Связанные

— Арсюша, ты ведь в курсе, что после того случая, я к себе мужчин и близко не подпускаю, — звучит нежный, тихий голос девушки, отчего сердце мужчины тоскливо сжимается. Он так скучал по своей подруге. — Но я исключение, так ведь? — Улыбается в шею девушки, после чего отступает назад, чтобы пройти к своему месту. — Почему не сказала, что приедешь? — Хотела сделать сюрприз, мы давно с тобой не виделись. Арс улыбается подруге, разглядывая ее черты. Пухлые губы, красивые контуры лица, большие, карие глаза, длинные ресницы и красивая кожа. Девушка была очень хороша собой и была бы прекрасной женой для кого-нибудь и возможно даже замечательной матерью, если бы не андрофобия.¹ С того самого случая, когда все произошло, Ира теперь не подпускает к себе мужчин, кроме Арсения. Девушка всегда старается держаться как можно дальше от мужского пола и избегать разговоров с ними. Со временем, Кузнецова научилась сдерживать свою панику перед мужчиной, при вынужденном общении, но дальше дозволенного доходить не позволяла. Попов был единственным мужчиной, которому Ира безоговорочно доверяла и позволяла себя касаться. Даже несмотря на свою фобию, Кузнецова работает в сфере адвоката, защищая разные стороны людей. Девушка была сильна духом, если выбрала такую профессию. — Прости, что не звонил тебе, я хотел, — Арс виновато улыбается, сцепив руки в замок. — Но постоянно что-то случалось и… — Арс, я все понимаю, у самой так же, — перебивает девушка, улыбнувшись другу. — Я к тебе по делу приехала. — А я думал, что ты соскучилась по мне, — наигранно дуется Арс, сдерживая рвущуюся наружу улыбку. — Конечно соскучилась! Но для начала — дело. Оно касается тебя… — Последнюю фразу Кузнецова практически прошептала, словно боялась чего-то. — Меня? — Майор настораживается, перестав шутить. Девушка открывает свой портфель, вытаскивая оттуда небольшую черную папку, вытащив из нее несколько фотографий, которые она протянула Арсу. — Ты помнишь свою бывшую? Алёну, с которой ты встречался на пятом курсе, — Арс берет в руки фотографии под внимательный взгляд подруги, замирая, глядя на изображение знакомой девушки. — У нее дочь от тебя… — Что? — Арс вздрагивает от такой новости, резко подняв глаза на девушку, вглядываясь в ее карие. — Десять лет назад Алена бросила тебя из-за беременности. Она была на третьем месяце, — тихо произносит та, кивая на фотографии. — Мы с ней случайно встретились года три назад и она мне все рассказала. После того как она рассталась с тобой, Алена забрала документы и перевелась подальше от тебя. Она не хотела, чтобы ты знал о ребенке. — Но, почему? — Арс, ты сам ни раз говорил, что не любишь ее и продолжал быть с ней. Алена посчитала правильным, если она исчезнет из твоей жизни и ты никогда не узнаешь о ребенке. Но… — Что? — Неделю назад она умерла. Кьяра осталась совсем одна и у нее никого нет кроме тебя. Я подумала, что тебе стоит взять ее к себе, иначе она вырастет в детском доме. — Но… Как ты можешь быть уверенна, что она моя дочь? — Балда! Сам подумай. Дочери твоей десять лет. Алена забеременела после вечеринки в честь Нового года. Вы оба были пьяны и поддались страсти, ну и… Зачали Кьяру на учительском столе. — Боже… Арс смотрит на фотографию девушки, которая будто прожигает его взглядом темных глаз. На фотографии Алена стоит со свертком в руках, бледная и исхудавшая, но взгляд был счастливым. На второй фотографии была изображена черноволосая девчушка, с широкой, белозубой улыбкой и с задорным огоньком в голубых глазах. Арс замирает, разглядывая свою дочь, не веря в происходящее. Все казалось сном и он никак не мог определить, страшный ли тот или счастливый. — Арс, я знаю, что для тебя это сродни удару. — Тихий голос Иры выводит мужчину из оцепенения, заставив взглянуть на нее. — Алена перед смертью сама просила найти тебя и отдать тебе дочь. Кьяра сейчас временно в интернате, пока ищут ее родственников. И если они не найдутся, ее определят в детский дом. — Девушка грустно вздыхает, покачав головой, а после подаётся вперёд, накрывая руки друга своими. — Арс, я знаю, что у тебя дел по горло и ты практически не бываешь дома, но Кьяра твоя дочь, ты не можешь её оставить там и позволить чужим людям растить девочку. Я согласна работать в Санкт-Петербурге, чтобы заботиться о ней самой вместо тебя, только забери Кьяру, прошу… — Ир, ты о чем? Она моя дочь, конечно я ее заберу, — Арс мягко улыбается девушке, перехватывая ее руки. — Я просто все ещё шокирован. Никогда не думал, что у меня где-то растет ребенок. Если бы я знал, то взял бы ответственность за рождение дочери. — Ничего бы не изменилось. — Девушка сокрушенно качает головой. — Алена не хотела быть с тобой, потому что знала, что ты её не любишь. Она хотела счастливую семью, в которой все друг друга любят. Поэтому она так больше и не вышла замуж. — Она растила Кьяру одна? — Да. Она сильная девушка, поэтому справилась. Но когда я ее встретила, она уже болела и с трудом поднимала дочку на ноги. Я им помогала во всем и очень сблизилась с Кьярой. — Расскажи о ней? — Она во всем на тебя похожа. Внешность, характер, ум и манера общения. Алена даже обижалась за это, в шутку, конечно. Говорила, что носила ее девять месяцев, почти десять часов рожала, а она на тебя похожа. Жаль, что Кьяра так рано осталась без матери… — От чего она умерла? — Рак. — Мне жаль… — Такова жизнь. В кабинете повисает тишина, в которой можно было услышать тиканье часов. Арс разглядывает фотографии, понимая, что теперь у него появилась ответственность за жизнь собственного ребенка. Новость о дочери для него была сродни упавшему на голову снегу и он даже не знает, как реагировать — пугаться или радоваться? Решение Алёны о том, чтобы скрыть от него существование дочери было понятно Арсу, но в то же время было неясно. Арс не будет скрывать, что всегда мечтал о дочери и вот наконец она появилась, а в душе уже поселилась грусть о том, что не растил ее с пелёнок. Девочка с фотографии смотрит открыто и взгляд ее совсем живой, словно она никогда не знала грусти. — Что нужно сделать, чтобы забрать ее? — Сквозь мысли интересуется он, не поднимая взгляда от фотографии. — Мне надо взять у тебя ДНК, чтобы подтвердить отцовство и потом ты должен приехать в Омск, — выпаливает Ира, расплываясь в улыбке. — Вроде как справки на отцовство достаточно. — Хорошо, я все сделаю. Может ты кофе хочешь? — С удовольствием, Арсюш.

