Дурдом на вылет.

«Инцест — это плохо. Чао, давай ты не будешь оставлять Цишань без каких-никаких, но наследников. И не стоит травмировать Вэнь Жоханя подобными новостями, а то бог знает, что потом травмируется у тебя самого…» Сложно на самом деле мысленно уговаривать себя не пялиться на человека и одновременно адекватно отвечать на вопросы этого самого человека. Зато одна из причин зависти Вэнь Чао к его старшему брату стала ясна. Чёрные волосы, контрастом смотрящиеся на бледной коже, идеальная осанка и правильные черты лица… Интересно увидеть остальных "ключевых" личностей, если уже только на его брата и Вэнь Чжулю любо-дорого смотреть. Хотя, быть может, если бы второй молодой господин больше следил за собой и занимался тренировками усерднее, то не сильно и уступал бы. — А-Чао, так что? Темно-карие глаза брата внимательно отлавливали любые эмоции на чужом лице, и, кажется, Чао пропустил какой-то важный вопрос, пока раздумывал над мужчинами мира сего. Поэтому ничего лучше, чем выдать многозначительное «А?» он не придумал. Вэнь Сюя подобная реакция не сильно и расстроила. С его стороны послышался подозрительный фырк. Кажется, он старался не засмеяться, но все-таки соизволил повторить вопрос. — Что на счёт Ночной охоты? — А, да-да… Да. Если судить по второму фырку, то ответ звучал едва не глупее, чем первый, из-за чего Чао уже начинал краснеть от стыда. Откуда у него стыд только взялся? Ни в прошлой жизни, ни у бывшего хозяина тела его вроде как не было. Но пропустить половину разговора! И из-за чего? Из-за мыслей о мужчинах. Ну все, дожили. Несите тапочки. «Так, погодите. Какая Ночная охота? Это такая… С мертвецами, что-ли? И всякими тёмными пакостями? Не-не-не! Я на это не подписывался! А нет, уже подписался…» Судя по тому, что Вэнь Сюй смех все-таки сдержать не смог, все эти мысли были написаны у него на лице. Зато хорошее настроение брата сыграло на руку и удалось договориться пойти на Ночную охоту вечером, а не выходить посреди ночи в тёмный лес. Аргументы придумывались на ходу и поэтому звучали ужасно, только добавляя причин для смеха. «Сломать шею, встретившись с лютым мертвецом, и сделать то же самое, но споткнувшись о какой-то камень в темноте — вещи разного уровня позора. И плевать мне на талисманы, нет от них света.» — было, пожалуй, одним из самых адекватных вариантов из всего перечисленного. Кажется, даже у Чжулю нервно дернулась бровь. А может, ему просто показалось. За час до «феерического ночного позора», как мысленно Чао это уже обозвал, договорились ещё раз встретиться и на этом, к счастью, разошлись. Оставшийся день прошёл в библиотеке, на удивление всех, кто знал молодого господина Вэнь хоть немного. Поскольку этот не очень умный товарищ в прошлом предпочитал проводить время с алкоголем и Линцзяо, то свободного времени, как оказалось, у него много, если это все вычеркнуть. Чао даже сделал вид, что не заметил вопросительный взгляд телохранителя. «Нет, приятель, я не ошибся дорогой, мне надо именно в библиотеку и не смотри на меня.» А нужно было туда для того, чтобы заполнить многие пробелы в памяти и умениях. Даже если Вэнь Чао знал, как воспользоваться тем или иным заклинанием, например, то почему оно работает и чего делать не стоит, он не интересовался, разумеется. А очень хотелось бы узнать, знаете ли. Никаких сюрпризов при встрече с нечистью получить нам не надо. Прерваться пришлось только на обед и выйти в сад, в ближайшую беседку, поскольку далеко уходить от библиотеки молодой господин не хотел. И, кажется, его покои от неё не просто так находятся подальше. Слуги словили ещё один шоковый удар, когда Чао приказал накрыть обед для Вэнь Чжулю, а ему самому сесть рядом. Спасибо хоть, что он сам никак на это не отреагировал, а просто сделал, как сказано. За это он Еве уже нравится. «Я настолько должен нос задирать, чтобы есть аки барин, в одиночестве? По типу «как смеешь ты рядом дышать» или что?» Свои попытки вывести Сжигающего ядра на хоть какие-то эмоции он, кстати, не забросил. Просто немного сменил тактику и заваливал мужчину дурацкими вопросами о заклинаниях и нечисти, специально придумывая самые бредовые. Ближе к вечеру, правда, идеи кончились, а ничего, кроме «не знаю, молодой господин», выудить не удалось и то через раз. Хотя на тот бред, что Вэнь Чао спрашивал, ничего другого ответить и нельзя было. На ужине, однако, что-то решительно пошло не так, поскольку