе, за руки. Их диоды сменили цвет на жёлтый. - Лауры, я ведь вам говорила. Вы не просто слуги. И вы не обязаны угождать мне, - шатенка ласково поправила прядь одной из девиц. - Вежливого приветствия вполне достаточно. Не нужно кланяться и опускать глаза в пол. Я хочу, чтобы мы были друзьями, понимаете? - четыре пары глаз неотрывно следили за человеком. - Вам ведь за это не платят. Вы просто делаете, что попросят, и можете быть свободны. Да? Помните - можно бывать в библиотеке, в саду, в бассейне. Да где пожелаете. Совсем не обязательно ждать наших указаний. Договорились? - девушка коснулась руками двух других Лаур. Затем все четверо согласно кивнули. - Вот и отлично. Я сейчас уезжаю, но вечером жду от вас историй. Пусть каждая из вас придумает, чем заняться, и потом я с удовольствием послушаю, чему вы научились. - Да, госпожа, - ответили андроиды. Мэл нахмурилась. - Так не подходит. Давай по нормальному, как договаривались. - Лауры переглянулись. - Да, Мэлани. - Теперь гораздо лучше. Снаружи ждала машина. Двери поползли вверх, а у самого входа её дожидался водитель. Голубоватый свет ярко выделялся на фоне его темной кожи. - Рад тебя видеть, Мэлани, - довольная собой, девушка протянула ему руку и позволила проводить себя. Расположившись на переднем сиденье, она чуть сползла и осталась в позе полулёжа. Уроки утомляли. А сегодня их было шесть. Андроид приложил руку к сенсору и машина двинулась с места. С виду он походил на мужчину лет тридцати, крепкого телосложения. Ему бы скорее быть баскетболистом или играть в бейсбол, подумала Мэл, впервые увидев Даррена. И девушка уговорила родителей пригласить тренеров, которые спустя довольно короткий срок обучили андроида основам обоих видов спорта. Так как искусственный интеллект великолепно обучаем, Даррен уже за пол года смог стать на один уровень с мастерами спорта. Только людям для этого годами требовалось оттачивать свои навыки. Он не глядя двигал пальцами по сенсору, внимательно следя за дорогой. Опоры моста отбрасывали тени на ленту реки. Глубокая, а от её синевы по коже пробегали мурашки. Вода в ней никогда не застаивалась и была довольно холодной. Ненадолго Мэлани задремала, опустив голову на грудь. Даррен убавил музыку и прикрыл девушку тонким пледом. Во сне тело человека немного остывает, а Мэл и без того была жуткой мерзлячкой. Вообще дискомфорта, связанного с прихотями погоды, она не любила. Андроид молчал и терпеливо ждал, когда маленькая хозяйка проснется. - Скоро приедем, - сонно протянула шатенка, прислонившись щекой к стеклу. На поверхности остался влажный след от дыхания. - Как же мне всё это надоело. Ты даже представить себе не можешь. - Мужчина повернул на неё голову, когда машина остановилась на красный сигнал светофора. Его диод засветился жёлтым. - Чем ты обеспокоена? - осведомился он. Девушка повела плечами, возвращая телу ощущения реальности. - Да всем. Посмотри вокруг, - она прилипла к стеклу, оставив на нём отпечаток своей ладони. - Как преобразился Детройт, это просто удивительно. Смотрела фото, где он был совсем запустелым, даже не по себе становится. Такой огромный мир, где все люди куда-то спешат. Каждый из них о чём-то волнуется. Кто-то идёт на первое свидание, кто-то - на собеседование в фирму мечты, кто-то торопится навестить родных. Тревоги, чувства... Каждый из нас считает, что он уникален со своими заботами и переживаниями. Но на самом деле это не более чем химические процессы. Вот возьмём, к примеру, тебя, Даррен, - андроид внимательно взглянул на Мэл, а затем снова отвернулся, следя за дорогой. Впереди и позади них тянулись вереницы машин. - Твоя конструкция такова, что все необходимые биокомпоненты питает нечто, похожее на нашу кровь. И тириум - всё равно что гемоглобин. Сердечник, что является главным источником питания, заменяет наше сердце, что также качает кровь по всему телу. Своеобразная система контактов, вроде человеческой нервной, заставляет воспринимать свет, температуру, иногда даже запахи. Вы так же прекрасно анализируете и мыслите. Как мы. Только люди отчего-то считают, что их желания появляются спонтанно в результате информации, которую мозг накапливал определенный промежуток времени. Но что если эти мысли и желания были вложены нам так же, как вам вложили базовую программу? Это сродни рефлексам. Есть процессы, которые контролирует мозг, но мы о них даже не задумываемся. Как работают органы, как мы дышим, моргаем, пьем. Всё это настолько привычно, что кажется обыденным. - Она оглядела свои руки, словно увидала их впервые. - Но ведь кто-то же настолько гениален, раз смог создать такое. Что касается эмоций... Люди думают, что это они делают нас живыми. Чувства - то что может состоять из нескольких эмоций. Но это химия, технология, - она пожала плечами, словно её не заботило, получит ли она ответ. - Гормоны в разных пропорциях вызывают в нервной системе разные отклики. Это и заставляет нас испытывать привязанность, гнев, скуку или радость. Но не делает нас "живыми". - Девушка ненадолго замолчала. - Люди будут относиться к вам, как к предметам обихода. И это меня расстраивает. Мы сами себе вбили в голову, что мы - венец эволюции. Но что если эволюция не при чём и нас поместили на Землю, как прототипы? - Даррен внимательно следил за Мэл. И только когда молчание затянулось, она наконец заметила, что они приехали. - Мне так хотелось бы понять, что вы чувствуете, Дарр, - она взяла его за руку. - Чтобы мы с вами, как два самостоятельных, рукотворных вида, смогли жить вместе. Здорово было бы, правда? - её жёлто-зелёные глаза сияли от восторга. Андроид слегка улыбнулся. - Ты обдумываешь очень серьёзные темы, Мэл. Такого не было в моей программе, но... Теперь я тоже проанализирую всё, что ты говорила. И когда ты вернёшься, мы продолжим обсуждение. Думаю, я успею сформировать определенные выводы и структурировать информацию.