***

В кафе играет приятная музыка и пахнет вкусной выпечкой. Арс внимательно слушал рассказ подруги о ее жизни с Алёной и Кьярой. С того момента, когда Ира случайно встретила Алёну, девушки крепко сдружились. Алена настолько долго держала в себе все накопившиеся чувства и мысли, которые она вылила на подругу, рассказывая о том, как жила после расставания с Арсом. Чтобы обеспечить спокойную жизнь ребенку, Алёне пришлось работать, совмещая с учебой. Родители девушки поддерживали дочь первое время до тех пор, пока она не родила. Когда их внучке исполнилось месяц, оба погибли авиакатастрофе, что стало для Алёны первым ударом. Но даже несмотря на это, девушка попыталась подняться на ноги и снова двигаться вперёд. Из-за многих трудностей, Алена ни раз порывалась написать отцу ребенка, но постоянно останавливала себя. Хоть и с огромным трудом, но ей все же удалось дать ребенку спокойную, счастливую жизнь. И все бы наладилось окончательно, если бы организм девушки не стал подводить. Первым звонком был обморок посреди улицы, после которого девушка пошла на обследования, но врачи ничего страшного не нашли, кроме низкого гемоглобина. Если не с каждым днём, но месяцем девушка теряла вес и часто падала в обморок. Именно в один из этих обмороков Ира и столкнулась с Алёной. Кузнецова отвезла ее в лучшую больницу в городе, где у девушки диагностировали рак в третьей стадии. Алёну долго лечили, пытаясь избавиться от раковой опухоли, но та словно не желала покидать тело девушки, разрастаясь с геометрической прогрессии. Пока Алену лечили, Ира ухаживала за ней и заботилась, так же как и о Кьяре, которая быстро привязалась к «маме Ире». Когда Кузнецова бывала у Алёны, та ей рассказывала про свою жизнь. В один из дней, когда Ира навещала Алёну в больнице, та вдруг заплакала и рассказала про свою тяжёлую судьбу подруге. С того дня девушка взяла слово с Иры, что та ничего не расскажет Арсу. Пока не умрет. Ира злилась за то, что Алена говорила про смерть и заверяла, что та ещё ее переживет, на что девушка только усмехалась и качала головой. В какой-то период времени рак и впрямь отступил, и Алена будто ожила. Но время это было недолгим, ибо болезнь вернулась с ещё бо́льшей силой. Как бы врачи не пытались спасти девушку, но рак все же победил. Алёны не стало. Ира впала в такую апатию, что ее с трудом смогли вытащить. Десятилетняя Кьяра смогла удержать свою названную маму на плаву, но Ира все равно чувствовала себя разбитой. Тяжело, когда умирает близкий человек. Девочку Ире не оставили, забрав в временный интернат, пока не найдутся ближайшие родственники, которые смогли бы забрать сироту. Вот Ира и поехала к отцу Кьяры, ибо действовать нужно было незамедлительно. Про дочку Арс узнал, что та очень любознательная и дружелюбная, но с незнакомыми людьми ведёт себя осторожно, внимательно изучая человека. С теми, кому девочка доверяет, она открыта и добродушна. Кьяра веселая и разносторонняя личность, не знает, что такое неудача и всегда стремится вперёд, не оглядываясь в прошлое. Наверное, поэтому ее и любит весь класс, и друзей у нее полно. — Алена часто рассказывала о тебе Кьяре, когда та спрашивала ее об отце, — Ира грустно улыбается, помешивая ложкой кофе. — Говорила, что ты очень хороший человек и Кьяра похожа на тебя. Мелкая уже тебя любит, так что проблем со знакомством не будет. — Кьяра в переводе с итальянского вроде как чистая и светлая? Она полностью ему соответствует, — тянет Арс, отпивая кофе. — А ты помнишь, что сам когда-то хотел назвать дочь таким именем? — Ира поднимает взгляд на друга, лукаво улыбаясь уголками губ. — Я? — Удивлённо тянет Арс, приподнимая бровь. — Да, забыл что ли? Ты как-то говорил, что если у тебя будет дочь, то ты назовешь ее Кьяра. — Не помню такого… — Это был день рождения одного нашего однокурсника, мы выпили, разговорились и как-то дошло до темы детей, ну ты и сказал эту фразу. Алена тоже там была и все слышала. Помнишь? — Что-то припоминаю… — Арс хмурится, пытаясь уловить в памяти давно забытое воспоминание. — Так получается… — Да, Алена исполнила твою мечту, — улыбается Ира, отломив кусочек тортика. — Мне стыдно перед ней. Она меня любила, а я? Всю жизнь ей испортил. — Алена тебя в этом не винила никогда. Но если ты хочешь искупить свою вину, то просто позаботься о дочери. Это лучшая благодарность матери твоего ребенка. Арс в ответ кивает, чувствуя некую лёгкость на сердце вперемешку с грустью, что не растил дочь с рождения. В душе тут же поселяется страх и волнение, что свойственно каждому отцу. Каждый мужчина, да и любой другой человек будет волноваться перед встречей с ребенком. Будь он совсем кроха или уже подросший — страх, сделать то, что может случайно навредить маленькому человечку. В голове сразу появляются рой мыслей, от которых голова начинает гудеть. Теперь на его плечи упала ответственность за маленькую жизнь, о которой он должен заботиться как следует.