сначала нагрянула Ван Линцзяо с предложением хорошего времяпровождения, потом в его чарке неожиданно оказалось вино, а потом… А потом оказалось, что устойчивость к алкоголю у младшего сына Вэнь Жоханя ни к черту. Если прибавить к этому весёлую русскую душеньку Евы в этом несчастном теле, то коктейль получается ядерный. И первой же жертвой своей выходки стала сама Линцзяо, которую молодой господин минут десять ловил по покоям с маниакальным блеском в глазах доказывая, что «так красятся только проститутки», и требовал немедленно смыть это безобразие. Девица все-таки была поймана и чудом умыта, ибо смыть столько косметики простой водой оказалось задачкой со звёздочкой. Научить её рисовать ровные стрелки, когда у самого руки тряслись, тоже оказалось сложно и очень долго, но выполнимо. — Да перестань ты дёргаться! Глаз выколю. Неугомонная девчонка… Да, Еве вдруг вспомнилось, что она вообще-то старше и Чао, и Линцзяо, а соответственно, имеет полное право её так называть. По крайней мере, пока пьяна. С Чжулю так не прокатывало, он все равно был старше, но не очень то и хотелось. — Так гораздо лучше! И сними все эти золотые побрякушки, ты и без них красотка. Когда первая жертва была приведена в порядок, а последний принесенный девушкой кувшин вина все-таки закончился, мозг стал откровенно напрашиваться на приключения. И просто пойти пошататься по дворцу его не устраивало. Как ни кстати, вспомнилась предстоящая встреча с братом, на которую юный господин уже безбожно опаздывал, но все равно решил пойти. Ну и что, что пьяный? Зато точно будет не скучно. Вэнь Сюй, правда, от чего-то не обрадовался перспективе вести на Ночную охоту младшего брата в таком состоянии. И никакие «чес слово, я трезвый» на него не действовали. — Ну и черт с тобой, зануда. На Ночную охоту Вэнь Чао все-таки отправился, чудом фортуны сбежав от зорких глаз брата. На Чжулю, следующего за ним следом, он не обратил внимания. Молчит же? Молчит. А значит, претензий не имеет. Он бы и сам обошёлся без претензий, если бы не падал через каждые десять шагов. Когда этот конкурс «собери все камни в лесу и получи корягу в подарок» наконец надоел, первое же бревно сошло за прекрасный стул. — Чжулю, а сколько тебе лет? Ни одной жертвы в округе, не считая самого молодого господина, не нашлось бы, а потому эта участь досталась верному телохранителю, из которого все ещё считалось успехом вытянуть пару предложений за раз. А так как никакой личной информации о нем в памяти Вэнь Чао не было, то это было как минимум интересно. — Тридцать пять. Наебнуться, сидя на ровном месте, казалось невозможным, и тем не менее, он смог это сделать. Но ошалевшие глаза были нагло проигнорированы, как и красноречивое «ахуеть». Зато пьяный интерес к чужой личности возрос в несколько раз, о чем предвещали сияющие заинтересованностью карие глаза. — А что… К сожалению, последующие расспросы были прерваны появлением на этой чудесной полянке не очень чудесного гостя. Тошнотворный смрад мертвечины чувствовался даже за несколько метров от "гостя". Только воспоминания настоящего Вэнь Чао о том, что он уже встречался с подобным, удержали ужин в желудке. От одного взгляда в гниющее лицо мертвеца алкогольное опьянение и все мысли о шалостях мгновенно испарились. —…происходит? Чао, даже если бы хотел, никак не успевал осмыслить происходящее. Мертвец вроде только вышел к ним, а вот уже его голова, в секунду отделеная от тела духовным клинком Чжулю, со стуком падает на землю. Рядом с мерзкой массой мяса и гнили. Телом назвать это язык бы уже не повернулся. «Ничего себе у них вино вставляет похлеще самогона… Такие пришельцы мне ещё не мерещились…» Успокоить себя шутками тоже не особо получалось, и к своему собственному стыду, молодой господин вдруг обнаружил, что даже меча при себе не имеет. А этим, к слову, стоило озаботиться в первую очередь, перед тем, как идти вечером в темный лес, в теории (и как оказалось, на практике тоже) кишащим подобными вот… Гостями. На трезвую голову продолжение этого небольшого "развлечения" уже не казалось такой привлекательной идеей, поэтому Чао решил немедленно вернуться. Ну, решил он… А дорогу показывал Чжулю, потому что в такой темноте, да ещё и пьяной, Ева не запомнила ничего, кроме разве что расположения камней, об которые лучше не спотыкаться. «И пока есть немного времени лучше бы мне придумать, как буду оправдываться перед Вэнь Сюем…»