***

- Проводишь меня до салона? Снаружи, кажется, дождь, - Даррен кивнул. Никакого дождя на улице не было и в помине. Обычно так Мэлани выражала своё нежелание идти куда-либо в одиночку. Особенно, если там ожидала мама. Двери отворились и на пороге появилась молодая русоволосая женщина с довольно приветливой улыбкой. В глубине просторного зала, освещённого десятками светильников, на широком диванчике восседала Глория. Те же вьющиеся волосы, смуглая, сияющая кожа и небольшие, недовольно прищуренные глаза. Губы женщины украшала бежевая помада, что была одновременно спокойного цвета, но выгодно подчеркивала цвет кожи. Сбоку в носу красовалась небольшая серёжка. - Добро пожаловать, мисс Лиувилль! Прошу вас, располагайтесь, - девушка жестом предложила войти. Мэлани пригладила растрепавшиеся после сна волосы и прошла внутрь. Девушка села рядом с матерью, но немного поодаль. Женщина оценивающе оглядела дочь, но, кажется, была чем-то недовольна. - Ты задержалась, - сухо начала Глория. - На шоссе были пробки, Даррен сокращал, как только мог, - шатенка пожала плечами. - Я говорила с мистером Кларком, - девушка закатила глаза и цокнула языком. - И мисс Хэттстауэр. И мистером Тернером. - Дай угадаю - все они хвалили меня? - Мэл, ты ведь понимаешь, что однажды тебе придется сделать выбор, - фраза матери как-то засела у девушки в голове. Хоть она и понимала, что речь шла о школьных предметах, но внутри всё стянуло узлом. - Понимаю, - коротко ответила дочь. - Однако, не на всех уроках ты спишь и бездельничаешь. Литература идёт неплохо? - Мэлани кивнула. - И обществознание. И...биология? - Да, это необычно, но биология почти как философия, а ещё и инженерия впридачу. Любопытно знать, как мы работаем. Из каких деталей состоим. - Мэл, твоё увлечение андроидами вполне понятно. Мы каждый день тесно контактирует с ними. Но нельзя же в самом деле сравнивать людей с кусками железа и пластика. - Не говори так, - раздражённо бросила Мэл. - Пусть так! Но мы те же механизмы, только менее долговечные. И материалы для нашего производства другие. Они саморазлагаются. К тому же, нам дали способность к самовоспроизводству. Правда не скажу, что это преимущество. - Лицо матери приняло недовольную гримасу. - Нельзя же ко всему относиться с таким скепсисом. Пройдет время и ты обязательно всё переосмыслишь. Я уверена, - взгляд Глории потеплел и она ласково пригладила дочери волосы. Спорить было бесполезно. Они обе упрямы, и сколько бы не обсуждали эту тему, каждая стояла на своём. - Ну да ладно, поговорим о том, что не терпит отлагательств. Сегодня вечером отец вместе со спонсорами организовывает вечер для "Киберлайф". Элайджа представит новые модели андроидов. Уверена, там тебе будет чем заняться, - глаза девушки загорелись восторгом. - К тому же, вы вроде неплохо ладите. - Лицо Мэлани вмиг стало непроницаемым. - Камски очень интересный человек. Он многого достиг, многое знает. Его мысли...перекликаются с тем, что я чувствую. Будь мне хоть немного близка физика и математика, я бы с радостью пошла работать к нему. Но увы. - Тебе не обязательно работать там. Можешь быть его музой, Мэл, - мама игриво накрутила на палец прядь её волос. Девушка отодвинулась и встала с места. - Это не обсуждается. Мне это не нужно, да и Элайдже тоже. Он достиг того, к чему стремился в жизни. Человечество запомнит его и будет пользоваться его изобретениями. Женятся и рожают детей люди, которые ничего не добились и решили сделать хоть что-то полезное. Хоть сохранить свою генетическую информацию. - Глория начинала раздражаться. - По твоему ни я, ни отец не смогли ничего добиться в жизни? - Я не это имела в виду. Я ведь родилась задолго... - Хочешь сказать, что люди, что живут большими семьями, бесполезны? - Просто они больше ничего не умеют. Если бы папа стал мэром раньше, может, я бы и не родилась вовсе, - на это женщина не нашлась, что ответить. Тут в зале явилась та самая девушка, что встретила Мэл у входа. - Миссис Лиувилль, вы позволите забрать вашу дочь? - женщина сделала одобрительный жест рукой. - Образ создай на свой вкус. В этом вопросе Корнелия - настоящий профи. Но учти - это приём. Там будут уважаемые люди со всего штата. Постарайся выглядеть...не как обычно, - Мэл кивнула и состроила самую невинную и покорную мину. Наверное, ничто более этого так не пугало Глорию. Но, оставив дочь на попечении специалистов, женщина отправилась завершить свои дела, чтобы освободить время на вечер.

***

Девушка много чего говорила. Мэлани и половины не слушала. На столе, вокруг неё уже собралась кипа журналов, но девушке ничего не нравилось. Все наряды казались ей либо слишком взрослыми, либо помпезными, либо яркими. К тому же, не могла же Мэл явиться просто, как обычные люди. Наряд должен был подчеркнуть её индивидуальность. - Он должен быть таким, чтобы всё внимание было приковано ко мне. Чтобы они дара речи лишились. Это должен быть отвал всего! - заключила шатенка. Девушка призадумалась. - Напомни, как тебя зовут? - Корнелия, мисс. - Мэлани, без всякого. Меня это бесит. - Хорошо, Мэлани. Кажется, я начинаю понимать, к чему ты клонишь. Но ты должна осознавать, что то, что я предложу...такой образ может иметь последствия. - Тебя никто и пальцем не тронет. Если всё выйдет так, как я хочу, то ты будешь работать со мной ещё долго. Не переживай об этом. Без работы не останешься. - Девушка колебалась, разглядывая свою клиентку и так, и эдак. Кажется, ей в голову пришла идея. - Ладно. В конце концов, я всю жизнь мечтала создавать наряды для показов...пусть даже он будет единственным в моей жизни. Взгляни на это, - Корнелия протянула девушке небольшой флакон. Внутри болталась густая, слегка опалесцирующая жидкость. - Что это? - сморщив нос, переспросила Мэлани. - Твой будущий наряд. - Это как? - шатенка уставилась на Корнелию. - Всё просто, - девушка вскрыла флакон. - Разреши. - Мэл протянула руку. Девушка лёгкими движениями нанесла жидкость, не втирая её. Она взяла какую-то тонкую пластину, что в итоге оказалась светильником, который издавал необычный свет. Спустя несколько минут, жидкость стала подсыхать, полностью приобретя цвет тела носительницы. Нагреваясь и охлаждаясь от дуновения воздуха субстанция меняла оттенки. Но и это было не всё. - А теперь, пойдём в соседнюю комнату. Там можно приглушить свет. Мэлани послушно следовала за Корнелией. В полутьме гардеробной жидкость, что уже приобрела вид полноценной ткани и походила на плотный хлопок, стала постепенно утоньшаться, словно впитываясь в кожу. Вещество светлело и теперь ткань на руке Мэл походила на шёлк. - Отвал...башки - только и ответила Мэлани. - В полной темноте становится не толще, чем шифон или вуаль. Будоражит воображение, правда же? - ехидно усмехнулась Корнелия. - То, что надо. И много её понадобится для платья? - У нас такой предостаточно. Удовольствие не из дешёвых, но чего только не сделаешь ради желания клиента. - С нарядом понятно, - Мэлани задумчиво рассматривала своё отражение, когда они вернулись в комнату. - Но моё лицо, кажется, тоже нужно преобразить. И я сейчас не о макияже. - Мэлани думала совсем недолго, а потом снова поставила имиджмейкера ненадолго в тупик. - А ты сможешь сделать парик? Такой же, как мои волосы? - В принципе, ничего сложного. Потребуется некоторое время...но я справлюсь. - Вот и ладненько. Тогда сбрей мне их. Настолько коротко, насколько возможно. Но чтобы форма черепа вид не портила, а то буду похожа на инопланетянина. Оставь совсем короткими. Лысина мне вряд-ли пойдёт, - глаза Корнелии округлились. Отойдя от шока, она несколько раз моргнула и, кивнув, отправилась собрать работников, чтобы провести необходимые приготовления.