***

Арс все ещё прибывал в полнейшем шоке от информации о дочери, но все же нашел в себе силы потихоньку готовиться к ее появлению в его холостяцкой квартире. Одну из комнат, которой он никогда не пользовался, Арс тщательно вымыл и немного изменил интерьер. Вещей в этой комнате не было, поэтому ничего убирать не пришлось, разве что добавить книги, которые любит читать Кьяра, альбом, краски, цветы на подоконник, мягкий пуфик и все, что нужно девочке ее возраста. Остальные вещи Кьяра привезет с собой, поэтому особо заморачиваться с этим не стоило. Друзья и коллеги узнав о скором и внезапном пополнении в доме майора сначала удивились, а после обрадовались и поздравляли Попова. Через несколько дней, Ира сообщила, что результаты готовы и Арс может выезжать за дочерью, что он и сделал, отпросившись у подполковника. Арс волновался ещё больше, пока летел первым рейсом на самолёте. Он сидел у иллюминатора и смотрел в окно, бесцельно провожая взглядом белые облачка, сквозь которые изредка можно было увидеть города. Он так давно не летал, что уже забыл, какого это — быть в полете. Только вот волнение от скорой встречи с дочерью, которую никогда не видел — перекрывало восторг от полета. Трудно было усидеть на месте и каждые десять минут не смотреть на время. Арс не нервничал, внешне он был спокоен, но все же волновался, пытаясь представить себе сцену встречи, но мысли путаются и мешаются в одну кашу, не давая сосредоточиться.

***

Жуткое, местами разрушенное, серое кирпичное здание казалось, затерялось среди домов и зарослей травы. Если бы не розовая пристройка, со стороны напоминающая столовую, то можно было подумать, что этот интернат заброшен, так как одна из частей здания осыпается с крыши. На территории была почти новая и весьма приличная детская площадка, на которой сейчас играли дети под зорким наблюдением воспитателей. Как бы жизнерадостно не выглядела природа, интернат казался мрачным пятном. Арс вздрагивает, когда калитка начинает противно скрипеть, напоминая звук из ужастиков. Отбросив в сторону подобные мысли, майор спешит в сторону входа, невольно вслушиваясь в крики детей и ругань взрослых. Желание поскорее забрать из этого ада дочь превысило страх и волнение. У входа его уже ждёт Ира, которая провожает мужчину до зала, где оставляет со словами, что сейчас пойдет за Кьярой и деректором школы-интернат. Зал был не менее мрачным, чем само здание снаружи. Кирпичи были буквально вымазаны латунным цветом, мебель тут была очень старой и местами порванной, когда-то красивый и приличный ковер на полу почти слился с паркетом, шторы на окнах тоже желали лучшего. Арс медленно оглядывал помещение и ужасался его состоянию. Неужели тут и воспитываются дети, которые остались без родителей или ими же отданы на временное проживание? Как можно жить в таких условиях? Видимо, государство совсем не следит за подобными учреждениями. — Арс, — из мыслей вырывает голос Иры, обращая на себя внимание. Мужчина оборачивается на звук и замирает, замечая рядом с подругой девочку. Та пугливо жмется к Ире, крепко держа ее за руку, с интересом разглядывая Арса. — Кьяра, это твой папа, — Ира улыбается, свободной рукой погладив темную макушку. — Помнишь, мама рассказывала? Я обещала найти тебе его. — Это правда мой папа? — Девочка недоверчиво хмурится, подняв взгляд на Иру. — Правда. — Кивает та, качнув головой в сторону Арса. — Он приехал тебя забрать отсюда. — Привет… Дочка, — осторожно наконец произносит Арс, подходя к обеим и садясь на корточки перед девочкой. — Давай знакомиться? Я папа твой, меня зовут Арсений, а ты у нас?... — Кьяра. — Коротко представляется девочка, смущённо улыбаясь. — Где ты был все это время? Почему приехал только сейчас... — Яра, я тебе уже говорила по этому поводу, — строго одергивает Ира девочку. — Твой папа не знал о твоём существовании. — Я хотела это услышать от него, — уточняет Кьяра, взглянув на Кузнецову, а после снова смотрит на Арса. — Мне непривычно как-то. — Ничего, это нормально, — кивает майор, расправив руки в стороны. — Давай хоть обнимемся для начала? Кьяра мгновение мешкает, но после бросается в объятия отца, прижимаясь к нему так тесно, словно желая спрятаться в его руках. За спиной Иры послышались торопливые шаги, которые замерли у порога в зал и все пространство будто потонуло в атмосфере счастья и искренней радости. Кажется, Ира и подошедший директор не спешили нарушать долгожданный для обоих родных людей момент. Момент воссоединения...

