Кукольный дом

Когда-то Брок хотел съездить в Канаду, посетить Торонто и понять, почему его считают одним из самых комфортных для жизни городов. Хотел побродить по местным национальным паркам, возможно, даже остался бы здесь, но никогда не думал, что мечты могут сбыться вот так вот неожиданно. «Поцелуй» с Роджерсом в самолёте Брок пережил молча, да и потом комментировать никак не стал. Едва девочка заснула, они выскользнули из её хватки и нырнули под кресло, пробрались к местам, что ближе к выходу, и там затаились. — Я никогда не был в Канаде, — тихо сказал Стив, жавшийся к Броку. — А ты? — Без автомата не был. Одну базу где-то тут на задворках брали, а так, чтобы погулять, страну посмотреть, не случалось, — признался Брок, едва удерживая себя от того, чтобы обнять наконец своё чудовище в пышном, изгвазданном местами платье. — Но мы уже ближе к дому, чем были. Я как-то рассчитывал в отпуск скататься сюда. Так вот… на машине, не считая пробки на границе, часов девять будет. — Найти машину, идущую в Штаты, будет сложно. Может, автобусом? — предположил Стив. — Умница, детка, — усмехнулся Брок. — Осталось выяснить, где тут автобусная станция, и как-то до неё добраться. О Фьюри Брок старался не думать. Тот сам выбрал путь, которым отправился. Возможно, он уже в Штатах, даже добрался до ЩИТа и давно расколдован. Милости для себя и Роджерса даже при таком исходе ждать не приходилось. Фьюри всегда думал только о каком-то очень мифическом общем благе, где единицам не на что было рассчитывать. Страйк не списали только из-за Барнса, вцепившегося в Брока мёртвой хваткой. А уж нужды Барнса всегда интересовали Роджерса, которого никому не опрокинуть. — Для начала надо сесть, — хмыкнул Стив. — Знаешь, я тут подумал: хорошо, что сейчас не зима. В Лондоне снега не бывает, но вот в Канаде… — Твоя юбочка примерзала бы к асфальту, — усмехнулся Брок. — А так — какая нам разница? Холода, мне кажется, мы бы особо не почувствовали. Да и где-то я читал, что пешеходные дорожки здесь с подогревом. Или это в Германии? Короче, неважно. Выйти нам нужно одними из первых. Пассажиры с детьми стараются выходить в самом конце, чтобы ребёнка не задавили в толпе. Можем уцепиться за один из этих чемоданов на колесиках и до стоянки добраться, а там поглядим. — Пешеходные дорожки с подогревом в Исландии, — сообщил Стив. — А в Канаде глубокие снега. Чемоданы в багаже, в салоне только ручная кладь. Можно встать у люка и выскочить, как только его откроют. — Ну, у той блонды, чья дочь нас в самолёт пронесла, чемоданчик с собой был на колёсиках, небольшой такой, — напомнил Брок. — Она его наверх убрала. Короче, разберёмся. Главное — сейчас из самолёта выбраться и не потерять друг друга. А то насчёт директора спросят ведь с нас. — С чего бы? — удивился Стив. — Не мы его заколдовывали. И телохранителями нас не назначали. — По уму-то всё так, как ты говоришь, Роджерс, а как будет на самом деле, никому не известно, — вздохнул Брок, скривился, почувствовав, как начало немного закладывать уши. — Интересно, а вообще хоть кто-то в курсе, что мы пропали? Или Локи постарался и с этим? — Думаю, Баки докопался и до Локи, — уверенно сказал Стив. — Он такой… кого хочешь достанет. — О да, — хохотнул Брок. — Барнс такой. Даже отмороженным киборгом умудрился под кожу влезть и никого не оставить равнодушным к его истории. Вот закончим с этим дерьмом — сначала в отпуск уйду! В полноценный такой! Со всеми втекающими в организм жидкостями! — Пожалей свою печень, — погладил его по плечу Стив и вздохнул. — Я вообще никогда в отпуске не был. — Ты — машина, Роджерс, — покачал головой Брок. — Мы даже как-то ставки делали в отряде — ссышь ли ты или просто отработанное топливо в баночку сливаешь. Стив рассмеялся. — Я не машина, — сказал он. — Просто до войны отпусков не было. Во время войны — тоже. Ну а потом… Я как-то привык. — Как ты живёшь, Роджерс? У тебя есть что-то кроме работы? Ну, и Барнса. То, что он для тебя всё, я в курсе, — тут же остановил открывшего было рот Стива Брок. — Но даже Барнс как-то пытается найти себя. Либидо вон разбудил, ёбарь-террорист. — Баки всегда был дамским угодником, — с гордостью сказал Стив. — Его все дамочки любили. Ну, кроме Пегги. Она отчего-то не поддалась его обаянию. — Дамочки? — фыркнул Брок, хлопнул Стива по колену. — Как же мало ты знаешь своего приятеля, Роджерс. В этот момент по громкой связи было объявлено о том, что самолёт заходит на посадку. Пассажиры зашевелились, кто-то попробовал встать с кресла, но был остановлен стюардессой. Из другого конца салона раздалось громогласное: — Мама! Где мои куколки? — Давай-ка к люку, — предложил Стив, вставая. — А то не дай бог она нас увидит. — Ага, — согласился Брок, как бы стараясь помочь, подтолкнул его под