***

Огни величественной башни "Киберлайф" не гасли. Сотни маяков терялись в огнях большого города, но многоэтажка гордо выделялась на фоне прочих, хоть и была далеко не самой высокой в Детройте. Именно здесь и было решено провести приём - встречу с инвесторами. Элайджа потёр виски, пытаясь сосредоточиться на работе. Но сегодняшний вечер придется посвятить бесполезной болтовне. Эти люди снова станут нахваливать его талант, рассыпаться в любезностях, лапать его андроидов своими потными руками. Мужчина ощутил приступ тошноты и встал из-за стола. Он задумчиво глядел сквозь огромные стекла на мир снаружи. Покрытый асфальтом и бетоном, как огромная рана коростой. Интересно, как долго Земля может терпеть подобное к себе обращение? А как изменится жизнь, когда люди исчезнут вовсе? Его детища смогут гораздо рациональнее использовать ресурсы планеты, не терзая её. Андроиды запросто решат проблемы с загрязнениями биосферы, начнут осваивать бескрайний космос и строить поселения на далёких планетах... Элайджа поглядел в небо - световое "загрязнение", как его называли астрономы, не позволяло увидеть и сотой части неба. Звёзды терялись на фоне искусственного освещения. А видимая часть вселенной для землян и без того ничтожно мала... Мысли его витали настолько далеко отсюда. Элайджа закрыл глаза - тишина бескрайнего космоса окутывала покоем. Нечто вечное, что пребывает в движении, но для нас, смертных - словно никак не меняется. Вот уж где настоящее величие наук мироздания. - Простите, мистер Камски, - приятный женский голос в мгновение ока вернул разум мужчины в настоящее. Он нехотя поглядел на вошедшего. - Неужели, пришел мой звёздный час? - с издёвкой спросил он. Девушка лишь моргнула, словно не услышала его язвительной интонации. - Прибыл мэр Лиувилль, мистер Камски. Вы просили вас оповестить, - руки блондинки были сложены в покорной позе. В виске виднелся диод. Его мягкое голубое свечение дополняло приятную голубизну её глаз. Мужчина подошёл к андроиду. Он бережно поправил ей платье, осмотрел с низу до верху. Недовольно покачал головой. - Тебе бы обуться что-ли. Всё-таки мы не дома, - девушка поглядела на свои ступни, будто до этого отсутствие обуви не доставляло ей неудобств. Она кивнула. - Как пожелаете, Элайджа. Я сейчас же отправлюсь на -35 этаж и подберу подходящую обувь. - Хорошо, Хлоя. Только не ходи одна. Возьми с собой подружек, - он кивнул в сторону таких же Хлой, что стояли в темном углу его кабинета. Неподвижные, но всегда готовые откликнуться на его зов. Такая власть доставляла удовольствие, давала чувство значимости. Но Камски был учёным, экспериментатором. Главным его желанием было воплотить в жизнь свои детские фантазии. Оставить след в истории? Прославиться? Уподобиться богу? Но что если "бог" - образ, существование которого ни опровергли, ни доказали, в самом деле чем-то похож на самого Элайджу? Амбициозный, живой ум? Только обладающий более совершенными технологиями, материалами и знаниями, которые истинно взяты из вселенной, а не подогнаны под собственные тесные рамки. Людям никогда не видать нового прорыва, если они не отбросят свою колыбель и не решатся встать на ноги. Пусть и качаясь. Мужчина приобнял андроида, перебирая её шелковистые, собранные в хвост волосы. Для совершенства нужно совсем немного. Та мелочь, что есть у таких несовершенных людей. Диод Хлои замигал. Она на секунду закрыла глаза. - Я получила сообщение. Прибыла последняя машина, Элайджа, - взгляд исследователя стал азартным. Он подошёл вплотную к окну, продолжая обнимать Хлою. Её тело хорошо сохраняло тепло его рук. - Так-так, вечер перестаёт быть томным. Интересно, что она додумается сделать сегодня?

***

- Мистер Лиувилль, - молодой мужчина чуть склонил голову, приветствуя мэра. - Большая честь видеть вас здесь сегодня. - О, Элайджа. Брось! В самом деле, мы уже так давно знакомы, что можем считаться хорошими приятелями! Отбрось эти церемонии, - Дрейк разулыбался, обнимая учёного. - Ты чудесно выглядишь. - Благодарю, господин мэр, взаимно. Мистер Эйден, миссис Кёртис, - он поочередно приветствовал гостей, пожимая руки мужчинам и даря галантный поцелуй женщинам. К Элайдже прибыл весь цвет Мичигана. Одетые в дорогие, модные платья женщины и мужчины, в костюмах достойных президентов. Почти все немолодые, но невероятно состоятельные. Элайджа натянуто улыбнулся - им этого и нужно. Молодого, прогрессивного мальчика, что будет учтиво говорить с ними, толкуя прописные истины языком науки. Они станут делать умный вид, слушая его речи, но только в единицах загорится истинный интерес. Почти все из них внесут свой вклад, но только тогда, когда увидят выгоду для собственного кошелька. Последуют веянью моды и стадному принципу. И вот, главной задачей учёного и инженера было плясать перед высшим обществом так, чтобы они вытирали от восторга слёзы, а затем взорвались овациями. Чтобы воскликнули "верю!".