***

«Каждая проблема имеет решение. Единственная трудность заключается в том, чтобы его найти» — промелькнула в голове у Антона цитата Эвви Неф. После последней встречи с майором, главарь банды несколько дней не выходил из своего убежища и размышлял о том, что ему сказал мужчина. Здесь он совершенно один, прячется в одной из комнат старого дома, о котором все давно позабыли. А может и не вспоминали никогда, ибо это старое строение давно потеряло своих хозяев, а государство просто решило оставить его гнить от ветра и влаги. Дом этот был небольшой, больше похожий на деревенскую избу с одной печкой и парой комнат да сенями. Но судя по всему, он имел еще одну часть, которую со временем уничтожили и второй этаж, но доступ к нему был перекрыт. Крыша давно провалилась, поэтому в зарослях деревьев и кустарников остальную часть дома было не видно. Не то чтобы это здание было пригодным для жизни, но Антону нравилось здесь находится. Это место, Шаст нашел случайно, когда в первый день по приезде в Питер он гулял по районам и забрел сюда. О доме Антон никому из своей банды говорить не стал, обозначив его своим личным убежищем. За все время, что он здесь живёт, Шаст успел подлатать здание, чтобы то не рухнуло от сильного ветра, и чтобы вода не проникала внутрь. Даже мусор и весь сломанный, не нужный хлам успел вынести на помойку, потихоньку создав себе вполне уютную обстановку. Дом хоть и был непригоден для проживания, но Антон смог в нем периодически жить. Сюда он приходил в моменты, когда нужно было подумать одному или просто провести время с самим собой... Где-то в глубине дома послышался шорох, сопровождаемый чьей-то тихой руганью. Антон мигом вскакивает на ноги, прячась за дверь с пистолетом наготове и стал вслушиваться в звуки. Чьи-то тихие шаги направлялись прямо к комнате Шаста и тот приготовился к нападению, крепче сжимая рукоять оружия. Шаги приблизились ближе и Антон рысью выныривает из-за укрытия, тут же приставив дуло ко лбу непрошеного гостя. Из-за темноты он не сразу разглядел, кто был перед ним. — Блять, Шаст! Это же я, придурок, — раздается в темноте знакомый голос и Антон торопливо убирает пистолет. — Димка, ты чего не сказал, что придёшь? — Антон тянется обнять друга, чувствуя теплые руки на плечах. Как бы он не утеплял дом, тот все равно был холодным. — А ты к телефону подходишь? Неделю до тебя дозвониться не могу, — фыркают ему в ответ. — Ты куда пропал? Если бы я не знал об этом месте, то подумал бы, что тебя подстрелили где-нибудь. И чего ты в темноте сидишь? — Неделя прошла? — удивляется парень, отходя к окну, чтобы поплотнее закрыть шторы и после включить неяркий свет. Комната тут же озаряется теплым, тусклым и в то же время мягким светом. Теперь можно было увидеть небольшой стол, на котором лежали какие-то книги, бумаги и металлическая коробка из-под печенья с аптечкой в ней. Один старый шкаф, ковер на полу, местами дырявый диван и маленький мини-бар — больше в комнате ничего не было. Перед Антоном стоял невысокий парень в темной, камуфляжной форме и кепке бейсболке с каким-то странным рисунком. Его серые глаза укоризненно глядели на Антона, который виновато закусил губу, бегая взглядом по интерьеру комнаты. — Обычно, если ты пропадаешь, то хотя бы говоришь мне, а тут просто исчез со всех радаров... Что случилось? — Парень внимательно смотрит на главаря бандита, ожидая ответа. — Да... Проблема у меня, Диман, — вздыхает Антон, направляясь к мини-бару, вытаскивая оттуда пару бутылок виски, одну из которых протягивает другу. — Что за проблема? — Дима берет бутылку, тут же открывая ее и прикладываясь к горлышку. — Не знаю, как быть с нашей ситуацией с Арсом, — вздыхает Антон, вглядываясь в янтарную жидкость в бутылке. — Ты ведь в курсе, что мы с ним дружим с детства? И нас связывает обещание... Глупо ведь это, да? —Антох, не тяни, что случилось? — Дима кладет руку на плечо друга, выражая свою поддержку. Антон поднимает на него взгляд, глубоко вздохнув. — А то случилось. Его начальство спит и видит меня за решеткой, и если Арс не арестует меня, то... — Шаст отворачивается, нахмурив брови. — Мое дело передадут другому отделу и там со мной цацкаться не будут. Мало того, что меня посадят, так ещё и Арса могут арестовать за укрывательство бандита... — Ну, пиздец теперь... — Вздыхает Дима, задумчиво закусив губу. — Что Арсений Сергеевич говорит? — Он тоже не знает, как быть... Я ему предложил выход — арестовать меня, но он против... — А ты что надумал? — Я хочу сдаться властям. Тогда Арса никто не тронет и карьера его не пострадает... И он тоже. Оба замолкают, медленно попивая янтарный напиток, чувствуя его приятную сладость. Даже несмотря на эту сладость, напиток все равно обжигал горло, заставляя морщиться, но почему-то все равно парни продолжают его пить. Антон отходит к дивану, падая на него мешком, откинув голову назад. Он столько раз уже думал о том, как быть с их ситуацией с Арсом и что вообще делать, но так ни к чему не пришел. Выход был только один — сдаться и закончить на этом. — Антон, а может тебе просто сбежать? — Осторожно предлагает Дима, отчего Антон вздрагивает, подняв голову, чтобы взглянуть на друга и убедиться, шутит ли он? — Сбежать? — Да. Сбежать, спрятаться, исчезнуть совсем в другой стране. О тебе тут все забудут и дело твое отправят в архив... А может вообще подумают, что тебя убили и... — Диман... Зачем? — Это лучше, чем лет двадцать в тюрьме сидеть... — Я лучше двадцать лет просижу в тюрьме, чем неизвестно где и вдали от Арса, не имея шанса с ним увидеться. Я не хочу больше его терять. — А жизнь