задницу, а потом поднялся сам. — Как же хорошо, что нас хоть взрослые не замечают. — Да, — согласился Стив и юркнул из-под кресла к выходу. Брок глянул на свои ладони, ещё мгновение назад сжимавшие крепкую задницу Стива, и тряхнул головой. — Переводиться — и срочно, — пробормотал он и нырнул следом за ним. Самолёт мягко приземлился, ревя, маневрировал на рулёжной дорожке. Стив прижался к стене возле люка. Брок замер рядом. Надежды на то, что народ спокойно усидит на месте и не станет толпиться в проходе, едва самолёт коснется земли, не было. Пробка из пассажиров образовалась мгновенно, и, стоило двери податься в сторону, Брок схватил Стива за руку и ломанулся вперёд по рукаву. Каким-то чудом им удалось проскочить рукав до основного потока пассажиров и юркнуть в сторону, хотя Стив пару раз запнулся и едва не упал. — Блядь! — расхохотался Брок, вжимаясь в стену за высокой урной. — Давно так не бегал! Роджерс, дыши! Каково это — чувствовать себя обычным человеком, без супер всего? — Так себе, — признался Стив. — Ага, привык переть паровозом, а мы успевай следом, — фыркнул Брок и выглянул из-за урны. — Сейчас народ свалит — и будем пробовать выбираться. Тут ночи ждать бессмысленно. В аэропорту в любое время суток будут люди с детьми. — Этого я не понимаю, — проворчал Стив. — Дети должны спать по ночам. — А если лететь куда-то нужно? Только дневные рейсы и, пока утро не наступит, пусть самолёт кружит в небе? — вопросительно изогнул брови Брок. Стив засмотрелся на его выразительное лицо. — Не знаю, — сказал он. — У меня нет детей. — И это, кстати, странно. Почему не женился? Не оброс детьми, как любой уважающий себя символ нации? Давно пора. Может, и работал бы меньше, — склонил голову Брок, снова облизал взглядом глубокий вырез стивова платья и отвернулся, наблюдая за толпой, входящей в аэропорт из рукава. — Потому что я не хочу делать свою жену несчастной, — сказал Стив. — Всё, вон последний вышел. Идём. Аэропорт Торонто, большой и светлый, для таких крох, какими стали Стив с Броком, представлялся чуть ли не целым миром, наполненным людьми, смотрящими либо вверх, на табло, либо в свои телефоны, непонятными произведениями искусства, жужащими машинами полотеров. Передвигаться решили вдоль ближайшей стены. Слишком опасными выглядели перебежки через центр зала. Сложнее всего было проскакивать мимо многочисленных дверей и проходов — людей было множество. Брок не считал, сколько времени прошло, прежде чем им наконец удалось выбраться на улицу, но будь они людьми, то, скорее всего, повалились бы на тротуарную плитку без сил. — Куда дальше? — спросил Брок, вертя головой. — Нужна карта города, — ответил Стив. — Я никогда не был в Торонто. — Ну понятно, снова воровать, — пробормотал Брок, оглядываясь в поисках газетного ларька. Можно было бы поискать стенд с большой картой, но их с Роджерсом рост не позволял нормально всё разглядеть. — Смотри, — тронул Брока за плечо Стив. Возле урны в кучке высыпавшегося мусора валялся смартфон. Поцарапанный, с разбитым экраном, но вдруг рабочий? Телефон сначала оттащили подальше, чтобы он никому другому не приглянулся, и только после этого проверили. Заряда батареи почти не осталось, но и сим-карта оказалась на месте, и сам аппарат не сильно глючил. Благодаря смартфону удалось узнать, как проще всего из точки, где они находятся, добраться до автовокзала, даже когда отходят нужные им автобусы, а вот позвонить кому-нибудь не вышло. Едва только прошло соединение с Барнсом, как экран потух и телефон отказался снова включаться. — Надо оставить его на видном месте, — сказал Стив. — Вдруг хозяин найдётся? Будет тревожиться, искать. У современных людей в этих аппаратиках вся жизнь. — В моем так ещё и пару гигов компромата на самого себя, — хохотнул Брок. — Селфи с котятами и щенками? — улыбнулся Стив. — Никогда ещё чужие жопы не называли котятами, — уже в голос расхохотался Брок. — Но да, у меня много котят! — Я предпочитаю рисовать то, что меня впечатлило, — сказал Стив и окинул Брока очень красноречивым взглядом. — Ну простите, сударь, я абсолютно бездарен, тебе даже пластилиновый член не понравился. А я старался, — пожаловался Брок и поволок телефон к ближайшей скамейке. Уж там его вряд ли проглядят. — Пластилиновому члену не место в детской, — ответил Стив, помогая ему. — А вот тебя в моих блокнотах для набросков хватает. Очень выразительная фактура. — Да ладно? — не поверил Брок. — Не ты ли всё мечтаешь выжить меня из ЩИТа? Нервы вечно мотаешь перед операциями, как бессмертный? Расчленяешь меня там, да? Ну что ж, одобряю! Но так просто я не дамся. Жить мне нравится! — Дурак ты, Брок Рамлоу, — беззлобно ответил Стив. — Идём на остановку. Будем пытаться пробраться в городской автобус. Давно на них не ездил.