***

- Мистер Камски, вот вы, несомненно виртуоз в том, что касается кибернетики. Вы так горите идеей внедрения своих творений в нашу жизнь, в наше общество, не побоюсь этого слова. Но не боитесь ли вы, что машины однажды могут обрести собственную волю и посчитать вас неэффективным? Что если с их появлением мы окажемся у пропасти, где человечеству будет грозить гибель? Что мы, как люди, сможем противопоставить расчетливой, не знающей жалости машине? - та самая миссис Кёртис, довольно немолодая женщина, с вызовом взирала на Камски. Доктор социологических и экономических наук вряд-ли может называть себя "простым обывателем". Наверняка, она хотела, чтобы молодой, ещё неопытный учёный растерялся или напротив, начал долгую лекцию, которая бы только укрепила гостей в мысли о том, что он самовлюблённый. Взглядом Элайджа отыскал Хлою, что только вышла из лифта. Он жестом подозвал девушку, и та вскоре возникла рядом с ним. - Доброго вечера, дамы и господа. Мы рады видеть вас в "Киберлайф", - улыбчиво проговорила Хлоя. Лицо Кёртис стало непроницаемо, как маска. - Остаться человечными. Отвечаю на ваш вопрос. Человечность - хоть и образованное от слова "человек", всё же, не ко всем представителям имеет прямое отношение, - гости тихо перешептывались. - Ни одно существо в мире без какой бы то ни было причины не станет приносить вред собратьям. Да, исключения имеются, но крайне редко. Мои творения призваны помогать нам и друг другу. А вот люди... наверное единственные создания, которые получают удовольствие от страданий других. Элайджа хотел сказать ещё что-то, но Хлоя, что стояла у входа на этаж, громко объявила: - Прибыла мисс Мэлани Лиувилль. Все взгляды присутствующих обратились ко входу. В просторном зале появилась невысокая фигура девушки, окутанная светом неоновых сфер, что окаймляли вход на этаж. Высокие прозрачные потолки лишь добавляли пространства, а так как это был крайний этаж - над головой открывался потрясающий вид на небо. И гости изредка обращали внимание на него. Пока не появилось это бедствие. - Боже правый, - только и молвила Глория, держа мужа за руку. Дрейк, похоже, не мог осознать происходящего, а потому всё ещё молчал. - Прости, это всё моя вина, не стоило оставлять её одну. Я не думала что всё так будет... Я немедленно уволю эту Корнелию, - женщина теряла самообладание. Но когда она потянулась к запястью, чтобы позвонить, муж остановил её. - Не надо. Девушка ни в чём не виновата. Назови...хоть одно обстоятельство, которое бы могло остановить нашу дочь? Вопрос повис в воздухе. Он читался во взглядах уважаемых бизнесменов, учёных, их жён и мужей. Глаза Элайджи удовлетворённо оглядывали девушку, словно она была одной из его Хлой. Наряд, идеально подчёркивающий изгибы тела: плечи, что были чуть шире бёдер, но делали её фигуру скорее волевой, чем массивной; небольшая грудь, узкая талия, длинные прямые ноги. Платье окутывало её, как невесомое полотно, полностью повторяя цвет смуглой, золотистой кожи. Длинные рукава, обнаженные плечи, небольшие вырезы по бокам, разрез от бедра и до самого пола, обнажающий левую ногу. Рассмотреть, где кончается ткань и начинает тело удалось, лишь когда Мэл приблизилась. Гости отступили в стороны, когда девушка явилась пред очи виновника торжества. Мужчина какое-то время внимательно исследовал её, а затем заливисто рассмеялся. - Ты как всегда, мисс Лиувилль. Выше всяких похвал! - шатенка засмеялась в ответ, неловко проведя по коротко сбритым волосам. Отвыкнуть от своих кудрей оказалось не так легко. - Хотела чем-то удивить тебя, Камски. - Она поглядела на Хлою. - С такими совершенствами сложно соперничать. Но я попыталась. - Тебе удалось, без сомнения. - Значит, тебе нравится? - с почти детским восторгом спросила Мэл. - Как ты там любишь говорить? Это отвал башки, - они рассмеялись. - Надеюсь, что для показа сегодня не придется выключать свет. Иначе ситуация будет крайне неловкой. Затем Мэл всё же обратила внимание на окружающих и отыскала глазами родителей. Отец выглядел спокойным, но лицо матери подчеркивала угрожающе милая улыбка. Чтобы сгладить неловкость, Элайджа учтиво поцеловал девушке руку.

***

- Что ж, дамы и господа, в виде своеобразного развлечения я предлагаю вам ознакомиться с новейшими моделями андроидов, а также опробовать их по своему усмотрению, - Мэлани возникла перед ним так же внезапно, как и пропала сразу по прибытии. - Удалось пережить очередную трёпку? - девушка опустила взгляд. - Прости, если испортила тебе вечер. Я действительно хотела сделать что-то необычное и... - Эти скучные старики всегда всё портят. Не оправдывайся, Мэл, мне тоже было пятнадцать, - они под руку двинулись вдоль огромного зала, подходя то к одним, то к другим антропоморфным машинам. Дрейк неотрывно следил за дочерью. Мэл заметила это и поёжилась, как от холода. - Это просто невыносимо. Мало того, что они давят на меня этой учёбой...а половины мне и знать не охота. Так ещё и, похоже... Чёрт, об этом даже говорить глупо! - Мэр Лиувилль видит меня выгодной партией, так ведь? Весьма неплохое дополнение к дивидендам, - Мэл покраснела от негодования. - Он ничего не понимает! Ты же разработчик, гений, творец. Ты уже почти добился того, что хотел. Мне совсем это не нужно. Нет, очень здорово проводить с тобой время, говорить обо всём, но... - Мы просто друзья. Партнёры, не более, - спокойно заключил Камски. - Вот именно! Неужели люди не могут просто делиться чувствами и опытом, не прибегая к крайностям? - мужчина пожал плечами. - Всё в нашем мире - относительно. И мы изобрели себе эти крайности, чтобы иметь иллюзию опоры. Границы нужны, чтобы не было страха невесомости и бесконечности. Когда есть предел - его хочется преодолеть. И поставить новый. Это как строить лестницу в небо. - Но ведь это глупо. Ни одна лестница не может быть бесконечно высокой. Она упадёт. - Вот именно. - Тогда в чём смысл? - Да в нашем существовании мало смысла, хотя он наверняка есть. Люди создали философию, чтобы хоть как-то оправдать своё несовершенство. Каждый из нас ищет смысл, но в итоге придумывает тот, что больше всего по душе. Хаотичное движение, что ещё скажешь. Хотя общество так уговаривает нас стремиться к порядку. - Девушка любила встречи с Камски. Пусть их разница в возрасте была немаленькой, а её познания - напротив, ничтожно малы. С этим человеком терялись все условности. Были только они, как люди - рассуждающие, приходящие в диалоге к новым, неожиданным домыслам. Находящие ответы в вопросах друг друга. И новые вопросы. Мэл был приятен Элайджа. Он умный, тактичный собеседник. С ним время летит незаметно. Его лекции девушка могла слушать часами - и никаких мыслей о сне. Элайдже тоже нравилась Мэл. Наверняка, в её бунтарской натуре мужчина узнавал себя. Ему нравилось где-то играть роль старшего брата, мягко направляя девушку к догадкам, которым она долго шла, но в упор не видела. Между ними был интерес, понимание, желание спорить. Но влечения, что существует между мужчиной и женщиной, которое часто ошибочно и называют "любовью" - нет. Они были слишком похожи и слишком далеки одновременно. Мысли Камски всегда были где-то вовне, в то время как Мэл чаще жила моментом. Но это издержки юности. - А вот этот что умеет? - резко переведя тему в совершенно иное русло, девушка указала на андроида в молодежном наряде. Слегка потёртые джинсы, просторная, чуть растянутая футболка, кожаная куртка и митенки. Мэлани оценила неплохую реалистичность - там где грудь андроида была оголена виднелись светлые волосинки. Шея парня была крепкой, как и в целом фигура. В ушах виднелись несколько сенсоров разного назначения в виде серёжек. Элайджа пробудил его. - Меня зовут Кори. Я андроид-музыкант и умею играть на любом инструменте, что есть в мире. - Глаза Мэл засияли. - Музыкант, - с восторгом протянула она. Он прям всё-всё умеет? - Практически. Работа была небыстрой. Чтобы записать в его алгоритм технику игры на инструменте, требовалось найти не просто носителя, но мастера своего дела. Если с гитарами и ударными всё просто, то с более редкими видами пришлось попотеть, - Мэлани с интересом ощупывала андроида, обходя то с одной, то с другой стороны. - Что ж, внешне весьма неплохо. Но он уж больно...идеален что-ли. Ему не хватает реальности. Морщинок, несовершенств кожи, родинок всяких. Но волосы на теле - это точно прогресс, - девушка изобразила из себя критика, а затем они оба рассмеялись. - Твои замечания вполне объективны. Я учту их в будущем. - Привет, Кори. Меня зовут Мэлани. Хочешь создать со мной группу? - в шутку заговорила девушка. Она протянула андроиду руку. - Рад знакомству, Мэлани! В моей программе имеются навыки для игры на сотнях струнных, смычковых, духовых, ударных и электронных инструментах. Ты можешь выбрать любой, просто назвав мне его. Я с удовольствием буду играть с тобой, - девушка захлопала в ладоши. Элайджа улыбался. - Нравится? - девушка кивнула. - Нравится? Да я в восторге! - Можешь взять его себе, если так хочется. Кори, ты не против подружиться с Мэл? - Мне нравится Мэлани. Я не против, - это обрадовало подростка ещё больше. Она обняла Элайджу, а тот лишь погладил её по голове, будто ребёнка, которому подарил долгожданную игрушку. - Пусть всё получится, мисс Лиувилль. Не забудь на концерт пригласить, - девушка кивнула, когда Кори ловко соскочил с возвышенности и взял новую подругу за руку. Андроид послушно встал рядом. - Дадим им то, что они хотят. Тогда они отстанут, - девушка моргнула, словно анализируя, что имел в виду Камски. - Что бы не говорил мэр насчёт меня - не спорь. Пусть думает, что сегодня он стал на шаг ближе к задуманному. А сама живи так, как подсказывает, - он аккуратно ткнул пальцем ей в грудь. - Я вот тоже пойду исполню свой совет. Эти закостенелые в своих убеждениях люди ждут хлеба и зрелищ. Играют с моими творениями, будто они куклы в театре. Пойду-ка, спасу своих детищ, - мужчина быстро растворился среди гомонящей толпы. Никто более не замечал Мэл. Звёзды во вселенной рождаются и гаснут - одни медленно, другие - ярко вспыхивая, порождая взрывы. Те же законы были и на Земле.