свою потерять хочешь? Двадцать лет, это большой срок. — А что поделать, Дим? Ну, спрячусь я в другой стране и что дальше? Я ведь застряну там и не смогу общаться ни с тобой, ни с Арсом, и вернуться не смогу. А я после тюрьмы хочу начать другую жизнь, обычную, как у всех. — Антон хмыкает, снова откидываясь головой назад, вперив взгляд в потолок. — Мне нужно взять ответственность, Дим. Ты чего так волнуешься? — Я не хочу, чтобы в тюрьме тебя сломали, — со вздохом проговаривает Поз, подойдя к другу, садясь рядом с ним. — Ты не знаешь, какие там люди. — Меня никто не сможет сломать, пока вы оба со мной, — с улыбкой произносит Антон, переведя взгляд на друга. — Пока вы рядом, любые проблемы мне по плечу. — Раз так, то делай, как считаешь нужным, — сдается Позов, со вздохом откидываясь на спинку дивана. — Только сейчас у меня есть несколько дел, поэтому пока сдаваться властям не буду, но поспешить стоит, — задумчиво проговаривает Антон, рисуя в воздухе бутылкой какие-то узоры. — Нужно устранить всех моих врагов. — То есть посадить их в тюрьму? — Именно. Снова замолкают, каждый уйдя в свои мысли. Антон думал о том, как провернет все свои дела и как после сообщит о своем плане Арсу, а Дима видимо думал о том, какой же сложный ему попался друг. Обе бутылки виски были допиты за считанные секунды и отправлены на пол. — Дим, у меня к тебе будет просьба — позаботься об Арсе за меня. — Тихо роняет Антон, глядя в потолок каким-то странным взглядом. — Так говоришь, как будто умирать собрался, — хмурится парень, оглядывая профиль друга. — Все может быть, — жмёт плечами Антон, прикрывая глаза. Ураган мыслей затихает мгновенно, уступив место спокойствию. Теперь он был уверен в своем решении. Он сможет отсидеть свой срок, освободится и откроет свой бизнес — и не нужно больше прятаться и бояться, что тебя поймают. Антон давно об этом мечтает. О спокойной и без суматошной жизни, где он может делать, что душа пожелает, а не мыкаться по заброшенным зданиям и устраивать штаб в одном из них. Ему не нужно больше выживать, грабить и позволять своим людям убивать. Он будет свободен, как и хотел раньше. Он будет рядом с Арсом, к которому так тянется, словно мотылек к свету и никто теперь не запретит находиться около того, с кем хочет. При воспоминании о майоре, лицо парня светлеет и озаряется теплой улыбкой, а сердце вдруг затрепетало так, будто вот-вот взлетит. Антон давно заметил, что помимо дружеской и в то же время братской привязанности, у него к мужчине есть ещё и теплые чувства. Они появляются каждый раз, стоит ему только увидеть майора или вспомнить о нем. Антону постоянно хочется быть с ним рядом, даже на короткое время и то ему мало этого. — Шаст, о ком думаешь? Лицо у тебя влюбленное, — прерывает поток мыслей голос Димки. — Да так, не о ком, — выдыхает Антон, не переставая улыбаться, все так же сидя с закрытыми глазами. — Наверное о том, кто сейчас мчит из Омска с дочкой, — усмехается Дима, наблюдая за реакцией Антона. Тот перестает улыбаться, поднимая голову, взглянув на друга странным взглядом. — Угадал? — В смысле с дочкой? — Растерянно выдыхает Шаст, выпрямляясь в спине. — Откуда у него дети? — Я не знаю, — Поз качает головой, краем глаза замечая, как Антон напрягся. — Но недавно по всем отделам прошлась информация, что Попов поехал забирать дочь. Я для этого к тебе и пришел. — Как давно? — Где-то пару дней эта информация гуляет, я подробностей не знаю. Антон отводит взгляд, чувствуя неясную тяжесть в груди. В голове пронеслись множество мыслей, заставив парня нахмуриться и закусить губу. Шаст машинально выхватывает пустую бутылку с пола, намереваясь заглушить непонятное и неприятное растущее в груди чувство горьким напитком, но в горло попадает только одна капля. С досадой отшвырнув ёмкость, парень рывком поднимается с кресла, подбегая к бару, хватаясь за бутылку коньяка. — Шаст, у тебя странная реакция, — раздается за спиной, отчего Антон вздрагивает, обернувшись к другу, который смотрел на него с удивлением. — Я... — Начинает было Антон, но тут же затыкается, не зная что сказать. Горький и жгучий напиток обжигает горло и на сердце тут же становится паршиво и гадко, отчего хочется разодрать грудную клетку в кровь, лишь бы не чувствовать все это. — Я не знал, что у него есть жена... — Он никогда был женат, Тох, я говорил тебе об этом, когда искал для тебя информацию на майора, — констатирует Позов, встав с места, подходя к другу и отобрав у него полупустую бутылку. — Тогда откуда у него ребенок? — Удручённо произносит Антон, упираясь руками о стол, чувствуя, как сознание его плывет и перед глазами все шатается. — Чтобы иметь ребенка, необязательно быть в браке, наивный ты мой друг, — фыркает Дима, убрав бутылку в мини-бар. — Почему он мне не говорил о дочери? — Возможно сам недавно узнал. Антон обиженно бормочет что-то под нос, вызывая снисходительную улыбку Димки, который кладет руку на его плечо, похлопав по нему. — Ты как ревнивый ребенок, у которого отобрали любимую игрушку, — хмыкает Дима, покачав головой. — Если хочешь знать, Арсений Сергеевич уже вечером будет дома с дочерью, возможно уже... Позов не успевает договорить, как Антон резко срывается с места, выбегая из убежища, оставляя друга совершенно одного. Дима понимающе хмыкает, выходя следом за другом и смотрит в небо, где уже появились первые звёздочки и месяц отражал солнечные лучи. Он хорошо знал друга и привык к его импульсивности и резким решениям, но никогда не волновался за его безопасность. Он был уверен в осторожности Шастуна и знал, что тот так просто в беду не попадет.