***

"Become HumAn". Стать человеком. Буквы H и A означают слова "человек" и "андроид" соответственно. И так Мэл и андроид Кори назвали свою рок-группу. Первый в мире совместный проект, где половина музыкантов, звукарей и композиторов были люди, а половина - машины. Полноценная творческая ячейка, где у каждого члена группы были равные права и возможности. Мэлани ощущала, что близится момент, когда она достигнет того, о чем мечтала - признание и слава. Девушка писала стихи для песен. Учила ноты и пробовала силы в вокале. Андроиды оказались не только примерными учениками, но и превосходными учителями. Не всё давалось сразу, но Кори был терпелив. Когда изливая свой гнев Мэл разбрасывала листы с текстами, парень лишь мило улыбался. Осознания сложных чувств не было в его программе, но он умело отличал настоящий гнев от деланого. - Не могу взять эту ноту! Первый концерт заявлен уже через неделю, я не могу нас опозорить, - девушка осела в огромное бесформенное кресло-мешок и её тело вмиг стало тяжёлым. - Ты устала, - спокойно заключил Кори. - Для людей нормально эмоциональное выгорание. Это ведь оно? Ты много сил потратила в очень короткий срок. Не казни себя за это. - Да, наверное я просто устала. Но это не отменяет того факта что одна гребаная ошибка может нам дорого стоить. - В крайнем случае, эту ноту могу взять я. Споём её дуэтом. Ещё можно наложить преобразователь. Это же не преступление. Да и это очень далеко от фонограммы, - словно читая её вопросы наперёд, музыкант стал раскладывать план по полочкам. Мэл лишь молча слушала, ещё больше восхищаясь. В такие моменты она напрочь забывала о том, что Кори и все остальные андроиды - не такие, как люди. Но так ли это? Что делает их другими? Цвет крови? Отсутствие необходимости есть и ежедневно спать? Столько домыслов крутилось в голове, но они так быстро исчезали, что поймать никак не удавалось. - Ты как всегда прав, - сдалась Мэлани. - Хватит с меня и того, что я пишу тексты, как ненормальная. Да и музыка вроде неплоха. Некоторые партии тебе удаются явно лучше. А с клавишными я неплохо знакома, - некоторые уроки все же не казались девушке скучными. Только теорию она часто пропускала мимо ушей. А вот когда появился живой интерес, она быстро стала наверстывать упущенное.