***

Арс разгружал автомобиль, слушая веселое воркование дочери, которая рассказывала свои жизненные истории, с энтузиазмом размахивая руками. За весь путь до Санкт-Петербурга отец и дочка нашли общий язык и общались уже так, как будто и не было тех пропущенных десять лет. Кьяра, как и говорила Ира, на самом деле была веселой и жизнерадостной. Жизнь ее была полной приключений и разных ярких моментов, даже жаль, что Арс всего этого не видел. Но ничего, у него ещё есть время. Рядом с ним крутилась сама Кузнецова, улыбаясь им обоим, радуясь воссоединению отца и дочери. — Арс, я завтра помогу найти ей школу поближе, а ты пока оформишь документы, — спустя какое-то время, когда почти все сумки были занесены в квартиру и оставалось только пару коробок. — Так точно, — шутливо отвечает мужчина, поднося руку к козырьку, улыбаясь девушке не только губами, но и глазами. — Ты всё-таки решила остаться в Питере? Или обратно в Омск уедешь? — Меня там уже ничего не держит, а тут вы, так что остаюсь, — Ира подходит к другу, обнимая его. — Я так скучала, что не выдержу, если снова уеду так далеко. — Я рад, Ириш, — мягко улыбаясь, отвечает майор, обняв девушку в ответ. — Помочь найти работу? — Нет, я уже нашла! Послезавтра собеседование, — Кузнецова отходит от друга, счастливо улыбаясь ему. — Почти рядом с твоим отделом. — Здорово, поздравляю, — кивает Попов, взяв в руки обе коробки, поставив их на капот машины, кивнув в сторону двери подъезда. — Иди вперед, Кьяра там поди уже скучает. Ира согласно кивает, направляясь в сторону подъезда. Арс обходит машину, проверяя закрыты ли двери и не забыли ли чего в машине, после чего блокирует ее, возвращаясь к коробкам. Стоило ему взяться за них, как почувствовал пристальный, почти обжигающий взгляд на спине и обернулся, сталкиваясь с лесным пожаром в глазах напротив стоявшего парня, которого он без труда узнает в любом образе. Антон смотрел на мужчину хмуро, сдвинув брови к переносице, грызя нижнюю губу и сложив руки на груди. Вся его поза буквально кричала о том, что парень очень напряжен. — Ты не говорил, что у тебя есть дочь, — мрачно роняет парень, отводя взгляд. — А ты умеешь эффектно появляться, после того, как пропал на хрен знает какое время, — фыркает Арс, оглядывая парня. — Я о дочке сам недавно узнал, до этого даже понятия не имел, что у меня есть ребенок. — Сколько ей? — Десять. — Десять лет о ребенке не знал... Мощно, — бурчит Антон, вызывая тихий смех Арса. — Ты чего такой смурной? — Спрашивает с улыбкой, делая шаг в сторону парня, который, кажется, даже не заметил этого действия. — Ничего, — бурчит Антон, глядя в сторону, как будто кусты жёлтой сирени намного интереснее, чем собеседник. — Антош, ревнуешь что ли? — Хохочет Арс, опуская коробки на землю, чтобы обнять напряжение плечи парня. — Ну, ты как дитя, ей-богу. — Ничего я не ревную, — бормочет Антон, стряхивая с плеч чужие руки, даже не замечая того, что обижено надувает губы, чем забавляет майора. — Та красивая девушка... Она тебе кто? — Она мне как сестра, ровно так же, как и Дима для тебя, — с улыбкой произнес Арс. — А что? — Ничего... А мама твоей дочери где? — Умерла недавно, поэтому я и узнал о дочке от Иры. Так бы и жил, не зная о том, что где-то растет мой ребенок. — Понятно. Антон поворачивает голову к Арсу, наконец взглянув ему в глаза и мужчина тонет в зелёном омуте, в котором пожара словно и не бывало. Антон смотрит на Арса некоторое мгновение, будто что-то обдумывая, но после качает головой, отгоняя какие-то только ему известные мысли прочь. — Раньше ты стремился меня прогнать, стоит только появиться в поле зрения, а тут говоришь со мной, будто мы обычные люди, — замечает Антон, усмехаясь. — Как-то непривычно. — У меня настроение хорошее, — просто пожимает плечами мужчина, вновь поднимая коробки. — Увидимся потом, меня сейчас искать начнут. — Ага, пока. Арс улыбается Антону теплой улыбкой, чувствуя как сердце начинает быстро колотиться, когда он проходит мимо парня, почти задевая его плечом. Антон все так же не сдвигается с места, провожая майора взглядом. Он уже не выглядит таким напряжённым и хмурым. Теперь он излучал спокойствие, которое смешалось с запахом алкоголя и сигарет. Арс недовольно хмурится, но ничего не говорит, направляясь в сторону подъезда, где в последний раз оборачивается, что бы снова встретиться глазами с зелёными, находящихся в двух метрах от него. Сердце пропускает удар и стучит где-то в горле и душа вдруг начинает петь, когда Шастун вдруг ярко улыбается и машет рукой на прощание. Дверь подъезда хлопает, заставляя Арса вздрогнуть и начать подниматься к лифту, держа в голове образ сияющего парня.