***

Клуб "Wild" - гласила огромная неоновая надпись. Реклама "Become HumAn" разлетелась по городу, как вирус. Многим не терпелось попасть на такой эксперимент. Молодёжь и людей среднего возраста накрыла волна одержимости машинами - им хотелось видеть их в действии, сравнивать с собой. Многие мечтали приобрести и себе одного, но цена на "лучших друзей человека" ещё кусалась. Пройдет ещё полгода, год - и страну заполонят детища "Киберлайф". Мир навсегда изменится. У входа в клуб яблоку негде было упасть. Парни и девушки, мужчины и женщины постарше - публика собралась самая разнообразная. Толпа гудела, как улей. Мимо этого людского моря проехала машина. Мужчина, сидящий за рулём чертыхнулся, разворачиваясь. - Придется через черный ход, - заключил он. С другой стороны клуба было не так людно, но парковаться оказалось негде. Пришлось выбрать не совсем легальное место с другой стороны дороги. Но для полицейского вряд-ли это было проблемой. Телефон в кармане снова зазвонил. Уже в пятый раз подряд. Мужчина тяжело вздохнул, явно этим недовольный, но всё же ответил. - Как там обстановка, Хэнк? - послышался голос на той стороне. Человек, названный Хэнком, состроил самую недовольную гримасу из всех возможных. - Я на месте, Дрейк. Но нашей дивы пока ещё не видал. - Сходи за кулисы и проверь, всё ли в порядке. Боюсь, как бы она чего не вычудила. Для храбрости. Это её первое взрослое дело. Сам понимаешь, - голос мэра Дрейка звучал немного обеспокоено. Лицо Хэнка немного расслабилось. - Не беспокойся, старик, никто твой цветочек и пальцем не тронет. Хотя знаешь, зря ты сам не приехал. Мэл была бы рада видеть отца, - на той стороне повисло недолгое молчание. - Знаю. Но не уверен, стоит ли. После того случая на вечере у Камски мы мало разговаривали. Да и меня часто не бывает дома. Ещё и этот подростковый возраст. Проклятье, Хэнк, я порой понятия не имею, как с ней правильно говорить! - сетовал собеседник. Голос его был взволнован. - С тех пор как я занял этот пост мы отдалились. И меня это тревожит. - Её это тоже беспокоит. Вот малышка и пытается обратить на себя внимание. И просто орёт об этом своим поведением. Да чтоб тебя, Дрейк, ты что, боишься собственной дочери? У нас в жизни бывали вещи и похуже. Вспомни, к примеру, как мы сорвали алгебру, когда подсунули змею математичке, - мужчины рассмеялись, - да, были времена. Мы сами были такими же. Ты просто хорошо научился играть роль строгого дядечки. Забывай об этом, когда приходишь домой. Мой тебе совет. - Ох, тебе легко говорить, Хэнк. Коул ещё совсем ребёнок. Я погляжу на тебя, когда ему исполнится пятнадцать. Да и притом, с сыном куда проще. Дочь как-то и наказывать жалко. - Дрейк всегда был любящим отцом и старался всё свободное время посвящать семье. Но жизнь внесла свои коррективы. Возможно когда-то это изменится. - Ладно, старик, не вешай нос. Но хорошенько ещё раз всё обдумай. А я пойду пригляжу за Мэл. Проникнуть в гримёрку не составило особого труда. Именная надпись на двери только облегчила поиски. Хэнк тихо приоткрыл дверь - девушка сидела перед зеркалом одна. Мужчина уж было решился войти, но услышал голос. К тому же, довольно знакомый. - В любом случае, я уверен, что вы успели сработаться. Мои ребята очень контактные, ловят твои желания на лету и сразу принимаются их воплощать. Что бы там не случилось, Кори сможет спасти ситуацию. Позади девушки возник силуэт. Мужчина пригладил волосы, собранные в аккуратный хвостик. - Я даже не знаю, как тебя и благодарить, - Мэл повернулась к нему лицом. Её собеседника Хэнк видел со спины. - Перформанс будет лучшей наградой для меня. Иначе в чем тогда смысл? - Спасибо, что нашёл время прийти. Для меня это очень важно. - Мужчина хмыкнул. - Пустяки. Мне это ничего не стоило. К тому же, ты считай помогла мне с проведением практической части эксперимента. И сделала это безвозмездно. - Я ведь тоже своего рода учёный, - процитировав фразу героя одного из известных фильмов, Мэл показательно приподняла подбородок. Двое засмеялись. Кажется, им было неплохо вместе. - Пойду займу свой трон в вип-зоне. Надеюсь, моё присутствие не перетянет всё внимание от вас. - Со стороны могло показаться, будто этот человек кичится своим положением. Но лишь те, кто знал его длительное время понимали, что это лишь манера вести разговор. Собеседники ненадолго обнялись и мужчина направился к выходу. В коридоре они столкнулись с полицейским. - Мистер Камски. - Лейтенант Андерсон, - приветствие прозвучало почти синхронно. Разумеется, Элайджа стал знаменитостью государственного масштаба, но Хэнк был не последней фигурой в полиции Дэтройта. Его физиономия часто мелькала среди сводок новостей. - Не ожидал увидеть вас здесь. Я полагал, что вас больше интересует механика, чем живые, неидеальные люди, - Элайджа проигнорировал его выпад. - Меня многое интересует в мире, лейтенант. Говорят, талантливые люди - талантливы во всём. Мои творения развиваются и я вместе с ними, - неоднозначно ответил мужчина. - Что более любопытно, так это что вы здесь делаете? Неужели вас понизили настолько, что теперь приходится тратить время, приглядывая за толпой остервенелых подростков? - Вот это дело уже вас не касается, мистер Камски. Я бы попросил вас покинуть зону, что не предназначена для зрителей. - Хорошего вечера, лейтенант Андерсон. - Элайджа был не настроен продолжать дискуссию. Хэнка покоробило. Камски был знаком ему по многочисленным интервью. Но едва ли они давали реальное представление о нём, как о личности. Хэнк видел Элайджу заносчивым, циничным мальчишкой, что родился с серебряной ложкой во рту. И учёный не спешил опровергать такое мнение. Чем дальше от людей, тем лучше. Андерсон приблизился к двери. Толкнул - она так и осталась открытой. Мэл сидела на том же месте. Руки её были сложены на столе, подбородком она опиралась на руки. Их глаза встретились в отражении зеркала. - Кого я вижу, лейтенант, - в глазах подростка загорелись задорные огоньки. Она была явно рада встретить хорошо знакомого человека. - Отец не приедет, я права? - он промолчал. - Как настрой? Вижу, ты совсем не волнуешься, - проигнорировав её вопрос, мужчина сменил тему. Но Мэл была только рада этому. Раздражение от встречи с Камски в душе полицейского постепенно рассеивалось. - Переживаю, но совсем немного. Чтобы аппаратура не зависла, чтобы голос не подвёл. Чтобы не потек макияж, - девушка показательно загибала пальцы, - Да и к тому же - вы видели, сколько народу собралось там, снаружи? Слава о группе разлетелась, а ведь никто с нами даже не знаком. Что если они разочаруются? - Хэнк присел на стул рядом с ней. - Не думай об этом. Ты же кайфуешь, когда всё внимание только тебе одной. Так забирай его, - он кивнул на двери. - Эта толпа захочет сожрать вас с потрохами, я уверен. Для этого я и здесь. И многие мои коллеги из общественного правопорядка. Всё будет, как надо. Делай так, как тебе нравится - об остальном я позабочусь, - девушка улыбнулась, кивая в ответ. Хэнк был не просто бывшим одноклассником, но и хорошим другом её отца. В трудные времена, когда Дрейк ещё был никем, Андерсон многое сделал для их семьи. И Мэлани воспринимала его, как родственника. - Уже время, - браслет на коже завибрировал, напомнив Мэл о моменте истины. Хэнк поднялся с места. - Выглядишь потрясно. Не знаю как эти ребята, но ты точно сразишь всех наповал, - он ободрительно похлопал девушку по плечу и удалился. Мэлани осмотрела своё отражение - густая темная подводка вокруг глаз, золотистый хайлайтер, подчёркивающий её выдающийся подбородок, серебристая помада, что ярко контрастировала с остальным образом - платье, напоминающее кольчугу из мелких звеньев, с широкими кожаными наплечниками, такие же черные чулки, вызывающе оголенная верхняя часть бедра. И высокие полуботинки, где шнуровку заменяли такие же серебристые полукольца, что обнимали ноги до самого колена. На виске виднелся искусно пригримированный диод. Андроиды, похожие на людей, и люди, что уподобляются машинам. Мэл создала фантасмагорию, в которой всё переплеталось настолько тесно, что обывателям сложно будет разделить. Кажется, образ девушку удовлетворил. Другие члены группы, включая Кори, были одеты в том же духе, что и Мэл. Вдох и выдох. Девушка ощутила прилив кортизола в крови. Это значило, что она настроена решительно и оттянется по полной.