***

Дни сменялись один за другим, словно песок, что ускользал сквозь пальцы. Хлопот у Арса теперь стало больше с появлением дочери в его жизни. Сначала ему нужно было оформить все документы и вписать дочь в квартиру, а после найти подходящую школу со свободными местами. И при всем этом майор успевал выполнять свои обязанности в участке, принимая отчеты и выезжая на вызовы. В основном это были не очень значительные вызовы: мелкое ограбление какого-нибудь не примечательного магазина, жалобы на посторонний шум или запах из квартиры, аварии на дорогах. Были и такие вызовы, как бытовое убийство или передоз наркотиков, один раз целый отряд выехал на подмогу в поимке угонщика машины с заложником в ней. Арс был так занят, что с трудом находил время, чтобы хотя бы обмолвиться пару слов с дочерью и подругой. Последняя жила в квартире Арса, чтобы девочка не оставалась одна, когда Арс не мог вовремя вернуться домой. С появлением женской руки в квартире — одиночество и пустота в ней исчезла, уступив место уюту и комфорту. В квартире всегда пахло вкусной едой и свежестью, чего Арс давно уже не ощущал. В холодильнике с тех пор всегда находилась вкусная еда, а не один черствый хлеб и масло, вместе с давно пожелтевшим сыром. Кьяра быстро освоилась в новой школе и обрела много друзей, рассказывая отцу и маме Ире о своем дне, при этом лучезарно улыбаясь. Попов и не сомневался, что где бы его дочка не появилась, там у нее обязательно появятся новые друзья. Кузнецова тоже прижилась на своей новой работе, радуясь тому, что и она нашла много хороших друзей, не то что на старой работе, где ее практически остерегались из-за фобии. На новой же работе ее болезнь приняли с пониманием и поэтому старались давать ей только клиентов женщин. Помимо работы, Ира успевала хозяйничать в квартире друга и забирать Кьяру со школы, хотя казалось бы, что девочка уже взрослая и сама способна добираться до дома. Но в связи с последними событиями, в которых только и гуляет новость о неком похитителе детей, Ира и Арс приняли решение, что девочку нужно провожать и встречать со школы, во избежание несчастного случая. Да и Кьяра сама была не против, ей нравилась компания своего отца и названной матери. Что до Антона? Полиция потеряла его из виду, так как тот даже не пытался больше показываться и обнаруживать себя. Кто-то даже предположил, что главарь банды Зверюг готовит какое-нибудь страшное дело и вот-вот объявит себя, но дни шли и никаких намеков от передвижения и действий от Шастуна не было. Зато о его истиной причине бездействия знали майор и старший сержант. Антон берег первого. Он не хотел доставать еще больших хлопот Арсу, который и так зашивается со всем. В какой-то момент, Арс перестал выходить из участка только из-за того, что участились вызовы на разные бандитские группировки. Сигналы были анонимные, поэтому никто, кроме Попова, был не в курсе кто ведет их отдел по растоптанной для них дорожке. Иногда, когда Арс выезжал на вызов какого-нибудь убийства, он замечал знакомую фигуру, прячущуюся в за каким-нибудь углом или наблюдающую издали. Когда их взгляды пересекались, Антон кивал майору и наверняка улыбался, прежде чем поспешно скрыться из глаз. В такие моменты Арс чувствовал тепло в груди, которое росло уже с такой силой, что сдерживать его было крайне трудно. Если Арс не был занят делом, то Антон занимал все его мысли и кажется даже проник в сердце, ибо то постоянно убыстряло свой бег, стоит только увидеть парня или подумать о нем. Арс соврет, если скажет, что не скучает по парню. Конечно скучает. В первую очередь как по другу или брату, а вот во вторую... Нет, это немыслимо. Они оба парни и не должны испытывать друг к другу никаких чувств, кроме братских. Но сердцу, как говорится, не прикажешь. Арс уже смирился со своими чувствами, но старался их скрывать ибо не хотел чтобы кто-нибудь, в том числе и Антон узнал о них. "Это как-нибудь пройдет" — думал он и топил чувство глубоко в душе. Наивный. Кстати говоря, после того, как у Попова появилась дочь Эдуард Выграновский перестал донимать майора своей прилипчивостью и назойливостью, что даже немного удивило мужчину. Эд теперь держал дистанцию между собой и Арсом, обращаясь к нему только по рабочим делам и не пытался быть с ним везде и всюду, как это обычно бывало. Возможно на это повлияло рабочая нагрузка, а может Эд просто устал биться о скалу, привлекая внимания. Тем не менее Арс почувствовал облегчение, хотя ему все же стало непривычно без своего неизменного хвостика. Отношение с капитаном у него наладилось и они даже стали хорошими друзьями, но не настолько, чтобы делиться секретами и переживаниями за стаканом коньяка.