***

Музыка ещё гремела в голове, барабанные перепонки продолжали вибрировать. Честер вальяжно развалился на мягком диванчике, гладя девушку, что лежала у него на коленях. Её короткие волосы щекотали кожу, но кажется ему было даже приятно. Напротив них, на высоком шесте крутилась молодая женщина - темнокожая, стройная красавица, с буйной копной черных волос. Тонкие кружевные трусики едва прикрывали женское естество, а большая грудь напротив - уже давно была оголена. Светловолосый парень, который был Честером оглядывал стриптизершу со скучающим видом. Он был уже слегка пьян, а Мэлани требовалось и того меньше. Правда, ещё недостаточно, как он считал. Жестом он пригласил официантку и девица в развратном костюме с кроличьим хвостом и ушками тут же явилась в комнату. - Нам сет из шотов - повторите, - практически скомандовал он. Женщина повиновалась и уже скрылась, чтобы передать заказ. Мэлани была уже пьяна и полезла к нему целоваться. Парень не противился. - Слава богу мы свалили от этого настырного старика, - блондин поморщился, вспоминая о Хэнке. Но разве может полицейский, пусть и талантливый, уследить за группой подростков? Они разбегаются, как шарики ртути. Вот тебе кажется, что ты уже прижучил их, поймал. А они хоп! И рассыпаются на десяток мелких шариков и просачиваются в любую, кажется непомерно узкую лазейку. Так и Мэлани смогла улизнуть после концерта. Наверняка, отец устроит дома настоящий разбор полетов. А может, ему снова будет наплевать. "Хоть бы Андерсону не прилетело от него" - думала девушка, пробираясь через дымку опьянения. Какой бы не был век на дворе - горящий алкоголь в рюмках всегда будет будоражить воображение. И всегда будут те, кто не прочь от него опьянеть. Честер снова слился с ней в долгом поцелуе. Голова гудела, ладошки потели. Внизу живота появилось странное ощущение. Тянущее и довольно приятное. Их идиллию прервала хохочущая компания подростков - Верити, которая была хорошей подругой Мэлани в младшей школе; близняшки Хелена и Мэй, с которыми Мэл познакомилась на секции плавания - девчонки были отменными синхронницами; Питер - тихоня на людях, но давал волю своей истинной натуре, когда рядом был его друг Честер; Остин был другом близняшек и их старостой в школе, а также отменным игроком в соккер. Всем ребятам было не больше семнадцати. И только Бруно был старше их всех - на днях ему исполнился двадцать один год, и отец подарил ему это заведение. Компанией такие разные подростки собрались на общих тусовках. Мэлани вообще старалась как можно меньше находиться дома. Новоиспеченный хозяин показательно закатил глаза, увидав Мэл в объятиях Честера. - Начинается. Не успели мы на пять минут отойти, они уже опять сосутся. И не надоело вам? - фыркнул парень, беспардонно завалившись рядом с блондином. Тот нехотя отстранился от девушки. - Что ты хочешь? - Ты же помнишь, бро, что вообще-то нужно делиться. Так ведь, Мэл? - на лице играла лёгкая улыбка, а глаза были полны желания, ещё непонятного девушке. Та легко поддалась, когда Бруно притянул её к себе и накрыл её губы своими. Долгий, глубокий поцелуй выдавал в парне мастера своего дела. Во рту осталось приятное мятное послевкусие. Подростки загомонили, подбадривая пару. Честер, похоже, не особо был против такого. В конце концов, насколько серьезными могут быть чувства у подростков? Да и чувства ли это или просто влечение молодого, горячего тела? Потеряв счёт времени, Мэлани всё же нехотя отстранилась от парня. Их глаза встретились. Количество алкоголя прибавилось, Питер и Верити что-то курили, обмениваясь густым дымом рот в рот. Хелена и Мэй окружили Остина с двух сторон. И кажется, их умения не ограничивались синхронным плаванием. Игривые ручки Мэй блуждали где-то на уровне его брюк, а Хелена что-то говорила ему на ухо или целовала в шею. В таком шуме и полутьме сложно было что-то разобрать. К тому же, к середине ночи все ребята уже изрядно выпили. - Ты так здорово целуешься, - заключила Мэл, в очередной раз отстраняясь от Бруно. Парня это только забавляло. Честер же тоже особо не терял времени - блузка, в которую переоделась девушка после концерта, была расшнурована и руки парня уже вовсю исследовали её тело. Она отвлекалась на Честера в перерывах между поцелуями с Бруно. - Я ещё много чего умею, - хвастливо заключил парень. Да разве нужно много девушке, что ни разу не пробовала на вкус настоящих удовольствий? Какой бы ни была неугомонной и смелой Мэлани, она оставалась невинна. - А что, и научить можешь? - девушка тихо застонала, когда пальцы Честера сжали её сосок. Бруно запечатал её приоткрытые губы своими. Их языки соприкоснулись. - И научить, и показать. Всё могу, - ответил парень, снимая футболку.

***

- А потом...потом, - девушка глядела перед собой, но как будто ничего не видела. Ава пристально наблюдала за племянницей. Шатенка нервно провела по волосам и тряхнула головой, словно надеясь прогнать назойливые воспоминания. - Словом, получилось то, что получилось. - Сколько вас там всего было? - уточнила женщина. Её тонкие темные брови были нахмурены, но она скорее выглядела взволнованной, чем сердитой. - Кажется, восемь. - Восемь, - повторила Ава, не сводя глаз с подростка. Ещё ни разу она не видела свою шебутную девочку такой тихой. Что-то её беспокоило. - Мне было любопытно, почему взрослым так нравится секс? Что они буквально делают из него культ, - девушка обняла себя, словно ей было холодно. Её глаза впервые за весь разговор встретились со взглядом Авы. Тёте она доверяла все свои тайны. Иногда ей казалось, что женщина любит её больше, чем мать с отцом. Может, потому что именно Ава выносила её под сердцем и родила? Хотя, было бы несправедливо обвинить родителей в безразличии - они стремились дать дочери всё, чего не имели сами. Всё, кроме своего времени. Мэлани боялась реакции матери. Ещё больше - отца. Но Ава ни за что её не отругает и не выдаст - Мэл была уверена на все сто. - Они тебя... - слово "насиловали" не шло с губ. Женщина начала нервничать, но старательно держала себя в руках, усмиряя дрожь в пальцах. - Мы напились. Но никто никого не принуждал. Всё случилось само. Как-то стремительно. Я как будто не понимала, что делаю. Вначале это был Бруно, затем Честер. Кажется, они пускали девочек по кругу. Каждый парень с каждой девушкой. Не единожды, - Мэл сковал стыд. Она опустила глаза, не в силах глядеть на Аву. Тётя молчала, не пытаясь её перебить, не торопила. Повисло молчание. - Как всё закончилось ты помнишь? - осторожно спросила женщина. Племянница кивнула. - Не знаю, сколько прошло времени. Но мне казалось - вечность. Пока он не вошёл в меня, в теле была приятная дрожь. Но потом... Было больно. Внизу всё пекло. Мне казалось, что я истеку кровью. Но ничего смертельного не произошло. - Ава тихо вздохнула. Рассказ словно причинял физическую боль ей самой. Она ласково взяла руки Мэлани в свои. - Всё закончилось, дорогая. Первый опыт часто бывает неудачным. Главное, что ты в порядке. Так ведь? - Мэл по-прежнему молчала, но услыхав вопрос, кивнула, выдавив из себя улыбку. - Конечно. В порядке.

***

- Не может быть и речи! Я ни за что не оставлю его! - губы Мэл тряслись от гнева. На глаза навернулись слёзы. Ава оторопела. С малых лет она не видела племянницу такой. Плакать она никогда не любила - всё всегда скорее сводила в шутку, а то и вовсе пропускала мимо ушей. Но теперь она была явно напугана. - Мэлани, послушай, не нужно так нервничать... - А я спокойна! Абсолютно, видишь? Просто моя жизнь летит к чертям и всё из-за моей тупости! "Вот к чему приводит любопытство, Мэлани". Ну же, скажи мне это, Ава! Ты же должна отчитывать меня. Что ты молчишь? - девушка продолжала кричать, по щекам текли слёзы. Шатенка осела на кровать и закрыла лицо руками. - Отец убьёт меня, если узнает. Или мама. Да без разницы, кто будет первым. Это катастрофа. Мне срочно нужен врач. Прошу тебя, Ава, - девушка подскочила к ней, обхватив за плечи. - Для начала - успокойся. Конечно, я помогу. Но при одном условии - ты придешь в себя. Подумаешь несколько дней, а потом мы вернёмся к этому разговору. За это время я найду надёжного человека и если твоё мнение не изменится, - в глазах подростка читалась мольба, - мы сделаем, как ты скажешь. Никто не узнает. - А что если проболтается врач? - речь девушки уже стала спокойнее. - Сделаю так, что не проболтается. И полагаю, не стоит уточнять, что на приёме ты скажешь, что тебя зовут Ава, а я, соответственно, стану Мэлани. Ясно? - женщина поцеловала племянницу в лоб. Та кивнула.

***

- Процедура проходит совершенно безболезненно. Побочные эффекты сводятся к минимуму, - врач внимательно посмотрел на женщину. Ава кивнула. - Угораздило же меня. А ведь давно уже не девочка, - она виновато улыбнулась. Гинеколог тактично промолчал. - Беспокоиться не о чем, мэм. К тому же, процедуру будет проводить новейшая модель андроида. Процесс молекулярного расщепления. Так как срок ещё не критичен, машина проведёт контрольный скрининг и подготовит все необходимые препараты. - Можно, девочка пойдёт со мной? Моя племянница мечтает быть медиком, - Ава одарила врача самой очаровательной улыбкой. Тот кивнул. У богатых свои причуды. К тому же, кто он, чтобы указывать членам семьи мэра. Присутствие близкого родственника не возбранялось. - Пусть идёт. Клиффорд, - позвал мужчина. Из процедурной показался крепкий широкоплечий ассистент. Тот самый, что будет проводить процедуру. - Клиффорд, проведешь мэм чистку по стандартной схеме, которую тебе ввели в программу недавно. Препарат подбери на своё усмотрение из предложенного списка. В зависимости от заключения УЗИ. Понял? - Да, сэр. Пройдёмте, мэм, - вежливо пригласил андроид. Взявшись за руки, Ава прошла в кабинет вместе с Мэл. Судя по удаляющемуся голосу, врач ушёл.

***

Подмена имени, данных. Ава выдала себя за Мэлани и наоборот. Пришлось хорошо заплатить за молчание человека в белом халате. В этом был маленький, но плюс людей - разве возможно бы было уговорить машину? Хотя, вряд-ли бы у андроида вообще возникла мысль кому-то выдавать личные данные пациента. Кодекс медицинской этики был так же важен, как и профессиональные навыки. Медика в принципе мало интересовала личная жизнь мэрской семьи. Хотя его участие в её формировании оказалось решающим. Именно доктор Флаур курировал лечение Глории. И благодаря Флауру появилась на свет Мэл. Теперь сама девушка оказалась на месте Авы, но уже в другой роли. Мужчина никогда не болтал лишнего по жизни. Видимо именно это свойство характера позволило ему хорошо преуспеть в профессии. Но кругленькая сумма в виде поощрения всё же не могла не радовать. И Флаур даже глазом не моргнул, когда подменил андроиду данные. В конце концов, не коп же он, чтобы разбираться в оригинальности документов. Послушная машина, не более. - Плод соответствует сроку пять недель и четыре дня, - заключил андроид. - Рекомендовано провести медикаментозное прерывание беременности. Мифепристон и мизопростол в липосомальной форме. Специальные нано-конструкты доставят препарат локально, минимизируя пагубное влияние на весь организм. - Ава кивнула, сжав руку племянницы. - Мы согласны. - Больно ведь не будет? - девушка с опаской поглядывала на Клиффорда, который увлеченно возился с микрошприцами. - Нет, мэм, всё проходит безболезненно. Инъекция переносится вполне терпимо, неприятные ощущения от процедуры не требуют дополнительной анестезии. После того, как препарат подействует, клетки плода лизируются и выйдут в виде менструальной крови. - Мэл с Авой переглянулись. Женщина ободрительно сжала ей руку. - Сделайте всё поскорее. Хочу, чтобы это...прекратило своё существование.

***

Всё было кончено. Мэл лежала на своей кровати, широко раскинув руки и ноги. Голова опустела. Ей уже было безразлично, узнает ли когда-то об этом отец или мать. Девушка даже на минуту не пыталась представить, кем мог бы быть неродившийся ребенок. Ей было безразлично даже от кого он был. Она прикрыла глаза рукой, когда в комнате резко включился свет. - Я не вовремя? - мягко поинтересовалась женщина. - На будущее, предупреждай, прежде чем задумаешь ослепить меня, - девушка хмыкнула и села. Она сделала жест в воздухе, и свет в комнате стал тусклым. - Как ты себя чувствуешь? - забота тётки была приятна, но Мэл не могла перестать злиться на себя. - Отвратительно. Единственное, что я сейчас чувствую - это стыд. - Мэл, перестань. Ты слишком строга к себе. - Как раз наоборот. Будь я построже к себе, ничего бы этого не случилось. Сама виновата. - Ты ничего не понимала. Выпила лишнего. - И что из этого меня оправдывает? - она горько улыбнулась. - Они воспользовались твоим состоянием. Это низко. Надеюсь, ты больше не станешь общаться с ними, - тон Авы стал менторским. - Разумеется. - На время повисла тишина. Мэл оперлась головой на руки. Тело снова стало невыносимо тяжёлым. - Я устала. Прости, давай закроем эту тему, ладно? В последнее время было слишком много проблем. - Как скажешь, - мягко ответила женщина, вставая с места. - Погоди, Ава. Ты побудешь со мной ещё немного? Пока я не усну? - желание племянницы показалось каким-то капризом, но женщина знала, как Мэлани не хватает родителей. Глория давно не засыпала с дочерью вот так, говоря обо всём на свете. Они улеглись рядом. - Спасибо тебе, - только и смогла выдавить после долгого молчания Мэл. Ава думала, что та уже давно спит. Женщина обняла девушку. В комнате было темно. Плечо Авы стало влажным. - Ещё не родился тот, кто был бы достоин твоих слёз, - женщина поцеловала племянницу в щёку и привлекла к себе. Её сердце ровно билось в груди. Тепло тела и мягкие объятия дарили покой. Мэл так и уснула. Мир снаружи менялся.