***

"Батоша: Арс, надо поговорить..." Арс несколько минут гипнотизирует только что полученное сообщение, будто не веря своим глазам. Прошло уже больше месяца, как Антон перестал подавать хоть какие-то признаки и даже перестал выходить на связь, показываясь Арсу лишь издали. Сердце гулко стучит где-то в ребрах, грозясь сломать их, а мысли беспорядочно путались. Эти три слова не то чтобы очень напрягали майора, скорее от них было не по себе. "Вы: О чем?" "Батоша: Это не телефонный разговор. Можешь выйти, пожалуйста?" "Вы: Хорошо, сейчас буду..." Майор убирает телефон, оглядывая пустой кабинет. Он, как всегда, остался последний на рабочем месте, в то время, как остальные уже как полчаса назад ушли по домам. Все значительные и неотложные дела на сегодня были раскрыты, так что майор с лёгкой душой собирался домой. На часах время показывало около одиннадцати часов ночи, на что мужчина почти недовольно покачал головой. Написав Ире, что он ещё немного задержится, Арс выходит из кабинета, вслушиваясь в звенящую тишину, прерываемую тихим жужжанием телевизора у охранника. Выйдя на улицу, Арс оглядывается, прежде чем направиться к своей машине, которая стояла почти у выхода. Сев в нее, Арс пишет на знакомый номер сообщение и получив ответ, выезжает с участка. Трасса ещё не совсем пустая, так как время не такое позднее, поэтому Арс едет аккуратно, вцепившись в баранку обеими руками. Рядом с его машиной равняется черный фольксваген с тонированными окнами. Арс бы не обратил на эту машину внимания, если бы та не ехала вровень с ним и когда он всё-таки оглянулся на автомобиль, то одно из окон опустилось, открывая вид на пассажира. — Привет, Арс, — звучит до боли знакомый голос с нотками бархата, ласкающий слух. Зелёные глаза в полумраке из-за фонарей кажутся карими. — Сверни на первом повороте. Арс в ответ кивает, тут же сосредоточившись на дороге. Сердце предательски барабанит о грудную клетку, а перед глазами все ещё стоит образ светлого парня, по которому мягко ползли лучи от фонарей. Обе машины сворачивают на каком-то повороте и фольксваген вырывается вперёд, указывая дорогу. Проехав несколько кварталов, Арс заезжает во двор следом за Антоном и тормозит возле какой-то арки, предварительно проверив, что он никому не помешает и выходит. Дверь фольксвагена учтиво открывается, приглашая майора сесть в салон, что Арс и делает, поставив свою машину на сигнализацию. В салоне пахнет чем-то вкусным из-за чего тут же чувствуется уют и комфорт. В машине темно и только далёкий фонарь и пару окон домов давали немного разглядеть темную фигуру сидящего рядом парня, который с улыбкой смотрел на майора. Арс даже замер от того, как близко тот находился сейчас спустя столько времени. — Познакомься, Арс, это Димка. Я тебе о нем говорил, — проговаривает Антон, кивая на водительское сидение, где сидел невысокий парень в черной одежде и темных очках, который приветливо кивнул, поймав взгляд майора. Изначально, Арс даже не обратил внимание на тот факт, что водителем был не Антон, а кто-то другой. — Димас, ну ты майора знаешь. — Да, уже виделись однажды, — кивает водитель, стягивая темные очки и оборачивается назад, протянув руку. — Здравствуйте, Арсений Сергеевич, давно не виделись. — Привет, — немного растеряно роняет Арс, отвечая на рукопожатие, кивнув парню, а после обернулся к Антону. — О чем поговорить хотел? Антон тут же перестает улыбаться, нахмурив брови. Весь его вид говорит о том, что тема, о которой он будет говорить совсем неприятная. Порывшись в своем внутреннем кармане, Шаст выуживает оттуда небольшую фотографию, протягивая ее майору, тихо интересуясь: — Ты знаком с этим человеком?